Воспитание раба-американца

      Чимин поцеловал Пейтона прямо в губы. Они так этого ждали, что внутри каждого из них возникла такая буря эмоций.       И они начали поочерёдно целовать друг друга в губы. Их губы словно были наполнены кислородом. Они целовались так страстно. Их языки сплетались и они не хотели, чтобы это заканчивалось.       Лишь ненадолго останавливаясь, чтобы подышать хоть немного, они снова приступали к поцелуям. Иногда Пейтон останавливался и оставлял засосы на шее Чимина, иногда кусал его за мочку уха.       Они наслаждались друг другом. Это была взаимная любовь, страсть. Те чувства, которые никто из них никогда не испытывал. Они познают их через поцелуй.       Казалось бы, они целуются очень недолго — минуту, может две. Но проходит десять, двадцать минут — они всё ещё неспособны насладиться друг другом.       Чимин целовал Пейтона так, словно его губы были наполнены кислородом. Страстно и очень долго. Вот это именно то, чего они хотели друг от друга. Вот любовь, которую они желали.       Эти двое нашли друг друга. Стало быть, эта любовь должна быть одной из тех, которую называют «очень сильной».       За ручку кто-то подёргал. Они оба испугались и Пейтон быстро слез с Чимина (предварительно как бы ненароком задев его очень внушительный стояк). — Да блять, и эта комната занята, — сказали снаружи.       Убедившись, что никто за дверью не стоит, ребята засмеялись. — Да уж, понимаю его проблемы, — сказал Чимин. — Хах, тоже верно, — сказал Пейтон. — Знаешь, я уже был в этой комнате. — Да ну? — Правда. Здесь больше года назад потерял девственность. — Ты мне изменял? — Как тебе изменить, мой сладенький Чимин? Я был молод и глуп — не знал, что есть такие классные партнёры. — На этот раз прощу, — сказал очень серьёзно Чимин. Похоже, он не шутил. — Хочу ещё вина. Тебе взять? — Был бы не против. — Тогда закрой за мной дверь. Будет не круто, если кто-то войдёт помимо меня. — Закрой за мной дверь, я ухожу, — напел Чимин. — Хм, неплохо получилось. Что это за песня? — Да есть в России один исполнитель — Виктор Цой. Его слушают многие, потому что он по-своему легендарен. — Интересно. Наверное, я послушаю его когда-нибудь. — Ладно, я сейчас вернусь. Пейтон вышел из комнаты. Чимин сразу закрыл за ним дверь. Чонгук и Шуга вышли из комнаты с той девицей, с которой их увидели некоторое время назад. — А ты очень классная. Мы с тобой ещё свяжемся для прослушивания, — сказал Чонгук. — Хорошо, мальчики, — сказала та девица, поправляя волосы и платье. — Какие же забавные девушки. Ради собственной выгоды готовы на всё, — сказал Шуга, убедившись, что девушка ушла. — Да. Я слышал, что у неё есть парень, — вмешался в разговор Пейтон. — О, привет. Вы с Чимином не пришли, — сказал Шуга. — А, ну… Нам нужно было много чего обсудить. — Ладно. Пойдём ещё искать мы девочек для «прослушивания», — сказал Чонгук. — Окей, тогда пересечёмся ещё.       Пейтон удалился от этих двух «секс-машин». Но в чём-то он с ними был согласен. Ведь действительно — множество девушек готовы на всё ради собственной выгоды. Что ж, есть такой у них недостаток. Таковы реалии.       Взяв снизу две бутылки хорошего вина и виски про запас, он поднялся в комнату к Чимину. Постучав бутылками в дверь, замок щёлкнул. — Заходи, — сказал Чимин с полной серьёзностью. — Ты чего такой серьёзный, Чиминчик? — Я? Нет. Просто заходи. — Ладно, пупсик.       Пейтон вошёл в комнату. Окна уже были зашторены. Где-то Чимин умудрился достать бокалы из богемского стекла. — Ты что будешь? — спросил Пейтон. — На твоё усмотрение. — Тогда держи.       Пейтон отдал ему вино. Лёгким движением руки Чимин открыл его и разлил по бокалам.       Бокал за бокалом, поцелуй за поцелуем им стало понятно, что томить больше с этим нельзя.       Пейтон сел сверху на Чимина и начал тереться о его уже давно вставший член. Он ощущался очень массивным и заводил его очень сильно. Футболки уже давно на нём не было — Чимин её порвал после первой бутылки вина, хотев насладиться накачанным телом юнца.       Пейтон снял рубашку с Чимина. Пред ним предстало очень накачанное тело корейца. Пейтон начал целовать его кожу. Как же это возбуждало Чимина — его член уже давно выпирал из джинс.       Безусловно, крохотный член Пейтона тоже стоял, но его больше возбуждало ощущение массивного корейского члена и представление, как он войдёт в него.       Достаточно поцеловав крепкое мужское корейское тело, Пейтон чуть отстранился и стал расстёгивать ремень. Сняв его и джинсы, Пейтон был крайне удивлён — перед ним красовался член в трусах, чья головка очень активно из него вылазила. Пульсации азиатского члена были настолько сильны, что, казалось, ещё немного, и член сам снимет эту ненужную ткань.       Пейтон снял этот кусок ткани и пред ним предстал член сантиметров 27 в длину и 6 в диаметре. — Вот это… монстр, — сказал Пейтон. — Да. И он весь твой. — Спасибо за любезность, дорогой.       Пейтон взял его в руку. Ему даже двух не хватило полностью обхватить этого монстра. Он начал дёргать его вверх и вниз. Обоим было это очень приятно.       Конечно, он боялся, но всё же решился облизать «азиатского тигра». Вкус был немного солёноват, но его запах — это просто нечто. Чимину был очень приятен язычок этого малыша и то, как он упражнялся с его членом. Пейтон решил взять его «младшего брата» в рот. Только он ещё ничего не умел. — Ай, зубами же по нему, больно, — сказал Чимин. — Прости, солнышко. Я только учусь. — Ладно. Расслабь зубки и медленно попробуй сосать.       Пейтон прислушался к нему и сразу дело пошло. Обоим стало намного приятнее. Чимина этот тёплый девственный ротик возбуждал настолько, что он нежданно для себя кончил в Пейтона. Причём спермы было настолько много, что половину Пейтон просто не смог проглотить. — Пил сегодня ананасовый сок? Потому что сперма очень сладкая. — Угадал.       Чимин снял с мальчика штаны и нижнее белье. Пред ним предстал член сантиметров 17 — достаточно маленький для подростка. Но это было неважно.       Он не пощадит Пейтона. Будет входить без смазки. Нужно, чтобы он познал боль. Ведь это лишь начало его боли. Лишь малая её часть. Мизерная, можно даже сказать.       Чимин положил Пейтона на спину и раздвинул его ноги. — Будь со мной нежен, Чимин, — сказал Пейтон. — Кто знает, кто знает.       И он резко вошёл в Пейтона на полную длину. От такой боли Пейтон завыл нечеловеческим голосом — как свинка.       Чимин заткнул ему рот — никто не должен это слышать. — Терпи, терпи, Пейтон. Всё хорошо. — Нет, блять, не хорошо. Мне больно. — Так и должно быть. Терпи. — Ладно, ладно, потерплю. Я скажу, когда двига…       Чимина разве интересует мнение его раба? Отнюдь. Пейтон вновь завизжал. Как же так? Разве ему не приятен член Чимина? Ему больно? Да не, бред какой-то.       Чимин начал двигаться очень быстро. Пейтону было ужасно больно, но и приятно в том числе. Вот каково оно — быть пассивом. И ему это нравится, чёрт возьми. Он ощущал массивный продолговатый предмет в себе, который стимулировал его простату. Ещё чуть-чуть, и Пейтон кончит.       Чимину было всё равно на то, как чувствовал себя Пейтон. Он — его раб, его игрушка. Ничего более.       Чимин очень быстро двигал тазом, Пейтон дрочил свой член, чтобы кончить как можно скорее. Так и случилось — от такого удовольствия Пейтон кончил так быстро, как не смог бы ни один человек его возраста.       Чимину было всё равно. Он продолжал долбить Пейтона, пока не кончил ему в анал. Пейтон быстро взял член Чимина и начал слизывать остатки спермы на его члене. От такого Чимин снова кончил настолько сильно, что больше половины Пейтон не проглотил. — Чимин, ты такой грубый, но мне это так нравится, — игриво сказал Пейтон. — Тебе не нравится? , — спросил Чимин, хоть мы знаем, что ему уже всё равно, нравится Пейтону или нет. — Мне очень нравится. Спасибо за это.       Оба довольно быстро оделись. Время уже близилось к рассвету. — Я позвоню, чтобы мы ещё раз встретились. — Хорошо, Чимин, я буду ждать.       На этом присутствие обоих на вечеринке закончилось.