Angel

— Он достал всех своими поучениями и замечаниями, — неслось со всех сторон зала суда. Натаниэль стоял, гордо расправив крылья и задрав нимб. Плевать он хотел на этих неучей, которые только и делали, что играли на арфах, доброжелательно улыбались и нюхали цветочки. Ученье — свет! И он нёс этот свет своим братьям, рассказывая совершенно бескорыстно об устройстве Мира, а точнее миров. О том, что им несказанно повезло и их мир — Рай, а вот другие миры темные и гиблые, им помогать нужно. Но братья не хотели слушать и с каждым новым витком мироздания серчали на Натаниэля, и вот добрались до здания суда, которым не пользовались столько вех, что райский сад успел оплести колонны, вскрыть мраморный пол и разрушить купол. В целом разрушения смотрелись даже миленько, а некоторые жители просто продолжали нюхать цветочки и не замечали особых изменений. Однако накал страстей нарастал, и в конечном итоге Натаниэль услышал свой приговор — жизнь среди смертных. — Пусть учит тех, кто в этом нуждается. — Мы устали от него. — Пусть попробует достучаться до этих темных существ, раз он их так любит. Натаниэлю было всё равно, он молча принял вердикт и сложил с себя полномочия. Рай, который был ему домом много веков, провожал его чуть ли не всем сборищем ангелов. Спасибо хоть пендаля не дали, ан нет. Мягкое место Натаниэля ощутило напоследок весьма грубое прикосновение, и он полетел в Тартар. Вообще, это была пиццерия. Так гласила вывеска, но Натаниэль не питался ничем подобным и заказал амброзию по старой памяти. Увы, на него посмотрели, как на идиота, и подали кусок теста с сыром и стакан колы. Он огляделся. За соседними столиками сидели люди. Понял он это по отсутствию крыльев, нимба и белой рясы. Люди разговаривали, ели, смеялись. Два симпатичных мальчика держались за руки под столом и разговаривали душами, глядя друг другу в глаза. Натаниэль попробовал обратиться к ним, но понял, что вряд ли они знают енохианский, поэтому отпил напиток, чтобы промочить горло, но предательские газики пошли носом, и он захлебнулся. Кто-то рядом засмеялся, а один из юношей разорвал контакт рук и подбежал, чтобы помочь. Натаниэль уже начал синеть, ибо от шока и паники враз забыл, как дышать, но ему постучали по спине, и это странным образом подействовало. — С-спасибо, — просипел он, кажется, по-русски. Россия — вот куда его пнули эти неблагодарные братья, что считали себя высшими существами во всех мирах. Думают, что он здесь пропадёт и не вернётся назад? Как наивно. А даже, если и не вернётся, ему всё равно. — Задумался и забыл, что заказал газировку, — улыбнулся он юноше. — Спасибо. — Ничего, с кем не бывает, — лучезарно ответил тот. — Миша. — И протянул руку. Натаниэль тоже протянул, отвечая на жест. В его памяти было множество знаний, и уж как на этой планете знакомятся и общаются, он знал намного лучше некоторых с нимбами. — Натан, — представился он. — Лёня, — возник рядом второй мальчик и протянул салфетки. — Вы немного запачкались. — Спасибо. Новоявленный Натан взял предложенное и, увидев своё отражение в приоткрытой двери, быстро утёр лицо, отметив, что он весьма молод, хорош собой и в очках. — Вы здесь новичок, да? — с улыбкой спросил лопоухий мальчик, которого звали Лёней. — Мы тут часто бываем и всех в лицо узнаём. — Да, я недавно в этом городе. Сослан, так сказать. Миша с Лёней переглянулись и присели за столик. — В каком смысле? Натан улыбнулся, кажется, он попал куда нужно и сразу встретил кого нужно. Юные души с жаждой знаний. — Я учитель, — вдохновенно врал Натан и пытался одновременно сообразить, как уладить нюансы. Тут ему в спину что-то отчётливо ударило, и он обернулся, чтобы увидеть кожаный портфель. Подняв его, он немного повозился с застёжкой под недоумённые взгляды новых знакомых и достал какие-то бумаги, которые индентифицировал как паспорт, диплом, приказ о назначении, квитанция за сданные в стирку вещи, а ещё ключи и кошелёк. Обернувшись ещё раз, он заметил девушку с кольцом в носу, которая подмигнула ему. Проживание в этом мире было легализовано. *** — Как хорошо, что вы успели до нас доехать, — вышел Натану навстречу полненький мужчина невысокого роста. — Через два дня начало учебного года, а у нас учитель по истории в декрет ушла. Министерство до последнего мурыжило, не хотели нам такого завидного историка присылать. Натан пожал руку, поправил очки и улыбнулся. Легенда была простой. Он учитель истории в школе, живёт пока в университетском общежитии, вещи немного пострадали при травле тараканов, и их сдали в химчистку, поэтому он второй день в одной одежде. — У нас продолжается косметический ремонт, не обращайте внимание, Натан Ефремович. — Просто Натан, Роман Львович, — с улыбкой ответил он и поправил очки. — Очень рад присоединиться к коллективу и нести свет молодым умам. Роман Львович завороженно смотрел на весьма одухотворенное лицо молодого доцента и благодарил всех святых, что послали ему мужчину. С женщинами, не считая Тамары Виссарионовны, было непросто и хлопотно. То декрет, то замуж вышла и переехала, короче сплошные нервы. — Очень рад такому рвению. К сожалению, пока не все помещения пригодны для работы, поэтому собрания мы проводим в спортивном зале. Временно, конечно, идёмте. Знакомство с коллегами, получение наставлений и прочие расспросы заняли целый день, но к вечеру Натан всё равно ощущал себя более живым, чем все века, что провёл в Раю. Он возлагал большие надежды на новый мир и новый опыт, будущее виделось ему сплошным потоком лекций и контрольных работ, тестов и экзаменов. Вот он Рай для разума, а не цветочки с амброзией. Вот он хлеб насущный. Тут, правда, желудок спустил его с небес на землю отчаянным урчанием, и Натан осознал, что не всё так идеально. Конструкция тела требовала огромной доработки, но это было не в его компетенции. Вспомнив о пиццерии, Натан направил свои стопы туда, а не в общежитие. Всё-таки то тесто с сыром и колбасками ему понравилось. Хотя вместо опасной жидкости он предпочёл чай и даже взял десерт. — О, какой милый сионистский мальчик, — заявил кто-то рядом и уселся напротив. — Никогда раньше тебя тут не видел. Высокий, весьма физически развитый и немного симпатичный мужик улыбался Натану во все белоснежные зубы и, кажется, хотел подружиться. Этого Натану не требовалось, и он поправил очки на носу, прожёг в нахале дыру и промолчал. — Понял, не дурак, — вздохнул нахал, но почему-то не ушёл. — Я Алексей. Натан вздохнул и поправил салфеточку, выровняв её параллельно линии ломтя пиццы. Ему не нужны были контакты вне учебного заведения, хотя те два мальчика вчерашних были весьма милыми, как и их чувства. Этот же громила не вызывал ни трепета, ни любопытства. — Мне не интересно всё, что вы желаете мне предложить, уважаемый. Я хотел бы утолить голод и продолжить свой путь. Один. — И голос симпатичный. Ну, ты меня теперь знаешь, если что я рядом. Натан даже не успел пожать плечами, как Алексей встал и ушёл. Вот и славно, желудок настойчиво рекомендовал поесть, а не то грозил голодным обмороком. *** — А это наш преподаватель физической культуры, Алексей Олегович, — представил Натану нахала Роман Львович. — Наша надежда на здоровье школьников и оплот физкультуры во всем городе. — Рад знакомству, — осклабился физрук и пожал Натану протянутую от недоумения руку. Встретить наглеца в школе, в которой он теперь работал, было столь неожиданно, что острый на язык бывший ангел молчал и смотрел в сияющие глаза. В сущности, наличие данного субъекта на рабочем месте его никоим образом не касалось. Есть и есть физрук. Но тот отчего-то возомнил себя его другом или же врагом, здесь у Натана определенно были сомнения. Однако, любое передвижение по школе с началом учебного года оказалось весьма чревато встречами с Алексеем. Он постоянно звал к себе в подсобку попить чаю, полежать на кушетке, поболтать, покачать пресс. Последнее ставило Натана в ещё больший тупик, чем всё предыдущее. Тело у него было в прекрасной форме, и дорога от общежития до школы прекрасно поддерживала этот организм в идеальном состоянии. Через месяц или около того он всё-таки не выдержал и задал вопрос прямо в лоб: — Вы считаете, что я толстый, или я-таки вас не понимаю? — посмотрел он поверх очков на опешившего Лёху, как тот просил его называть. — Я? Нет, что ты, подумал, что тебе, наверное, и сходить-то некуда. Ну там мышцы размять, всё ж работаешь, а когда не работаешь, то спишь. — Это вам доподлинно известно? Что сплю, — подозрительно прищурился Натан. — Ну так в общаге же все всё знают, парни говорят, что ты тихий, скромный, никого к себе не водишь. — Ясно, — кивнул Натан. — Следите. А с какой целью, я стесняюсь спросить? — Нуууу, ты ж молодой совсем, неопытный, вдруг кто обидит, — нашелся Лёха, но как-то сник под конец. — Я пока не встречал никого, кто имел бы желание меня обидеть. — Так городок у нас относительно неплохой, но сам понимаешь, всякое может случиться, — снова попытался на что-то намекнуть Алексей. — Не очень понимаю, — ответил Натан и посмотрел на часы. — Мне пора, всего доброго. — Ага, доброго… Он практически чувствовал на спине этот непонятный взгляд физрука, но его ждали домашние задания девятого «А» класса, просмотр квартиры и сон. В общежитии было не так уж и удобно, как выяснилось за месяц проживания. Натан вообще удивлялся, что физрук и там не мелькал у него перед глазами. Судя по всему, он общался со многими, кто там жил. *** Странно, Натан не успел заметить, как в общежитии скопились вещи, которые не помещались в портфель, чемодан или даже в охапку. К моменту переезда в небольшую комнату, предложенную ему почти за бесценок, Натан понял — за один присест ему не справиться. Он не говорил никому из коллег о переезде, но Алексей почему-то снова был тут как тут. Он будто бы следил за Натаном или просил докладывать своих приятелей из общаги, но нарисовался на пороге как раз в тот момент, когда бывший ангел решал дилемму: сперва перевозить личные вещи или тетради, учебники и методические пособия. И как всё это тащить? В авоське? — Привет! А я слышал, что ты переезжаешь, и решил помочь. У меня чемодан есть удобный, давай сложим туда то, что ты кучей свалил, и сразу перетащим. — Привет, — почти радостно ответил Натан. — Ты действительно хочешь помочь? — Ну, а зачем я в свой выходной попёрся на другой край города с пустым чемоданом? — вопросом на вопрос ответил Алексей и вошёл в комнатку, внося огромный чёрный чемодан на колёсиках. — Пакуйся, я тебя подвезу. — Это… Так неожиданно, я право не знаю удобно ли… — залепетал Натан. — Просто потом скажешь спасибо, ладно? — и Лёха сам принялся за стопки книг, не смея трогать личное. — Ладно, — согласно кивнул Натан и с трепетом расстегнул нутро чемодана. Влезло практически всё. Личные вещи, макулатура, даже картина, которую Натан купил не так давно, чтобы оживить казенные стены жилища. На картине был изображен цветок, такой хрупкий, в первых заморозках, но теплый, живой. Натан не смог пройти мимо. Расплачиваясь за покупку, он был атакован знакомой ему парочкой, которая с восторгом узнала его и потащила в пиццерию. Там Натан познакомился с другом Миши и Лёни, Даней, и заодно приобрёл возможность снять недорого жильё. Пусть в коммуналке, но делить ванную комнату с одним мужчиной было сподручнее, чем с тремя студентами. В конце концов, взрослые люди — договорятся. Хотя Даня и лепетал, что-то о возможных проблемах, Натана это не волновало. Он тихий, спокойный, увлечен работой, ему просто нужно более комфортное место для сна и отдыха. — Если бы не видел, что у тебя там книги, подумал бы, что ты кирпичей насовал, — заталкивал Лёха чемодан в багажник и натужно пыхтел. — Тяжелый? — Есть немного. Это всё? — Всё, — Натан показал ещё пару пакетов с обувью в руках. — Тогда садись, адрес какой? Адрес был записан в телефоне, за которым пришлось лезть в карман куртки, но тут порвался один из пакетов и Лёха бросился собирать всё добро с весьма грязного после осенних ливней асфальта. — Спасибо, — Натан был действительно тронут такой заботой и решил обязательно отблагодарить своего спасителя, но пока не знал как. До нового жилища они добрались весьма быстро, ибо находилось оно не очень далеко и намного ближе к месту работы, чему Алексей даже обрадовался. — Зимой не замёрзнешь по дороге домой, а то пальтишко у тебя шибко тонкое. — Зато красивое, — возразил Натан, развешивая упомянутое пальто в шкафу. Разбирать вещи было ещё дольше, чем собирать, и за окном уже опустились сумерки, а потом и вовсе зажглись фонари и наступила ночь. Соседа не было ни видно, ни слышно, видимо, он был на сутках, как и говорил Даня. Выставить помощника за дверь Натан не мог, а как поступить не знал. Навыки социальной адаптации у него может и были где-то заложены, но он упорно игнорировал их всё это время и прекрасно себя чувствовал. Алексей решил за него. — Ну, поздно уже, новоселье предлагаю обмыть в кафе. Тут рядом, — и замер, глядя преданным взглядом. Натан согласно кивнул и вздохнул с облегчением, ибо кушать хотелось очень сильно, а сил идти в магазин и готовить что-то не было. — Да, идём, спасибо тебе за всё. Я бы и за два дня сам не управился. — Пустяки, друзья должны помогать друг другу. — А мы друзья? — Ну, я надеюсь. За разговорами они оделись, заперли комнату на ключ и вышли в сырой ноябрь. Кафе оказалось весьма симпатичным и относительно зарплаты не дорогим. Натан после тарелки супа готов был любить весь мир, а когда принесли картофельное пюре с котлеткой и к этому всему бокал запотевшего пива, он вознёс молча молитву и дал обещание дружить с Лёхой до судного дня. — Спасибо тебе, Алексей. Я так вкусно и сытно никогда ещё не ел. И пиво, ик, ой, вкусное, — Натан покраснел. От пива на душе было легко и так душевно, что возникло желание спеть, обняв Лёху за плечи. — Эка тебя сморило, давай я до дома провожу. И проводил. Натан поймал себя на мысли, что Алексей действительно стал ему другом за эти недели, которые они знакомы. И как это он раньше не замечал, что у физрука такие красивые глаза? Сон сморил его раньше, чем он успел поведать о своих умозаключениях другу. А тот накрыл его пледом, закрыл тихо дверь и с улыбкой вышел в подъезд. Жизнь налаживалась. *** — Ты ещё чо за хуйло? — услышал Натан сразу, как вышел из ванной комнаты. В дверном кухонном проёме стоял крупный, Натан даже охарактеризовал как огромный, парень и весьма невежливо хрустел пальцами рук. — Для начала — доброе утро. Илья? Я твой новый сосед, меня зовут Натан Ефимович. — Да ахуеть, ещё один еврей на мою шею. Даня где? — Даниэль оставил свою жилплощадь на моё попечение, — спокойно сообщил Натан, хотя и возмутился в душе такой явной агрессии. — А меня спросить вы не забыли? — пошел в атаку сосед. — Видимо, забыли, раз ты не в курсе. Второе, я прошу выбирать выражения и в моём присутствии не выражаться. В-третьих, … — В-третьих, — Илья сделал шаг и навис над Натаном. — Мне похуй кто ты и как надолго сюда попал. Мне Даня был денег должен, теперь это твой долг. От такой наглости Натан не сразу сообразил, что сказать, а сосед просто взял и ушел в свою комнату, хлопнув дверью так, что посыпалась штукатурка. Однако, данный эксцесс не мог служить поводом для опоздания, и Натан быстро собрался, чтобы уйти на работу. С мальчиком он потом поговорит. Алексея он встретил в обеденный перерыв, когда тот зашёл за ним, чтобы предложить вместе пообедать в подсобке. — И когда они ремонт доделают? — сетовал учитель алгебры, сидя на куцем стульчике в той подсобке рядом со спортивным залом. — Неудобно же. — В столовой полно места, — заметил Алексей, но беззлобно. — Увольте, есть с толпой орущих детей мне не позволяет хронический гастрит. И так еда плохо усваивается, а под аккомпанемент разовьётся несомненно язва. — Поэтому сиди и лопай, пока нас тут всех не спалили. Есть действительно приходилось в непростых условиях, но Натан раньше относился к этому абсолютно равнодушно. Поздоровавшись с математиком, он налил себе чай из термоса и достал пирожок из столовой. — Вот кто у нас точно скоро язву заработает, — Алексей отобрал пирожок и сунул в руки тарелку с макаронами и котлетой. — Ешь пока горячее, я у Зои Николаевны под честное слово взял. — Вы такой заботливый, Алексей, — улыбнулся Натан и взял протянутую вилку. — Жениться ему пора, — заметил математик, но углубляться в тему не стал. Натан считал, что всё просто отлично и лучше быть не может. Он прекрасно выспался в тишине новой квартиры, прекрасно провёл шесть уроков и даже вызвался помочь библиотекарше Татьяне Петровне расставить книги по истории в алфавитном порядке, который сам и предложил в начале учебного года. Домой он шёл в распрекрасном настроении и напевал под нос какой-то мотивчик, услышанный недавно от кого-то. Каково же было его удивление, когда вставив ключ в замочную скважину, он не смог открыть замок. Да и ключ заело посередине. Перепробовав и так, и сяк, Натан позвонил в дверь. Ответом ему была тишина. Что делать в такой ситуации он определенно не знал. Вызывать слесаря? Так он тут не прописан, никто не станет ломать замок из-за квартиранта. Звать Даню? Так у него его комплект ключей, другого нет. Ждать Илью, который, судя по всему, снова на сутках? Вот ведь незадача. Выход нашелся сам собой, ибо телефон в кармане ожил и высветил номер Алексея. — Алло. — Привет, Натан, я тут это… В общем, если ты не против, давай сходим куда-нибудь? Ну там в кино или на каток. Ты кататься умеешь? — Вряд ли, — честно ответил Натан. — В кино, думаю, лучше. Только вот ведь незадача, у меня что-то случилось с дверью, и я даже не могу переодеться и взять денег. — Сейчас буду, — быстро отбил Лёха. И действительно появился практически сейчас же. Покрутив ключ и подёргав ручку, он пришел к неутешительному выводу. — Твой сосед сменил замок, вот и всё. — Как же так? — изумился Натан. — Что ты о нём знаешь? — Только то, что он сирота, получил комнату после выпуска из детского дома, как и мальчик, у которого я снял вторую комнату. Он друг моих друзей, а точнее сказать они все из этого же детдома. — Интересные у тебя друзья. — Очень хорошие мальчики, мне повезло. За разговором они не услышали, что рядом возникла причина их пребывания на лестничной площадке. Илья подошёл сзади и громко покашлял. — Э, уважаемые, вы меня тут грабить собрались или чо? Алексей даже бровью не повёл, а Натан вздрогнул и поправил очки: — Добрый вечер, Илья. Мы тут размышляем, как бы нам попасть в квартиру, и ты весьма вовремя пришёл. — А с какого это хрена я должен пускать вас в свою квартиру? — Быть может, потому что она твоя только наполовину? — Ты здесь не прописан. — Но у меня имеется договор найма. Официальный, заверенный у нотариуса. Лицо Ильи поменяло цвет, а из ушей, казалось, сейчас повалит пар. Не говоря ни слова, он раздвинул стоящих мужчин плечом, открыл дверь, чуть не сняв её с петель, и снова скрылся в своей комнате. — Соболезную, сосед у тебя редкостный мудак. — Ну что ты, мальчик просто не любит перемен и чужих, такое случается с теми, кто вырос не в семье. Думаю, что мы всё уладим со временем. — Ну-ну, — многозначительно заметил Алексей, но лезть с советами не стал. Пока Натан переодевался, он постучал к соседу и, не дождавшись ответа, вошёл. — Ты бессмертный что ли? — сразу встал в боевую позицию Илья. — Есть немного, а вот у тебя шея всего одна, и она имеет все шансы быть намыленной. Ещё раз на Натана наедешь, и я тебе по-научному объясню в чём ты не прав. — Слышь, Макаренко, шёл бы ты. — Я и пойду, когда сам решу. С тебя ключ от нового замка и обещание, что это было по юности и неопытности. — А то что? — А то будешь иметь дело со мной. — А ты кто такой вообще? — Клементьев Алексей Олегович. Илья недоверчиво покосился, видимо, вспоминая знакомое имя и додумав до нужного места, полез за запасным ключом. Алексей взял его молча и вышел. За порогом стоял Натан, и судя по лицу он всё слышал. Забрав так же молча ключ, он обулся, накинул пальто и вышел на лестничную площадку. Только в лифте его прорвало. — Не нужно угрожать ему, Алексей. Я уверен, что мы поговорим с ним и во всём разберемся. — Конечно, но он должен понимать, что он просто сопляк, а ты учитель. — Я не учу его, я сосед. — Вот и пусть это тоже понимает. Сосед, а не мусорка, в которую плевать можно. Натан хоть и выглядел строго, а внутри было тепло от осознания, что Алексей заботится о нём. *** С Ильёй было сложно, он и не сомневался. Молодой человек дерзил, продолжал сквернословить и пытался задеть Натана, не подозревая, что того очень сложно обидеть. Натан терпел, как и подобает ангелу, пусть и бывшему. Он видел в Илье недооценённого парня, который мог бы проявить таланты в спорте, а вынужден был работать по ночам грузчиком, а днём курьером. В какой-то момент у него родилась идея, и он, конечно же, обратился с ней к единственно знакомому спортсмену. — Алексей, а можешь взять в свой зал Илью? — Зачем это мне? — Незачем, конечно, но мне кажется, что ему нужно найти наставника и место, где он сможет спустить пар. Лёха как-то хмуро покосился на него, но смолчал и кивнул головой. А вот уговорить Илью было посложнее. Натан приготовил очень поздний ужин и дождался усталого парня с работы, чтобы поговорить. Разговор не задался и всё, что он получил в ответ — это пожелание побыстрее свалить на ту Луну, с которой свалился. Но оптимизма ангелу не занимать, поэтому началась осада. Натан бился с упрямством Ильи, тот недоумевал и не понимал, какого чёрта к нему лезет какой-то левый мужик, а Алексей чернел, как грозовая туча. В тот день ничто не предвещало скандала. С утра пошёл снег, да такой пушистый и обильный, что скрыл под собой всю слякоть и грязь поздней осени. Город словно принарядился и стал выглядеть опрятно и празднично. Натан тащил Илью за руку на тренировку, велев ему уволиться с работы грузчика и пообещав не дать умереть с голоду. Илья бурчал под нос ругательства, но больше для профилактики, чтобы не думали, что он слабак. — Вот, Лёшенька, надеюсь, что вы дальше сами. Мне ещё нужно проверить контрольные. Натан достал из портфеля стопку пухлых тетрадок и ушёл в подсобку, чтобы в тишине проверить, что там навыдумывали ученики восьмого «Б» класса про Викторианскую эпоху в Англии. Очнулся он через час, когда услышал разговор на повышенных тонах и выглянул, чтобы увидеть, как два рослых детины стоят друг напротив друга и от них только что пар не валит. — А что происходит? — поправил он на носу очки и подошёл ближе. Алексей дёрнулся, но промолчал, а вот Илья посмотрел на Натана и покачал головой. — Я же говорил, что зря всё это. — Что случилось? — Это вы у своего кавалера спросите, а я домой пошёл, — обронил Илья и развернулся в сторону раздевалки. — Алексей? — удивленно спросил Натан. — Что? Впрочем, ответить он не дал, затащив Натана назад в подсобку и прижав к стене всем телом. — Он тебе нравится? — Илья? Определенно хороший мальчик, весьма серьёзный, но недопо… — Да прекрати, он тебе как мужчина нравится? Натан непонимающе смотрел в встревоженные глаза Лёхи и определенно чего-то не понимал. — Ясно. Молодой, красивый, живёте вместе. Я-то дурак подумал, что между нами что-то такое проскочило. Даже на свидания тебя пару раз пригласил, и ты пошёл. Но раз он тебе больше нравится, то я, конечно, всё понимаю, — Алексей отпустил его и отошёл на полшага. — Для начала я ничего не понимаю, — Натан снял запотевшие очки и протёр их краем рубашки. — У нас были свидания? — Да, в кафе, в кино, на катке. — Понятно. А как с этим связан Илья? — Ты мне скажи, — посмотрел Лёха с надеждой. — Эм, я не знаю. Видишь ли, Алексей… И у Лёхи откровенно сорвало крышу. Когда Натан включал вот этот режим сексуального учителя, то мозгов хватало на то, чтобы держать себя в руках и не палить стояк. Но сейчас ревность вкупе с близостью желанного историка смела все преграды. Он снова вжал Натана в стену и впился ему в губы поцелуем. Это было так неожиданно и приятно, что Натан решил не сопротивляться, а полностью отдаться новым ощущениям. Раньше он как-то равнодушно относился к проявлению физических потребностей, да и не нужны они ему были, но вот именно сейчас по телу пробежала некая искра и словно бы включила свет внутри. Теплый, ламповый, он растекался по жилам и оседал в области паха, вызывая у Натана запредельные эмоции. Он настолько растворился в процессе, что даже не понял, что не дышит уже слишком долго. Лёха с шумом оторвался от его губ и подарил спасительный глоток воздуха. — Ты до меня вообще не целовался, что ли? — Нет, а нужно было? — тихо спросил он, и был с рыком подхвачен на руки. — Я тебе запрещаю. — Хорошо, — и Натан сам потянулся, чтобы повторить новый опыт. Целоваться было так же приятно, как и подставляться под жаркие и жадные руки, которые трогали его совсем неприлично. Однако, Натан решил, что раз ему всё нравится, то не имеет смысла прерываться и задавать вопросы. Потом спросит. И почему у него мурашки по телу, и почему пенис стал толще и даже длиннее, а ещё почему от этого факта Лёха полез к нему в штаны, шепча о желании, чувствах и любви, но не к ближнему, а только к нему, Натану. Всё это потом, когда мысли снова обретут ясность, а тело перестанет требовать грубых и страстных ласк. Алексей словно бы дорвавшись до чего-то жизненно необходимого никак не хотел выпускать его из подсобки и даже умудрился огладить широкой ладонью мужское достоинство Натана, которое доставляло ему сейчас целый спектр разнообразных ощущений. Высвободив его из плена брюк и удобных до сего момента боксеров, Лёша опустился на колени и начал шептать что-то прямо в пах. Вся его поза и этот шёпот напомнили Натану молитву и он отчаянно схватился за свой пенис, ибо тот отреагировал весьма неожиданным всплеском удовольствия. Лёха же принял этот жест по своему и, пока Натан неловко теребил себя у основания, он взял его пенис в рот. Как же нестерпимо прекрасно стало Натану в этот миг. Он словно бы распался на атомы и собрался воедино, чтобы обрести звуки, запахи, все ощущения разом и самое волнительное было вот это — погружаться в тёплый, влажный рот и ощущать шершавый язык на нежной коже члена. От переизбытка чувств Натан застонал и толкнулся бёдрами. Ему хотелось, чтобы это новое ощущение распространялось по его телу. Раз ему так хорошо внизу, то пусть будет хорошо везде. Он захныкал от нетерпения и Лёха начал делать совсем непотребное — он загреб в руку его мошонку и сосал пенис как сладкий леденец. От этого у Натана мелькали звёздочки под закрытыми веками, подкашивались ноги и внутри всё перекручивалось в тугой узел, который хотелось вытолкнуть из себя. Когда же Лёха задвигал рукой быстро-быстро, Натан загнанно задышал, задёргался и отпустил себя, выплёскивая семя прямо в рот. Это было подобно рождению сверхновой и перед взором бывшего ангела мелькали мириады звёзд, ему казалось, что за спиной снова выросли крылья и он летит, парит в открытом космосе и трогает Млечный путь руками. Так как трогает его сейчас Алексей. Самый восхитительный на свете мужчина. — Натан, — Лёха прижался всем телом и достал свой член, которым стал притираться к опадающему оппоненту. — У тебя правда всё в первый раз? — Правда, — смог прохрипеть Натан. — Это потрясающе, Лёшенька. Хочу ещё. — Будет, всё будет, ангел мой. Натан сам потянулся за поцелуем и был несколько удивлён странным привкусом, но тут ему в руку толкнулся большой и горячий член Лёхи и всё стало неважно. Он совершенно не знал, что ему делать со всем этим богатством, но определённо хотелось, чтобы Лёше тоже стало хорошо, как и ему минуту назад. Именно поэтому Натан водил рукой, сжимая пальцы и трогал кучерявые волоски в паху, а потом полез второй рукой вниз и начал мять поджавшуюся мошонку. Лёше определённо это нравилось, потому что он шептал горячие слова и толкался, моля побыстрее. — Вот так, да, ангел мой. Посильнее, вот так. Хочу тебя. С ног до головы вылижу, только позволь. Натан не был уверен, что хочет быть вылизанным с ног до головы, но сказать это не успел, ибо Алексей забился в его руках и начал кончать прямо на пальцы, слегка порыкивая от удовольствия. Целоваться после оргазма было немного лениво, но сладко. Натану хотелось добавки, но время было позднее и он засобирался домой. Алексей помог привести себя в порядок и даже подвёз до подъезда, а потом долго не хотел отпускать, целуя и прося пошалить ещё раз. Но Натан слишком устал от первого опыта и попросил время прийти в себя. *** С Ильёй они встретились утром за завтраком, который Натан приготовил по сложившейся традиции. Юноша был хмур, но агрессии не проявлял. — Всё в порядке? — Ты мне скажи. Твой тренер начал задавать странные вопросы, а потом пытался заломать меня. — Алексей больше так не будет, извини его. Он весьма темпераментный, прямо как ты, — улыбнулся Натан. — Он просил передать, что ждёт тебя на тренировку. — Ладно, но если он опять будет спрашивать, какого цвета у тебя трусы… Натан покраснел и закашлялся. — Не будет, я это уладил. — Спасибо. — Я попросил своего друга подыскать тебе место в одной хорошей компании. Тоже курьером, но оклад больше и есть возможность карьерного роста, — присел за стол Натан и поставил перед Ильёй тарелку. — Спасибо, — стал серьёзнее Илья. — Я действительно был редким дерьмом всё это время. — У всех случаются тяжёлые времена, хорошо, что они имеют свойство заканчиваться. Ешь, сегодня тебе понадобятся силы. *** Натан пригладил волосы, поправил пиджак и бросил на себя взгляд в большое зеркало, что висело с правой стороны окна. Все уже ушли по кабинетам, а он задержался в учительской, чтобы удостовериться, что засосов на шее не видно. Алексей был весьма страстен прошедшей ночью и доказывал ему свои чувства очень красноречиво. Натан пожурил его утром, но сделать ничего не мог, тем более, что сам был не в меру пылок и расцарапал своему парню всю спину. От воспоминаний его оторвал звонок на урок, и он схватил классный журнал, чтобы выбежать в коридор и нести ученье и свет своим ученикам.