Бегущий в лабиринте: Обречённые на погибель

      POV Фиби – Скоро всё изменится! – именно эту фразу сказали нам наши вроде бы спасители.       Люди в форме ушли, оставив нас, мягко говоря, в смятении. Только что нас привезли на какую-то базу посреди пустыни. Потом началась какая-то заварушка, и нас заперли в огромной комнате... с обеденным столом.       Я, наверное, за всю жизнь не видела такого разнообразия еды: пицца, картошка фри, жареная курица, сосиски, наггетсы...       Первая моя мысль: это сон. Ну не может такого быть, если только у нас не случилась массовая галлюцинация! Но боль в ногах и жуткая усталость говорили обратное: это реальность.       Однако физическая боль ни в какое сравнение не шла с душевной. По всему моему нутру разливалась кислота, выжигая все внутренности, разрывая душу на части. Вспоминались все погибшие.       Алби, который спас Чака от гривера ценой собственной жизни. Мы с ним были почти не знакомы, но его поступок и то, что про него рассказывали ребята, говорило само за себя.       Джефф был первым человеком, которого я увидела после "комы". Он всегда относился ко мне хорошо, и именно он узнал первым, что мне нравится Минхо. Но Джефф не стал смеяться, а даже дал пару советов, как его закадрить. А потом он ещё спас Минхо!       Чак был таким весёлым мальчиком! Помню случай, когда я хотела стянуть с кухни Фрайпана еду, и Чак показал мне, как это сделать незаметно. У него было так много идей...       Слёзы хлестали ручьём. Этого не должно было быть! За что?! За что с нами всё это делают?! За что ПОРОК убивает людей?! ЗА ЧТО?!       Усилием воли я заставила себя поесть. Не смотря на то, что голодала я уже дня два, этого совсем не хотелось. Наоборот, хотелось блевать. Но я знала, что одному человеку сейчас намного хуже.       Я повернула голову в сторону. Томми сидел справа от меня, положив руки на стол и спрятав лицо в ладонях. Его плечи дрожали от рыданий, а пальцы мёртвой хваткой сжимали маленькую фигурку, которую вырезал Чаки.       Томас был привязан к Чаку, как к родному брату. Я даже сначала подумала, что так и есть: они были довольно похожи.       Моё сердце сжалось, и я положила руку Томасу на плечо, слегка сжав его. Другие ребята, – Тереза, Минхо и Ньют, – тоже пытались успокоить его, но у них не получилось.       Томми посмотрел на меня, а я лишь сильнее сжала его плечо. Его глаза сильно опухли и покраснели, а лицо было мокрым не только от слёз, но и от пота. – Мне... мне жаль, – попыталась произнести я. Остальные ребята уже поели и практически сразу вырубились кто где, поэтому мы с Томасом остались одни.       Томас зажмурился, и слёзы потекли из глаз с новой силой.       Я не знала, как успокоить человека в такой ситуации, поэтому просто обняла его, смаргивая уже подкатившие к глазам слёзы.       Так мы посидели ровно минуту, после чего Томми ушёл и лёг в другой части комнаты на каких-то мешках.       Я встала, и, глубоко вздохнув, осмотрелась: ребята вокруг уже успели уснуть, что, в принципе, было понятно, – мы все на ногах уже часов пятнадцать. Каждый нашёл себе более-менее удобное место для отдыха, где можно было разместиться.       Мой взгляд упал на Минхо. Он лежал на широком столе, на котором могло уместиться ещё два таких же парня, и крепко спал.       Внутри меня всё потеплело. На губах, вопреки сложившейся ситуации, появилась улыбка.       Мой взгляд скользил по его лицу, по его сильным рукам, по мерно вздымающейся груди. Он, наверное, впервые с момента нашего побега выглядел таким умиротворенным...       Я подошла к нему, и, сняв с плеча сумку, подложила её Минхо под голову. Его веки чуть-чуть дёрнулись, но он не проснулся: азиат всегда спал, как убитый.       Нежно погладив его по волосам, я улеглась на стол рядом с ним. С Минхо я всегда чувствовала себя лучше, в любой ситуации.       Краем глаза я заметила его руку, лежащую рядом со мной. Недолго думая, я взяла её в свою, и у меня наконец-то получилось успокоиться.       Глаза начали слипаться, и я, без лишних колебаний, нырнула в царство Морфея.       То, что мне приснилось, – сущий кошмар.       Я оказалась в какой-то странной сфере, на передней части которой был большой экран. Я видела всех тех, кто погиб в лабиринте. Я видела, как они переживали это снова и снова, каждый из них. Слышала их предсмертные крики, чувстововала их боль, их агонию. Как вы уже, наверное, поняли, проснулась я утром вся в поту.       Впрочем, проснулась не только я. У всех глэйдеров выработалась привычка просыпаться в одно и тоже время. А я, хоть и провела в Лабиринте всего неделю, тоже попала под это влияние.       Я почувствовала, как Минхо ворочается во сне, и повернулась к нему лицом.       Минхо сонно приоткрыл свои узкие глаза, но тут же распахнул их до размеров европеоидной расы. Он изумлённо пробежал взглядом по моему счастливому лицу, по нашим сцепленным рукам. – Привет, – улыбнулась я.       Глэйдеры, тоже уже проснувшиеся, засмеялись. Минхо покраснел и отдёрнул руку, слезая со стола.       Я подавила разочарованный вздох, и, взяв свою сумку, тоже слезла.       Вдруг раздался странный писк, и дверь, ведущая в эту подсобку, распахнулась. На пороге появился мужчина.       Высокий и тощий, с взъерошенными седыми волосами, он больше напоминал крысу, нежели человека. В глазах читалось обманчивое добродушие, а на губах играла ухмылка. – Как жизнь, ребята? – приветливо произнёс он, окидывая комнату взглядом. – Простите за суматоху! Шизы нагрянули очень неожиданно, мы не успели полностью подготовиться!       Не совсем понимая, о чём он говорит, мы подошли к двери. В той каше, которая осталась от моих мозгов за последнее время, вертелось столько вопросов, начиная с "какой сейчас год?" и заканчивая "какого фига происходит?". Но с губ сорвалось только одно: – Кто вы?       Мужчина улыбнулся, и я чуть не поморщилась: настолько фальшивой была его улыбка. – Я тот, благодаря которому вы ещё живы! А теперь пойдёмте, я проведу вам экскурсию! – он приглашающе махнул рукой и скрылся в проёме. – Можете звать меня мистер Дженсон!       Нам ничего не оставалось, как последовать за ним. Дженсон показал нам помещение: огромная станция с кучей людей, технологий и много всякой всячины, которую я не видела с тех пор, как попала в лабиринт.       Когда "экскурсия" подошла к концу, Дженсон завёл нас в хорошо освещенный коридор, открыв дверь синей карточкой. Там, как он выразился, должна была начаться наша новая, спокойная жизнь.       Спокойная жизнь... после всего, что я узнала о мире, эти два слова казались чем-то несбыточным!       Разве можно спокойно жить в мире, где тебя каждую секунду могут съесть на завтрак толпы голодных чудовищ? Когда вокруг умирают люди, а в спину дышит враг вроде ПОРОКа?       Этому Дженсону я не доверяла. Слишком фальшивый тип! Томас и Минхо вроде тоже разделяли моё мнение, но старались пока что не подавать виду, чтобы немного разобраться в происходящем.       Дженсон провёл нас по коридору до самого конца, остановившись у двух дверей по разные стороны прохода. – Это женская душевая, – он указал на дверь справа. – А это мужская. Заходите!       Душевая?! Господи...       Я, наверное, не была в душе с момента моего появления в Глэйде. Там этого просто не было. Несколько раз я хотела искупаться в пруду, но таких желающих часто бывало слишком много.       Томас, Ньют, Минхо, Уинстон, Фрай и Мендес* зашли, – хотя нет, забежали, – за левую дверь, а нас с Терезой проводили за противоположную.       Желтая плитка, чистые кабинки, побеленный потолок... всё это было так не похоже на Глэйд! – Расслабьтесь, девочки! – сказала неожиданно возникшая в дверях медсестра. – Я принесу вам чистую одежду и нижнее бельё.       Медсестра ушла. Я положила сумку со своими "вещами" на пол, и мы с Терезой разошлись по кабинкам.       Как же было приятно по-человечески помыться! Как хорошо было смыть с себя весь этот стресс и негатив, который накопился за последнее время. Ты как будто заново рождаешься! – Эй, Фиби! – окликнула меня Тереза из соседней кабинки. Из-за разделяющей нас стены, не достающей до потолка, показалась маленькая зелёная бутылочка. – Это шампунь!       Шампунь?! Мы что, в рай попали? Да лучше и быть не может!       Когда я наконец-то помыла голову, Тереза уже закончила и вышла из кабинки. Крикнув мне, что подождёт снаружи, она быстренько переоделась и ушла.       Я постаралась расслабиться. Мой разум всё ещё переваривал то, что случилось вчера, но сейчас было уже чуть легче. Во всяком случае, я старалась не думать об этом.       Выйдя из душевой, я обнаружила рядом с сумкой чистую одежду: нижнее бельё, синие джинсы, чёрную водолазку, и, – о, чудо! – резинку для волос. Как будто они знали, что именно нужно!       Одевшись и завязав волосы в хвост, я вместе с сумкой вышла из душевой. На пороге, помимо Терезы, меня встретила высокая темноволосая медсестра с милой улыбкой на лице. – Идёмте, – промолвила она, приглашающе махнув рукой. – Вам нужно пройти медосмотр. Ваши друзья уже там!       Мы с Терезой переглянулись, но всё-таки пошли за ней. В мою голову снова закрались подозрения. Как-то всё слишком хорошо: нас спасли, дали одежду, вот сейчас на медосмотр ведут. Не слишком ли?       Но полная безмятежность и эйфория после душа взяли верх. Я спрятала свои подозрения подальше, успокоив себя тем, что эти люди просто хотят нам помочь. В конце-концов, если это не так, тогда с чего бы им так заботиться о нас? Однако маленький червячок сомнения всё-таки остался.       Мы подошли к большой железной двери, заблокированной, как и все остальные, на магнитный замок. Медсестра, как и Дженсон, открыла её с помощью карточки, жестом пригласив нас войти.       Это было огромное помещение с кучей людей в белых халатах. Как и сказала медсестра, ребята уже были там: Томас сдавал кровь; Ньюту вкалывали жидкость, которую доктор с доброй улыбкой назвал "витамины"; Минхо, подключённый к какому-то прибору, бежал по беговой дорожке.       Глядя, как под его бордовой футболкой, – которая ему очень шла! – перекатываются мышцы, я снова засмотрелась на него. И заметила, что на шее у парня всё ещё висит мой кулон.       "Пусть пока останется у него!" – решила я.       Из состояния транса меня вывел вежливый голос медсестры: – Как твоё имя?       Женщина постукивала ручкой по небольшому планшету, в который, как я уже заметила, были занесены имена всех остальных ребят. – Фиби, – представилась я.       Медсестра задумчиво оглядела меня, потом кивнула, и, записав моё имя, повела нас с Терезой вглубь помещения. – Хэй, девчонки! – весело воскликнул Фрай. – Отпад! Вы теперь на красавиц стали похожи! – Только теперь? – я с притворным возмущением вскинула брови. – Неужели... – Прошу сюда!       Медсестра отдёрнула занавеску, и я увидела большое зёленое кресло. Примерно такое же стоит во всех стоматологических кабинетах. – Мисс Тереза, ваше кресло следующее, – проконсультировала её медсестра, заталкивая меня за занавеску и задёргивая её.       Я оказалась в замкнутом пространстве, с четырёх сторон окруженного занавесками. Справа от кресла, – которое стояло посередине, – находился небольшой стол с кучей бумаг и пробирок, а рядом с ним находились весы и измеритель роста. Там же стояла и раковина. – Садись, Фиби! – сказала медсестра, споласкивая руки. – Меня зовут Лоррейн. Не бойся, я просто тебя осмотрю и задам несколько вопросов касательно здоровья. Хорошо?       Я кивнула и залезла на кресло. Лоррейн надела перчатки и подошла ко мне, держа в руке маленький фонарик.       Пройдя множество осмотров, – местами не самых приятных, – я наконец-то была свободна. Выйдя из этой импровизированной палаты, я поискала глазами Терезу.       Моя подруга сидела на соседнем кресле, одетая в больничную пижаму. Молодая медсестра, стоящая рядом, с хмурым видом разговаривала с охранником, то и дело поглядывая на Терезу.       У меня внутри всё похолодело. Быстрыми шагами я подошла к Терезе, и, положив руку ей на плечо, опустилась на стул перед койкой. – Что случилось, Риз? Почему ты в пижаме?       Тереза подняла на меня свои голубые глаза. Она пыталась выглядеть спокойной и уверенной, но руки, теребящие край рубашки и слегка подрагивающие плечи, выдавали её с головой. – Ничего, – старательно улыбалась она. – У меня просто небольшие осложнения... – ОСЛОЖНЕНИЯ?! – закричала я, привлекая внимание остальных. – Риз, какие осложнения? Ты...       Час от часу не легче! Как Тереза могла заработать себе осложнения?! А если всё серьёзно?! О, Боже... – Фиб, всё будет нормально! – попыталась успокоить меня Тереза, положив руки мне на плечи. – Прошу, успокойся! Ты сейчас взорвёшься!       Я глубоко вздохнула, пытаясь собрать мысли вместе. Волнение за Терезу было готово перерости в настоящую панику. – Что именно с тобой случилось? – подавив это чувство, спросила я. – Как ты умудрилась?       Тереза, к моему удивлению, отвела глаза в сторону. – Риз... – недоуменно проговорила я. – Тебе что, причину не объяснили?       Внезапно, ко мне со спины подошла одна из докторов. Высокая, темнокожая, с кудрявыми чёрными волосами. Она опустилась рядом с нами на колени и произнесла так, чтобы слышали только мы с Риз. – У мисс Терезы в крови обнаружена инфекция гривера! От неё всё и пошло. Но не волнуйтесь, там совсем немного: у неё на руке всего лишь царапина.       Меня словно обдало ледяной водой. Инфекция...страшное слово. И она у Терезы...       Я не могу...нет...если Тереза тоже... – Нам придется задержать мисс Терезу ненадолго, что бы вывести бактерии! – продолжала медсестра таким тоном, как будто речь шла о повседневных вещах. – Она присоединиться к вам позже, примерно через пару дней! – она встала в полный рост и громко объявила. – Сейчас охранники проводят вас в вашу комнату!       Медсестра потянула меня в сторону, но я вырвалась и снова попыталась подойти к Терезе. Однако мне помешал медбрат. – Мисс Терезе сейчас нужен покой, – настойчиво произнёс он, отталкивая меня от кресла подруги. – Не беспокойтесь! – Но... – Всё будет в порядке! – нетерпевшим возражений голосом сказал медбрат. – Ваше присутствие только усугубит ситуацию!       Блин, ну и что делать? Оставить Терезу одну и просто уйти? Нет конечно! Но если от моего присутствия ей будет хуже...блин!       Я посмотрела на Риз. Она успокаивающе улыбнулась мне и сказала: – Иди, всё будет о'кей!       Медбрат задёрнул штору перед Терезой, прервав наш визуальный диалог. Ребята потянули меня к выходу, и мне ничего не оставалось, как нехотя последовать за ними.       По дороге к нам присоединился Томас (а я и не заметила, что его уводили!). Он спросил меня, где Тереза, и я ему всё рассказала. Теперь мне пришлось успокаивать уже его.       Нас подвели к ещё одной двери, которую также открыли синей карточкой. Внутри оказалась просторная комната с двухярусными кроватями, парой умывальников и книжным шкафом. – Ого! – выдохнул Фрай, оглядев помещение. – Чур, моя верхняя!       Но не успел он сойти с места, как Минхо быстрым движением подскочил вверх и взобрался на верхнюю полку. – Опоздал, – с ухмылочкой сказал он.       На моих губах заиграла улыбка. Засранец. Самый красивый в мире засранец с шоколадно-карими глазами, прямым носом, пухлыми губами...так, что-то меня не туда понесло!       И так было всегда. Если я смотрела на Минхо, все мои страхи сразу пропадали. И так с первого моего дня в Глэйде.       Я легла на нижнюю койку, и, чтобы отвлечься, взяла из шкафа книгу "451 градус по Фаренгейту". И с чего это меня вдруг на такое потянуло? Не знаю.       Где-то три часа я читала, пока, наконец, усталость не взяла своё и я не уснула.