Юная Пиратка или недоразумение на корабле: Гавань мёртвых чаек.

Лана ещё долго не могла уснуть после разговора с Эриком, хоть и была жутко уставшей. Она ворочалась с одного бока на другой, пыталась представлять в голове какие-то сюжеты, но в голову всё равно пробирались ужасные мысли. Поняв, что это бесполезно, женщина вздохнула. Она поднялась с постели, надела кольцо и вышла из каюты, направляясь к носу корабля. Она села около носовой фигуры и виновато поджала губы, опуская взгляд. — Как ты, милая Канцлер? — спросила Беккет, запрокидывая голову назад и упираясь ею в доски. Она давненько уже не общалась со своим кораблём. Отчасти, женщина чувствовала вину за повреждения своей Канцлер, она прикрыла глаз, оглаживая ладонью палубу и тихо вздохнула. Канцлер немного заскрипела прежде, чем ответить. — Я буду в порядке, моя Капитан, — тихо ответила носовая фигура. Её голос звучал устало, но умиротворённо. Будто у матери, отстоявшей только что своих детей. Лана выдохнула. Ей было жаль своё судно, которому приходилось терпеть столько нападок и боли. Женщина снова медленно провела рукой по доскам. — Мне так жаль, что тебе приходится страдать, — тихо произнесла она, виновато вздыхая. Женщина понимала, что корабль — это просто инструмент передвижения, транспорт, не больше, но Канцлер Ги… Она была для Ланы куда больше, чем транспорт. Как старая подруга, с которой они вместе прошли через многое. Как говорили на её родине — через огонь, воду и медные трубы. — Что тебя тревожит, моя капитан? — спросила носовая фигура, словно стараясь перевести тему. Будто она считала, что находится здесь только за тем, чтобы облегчить боль своей владелицы. Ведь именно это она и делала многие годы, пока судно ходило по морям. Пиратка грустно усмехнулась, понимая, что происходит. И всё же, от разговоров с носовой фигурой ей действительно становилось намного легче. — Мне кажется, что срок, который мне отведён к жизни, уже подходит к концу. Я и так прожила долгую для пирата жизнь, но мне не даёт покоя то, что мне придётся оставить команду без присмотра. Хайдао, Тереса — они, ведь, всё ещё дети… Дети, которых я взяла под своё крыло. Эрик… Он справится с ролью нового капитана, но переживёт ли мой внезапный уход? Карина, Генри, остальные… Ведь это я их сплотила. Вряд ли до этого хоть один пират знал, каково это — работать не только ради несметных богатств, — задумчиво, медленно говорила она, кусая губы. Было странно даже на секунду задумываться о собственной смерти. Но не думать об этом теперь было невозможно. — Тебе не стоит отчаиваться, моя капитан. Я знаю, что даже твоя скоропостижная гибель не сделает твоих людей разрозненными. Они разнесут по всему пиратскому сообществу твои принципы управления экипажем судна. Если часть пиратов способна признать женщину-капитана, то их мир уже изменился. Ты сама не видишь, как меняешь уклад этого мира. Здесь твоё место, но, если ты уже готова его передать следующему, значит тебе не следует бояться своей погибели. Но не всегда стоит верить предчувствиям. Твоя жизнь — не миг, который вот-вот оборвётся. Моя капитан, ты непреодолимо-сильна. И всё ещё, несмотря на множественные травмы и потери, продолжаешь бороться. Так может и не время ещё ложиться на смертное одро? — практически монотонно говорила Канцлер, будто бы на одном дыхании. Доски под телом Ланы тихо заскрипели, когда она приподнялась, чтобы сесть в позу лотоса и медленно открыла глаз. — Может ты и права… Но я каждый день рискую угодить в объятия морского дьявола, — хмыкнула она, размышляя. В голове крутились десятки, сотни мыслей одновременно. — Мне постоянно нужно защищать своё судно, постоянно нужно рисковать собой, чтобы не умерли они. Я не знаю, в какой момент меня не станет. — Здесь и сейчас ты жива, моя капитан. А это — важнее всего. Особенно для них. Да, они беспокоятся о тебе, но я уверена, в какой-то степени — понимают почему ты поступаешь именно так, — ответило судно. Беккет грустно усмехнулась. Медленно поднялась и огладила ладонью один из бортов своей верной и мудрой подруги. — Ты права, Канцлер… В чём-то ты абсолютно права, — ответила женщина всё ещё немного грустным тоном. Пусть после этого разговора ей и стало намного легче. Настолько, насколько это было возможно в такой ситуации. Лана развернулась и направилась в сторону каюты медленным шагом. — Доброй ночи, милая Канцлер. — Доброй ночи, моя капитан… — тихо ответила носовая фигура вслед удаляющемуся силуэту пиратки. Та, войдя в каюту, вздохнула. «Может и не время…» — мысленно повторила она, усаживаясь на край своей постели. Мысли в голове всё ещё вертелись, но теперь уснуть с ними было хотя бы возможно. Утром следующего дня они уже прибыли на ближайший остров, где можно было починить корабль. Повезло. Один из близлежащих островов сильно преобразился с тех пор, когда Лана в последний раз была там. Остров стал одним из пиратских прибежищ. Канцлер пришвартовалась у его берегов. Капитан выдохнула, спешившись. Команда уже разбежалась кто куда. Карина и Эрик остались на корабле с детьми, а сама Беккет отправилась искать мастера для починки её судна. Затем, ей хотелось немного отдохнуть. Но отдохнуть наедине с собой. Найдя достаточно уединённое место, где сейчас люди сидели по домам, Лана уселась на какую-то лавку. — Недоразвитые крылья нефилима не поднимут меня в воздух, хоть ты тресни, хоть убей… Плоть глупа, и оттого неумолима… Только просит дать ей отдых от богов и от людей, — начала тихо напевать она, прислонившись головой к стене. Отчасти, ей и правда хотелось сделать перерыв от вечных поисков… Чего-то. Она сама не знала, что именно ищет всю свою жизнь. Но продолжала поиски. Словно бы смысл её жизни ускользал сквозь пальцы каждый раз, как она приближается к тому, чтобы её найти. Словно бы что-то невесомое звало её каждый раз, как она была близка, и убегало подальше, не давая себя коснуться. — Как глупы и жалки люди, кто сказал бы только им… От бессилья и от дури не излечит даже мёртвый нефилим… А-а, а-а, а-а, а-а-а… Закончив песню, пиратка медленно прикрыла глаз, убирая с повязки часть волос, упавших на неё. Затем, она медленно поднялась, направляясь вперёд. Прогулка была нужна. Проветрить мозги в тишине, просто подумать наедине с собой, пока часть команды отдыхает, а другая запасается припасами. Мысли улетучивались сами собой. Словно она больше не капитан, и на ней нет ответственности за всё вокруг. Словно она просто свободный человек. На починку судна ушло несколько дней. И все эти несколько дней Лана практически не видела своих ребят. Всем им нужно было отдохнуть от моря, от работы, да и в целом друг от друга. Сама Беккет сняла номер в таверне подальше от берега, чтобы действительно привести голову в порядок. Она приходила туда только ночевать. Иногда — поесть и немного выпить. В основном женщина гуляла, питаясь на местном рынке. Ей не хотелось долго задерживаться на одном месте. Будто, если она остановится, весь мир вокруг неё рухнет, и его будет невозможно восстановить. Одиночество Лана, конечно, не любила, но иногда… Иногда оно было единственным, что нужно, чтобы по-настоящему расслабиться. Шторм в голове и сердце потихоньку превращался в спокойный безветренный штиль. В тихую гавань, где можно ненадолго пришвартовать мысли и забыть об их постоянном водовороте в лапах Кракена. Вот и сейчас, перед возвращением на «Канцлер Ги», она прогуливалась вдоль побережья. Шляпу женщина сняла, позволяя ветру развевать её волосы. Вот сейчас умирать ей совершенно не хотелось. И она понимала: не погибнет. Как минимум, пока не ухватится за ту самую нить, которую искала столько времени. За тот самый смысл, который всё убегал от неё каждый раз, как она почти достигала его. — Кэп, ты в порядке? — спросила подошедшая со спины Карина, кладя руку на плечо Капитана. Та, задумавшись, даже не заметила звука шагов подруги. Вздрогнув, она обернулась и на лице невольно появилась улыбка. Голос Карины запросто вывел её из размышлений. Пора было продолжать путь. — Сейчас — как никогда до этого, — ответила она, прикрывая глаз. Голова больше не гудела от жуткой мигрени, и женщина поняла это только сейчас. Будто и не замечала до этого, как у неё болела голова. Но сейчас думать об этом не было никакого желания. — А ты чего не на корабле? Сейчас же отплывать будем. — Вышла прогуляться, пока Эрик сидит с детьми, — ответила Барбосса, убирая руку с плеча своего капитана. Лана усмехнулась на одну сторону, приобнимая её за плечи и неспешно поднялась обратно на корабль.