Рыжий и пушистый

— Честное слово! Вас ни на секунду нельзя оставить одних! — Вспылил Суга, махая руками в воздухе и краснея от злости.       Парни сидели на полу, склонив голову и каждый раз вздрагивая от вопля хозяина квартиры. Все же, не выдержал бедняга, сорвался. — Вы же видели, как ему плохо! Совсем совести нет!? — Кипел связующий, чуть ли не рыча. — Кагеяма! В который раз ты обижаешь своего сокомандника? Не стыдно!? Хината твой друг!       Брюнет насупился и надул губы, стараясь скрыть то, что ему сейчас очень стыдно. Кенма не особо вслушивался в крики, мол, уже привык. Но обращение в свою сторону заставило его поежиться и сморщить нос. Он приехал ради Шоё, чтобы помочь ему, ну и немного поиграть, совсем чуть-чуть, а тут такое...       Коуши, полностью провалившись как сенпай и гостеприимный хозяин дома, устало упал на диван и что-то буркнул под нос. Под ним на полу сопел и вздрагивал рыжий, улыбаясь то ли своим галлюцинациям, то ли самому себе. Данная картина должна была вызвать и смотрящих улыбку или ещё какое-нибудь теплое чувство, но, видимо, сейчас не до этого. — Эй... — шепнул парень с каре, дергая высокого за рукав футболки. Тобио мгновенно повернулся и нахмурился. — Возьми его, пусть подышит свежим воздухом...должно стать легче.       Кагеяма посмотрел на своего овощного сокомандника и тяжело вздохнул, понимая, что эту тушку ему придется тащить на себе. — Хината, ты жив? — Связующий поднял кота с пола и начал трясти за плечи, в ответ получая лишь тяжёлый вздох. — Шоё...открой глаза... — Козуме сам приоткрыл ему веки, разглядывая расширенные и заплывшие зрачки. — Пошли...ему надо на воздух. — Тц...и все же, это наркота.       Брюнет перекинул парнишку через плечо и, поправив на себе его вялое тело, вышел из прихожей и довольно громко предупредил Сугавару о том, что они собираются делать. Боже, опять они собрались мучить бедного мальчишку! — Не убейте его, прошу вас... — простонал он, спрыгивая с дивана. — Не хватало нам ещё лишиться члена команды... Кагеяма, это под твою ответственность! А мне... кажется, тоже нужна валерьянка...для успокоения.       Младший тихо угукнул и покинул квартиру, перешагивая через порог. И всё же он был горд собой. Ему доверили целостность Шоё, ему доверяли. Поэтому Кагеяма просто не мог не нервничать. Держал рыжего на руках так крепко, чтобы даже и в мыслях не возникали ситуации о чем-то плохом! Это было маленькое рыжее сокровище. Раздражающее, бесячее, обиженное, но сокровище. И оно нуждалось в помощи. Кто, если не товарищи по команде и не друзья пришли бы на помощь? Хината тоже доверился им, поэтому теперь он мог, по мыслям Тобио, лишь ждать, когда те смогут помочь.

***

      Парни неспеша пришли в парк. Было жарко. Поэтому связующие укрылись под деревом, где находилась большая и прохладная тень. — В Токио тоже жара? — Первым голос подал брюнет, укладывая свой груз на мягкую траву. — Да... — равнодушно пожал плечами Козуме, попивая воду из бутылки.       Ну, и пожалуйста. Ну и не надо. Тобио сразу заметил это отношение к себе, но даже не пытался как-то изменить это. Зачем? Человек им явно не заинтересован, да про спорт с Кенмой особо не поговорить. И как они с Хинатой вообще смогли подружиться? Совершенно разные люди! Прямо как...они с Кагеямой.       Блондин постелил на траву свою мастерку, а затем сел на неё. Его руки острожно притянули голову блокирующего ближе и аккуратно положили на колени как на подушку. Вот так вот. — Что ты делаешь? — С явным раздражением насупился Кагеяма, стараясь скрыть враждебный настрой. — М? — Игрок Некомы сделал вид, что не слышал хамского тона. — Предлагаешь ему валяться на земле?       Ну, вот опять! Его опустили! Закопали! Сделали всё, что угодно, только не ответили нормально. Тобио уже в который раз почувствовал себя униженным, никому не нужным и брошенным. На самом деле, это именно он был бедным котом, которого никто не хотел приласкать. Вот он и кусался. Довольно символично.       Брюнет скрипнул зубами и прикусил губу, чтобы не начать орать и материться. А хотелось просто неимоверно сильно! Кровь кипела, только повод дай! Так... Надо держать себя в руках. Это же друг Хинаты, значит....и друг Тобио тоже? Может быть. Но коты давние соперники воронов, они не могли быть друзьями. Что за Ромео и Джульетта в реальной жизни? Абсурд! И почему именно это сравнение пришло в шальную голову подростка? Кто знает. — Купи воды, у меня закончилась... пожалуйста. — Пятый номер робко крутил в руках банковскую карту и не решался посмотреть на парня. — М-можешь и себе взять чего-нибудь...и Шоё тоже.       Ну, раз уж он мог купить что-нибудь себе, тогда работа вполне могла окупиться. Девятый плавно поднялся на ноги и, забрав карточку, направился в сторону ближайшего автомата с напитками. Одной пачки молока вполне достаточно. А для Хинаты? Может, яблочный сок? Да, вполне... Нет! Нет-нет! Хината же теперь другой! Вдруг теперь сок ему перестал нравится? Тогда, что взять?       Кагеяма понял, что такие мысли слишком сильно отвлекают и мешают думать нормально. С каких пор он вообще так много думал об этом рыжем придурке? Пусть довольствуется тем, что дадут! Так вот. Для крашеного минералка, а для них с Шоё молоко. Топлёное молоко.       Синеглазый вернулся к своим как бы друзьям и под знакомое тарахтение плюхнулся на траву. Парнишка спал на коленях своего друга, мурлыча и иногда двигая кончиком хвоста. Видимо, он все ещё был где-то там. На небесах. Кенма с улыбкой перебирал пальцами пушистые волосы на макушке, не забывая поглаживать треугольные ушки, иногда потирая их большим пальцем с внутренней стороны.       Закатив глаза, наблюдатель Сия прекрасной картины проткнул пачку с молоком и принялся обиженно посасывать, лишь бы отвлечь себя от этих двоих. Уж слишком мило те ворковали между собой. Однако любопытный взор повернулся к ним на довольно интересном моменте. Козуме потянулся к новой бутылке с водой, переворачивая приманку на спину, лицом вверх. Утолив жажду, он нежно коснулся подбородка рыжего и далее пальцами скользил по коже, поглаживая и как бы почесывая. Другой рукой поправлял непослушные вихры на своих коленях, а первой продолжал касаться вибрирующего горла волейболиста.       Глаза боялись моргать и упускать какую-нибудь деталь, которая могла ускользнуть от взора и остаться незамеченной. Кагеяма чувствал, как его коробочка становится легче с каждым глотком, поэтому он замедлился, растягивая удовольствие. На самом деле, это вызывало бешенство, и только молоко остужало горячую кровь.       Теперь рука обладателя золотых глаз легла на слегка вздымающуюся грудь парня. Тобио от изумления задержал дыхание, продолжая искоса смотреть. Наконец, неподвижность пропала. Небольшая ладонь смело гладила просторные равнины на груди, заставляя рыжего сквозь сон сморщить носик и издать какой-то странный звук. Вроде бы, было похоже на мычание, но... какое-то странное. А затем снова. Кажется, Козуме намеренно делал это.       Когда с губ Шоё сорвалось нечто погромче, а его колени стукнулись друг об друга, ерзая, Кагеяма резко вдохнул находящиеся во рту молоко, забывая проглотить. Он тут же с хрипом кашлянул в руку и пролил на себя остаток, хрюкая от того, что часть топлёной жидкости вытекла через нос. Некомовец дёрнулся и испуганно икнул, когда рядом градом сыпался ор, мат и куча других страшных ругательств. Плечи поджались сами собой, а спящий до этого Хината приоткрыл глаза. Первое, что он увидел было...ну, как сказать. — К-Кагеяма..пх..— Прыснул парнишка, дергаясь у друга на коленях и хихикая в ладони. — Что с тобой...? Пхах...       Звериный от злости взгляд налившихся кровью глаз выбил последний смешок с лица хвостатого, а сам он, подражая Кенме, поджал плечи и замолк. — Ты... — хрипнул Тобио, вытирая с лица остатки молока. — Это все из-за тебя, придурок! — Что!? — Отойдя от сна и лёгкого испуга, рыжик встал на ноги и сердито глянул на связующего. Сейчас ругаться можно было, никто не запрещал. — Почему ты всегда во всем обвиняешь меня? Это ужасно! И глупо! Ты выглядишь очень глупо! — По ТВОЕЙ вине, идиот! — Рычал парень, чуть ли не хватая мелкого за ворот на футболке. — Что я сделал!? Я только проснулся и уже в чем-то виноват! Что с тобой не так, тупица? — Хината ответно рычал на волейболиста, игнорируя слова своего друга где-то рядом. Сейчас он был занят спором. — Если б ты не пищал как баба каждый раз, когда тебя трогают, то ничего бы этого не было! — Ч-что..? — Блокирующий явно был смущён этим, но все ещё продолжал налегать на противника. Да что этот тупой Кагеяма себе позволял!? — Сам ты баба! И я не пищал! Никогда!       Брюнет прищурился и пробежал глазами по коротышке, изучая. Тот, в свою очередь, источал максимально недружелюбное выражение лица, не желая уступать сопернику. Даже в таком глупом споре, казалось бы! Когда девятый приблизился довольно таки близко к лицу рыжего, то пренебрежительно оттопырил нижнюю губу через силу и шикнул на мелкого. Тот слегка пошатнулся, но продолжил стоять, игнорируя все запугивания. Тогда-то злосчастная широкая ладонь связующего грубым и быстрым движением схватила парня за грудь и сжала ее. Шоё громко ахнул и выпучил глаза от неожиданности, тут же густо краснея и страдальчески искривляя лицо. — Я говорю об этом. — Выплюнул Кагеяма, уворачиваясь от череды ударов по лицу, которые ему хотели любезно подарить. — Т-ты! — Тресся парнишка, чуть ли не рыдая от стыда, продолжая махать кулаками. — Изврат! Зачем ты это сделал!? — Заткнись! Ты сам виноват! — Вот уж нет! — Шоё... — Козуме острожно похлопал юношу по плечу и показал на толпу людей рядом с ними. Они явно на что-то смотрели. — Потише...       Блокирующий тут же спрятался за другом, чтобы скрыться от посторонних глаз, ведь не каждый день можно было увидеть у орущего на весь парк парня хвост и ушки.