Как выжить, если ты волшебник. Книга первая.

      На Гриффиндоре оказалось… Неплохо. На удивление, Драко даже почти не доставали. Разве что Рон очень ехидно улыбался, да и Грейнджер начала насмешливо называть его львенком.       Вчерашний вечер Драко практически не запомнил. Сначала Дамблдор завёл длинную речь, упомянул про какой-то Запретный коридор и страшную смерть, которая ожидает всех, нарушивших это правило. Все это прошло мимо детей. Они слишком хотели есть, а сладости, съеденные в поезде, только ненадолго помогли притупить голод, не насытив по-нормальному.       Дальше следовал гимн Хогвартса, ведущую партию в котором исполняла шляпа. Гермиона искренне хотела её сжечь. Рон её в этом желании только поддерживал. На столах наконец появилась еда, и начался Пир.       Что порадовало Драко Малфоя — то, что Рон Уизли вёл себя как приличный человек и не набрасывался на еду, будто с голодного края.       По факультетским гостиным их разводили уже сонными.       Даже сытая и уставшая, Гермиона не отказалась от почетного звания главной заучки и ходячей энциклопедии, продолжая время от времени вкидывать разные факты о Хогвартсе и его обитателях, будь то привидение или портрет.       Мальчики с мальчиками, девочки с девочками. В комнатах по 5 человек.       Рон попал прям как в каноне в комнату с Поттером, единственным отличием стало то, что вместо Невилла к ним подселили Малфоя.       На следующее утро не было даже какого-либо организованного подъема. Все проснулись кто когда и кое-как, кто-то забыл умыться, кто-то причесаться, и почти все оделись крайне неопрятно. Раздраженный староста немного повозмущался в общей гостиной их внешним видом и бегом погнал всех на завтрак.       Это сразу же невероятно сильно возмутило Гермиону. А как же взять учебники? И только во время завтрака им раздали расписание.       На завтраке Драко сидел тихо и выглядел болезненно, будто не спал всю ночь. Малфою-младшему было действительно сложно заснуть. Перед отбоем он все-таки написал письмо, и сегодня, — вот прямо сейчас, — ему должен был прийти ответ от родителей. В большой зал через небольшое окошко вверху по одной залетали совы. Драко увидел знакомого серого филина, который стремительно приближался прямо к нему. Малфой тяжело сглотнул. В предчувствии катастрофы дрожали руки, и бешено билось сердце. Он был готов к чему угодно. Он полночи представлял как отец тяжело склонив голову, занавесившись распущенными волосами, грозно нахмурив брови, пишет: «Ты больше не мой сын. Ты позор рода Малфоев. Считай, что ты изгнан из Рода, твоё имя выжжено с Гобелена, а память о тебе никогда не дойдет до твоих потомков, потому что в древнейшем и благороднейшем семействе Малфой просто не может существовать такого "позорища". Когда ему прямо на голову упало письмо, — Драко попросту не успел его поймать руками, — он весь побелел.       Драко резко выскочил из-за стола и быстрым шагом пошел в сторону гостиной, чтобы уже там прочитать ответ родителей. Руки продолжали трястись прямо как у запойного алкоголика. Никем не замеченные, с учительской кафедры вслед ему тревожно смотрели аж двое.       Понимающие переглянулись Рон с Гермионой.       Рон быстро допил тыквенный сок и вскочил вслед за Драко.       — Я его догоню. — Гермиона на это только ободряюще кивнула.       Уже в спальной комнате, Драко с бешено колотящимся сердцем медленно, — будто мучая себя еще больше, — открывал письмо. Перед глазами прыгали световые пятна. Драко, как учил его когда-то папа, медленно и размеренно задышал на счет. Вроде бы, это даже помогло немного успокоиться       Он все же открыл письмо.       Отец не соизволил черкнуть ни строчки. Короткий ответ был написан красивым витиеватым почерком матери.       «Не расстраивайся. Это все происки Дамблдора. Всегда будь настороже. Держись подальше от Поттера. Целую. Мама.» Все. Драко даже не знал, что думать. Зато, кажется, окончательно успокоился.       С одной стороны, его вроде бы не ругали. С Другой… Директор-то тут каким боком? Наложил на шляпу конфундус и сказал, чтобы всех врагов распределяла в Гриффиндор? Это вообще возможно?! Ладно, насчет «настороже» — понятно. Насчет Поттера, впрочем, тоже, но тут как раз мама и ошибается. Не похож герой на человека Общего Блага, ну не похож, и все тут! Скорее, нейтрал. И то — с натяжкой.       Ладно, хватит страдать, время собирать учебники и топать на уроки.       У входа в комнату, подперев собой косяк, стоял Рон.       — Ты забыл расписание. — Уизли протянул ему бланк со временем занятий. — У нас сейчас трансфигурация, а после обеда — травология. Ты уже собрал учебники?       — Когда бы, — Драко кивнул на распечатанное письмо, лежавшее на прикроватной тумбочке. — Я сейчас.       Идти на уроки пришлось быстро, чуть ли не бежать. В гостиной они поймали Гермиону. Если бы не она, весь первый курс Гриффиндора точно бы заблудился.       К кабинету Трансфигурации все пришли вовремя, спасибо Гермионе и её феноменальной памяти, ещё раз.       В кабинете не было никого, кроме кошки, сидящей на преподавательском столе. Все быстренько рассаживались по классу. Гермиона с Роном переглянулись и одновременно уселись за одну из передних парт. Предстоящее представление хотелось увидеть, в прямом смысле этого слова, из первых рядов.       Драко, несмотря на предупреждение матери, с самым что ни на есть независимым и гордым видом подсел к Поттеру.       Трансфигурация была сложным предметом, с первого взгляда непонятным даже Гермионе. Пока все пытались превратить спичку в иголку, Драко был в искреннем шоке от родной системы образования: и вот зачем ему иголка? Он что, портной? Или палач? Или кто там ещё с иглами работает…       Превратить-то он, может, и превратит, но вот смысла никакого пока не видно. Малфой подумал, подумал, и решил весело на это забить. Вперёд, Гриффиндор, и все такое, к нему же это теперь тоже относится.       Все равно раньше Грейнджер сдавать задание смысла нет.       Пока Драко гонял балду и лениво оглядывал класс, Рон пытался понять теорию. И, кажется, что-то даже получалось! Вау, он действительно понимал большую часть этой заумной ерунды       Удивительно. По его мнению, все, конечно, можно было бы написать намного проще, но… Что имеем, то имеем. Извольте пользоваться. Однажды он сам напишет учебник по трансфигурации, что-нибудь в духе «Уроки для чайников. Теория превращений просто и понятно (с картинками).» Но это будет потом, лет через десять-пятнадцать, не раньше.       А сейчас, он, как и все, упорно грыз твёрдый гранит науки.       Рон, в принципе, сносно понимал теорию, но… Был один огромный такой затык. А именно — палочка. Доставшаяся ему в наследство от очередного драгоценного родственничка, она почти его не слушалась. С этим надо было срочно что-то делать, иначе до окончания курса он так не протянет, а переходные экзамены и подавно нормально не сдаст.       Гермиона с предвкушением ждала первых уроков магии. К сожалению, все оказалось не так радужно, как хотелось бы. Эффектная демонстрация анимагии сменилась трудной для понимания теорией и странной практикой. «Превратите спичку в иголку.» Как говорится, шило на мыло, ежа на ужа. Но Гермиона приняла этот вызов. Как истинная отличница, она не могла просто так сдаться и проиграть каким-то аристократам. С чем неожиданно согласилась Гермиона-попаданка. Поэтому за задание они взялись с удвоенным усердием.       Учёба шла хорошо. Все с содроганием сердца ждали зельеварения. Про строгость Снейпа и его образ летучей мыши слагали легенды. Рон смеялся, Гарри кривился, остальные первокурсники были чуть ни не в священном ужасе. Гермиона смотрела скептически. Ну строгий препод и строгий препод, вот была у них в универе дамочка, — бррр, мысленно попаданка содрогнулась, — вела матан, гром баба, так та пострашнее Снейпа раз в несколько точно будет.       Сдвоенная пара зелий, первый урок. Все с утра пораньше после завтрака бегут в подземелья. А там очень холодно, что вы хотели от начала осени в Шотландии.       На уроке все идет спокойно, точно так, как и должно идти. Рон мысленно ставит галочки: вот профессор Снейп пафосно влетает в кабинет, — мантия эпично развивается за его плечами, — вот он толкает свою длинную и красивую речь про зелья. Рон аж заслушивается. А вот Снейп обращает свой взгляд на Поттера, и в его глазах загорается злое торжество.       — Мистер Поттер, наша новая знаменитость. — профессор насмешливо прищурился. Гарри показалось, что этот взгляд видит его насквозь. «Черт. Не смотри ему в глаза.» Пока Снейп пытал его вопросами, Гарри пытался что-то отвечать, в то же время смотря исключительно на его переносицу.       — Похоже, в этой пустой голове все-таки витают какие-то мысли.       Гермиона с жалостью смотрела на Гарри, но влезть не пыталась. Как бы Гермионе-оригиналу не хотелось показать свои знания, управление телом было в руках у попаданки.       Поттер, на удивление, знал ответы на добрую половину вопросов преподавателя.       Снейп, на удивление, даже провел краткий инструктаж по безопасности.       — Палочки все на стол, ножом друг в друга не тыкать, ингредиенты в рот не совать. Надеюсь, все здесь присутствующие достаточно благоразумны для того, чтобы догадаться, что в случае непредвиденного взрыва зелья не стоит предотвращать последствия самостоятельно. Я искренне уповаю на то, все умеют читать, и следовать рецепту не составит для вас особенной сложности.       Снейп говорил много и долго, слушать его было, конечно, приятно, но понимание общего смысла как-то ускользало.       Снейп разбил учеников на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов       Когда все встали за котлы, Гарри оказался в паре с Драко, — что никого, в принципе, не удивило, — а Гермиона с Роном.       Для Гермионы было приятным удивлением то что Рон, оказывается, неплохо умеет варить зелья.       Снейп смотрит на них, как на идиотов, но, на удивление, сваренное зелье даже не комментирует, молча проходя мимо.       В системе оценок Снейпа, как, в принципе, понял Рон, это — Превосходно.        — Грейнджер. Уизли. Выше ожидаемого.       Гермиона уже хочет возмутиться, как Рон мягко одергивает её и отрицательно качает головой. — Драккл с ним. Я знаю, что это Превосходно. Ты знаешь. Остальное — не важно.       С урока все уходят, на удивление, и в полном составе, и в целости и сохранности. ***       Весь первый курс Гриффиндора с нетерпением ждал урока полёта.       Рон не был исключением. Он уже летал на метле, — иногда они с братьями устраивали на заднем дворе пародии на квиддичные матчи на старых истрепанных метлах. Рон очень любил Полеты. Чувство свободы в воздухе завораживало, ветер в лицо и холод его не пугали.       Гермиона очень хотела попробовать полетать на метле. Она даже прочитала все книги о квиддиче, что нашла в Хогвартской библиотеке. Это только сильнее воодушевило её энергичную натуру.       Драко больше не писал домой. А чего писать, если и так все понятно?       Время от времени Рону его старенькая сова приносила от мамы посылки с домашними сладостями, которыми тот в Гриффиндорской гостиной делился со своими друзьями.       После обеда все первокурсники Гриффиндора пошли на урок полётов       Первокурсники из Слизерина были уже там — как и двадцать метел, лежавших в ряд на земле. Гарри вспомнил, как Джордж и Фред Уизли жаловались на школьные метлы, уверяя, что некоторые из них начинают вибрировать, если на них подняться слишком высоко, а некоторые всегда забирают влево.       Наконец появилась преподавательница полетов, мадам Трюк. У нее были короткие седые волосы и желтые глаза, как у ястреба.       — Ну и чего вы ждете?! — рявкнула она. — Каждый встает напротив метлы, после чего громко и уверенно говорит: — вверх!       — ВВЕРХ! — раздался нестройный вопль первокурсников. Метлы Гарри, Гермионы, Рона и Драко сразу прыгнул им в руки.       Летать оказалось, на удивление, легко и весело. Гермионе понравилось.       Внутренняя Гермиона что-то очень громко кричала у себя в голове об отсутствии техники безопасности и о том, что все это очень рискованно и глупо, а попаданка весело визжала от восторга, на скорости взмывая в небо.       МакГоннагал смотрела из окна своего кабинета на поле для квиддича и думала, что в следующем году её факультетская сборная точно утрет нос Снейпу.