Брак по принуждению.

— Папа, тебе не кажется что в свои двадцать три, я сама вольна принимать решения? — моему гневу не было предела. Скрестив руки на груди, я ожидала от отца ответа. Мужчина откинулся на свое кресло, прихватив с собой бокал с виски. Его серые глаза — точная копия моих, уставилась на меня. В некогда черных волосах паутинкой светилась седина. — Ты же понимаешь, что все это, — отец указывает на дом, — было заработано потом и кровью твоего прадеда, а после деда и моим? Знаешь, что все твои машины, клиника, обучение и побрякушки — были куплены на мои деньги? — Не на твои. Мама оставила мне свой строительный бизнес. Я живу за счет его доходов, папа, — передергиваю плечами, борясь со слезами. Мама умерла, когда мне и брату исполнилось двенадцать. Рак сожрал ее за полгода, и никакие деньги не смогли помочь вернуть ее. Не изобрели еще такого лечения, которое спасало бы людей от четвертой стадии рака. Перед смертью мать переписала на нас с братом свой бизнес. — В нашей компании часть акций унаследовала ты. Большую, конечно же, твой брат Натаниэль. Пойми. Кристофер Вудли не такой уж плохой вариант, милая. Его отец занимается раскопками и привозит такие драгоценные металлы и камни, что всем нашим ювелирам и не снились. Редкие аметисты, турмалины, черные опалы, — папа загибает пальцы, а я вынуждена смиренно склонить голову. Бизнес в нашей компании передавался от отца к сыну, именно поэтому на посту директора никогда не было женщины. Мой прадед заработал свой первый миллион, отправившись на раскопки в Клондайк. Тогда в его голову и взбрела эта прекрасная идея — ювелирный бизнес. Компания «Франклин» была известна всему миру. Наши драгоценности носят знаменитости и политики, премьер-министры и президенты. На внутренней стороне изделий всегда красовалась каллиграфическая буква «Ф», которую опытные ювелиры находили с первого раза. А теперь прибыли станет еще больше, после слияния двух компаний. «Вудли» были единственными нашими конкурентами. Благодаря главе компании и отца моей лучшей подруги — Виктору. Он находил тех людей, что проводили его к местам раскопок самых редких и ценных экземпляров. — Ты породнишься со своей лучшей подругой, — подначивает меня папа. Но я не хотела свадьбы. А говорить отцу причину не находила нужным. — Ладно. Когда состоится наше бракосочетание? — я тру рукой свой лоб, отмечая, какой же он горячий. Причиной была толи моя маленькая ссора с папой, толи горячий воздух Беверли — Хиллз. — Сама решишь после встречи со своим женихом. Настоятельно рекомендую не затягивать, — папа улыбается, а я покидаю его кабинет. Меня неимоверно трясло от злости на весь мир, отца и саму себя. Чертов Крис Вудли. Как никогда раньше я хотела его придушить. Выбежав на улицу, я сажусь у бассейна и опускаю ноги в теплую воду. Сегодня действительно было жарко. Наш дом стоял в одном из самых богатых районов Калифорнии. Рядом Лос-Анджелес и Голливуд, а так же казино, актеры и актрисы и богатство. Я родилась в этом мире и продолжала существовать в нем и по сей день. — Вижу, папочка тебя обрадовал, — Нейт отлепляется от стены дома и садится рядом со мной. Брат был старше меня на целых семь минут, и гордился этим. Всегда перед своими друзьями называл меня мелкой, и жутко смущался под смех своих друзей, когда я напоминала ему о том, что мы близнецы. Львиная доля бизнеса уже была отписана ему, но вот только что-то женится его, отец не заставлял. — Несправедливо. Это должен быть ты, — тыкаю его пальцем в грудь, и убираю с его лба темно-русые волосы. — Это твоя, учесть как женщины. Хотя признаю, его сестра тоже горячая штучка, — брат тут же поплатился за такой ответ. Мой локоть больно врезается в его ребра. — Но, но, но. Не надо говорить таких слов о моей лучшей подруге, — я указываю на него пальцем и поднимаю взгляд на опускающееся к горизонту солнце. Какая ирония. Моя лучшая подруга — моя будущая золовка. В любой другой ситуации, я бы от души посмеялась над комичностью ситуации, но не сейчас. — Думаю, он будет сегодня в своем клубе. Говорю это на тот случай, если захочешь с ним встретиться, — Нейт поднимает руки в знак капитуляции, опасаясь моего гнева. — «Неон» все так же принадлежит ему? — как бы невзначай спрашиваю я, поворачивая голову к брату. — Ты перестала ходить туда, как только узнала что его владелец Крис, — юноша пожимает плечами, констатируя очевидное. — Нейт. Он никогда не смотрел на меня. Когда мы учились в школе, и вся школьная команда по футболу со мной общалась — он проходил мимо, даже не здороваясь. Стоило мне зайти к Натали, его сестре и моей подруге в гости, он тут же выметался из дома, даже не глядя на меня. Да даже когда ты звал друзей сюда, он либо отказывался приходить, либо не видел меня в упор. А мне теперь делить с ним одну постель, растись детей, и радоваться жизни? — я хватаюсь за голову, слегка массажируя ее. — Больше тебе скажу. Он даже отказался от квартиры, которую я ему хотел подарить. Как только узнал, что ее обустраивала ты, — брат указывает пальцем на меня, а мои глаза готовы были полезть на лоб. Серьезно? После смерти мамы ее строительная компания «Райское место» стала, беспрекословно подчинятся двум детям. Вместе с документами о назначении новых директоров в наши руки перешли лучшие менеджеры по продаже, строители и дизайнеры. Став старше, я сама часто помогала дизайнерам, обсуждая идеи и планировки, а строителям выбирать самый лучший материал. Наши дома пользовались огромным спросом. Особенно у голливудских звезд. Почти всегда заказывали перепланировку квартир. Людям не жалко отдавать деньги за то, что сделано со вкусом и на совесть. — Блеск. Жить с человеком, который тебя ненавидит, — я поднимаю вверх большие пальцы, а мои губы расчерчивает подобие улыбки. Только вышла она очень жесткой и неправдоподобной. — А ты никогда не думала, что Крис избегал тебя не поэтому? — Нейт смотрит на небо, а после переводит взгляд своих карих глаз на меня. — Скажи еще, что он в меня влюблен, — я цыкаю, не веря, и даже не представляя, что такое возможно. Но взгляд Натаниэля говорил об обратном. — Ты же не серьезно? — Ну, спроси у своей подруги Натали. Она не последний человек в жизни Криса, она его младшая сестра. И кому, как не ей, знать о его внутренних переживаниях, ммм? — брат оставляет меня один на один со своими мыслями. Да нет. Не может этого быть.