Первая и единственная
28 октября 2020 г., 00:33
***
Гермиона.
Гермиона улыбалась, открывая дверь библиотеки. Ей нравилось находиться в этом месте, здесь всегда было так тихо и спокойно. Это было её личное убежище от напряжённой части жизни в Хогвартсе. Она тихонько напевала себе под нос, пробираясь сквозь стеллажи с книгами. Иногда Гермионе хотелось заблудиться среди них навсегда. Она закончила пораньше свою домашнюю работу и хотела найти уютное местечко, чтобы почитать в своё удовольствие. Девушка знала о скрытом месте в задней части библиотеки. Она никогда раньше не замечала, чтобы другой студент использовал его. Зная Хогвартс, она могла быть вообще единственной, кто знал о существовании этого места. «Ну, может, не единственной, — она нахмурилась про себя. — Риддл, вероятно, знает, что оно существует. Так же, как он знает всё остальное». Риддл всегда обыгрывал её во всём, выходя чуть вперёд. Это её бесконечно раздражало. Его зелье всегда было немного совершеннее, его эссе немного длиннее, а его заклинания всегда безупречны. Гермиона не понимала. Она никогда не видела, чтобы он учился или практиковался. Казалось, что он был от природы идеален и одарен во всех отношениях. Она усмехнулась про себя. Собираясь повернуть за угол к своему месту, девушка услышала тихий смех и остановилась. Ооо, она знала этот смех. Гарри смеялся очень красиво; это был звук чистой радости. Но зачем ему смеяться в задней части библиотеки? Гермиона подождала ещё немного и услышала другой голос. Он был глубок и полон веселья, будто человек пытался сдерживать смех. Это был очень красивый голос, который она также хорошо знала. Это был голос Тома Риддла. Хотя, если честно, она никогда раньше не слышала, чтобы его голос так звучал. Конечно, она и раньше слышала его смех, но никогда его голос не звучал настолько тепло и радостно. Его смех всегда был приятным, когда шутили профессора, или холодным и резким в адрес других учеников. Она тихонько отступила назад и заглянула сквозь стопки книг в тихое место. Гарри и Том сидели за столом вместе и были невероятно близки. Их ноги были прижаты друг к другу, а Том рукой обнимал Гарри за плечи. Перед ними лежали книги, но было очевидно, что на них давно не обращают никакого внимания. Гарри всё ещё тихо смеялся над тем, что сказал ему Риддл, и Том снисходительно улыбался ему. Это было ещё большим потрясением для Гермионы. Она, конечно, знала, что Том и Гарри встречались. Гарри рассказал ей и Рону пару недель назад о том, что Том пригласил его на свидание и что он согласился. Гермиона и Рон были ужасно сбиты с толку в тот момент, учитывая то, что пару никогда не видели вместе. Или то, что Гарри никогда раньше не упоминал Риддла в принципе. Они, конечно, улыбались и поддерживали их, но и она, и Рон решили, что это было что-то вроде шутки. Они никогда не считали их парой всерьёз. Тем более такой любящей парой. Риддл продолжал тихо шутить Гарри на ухо, и Поттер чуть не падал со стула от смеха. Том переместил руку и обнял Гарри за живот, чтобы удержать его от падения, но продолжал смешить своего парня. К тому же, в этот момент Гарри сидел почти на коленях Риддла. Гарри наконец перестал смеяться, но смотрел на Тома с глупо-счастливой улыбкой на лице. Риддл смотрел на него сверху вниз, всё ещё крепко обнимая его рукой, с мягким выражением лица. Гермиона заметила, что глаза Риддла были невероятно тёплыми и полными любви. Гермиона наконец услышала тихий голос Гарри. — Ты обещал, что поможешь мне с зельями, а не убьешь меня своими ужасными шутками, — Риддл в ответ ухмыльнулся, абсолютно довольный собой. — Конечно, милый. Всё, что заставит тебя перестать жаловаться на Снейпа, — ответил Риддл. Гарри закатил глаза, но вернулся к чтению учебника. Гермиона смотрела, как Риддл внимательно наблюдал за Гарри, и его глаза всё ещё были полны привязанности и нежности. Он поднял руку и провел ею по волосам Гарри с лёгкой, мягкой улыбкой на лице. Затем он притянул Гарри к себе и сладко поцеловал его волосы. Гермиона отвернулась. Она знала, что ей не следовало подсматривать за ними, но она всегда была немного любопытной и прекрасно знала об этом. Она тихо выдохнула, даже не подозревая, что задерживала дыхание. Девушка закрыла глаза. Итак, Гарри и Том действительно были вместе. Гарри и Том также казались очень счастливыми вместе, невероятно. Она впервые в жизни увидела, как Риддл искренне смеётся и улыбается. Она покачала головой; это было слишком сложно понять. Ей нужно было немедленно пойти и рассказать всё Рону. Она подумала, что вряд ли сможет выступать против этих отношений. Гарри заслужил того, кто сделал бы его счастливым, и того, кто смотрел на него с такой любовью и нежностью. Ей не особо нравился Риддл, но если он мог дать это Гарри, значит он был не так уж и плох, в конце концов.***
Драко.
Драко в гневе шёл на стадион для квиддича. Он знал, что Поттер сейчас будет там, он всегда тренируется там по воскресеньям после обеда. Поттер убедил команду Гриффиндора прийти наблюдать за тренировкой слизеринской команды сегодня утром, он даже заставил их что-то записывать. Это лишило его команду способности сосредоточиться, потому что они постоянно беспокоились о том, что львы были рядом с ними. Из-за этого тренировка была абсолютно напрасной. И он собирался высказать это всё Поттеру. Малфой был в этом уверен. Он не решался начать ссору с Поттером раньше, потому что до него доходили слухи о том, что он и Риддл теперь вместе. Драко не был дураком. Он знал, что Риддл был холодным и расчётливым, он был слизеринцем до мозга костей. Он знал, что Риддл ни за что не выберет Поттера, в конце концов, тот был типичным гриффиндорцем. Однако раньше он колебался, потому что если слухи были правдивыми, его жизнь была бы в реальной опасности. Риддл правил домом Слизерина жёсткой рукой. Каждый первокурсник очень скоро после поступления узнавал, кто здесь главный, и это был не декан их факультета. Риддл всегда был невозмутим, ни одной эмоции не было на его лице. Когда его маска соскальзывала, его истинное лицо открывалось. У него был ужасный характер, и его вообще не заботило, кто попадёт под раздачу. Сам Драко однажды получил Круцио от палочки Риддла. Он вздрогнул: парень больше никогда не хотел бы это испытать. Но Риддл и Поттер не могли быть вместе, это просто не имело смысла. Король Слизерина и Золотой мальчик Гриффиндора? Ни за что. Рассудив именно так, он спускался на поле, чтобы наконец наорать на Поттера всласть. Когда он приблизился к полю, он увидел слишком быстро движущуюся метлу. Он ухмыльнулся. Отлично. Это означало, что Поттер определённо здесь. Никто другой не был бы настолько безрассуден, чтобы попытаться сделать такой трюк. Поттер буквально двигался по направлению к земле вертикально вниз. Подойдя ближе, Драко увидел, что на квиддичном поле на самом деле было две фигуры. Он остановился в своём шествии и наблюдал, как Поттер спрыгнул с метлы, поймав снитч, и в итоге приземлился, катясь по земле. Другая фигура ждала у поля, а теперь быстро приближалась к Поттеру. Даже на расстоянии Драко мог узнать эту походку. Она была гладкой и расслабленной, будто незаметно скользящая змея. Только один человек был настолько похож на змею, и это был сам Том Риддл. Что ж, если Том Риддл наблюдал, как Гарри Поттер тренируется, значит действительно есть повод для беспокойства. Драко наблюдал, как Риддл бросился к Поттеру, он оказался там ровно в тот момент, когда Поттер поднялся с земли. Поттер поднял снитч и широко улыбался. Он явно был вне себя от радости, из-за того, что поймал игрушку таким опасным способом. Чёртов лев всегда был безрассудным. Он мог сказать, что Тому это тоже не понравилось. Его руки были скрещены на груди, и Драко смог разглядеть нахмуренные брови. Риддл, вероятно, собирался устроить круциотерапию Поттеру, если Драко правильно предполагал. Поттер же совершенно не выглядел обеспокоенным. Он всё еще широко улыбался и размахивал снитчем. Казалось, он не замечал раздражения Риддла, или же ему было всё равно. Затем Поттер подбежал к Риддлу и запрыгнул на него. Поттер обвил ногами талию и обнял Тома за шею. Риддл, конечно, смог легко поймать его. Поттер был слишком худым, про него буквально можно было сказать «кожа да кости», так что это не должно было быть слишком сложной задачей. Однако что-то было не так; Драко покачал головой. Действие выглядело таким комфортным и естественным. Как будто они проделывали это сотни раз. Драко наблюдал, как Поттер обвился вокруг Риддла, словно коала, и Том легко поддерживал его. Поттер улыбнулся Риддлу с такой радостью и любовью на лице, что Драко почти отвёл взгляд. Том всё ещё смотрел на него, слегка хмурясь, хотя его раздражение явно уменьшилось с того момента, как Поттер прыгнул в его объятия. Поттер крепко вцепился руками в волосы на затылке Риддла и притянул его к себе. Драко восхищённо наблюдал, как Поттер аккуратно и нежно целовал Тома, а сам Риддл целовал его в ответ. Они продолжали поцелуй целую минуту, прежде чем наконец отстраниться. Поттер снова улыбался Риддлу, словно пытался ослепить его улыбкой, ну, а сам Риддл смотрел на Поттера с едва заметной нежной улыбкой. На его лице была такая преданность, что Драко мог видеть это выражение издалека. Будто Риддл смотрел на своё собственное солнце. Он явно поклонялся Поттеру. Когда Поттер начал тянуть Риддла для ещё одного поцелуя, Драко отвернулся и побежал так тихо и быстро, как только мог. Если кто-то напортачит в отношении Поттера, этот не особо одарённый разумом человек не доживёт до следующего дня. Риддл его банально прибьёт. Драко безусловно знал, что именно он только что видел. Малфой видел мужчину, полностью и безнадежно влюбленного. Мужчину, который сделает всё, чтобы его возлюбленный был счастлив. Худшим является то, что это был Риддл, потому что Риддл обладал силой, умом, амбициями и упорством, и всё это для того, чтобы бросить весь мир к ногам своего возлюбленного. Драко знал, что ему нужно сообщить своим друзьям. Отныне Поттер станет неприкасаемым. Никто не может с ним связаться без печальных последствий. Драко вздрогнул. Он знал, что Риддл не должен знать о том, что Малфой видел. Он знал, что за наблюдение за Риддлом в его личные моменты наказание будет гораздо большим, чем за ссору с Поттером. Он унесёт информацию, которую узнал сегодня, в могилу. Всё, что он мог сказать друзьям, это то, что теперь связываться с Поттером категорически запрещено, если только кто-нибудь не желает смерти, конечно.***
Сириус.
Сириус был искренне шокирован, когда Гарри спросил, можно ли пригласить Тома Риддла на рождественский ужин. Он был осведомлён о слухах, что этот мальчик, будучи идеальным учеником, буквально покорил Хогвартс. Он также слышал от более компетентных источников, что мальчика следует опасаться. Что он пытался стать следующим Тёмным Лордом. Сириус, конечно, не отказал своему крестнику, в основном думая, что, возможно, Гарри сможет оказать на Риддла положительное влияние. Он знал, что они с Томом были друзьями, но понятия не имел, что они настолько близки. Сириус сидел за столом с Томом и Гарри, наблюдая за их общением. Его крестник вёл себя как обычно. Он был дружелюбным, тёплым и разговорчивым. Он рассказывал о Томе и его достижениях, и Блэк был искренне впечатлён. За 5 лет в Хогвартсе мальчик добился многого. Однако Том был совершенно вежлив. Он изящно принимал похвалу Гарри, но казался холодным и отстранённым от всей ситуации. Мужчина знал, что это типичная маска всех слизеринцев, у него было достаточно представителей этого факультета в семье, чтобы он мог узнать её. Маска Тома ни разу не соскользнула за весь ужин, даже когда Гарри 15 минут подряд разглагольствовал о квиддиче. Сириус, ещё до ужина, думал, что из-за их с Гарри близкой дружбы, Тому не нужна маска. Он мог просто быть самим собой. Блэк не понимал, как Гарри может дружить с кем-то, кто всё время притворяется. Это не имело для него никакого смысла. После обеда мальчики ушли в гостиную, чтобы подарить друг другу подарки. Мужчина решил остаться в столовой и почитать книгу. Он осознал, что если откинуться немного назад, то сможет заглянуть в гостиную и понаблюдать за мальчиками. Несмотря на то, что он чувствовал себя плохо из-за шпионажа, ему было необходимо знать, что Гарри увидел в Томе. Ему нужно было знать, что его мальчик не нашёл себе плохого парня и не собирается остаться с разбитым сердцем. Он смотрел, как они сидели лицом друг к другу, скрестив ноги. У каждого из мальчиков на коленях лежал упакованный подарок. У Гарри была коробка среднего размера, не очень аккуратно завёрнутая в блестящую зелёную бумагу. У Тома же был идеально упакованный подарок, сверху даже был самодельный бантик ярко-красного цвета. Он был немного меньше подарка Гарри. Сириус с удивлением наблюдал, как маска исчезает с лица и тела Тома, когда он думает, что остался с Гарри наедине. Плечи Риддла расслабились, также как и его спина. Его лицо стало более выразительным. Он видел, что Том сейчас немного нервничает, но выглядит счастливым. Том улыбался Гарри, и это была такая красивая улыбка. Он выглядел моложе, по-мальчишески. Что ж, это ему подходит больше обычной маски. Гарри передал свой подарок Тому с лёгкой улыбкой на лице. Он провел рукой по своим растрёпанным чёрным волосам, и именно тогда Сириус понял, что Гарри тоже нервничает. Он немного покраснел, и на лбу выступило несколько капель пота. Сириус наблюдал, как Том с величайшей осторожностью разворачивает подарок Гарри. Он уделял коробке всё своё внимание, будто никогда не получал ничего подобного раньше. Он наконец закончил распаковку и медленно поднял крышку. Том смотрел в коробку и молчал. Его лицо снова было совершенно пустым. Гарри взглянул на Тома и сказал: — Я сделал это без использования магии. Это заняло много времени, — он нервно усмехнулся. — Тебе нравится? Этот вопрос, казалось, вывел Тома из шока. Он взглянул на Гарри, и Сириус увидел, что его глаза блестели и слезились. — Мне нравится, спасибо большое, — ответил Том сдавленным тоном. Ответ мог бы показаться кратким, но Сириус мог сказать, что он был полон эмоций. Том имел в виду каждое слово. Гарри нежно улыбнулся ему. — Ну, тогда надевай! Он предназначен для того, чтобы его носили. Я надеюсь видеть тебя в нём каждый день, — пошутил Гарри. Сириус мог сказать, что он пытался разрядить атмосферу между ними. Он предположил, что его крестник точно знал, что Тому неудобно демонстрировать свои эмоции. Том медленно вытащил из коробки красивый длинный шарф. Он был сделан из толстой пряжи и выглядел очень тёплым и мягким. Шарф был тёмно-изумрудного цвета. Сириус мог сказать, что он был ручной работы и сделан с большой осторожностью и энергией. Гарри не шутил, он, должно быть, часами вязал этот шарф. Том всё ещё держал шарф и нежно водил по нему руками, как будто боялся, что он порвётся. Гарри протянул руку, взял шарф и медленно обернул его вокруг шеи Тома. Риддл молча взглянул на Гарри, и Сириус увидел восхищение и благодарность в его глазах. — Никто никогда не делал мне ничего подобного раньше, — тихо сказал Том. — Ну, теперь у тебя есть тот, кто будет делать это для тебя, — ответил Гарри. — Хотя я не был уверен, что тебе понравится самодельный подарок. Том улыбнулся ему. — Мне понравится всё, что ты мне можешь дать, потому что это от тебя. Гарри мягко ему улыбнулся. Теперь было легко сказать, что оба этих мальчика полностью поглощены друг другом. Теперь Сириус понимал, почему Том был приглашён. Гарри по уши влюблён в него. Том передал свой подарок Гарри, выглядя крайне нервным. — Не уверен, что тебе понравится, это совсем не то, что ты подарил мне, — мягко сказал Том. — Я уверен, что мне это понравится. Гарри развернул полученный подарок с большей энергией, чем Том, добравшись в итоге до шкатулки для драгоценностей. Гарри приподнял бровь, глядя на Тома, и Риддл нервно смотрел в ответ. Гарри медленно поднял крышку шкатулки и, увидев, что внутри, ахнул. — Том, ты не можешь быть серьёзным. Ты только что нашёл его, я не могу забрать это у тебя, — начал Гарри. — Ты не забираешь его, я отдаю его тебе. Я хочу, чтобы ты хранил это для меня. Ты единственный человек, которому я доверяю, — заявил Том. Теперь его голос звучал твёрдо, исчезла его прежняя нервозность. Гарри медленно вытащил украшение из шкатулки, и Сириус замер. Это был медальон Слизерина. Насколько было известно, он находился в Гринготтсе, в ожидании следующего наследника Слизерина. Это означало, что Том был наследником Слизеринской линии. Сириус покачал головой и моргнул несколько раз. Он ещё не успел осмыслить это. — Я знаю, что ещё не обнародовал своё наследство, но я хочу, чтобы он был у тебя. Это может быть частичка меня, которую ты можешь всегда носить с собой, чтобы никогда не забывать, — начал Том громко и уверено, но закончил шёпотом, будто боялся сказать это. Гарри кинул на него взгляд, полный любви. — Если это так много для тебя значит, я, конечно, приму его, — Гарри протянул ему медальон и повернулся. — Не мог бы ты надеть его на меня, пожалуйста? Том медленно расстегнул застёжку медальона и накинул его на шею Гарри. Он с осторожностью застегнул её. Гарри обернулся, чтобы посмотреть на него с нервным выражением лица. — Ну? Как? Мне идёт? Том посмотрел Гарри в глаза. — Ты прекрасно выглядишь, любимый. Он идеально подходит к твоим глазам. Его крестник улыбнулся Тому, а затем начал наклоняться к нему. Сириус отвернулся и уставился в свою книгу. Он знал, что шпионить за вручением подарков Гарри и Тома было неправильно, но была линия, которую он не собирался пересекать. Сириус начал обрабатывать то, что только что наблюдал. Том был наследником Слизерина. Том был влюблен в Гарри. Том только что подарил Гарри бесценный артефакт в качестве рождественского подарка. Том точно рассказывал Гарри все свои секреты, так что они должны быть очень близки. Сириус улыбнулся про себя. Гарри нашёл человека, который любил его почти так же сильно, как Сириус. Блэк знал, что ему больше не о чем беспокоиться, Том никогда не причинит вреда Гарри. Риддл также причинит вред любому, кто попытается причинить вред Гарри.***
Луна.
Луна знала, что было уже позднее время, но она только что спустилась с астрономической башни, где она пару часов смотрела на звёзды. Девушка что-то напевала себе под нос, когда бродила по коридору, ночью было так мирно. Замок был тихий и красивый, освещённый только лишь лунным светом. Луна собиралась повернуть за угол, когда услышала, как открылась и закрылась дверь. Она остановилась: это мог быть профессор. Затем она услышала чей-то смешок. Она нахмурилась: профессор не стал бы хихикать. Девушка выглянула из-за угла и увидела Гарри Поттера и Тома Риддла, стоящих у входа в выручай-комнату. Обычно растрёпанные волосы Гарри были каким-то образом в ещё большем беспорядке, они буквально торчали во все стороны. Его рубашка была расстёгнута на несколько пуговиц, галстука вообще нигде не было видно. Его очки были слегка скошены на лице, а губы выглядели очень красными. У него также было много синяков на шее, и Луна видела, что они уходят глубже, под его расстёгнутую рубашку. Он хихикал, держа Тома за руку. Внешний вид Тома был ещё более шокирующим, потому что он всегда выглядит собранным и аккуратным. Его одежда обычно была в идеальном состоянии. Сейчас же рубашка Тома была лишь наполовину заправлена, а галстук на шее был развязан. Его волосы были абсолютно растрёпанными, как будто кто-то хватал их и тянул. У него также были синяки на шее, но не совсем такие, как у Гарри. Ремень Тома тоже был расстегнут, хотя, судя по всему, прямо сейчас он пытался его застегнуть. У него явно не получалось, потому что он также пытался удержать Гарри в вертикальном положении и не дать ему хихикать. — Гарри, ты должен быть тихим, прошло много времени с комендантского часа, — тихо сказал Том, но звук его голоса эхом отозвался в пустых залах. Гарри ответил только ещё большим хихиканьем. Луна смотрела, как Гарри подходит к Риддлу. Поттер обнял Тома за шею и притянул его к себе. Их губы встретились, и Луна подумала, что они выглядят очень красиво в лунном свете. Том крепко прижимал Гарри к себе, и тот, в свою очередь, и сам всё ближе и ближе жался к нему. Гарри начал уводить их, пока Том не упёрся спиной о дверь Выручай-комнаты. Гарри прижимал Тома к двери, при этом продолжая страстно его целовать. Внезапно Том их перевернул. Он толкнул Гарри к двери и углубил поцелуй. Он крепко держался руками за бедра Гарри. Поттер же теперь тянул Тома к себе за всё ещё развязанный галстук. Луна наблюдала, как руки Гарри медленно переместились от галстука Риддла к его груди. Руки Поттера опустились ещё ниже и теперь покоились на талии его парня. Затем Гарри запустил пальцы во всё ещё расстёгнутые штаны Тома. Он притянул его ещё ближе к себе, что сделало Риддла только голоднее. Их поцелуй продолжался ещё несколько минут, прежде чем Том разорвал его, потому что руки Гарри начали блуждать слишком активно в его брюках. Он просто оттолкнул руки юноши и снова притянул его к себе. Гарри аккуратно уложил голову на грудь Тома, ростом он едва доставал плеча Риддла. На его лице была широкая улыбка, полная удовлетворения. Том упёрся подбородком в макушку Гарри и закрыл глаза. Они явно наслаждались присутствием друг друга и были счастливы вместе. В конце концов Гарри отстранился и схватил Тома за руку. Он потянул Тома к центру коридора и захихикал. Казалось, что Гарри пытался дразнить Риддла, чтобы его снова заткнули поцелуем. Том последовал за ним и позволил тянуть себя. Теперь Луна ясно видела лицо Тома Риддла. Его глаза были прикованы к Гарри, будто он был полон решимости запомнить каждую деталь его лица. Он довольно улыбался, как человек, у которого было всё, что он когда-либо желал. Риддл выглядел самым счастливым человеком, которого когда-либо видела Луна. Том явно обожал Гарри. Риддл снова обнял Гарри и поцеловал его в лоб. Теперь они стояли перед окном. Лунный свет так ярко освещал их лица, что она ясно видела преданность и любовь на их лицах. Они были в восторге друг от друга. — Ты самое прекрасное, что есть в мире. Гарри, который наконец перестал хихикать, улыбнулся Тому, его глаза светились счастьем и удовлетворением. Поттер явно поклонялся Риддлу, так же как и Том ему. — Люблю тебя, Том. — Я тоже тебя люблю, Гарри. Луна улыбалась про себя, возвращаясь к себе в комнату. «Они такая красивая пара. — Подумала она. — Красивые, потому что очень счастливые. Счастливые и влюблённые».***
Колин.
Колин пытался практиковаться в фотографировании природы. Он неплохо научился фотографировать людей и предметы, но не природу. Фотография всегда была его большой страстью, и он хотел иметь возможность поделиться каждой частью Хогвартса со своей семьёй, когда вернётся домой. Ему нужно было запечатлеть Чёрное озеро во всей его красе. Он решил, что сегодня идеальный день, чтобы сфотографировать озеро. Была середина весны, поэтому температура была достаточно комфортной. Кроме того, за весь день не было видно ни единого облачка. Чистое небо станет прекрасным фоном для яркого заката. Таким образом, он спускался к Чёрному озеру незадолго до сумерек, чтобы попытаться запечатлеть красивый закат. Это была мирная прогулка. Радостно щебетали птицы, пробивалась свежая травка, а на деревьях зеленели листья. Колин был взволнован попыткой сфотографировать этот закат. Во время прогулки он остановился, чтобы сфотографировать птиц, сидящих на дереве. Он был далековато от озера, но закат ещё не распустился, так что он не переживал. Когда он настраивал свой объектив, ему послышалась мелодия. Колин притаился; у него было подозрение, что он знал песню, которая играла. Это была маггловская песня, которую он часто слышал в собственном доме. Это была старая запись Фрэнка Синатры. Почему, во имя Мерлина, песня Фрэнка Синатры играла возле Чёрного озера? Он предположил, что это была пара студентов на свидании, но ему хотелось убедиться. Колин снова посмотрел на дерево, которое собирался сфотографировать, и осознал, что если он заберётся на него, то сможет увидеть, кто слушает музыку. Он также, вероятно, сможет хорошо сфотографировать закат. Решение принято; Колин взобрался на дерево. Как только он убедился в надёжности ветки, на которой он сидел, он стал осматривать окрестности через объектив камеры. Колин внимательно осмотрел береговую линию и чуть не уронил фотоаппарат от удивления, увидев, кто именно включил музыку. Это Том Риддл и Гарри Поттер сидели на пикнике у Чёрного озера. До Колина доходили слухи об их отношениях, но, как и все остальные, он никогда не видел их вместе. Казалось, они делали вид, что не замечают друг друга в школе. Его любопытство даже усилилось, так что он продолжал наблюдать за ними. На траве у берега было расстелено одеяло. На нём была небольшая корзинка для пикника с лёгкими закусками вроде сыра или хлеба и бутылка вина. Также лежали уже пустые бокалы. На одеяле был установлен небольшой проигрыватель. Рядом валялась пара пластинок. Колин иногда забывал, что и Гарри, и Том были воспитаны магглами. Что ж, это объясняет маггловскую музыку. Как и сам Колин, они оба, вероятно, выросли на этой музыке. Это заставило его улыбнуться. Гарри сидел, скрестив ноги на одеяле, а Том лежал, разместив свою голову Поттеру на колени. Его руки расслабленно лежали на животе. Его губы шевелились, когда он смотрел на Гарри. Поттер же осторожно и медленно ласкал пальцами волосы своего парня, кивая в ответ на слова Тома. Колин мог только догадываться, о чём они говорили. И, зная Тома, разговор был о мировом господстве. Как ни странно, казалось, им так комфортно в присутствии друг друга. Том казался совершенно другим человеком. Та слизеринская маска, которую всегда носил Том, полностью исчезла. Он улыбался и был таким расслабленным, каким Колин его никогда не видел. Он не удивился бы, если Гарри был вообще единственным человеком, который когда-либо видел его таким. Том всегда был таким холодным и манипулятивным; его тепло и улыбки всегда выглядели фальшивыми и натянутыми. Хотя большая часть Хогвартса не могла этого сказать. Единственная причина, по которой знал об этом сам Колин, заключалась в том, что Том пару раз угрожал ему в коридоре. Но теперь этого ничего не было. Ни масок, ни фасадов. Том просто казался милым влюбленным мальчиком. Гарри тоже выглядел расслабленным. Весь Хогвартс знал, что Поттер постоянно напряжён из-за того, что Грин-де-Вальд на пике своего могущества. В эти дни на лице Гарри почти никогда не видно улыбки. Но здесь, в этом уединенном месте с Томом, он улыбался. Настоящей, искренней улыбкой. Он смеялся над чем-то, что сказал Том. Прямо сейчас Гарри больше, чем на протяжении нескольких месяцев, походил на мальчика, которым восхищался Криви. Колин услышал, как песня сменилась на что-то более мягкое и медленное. Он узнал — это «I’ll Never Smile Again» Фрэнка Синатры. Колину нравилась эта песня; он часто видел, как его родители медленно танцевали под неё на кухне по ночам, когда думали, что он спит. Колин наблюдал, как Том замолчал и просто смотрел на Гарри. Затем он быстро поднялся на ноги с застенчивой улыбкой на лице. Он протянул руку, и Гарри взял её. Том поднял Гарри на ноги. Они стояли близко друг к другу; их носы почти соприкасались. Колин видел, как Том спрашивает Гарри о чём-то. И хотя он не мог точно понять, что именно, он понял суть вопроса. Потанцуешь со мной? Гарри кивнул с мягкой улыбкой на лице. Том обвил обеими руками талию Поттера, а Гарри обнял Риддла за шею. Том притянул Гарри к себе, и они медленно вращались по кругу. Сначала они смотрели друг другу в глаза. Даже с дерева Колин видел обожание и любовь в их глазах. Они были полностью поглощены друг другом. Затем Гарри медленно положил голову на плечо Тома, когда они повернулись. Гарри закрыл глаза и расслабился в объятиях Тома. Риддл смотрел на Гарри так, будто в руках у него было самое важное сокровище его жизни. Колин знал, что Том сделает всё для мальчика, которого держал в руках. Это было также очевидно, как и факт того, что небо голубое. Они продолжали медленно вращаться, пока песня не закончилась. Запись остановилась, затем пошёл белый шум. Но они не двинулись с места. Они просто стояли там, обнимая друг друга. Колин не мог бы сказать, как долго они стояли, прижавшись друг к другу. Казалось, если бы они могли, Гарри и Том остались бы там навсегда. Колин наконец оторвался от камеры и понял, что солнце уже опускается. Это было красиво, но далеко не так прекрасно, как два влюбленных мальчика. Колин был счастлив, зная, что у Гарри есть кто-то, кто любит его, особенно со всеми последними событиями. Чтобы пережить эту войну, им было необходимо как можно больше любви. Колин надеялся, что они наслаждаются закатом, может быть, он даст им эту фотографию. Они смогут её оценить.***
Последняя битва
Гарри тяжело дышал, он был весь в поту и крови. Это был кульминационный момент, вероятно, всей его жизни; итог всех его трудов. Он наконец победил Грин-де-Вальда. Битва была жестокой, кровавой. Он был так истощён. Он проследил направление его палочки и упёрся взглядом в Грин-де-Вальда, лежащего у его ног. Мужчина смотрел на него, ожидая своего конца. Поттер знал, что ему нужно, просто необходимо убить этого человека. После всего, что он сделал, после всех жизней, которые он забрал, он определенно этого заслуживает. Гарри же просто смотрел на него. Он не мог этого сделать. Он не был убийцей; он никогда не был и никогда не будет таковым. Грин-де-Вальд тоже это понимал. У Геллерта всё ещё была палочка в руке, и Гарри знал, что, если он не сделает хоть что-нибудь, он умрёт. Поттер знал, что Грин-де-Вальд без колебаний убьёт его. Однако Гарри колебался, и это могло стоить ему жизни. Тёмный маг видел его слабость, видел моменты нерешительности и собирался нанести удар. Он уже начал поднимать палочку, и Гарри застыл на месте. Он даже не мог пошевелиться. Внезапно краем глаза он увидел бегущего Тома. Позже люди расскажут ему, как Том бежал к нему. Расскажут, что его маска полностью исчезла, и они могли видеть демона, который всегда находился под поверхностью личности Тома Риддла. Они могли видеть всю тьму и ярость, которые он держал в себе. Расскажут о том, что он двигался так быстро, что это казалось невозможным. Том приближался к ним, полный ярости и гнева. Его мантия вздымалась вокруг него, черная и мощная. Его глаза горели яростью, когда он подбежал к Гарри. Он избавился от той маски, избавился от персонажа, которого играл все эти годы. Впервые на публике Том Риддл не играл. Том видел ситуацию и уже знал, что ему делать. Он не колебался. Он просто не мог. Если он будет колебаться, то единственный человек, которого он действительно любил, погибнет. Единственный человек, который поддерживал его рассудок, не позволял тьме поглотить его целиком. Он не может потерять Гарри и не потеряет. Не сегодня. Он поднял палочку и прицелился. Даже в ярости его голос был ровным. Движения его палочки были плавными и совершенными. Он был уверен в этом заклинании больше, чем в чём-либо прежде в своей жизни. Он вложил в него всю свою магию, он не собирался сдерживаться. «Авада Кедавра». Мир Гарри стал зелёным во второй раз в его жизни. Однако на этот раз он был направлен не против него. Он был нацелен на человека, который собирался убить его. Гарри смотрел, как Грин-де-Вальд был окружён ярко-зелёным светом. Он смотрел, как жизнь уходит из тела его врага. Гарри оцепенел, словно он был заморожен во льду. Том быстро подбежал к нему. Все вокруг них тоже оцепенели. Не каждый день можно было увидеть непростительное заклинание, тем более такой силы. Была мёртвая тишина, никто не издавал ни звука, за исключением Тома. Всё, что можно было услышать, это Том Риддл, бегущий к Гарри Поттеру. Том прижал его к груди, крепко обнимая. Парень провёл руками по волосам Гарри, пытаясь его успокоить. Глаза Поттера были остекленевшими, он всё ещё был в шоке. Было очевидно, что Тома совершенно не волновало совершенное им убийство, он беспокоился только о своём Гарри. Том не сказал ни слова. Он знал, что всё, что он скажет, не будет услышано и не будет иметь значения для Гарри. Все по-прежнему наблюдали, как Гарри, благодаря ласке Тома, медленно оживал. Его глаза, до этого застывшие, начали оттаивать, в них вернулась жизнь. Гарри позволил Тому держать его ещё немного, просто чтобы чувствовать себя в безопасности. Через некоторое время Гарри медленно отстранился и внимательно посмотрел на Тома. Том всё ещё держал его в своих руках, явно не желая отпускать. Том обеспокоенно нахмурился, глядя на Гарри сверху вниз. — Все кончено, не так ли? — спросил Гарри Тома. — Да, это так, — тихо ответил Том. Гарри кивнул и наконец оглянулся на людей, собравшихся вокруг. На них больше никто не обращал внимания. Все были больше сосредоточены на лечении раненых и благополучием своих близких. Он увидел, как Рон и Гермиона крепко обнимаются, и улыбнулся. — Слава Мерлину, — Гарри снова посмотрел на Тома. На этот раз с сияющей улыбкой на лице. Наконец-то он почувствовал освобождение от стресса, который испытывал годами. Он наконец-то может стать нормальным человеком; он больше не был Избранным. Он не может быть таковым, если Грин-де-Вальд мёртв у его ног. Гарри протянул руку и крепко вцепился в Тома. Гарри чувствовал, как напряжение покидает тело Тома, и слизеринец обнял его в ответ так же крепко. — Я думал, что потеряю тебя, — прошептал Том ему в волосы. Его голос был тихим и хрупким. Гарри почти не слышал его. Поттер понял, что он, должно быть, сильно напугал Тома, чтобы тот признался в этом публично. — Но ты не потерял, я ведь здесь, — прошептал Гарри ему в грудь. Том ответил только тем, что прижал его сильнее. В конце концов, они отпустили друг друга. Гарри снова огляделся и наконец увидел мёртвое тело Грин-де-Вальда. Затем до него дошло, что именно сделал Том. — Том? — Да, любовь? — Ты бросил непростительное? — Именно. — Почему? — Мне нужно, чтобы ты был в безопасности. И тогда Гарри понял. Том мог наложить кучу разных проклятий, которые вывели бы Грин-де-Вальда из строя или обезоружили бы его. Однако ни одно из них не гарантировало, что Грин-де-Вальд не сможет причинить вред Гарри. Всегда был небольшой шанс, что Грин-де-Вальд знал бы контрпроклятие или наложил бы защитное заклинание. Чёрт, Грин-де-Вальд мог броситься на Гарри по-маггловски, с кулаками. Смертельное проклятие было единственным гарантированным способом, что Гарри останется цел и невредим. Том никогда не был тем, кто рисковал и полагался на удачу. Гарри посмотрел на него со слезами на глазах. Том с таким же волнением встретил его взгляд. Поттер видел любовь и страстное желание защитить его в глазах своего возлюбленного. — Ты сделал это для меня. — Я сделаю для тебя всё, ты же знаешь. Гарри кивнул. Он знал это, но в большинстве случаев люди так говорят, а потом, когда приходит время, оказывается, что на самом деле они не имели это в виду. Том же доказал, что имел в виду именно это. Риддл только что рискнул своей потенциально успешной карьерой в Министерстве, чтобы спасти Гарри. Гриффиндорец улыбнулся Тому. Это всё, что он мог сделать. Том улыбнулся ему в ответ счастливой, самой прекрасной улыбкой. Эта улыбка заставляла Гарри влюбляться в него снова и снова, каждый раз, когда он её видел. Том потянулся к своему карману, и Гарри непонимающе посмотрел на него. — Что ты делаешь? — спросил Гарри. Затем Том упал на одно колено. Гарри ахнул, и он услышал, восклицания других людей вокруг, которые остановились, чтобы не пропустить ничего. Том вытащил из кармана брюк красивую чёрную бархатную коробочку. Он взглянул на Гарри и снова улыбнулся. Он поднял коробочку, но пока не открыл её. — Гарри, я люблю тебя. Я всегда любил и всегда буду любить. Я бы сделал для тебя всё на свете, всё, что тебе нужно сделать, это сказать мне. Я бы бросил мир к твоим ногам, если бы ты этого хотел, — Том глубоко вздохнул, на этот раз он действительно выглядел нервничавшим. — Я хочу провести остаток своей жизни, делая тебя счастливым и защищая тебя. Гарри знал, что он просто смотрел на Тома с открытым ртом. — Гарри, моя любовь, мой свет, ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете и выйдешь за меня замуж? Том открыл коробочку, чтобы показать обручальное кольцо Слизеринов. Гарри захотелось рассмеяться; Том всегда был таким драматичным. Он так долго скрывал свое слизеринское наследие, ждал подходящего момента, чтобы раскрыть его. Очевидно, он выбрал именно этот момент. И снова Гарри мог только кивнуть. Он чувствовал, как по его щекам катятся слезы, до этого он даже не знал, что плакал. Том потянулся к нему, и взял руку Гарри в свои, слегка дрожащие, руки. Он медленно надел кольцо на левую руку. Затем он прижал руку Гарри к губам и оставил небольшой, но продолжительный поцелуй на тыльной стороне его ладони. Затем он встал, Том улыбался так широко, возможно, самой широкой из всех улыбок, что у него когда-либо были. Это было почти ослепляюще, но Гарри не мог отвести взгляд. Том положил обе руки на щеки Гарри и притянул его к себе для поцелуя. Было так тепло, и Гарри слышал, как люди вокруг аплодируют и кричат. Гарри покраснел и отстранился. Он не мог перестать улыбаться, обнимая Тома за талию. Они вместе повернулись к толпе. Он оглянулся на своих друзей, и хотя все они выглядели очень счастливыми за них, ни один из них не выглядел удивлённым.
