Мороженое, свидание и поцелуй!

На кухне Джисон домешивал свой кофе, стоя спиной к Минхо, который садится на свое законное место на подоконнике и пьет молоко из детской коробочки. - Я не знаю, с чего начать, - выдыхает Хан. - Начать с "Я, гражданин леса в районе СНУ, признаю, что использовал чересчур ярко-эмоционально окрашенную лексику..." - Ну хен... Ладно-ладно, признаю, я грубый и черствый социофоб, который сторонится людей и нуждается в помощи лесного психолога. - Уже ближе к правде, - кивает Ли, смотря в окно. - По легенде я пережил разрыв с самой красивой ламой леса. Но по правде, мне просто надо отдать репку, с которой я вместе рос и мне не хочется отдавать ее тому, кто не сможет ее разжевать из-за своих терок с бобрами. И я знаю, что репка уже готовая, поджаренная и с удовольствием даст себя проглотить, и я знаю, что лисенок хочет ее съесть... И еще я верю репке, что лисенок не виноват. Но я опять был слишком эмоционален. Я буду это контролировать. А еще... я скучаю по своей кошачьей семье, - медленно произносит Джисон и смотрит на Минхо, - Я могу положиться на вас как на специалиста? - Я не могу решать свои же семейные проблемы, - поворачивается к младшему Ли, - И ты все еще не часть нашей кошачьей семьи. Ты - Белка-креветка, а не кот. - Я просто приемный. И я НЕ указывал на вас с Марсиком, то, что ты понял меня верно, лишь подтверждает, что я могу быть ее частью. Даже если это не так, то.. я не знаю, кто вы, но я по вам скучаю. - Скучай дальше, - уверенно кивает Ли и отпивает молоко. - Как мне искупить свою вину? - Никак, - бубнит старший и чуть ли не шипит на Джисона, забираясь полностью на подоконник. Джисон подходит к нему. - Хен... - поджимает губы Хан и продолжает робко подходить, протягивая руку, - Если показывать кошкам открытую ладонь, то они будут видеть, что у тебя нет ничего и ты не опасный. - Я - не кошка, а человек. Мне даже, если показать открытую ладонь, легче не станет. - Я постараюсь стать тактичнее и спокойнее. - Тогда напиши докладную на 9 страниц о хорошем разрешении конфликтов в обществе. - Ты же понимаешь, что я ничего об этом не знаю? - сжимается Джисон. - Ты сказал, что постараешься, - щурится Ли, - Если это так, то напишешь. - Ладно. 9 страниц.... - чуть ли не стонет Хан. Минхо улыбается и поворачивается спиной к Джисону, облокачиваясь на него и допивая свое молоко. На улице была дождливая и довольно противная погода. Джисон немного склоняется к нему, устраивая голову на его плече. Он чувствовал, что Ли не злится на него. - Спасибо, Минхо-хен... Время близилось к 5. К Хенджину на телефон вновь пришло уведомление о новой публикации в инстаграме Чонина. Это был личный аккаунт, на котором было не больше 60 человек. Хенджин тут же подрывается, чуть ли не спотыкается. Сегодня он очень взволнованно ждал хоть что-то от Нини. Это было видео. *** - Запись уже идет? - Чонин проверяет, что запись идет и смотрит в камеру. Он был в большом свитере в своей комнате. Выглядел он грустным и даже частично потерянным, но при этом в его голосе отчетливо слышалась уверенность и точность. - Я знаю, что мы все совершаем ошибки. Но есть вещи, которые изначально правильные, то есть... Мне кажется, что никто не может запугивать и давить на человека. Никто не может заставить дружить, если это не твои люди, - Ян кусает губы, смотря мимо камеры, - Я обидел человека, который мне очень дорог. Это мой выбор, я сам выбрал что этот человек сейчас мне важнее, чем глупости, на которые я тратил столько времени. В общем, я хотел сказать, что хочу сосредоточиться на других вещах в отличие от того, что было раньше. Спасибо. От Чонина так и исходила некая нервозность, даже страх, но при этом он все равно договорил и быстро выключил камеру. *** - Это мой Чонин! - вскрикивает Хенджин и уже звонит ему. Его брала гордость за Чонина. "Он решился. Господи, он спал ночью? Надо будет спросить Бин-хена. Нет, лучше самого Чонина!" - думает Хван. Он был взволнован, но счастлив. Однако Нини не взял трубку, но отправил сообщение с адресом. Это было место напротив школы, в котором постоянно курили ребята, небольшой закоулок. Хенджин натянул первую попавшуюся худи, ветровку, и побежал, что есть силы на место. Хван немного сбавил обороты, когда был довольно близок, чтобы не умереть на месте. Недалеко от этого места была видна уходящая компания Чонина, но они уже были достаточно далеко.. Хенджин осмотрел это место, выискивая самого Чонина. Сердце буквально упало, когда Хван увидел, что Нини сидел в самом дальнем углу, пряча лицо в коленях. Ему не хотелось, чтобы Хенджин видел его сейчас, но он не мог просто так сбросить вызов и ничего не ответить. - Нини... - старший тут же бежит к нему, буквально падая на колени перед Чонином. У Хенджина дрожали руки, он аккуратно коснулся его колена. Чонин осторожно поднимает на него взгляд. Под глазом был красочный синяк, а губа разбита, но он все равно был маленьким лисенком, которого ничего не могло испортить. - Привет, хен, - криво улыбается Чонин, смотря на него. Хенджин закрывает рот руками и аккуратно тянется к его мордочке. - Нини, боже, - Хван смотрит на все это безобразие на его любимом лице, - Вот же они... - Прости меня, я не хотел ее целовать. Я просто не смог объяснить... - усиленно пытался все правильно сказать Нини, смотря на Хенджина. Он был весь мокрый и холодный. - Да мне плевать, я знаю, что ты меня любишь, я такой придурок, - старший прижимается своим лбом к его, - Пойдем в общагу... переоденешься и все-все расскажешь. А потом я устрою им армагеддон. Вавилон не дождется рассвета. Ты можешь встать? - Да, конечно, - Нини медленно поднимается, забирая рюкзак, отброшенный в сторону, и разжимает ладонь, показывая сломанные очки, - У вас есть клей? - Со мной на этаже живет три мастера на все руки, ангел и Чанбин-хен. У нас есть все. У тебя точно ничего не сломано? А в живот били? - все еще осматривает его Хван, невесомо касаясь. - Все в порядке, я жив, - убирает намокшие волосы младший, чтобы они не мешали видеть хена, - Я умру быстрее от холода. Хенджин видит небольшой козырек и ведет Чонина под него. - Снимай эту мокрую тряпку, - расстегивает свою ветровку Хенджин. - Ты совсем с ума сошел?! - останавливает его Нини и берет за руку, - Я и так смогу дойти. - Все нормально, я выносливый. Не спорь, просто сделай как я прошу, пожалуйста. Пожалуйста, ради меня. - Ладно, но потом сам объясняй своему защитнику, почему замерз и заболел. На это Хван усмехается: - Надо ли познакомить Джисона и твоего официанта? Дай мне твою одежду, точно же мокрая насквозь! - Но она же слишком мокрая, - жмется Нини, думая, что Хенджин и правда может заболеть, - Ну хееен... - Еще минута и то, что я стою в одной футболке в ноябрь явно будет опаснее. - Ладно-ладно. Было видно, что на руках тоже есть синяки. Хван забирает его свитер и натягивает на него свою почти сухую и теплую толстовку и почти непромокаемую ветровку, а на себя - его свитер и куртку. - Не слушаешь меня, потом Минхо-хен тебя обкормит подорожником, - шипит Ян - Зато ты в тепле. Чонин внимательно смотрит на него, хотя ничего и не видит. - Спасибо, что пришел, хен. Мы собирались просто поговорить, но этого следовало ожидать. - Ты знал, что этим закончится! Ты просто сделал этот выбор! Ты все отлично знал! - шипит старший и сжимает его руку крепче. - Если ты хотел проверить, могу ли я восхищаться и любить тебя сильнее, то ответ "да", но это потолок. Самое крутое будет, если в следующий раз ты созвонишься со мной, что-то типа "Алло, полиция? Мне нужно подкрепление в сектор с. Не, одного человека достаточно..." Голос Хенджина подрагивал, выдавая, что он очень волновался и испытывал много эмоций. - Лучше было сейчас разобраться, чем сидеть дома как идиот и трус, - голос Нини наоборот почти сел, из-за чего звучал немного непривычно. - Дурашка... - на несколько секунд закрывает глаза Хенджин, - Что мы Грени скажем? - Сегодня я скажу, что останусь у тебя, а завтра не знаю. Упал? На лестнице в общаге? - Несколько раз. Упал. Ладно, сейчас придем, как раз никого почти нет. Примем теплый душ, я обработаю все твои царапинки и синячки мазями, пластырями, подорожниками, поцелуями и поговорим за чашкой чего-нибудь теплого. Чонин кивает несколько раз и молча идет. Он выглядел абсолютно разбитым. Когда они заходят в общагу, Хенджин сразу же достает ему полотенце и сухую одежду. Уже через 20 минут Хенджин сушил волосы младшего феном, в то время как закипали чайник и молоко в ковшике. Затем он сделал себе какао, младшему просто налил молока, взял чашки и пришел к ним в комнату, залез на кровать, накрыл их пледом и обнял Нини, отпивая какао. Ян все еще пытался согреться, аккуратно держа кружку. После душа он так и не стал выглядеть более живым и счастливым. Нини позвонил бабушке, как только вернулся и сказал, что останется с хеном. Морально, да и физически ему было очень плохо, но общество Хенджина это хоть как-то скрашивало ситуацию. - Можешь рассказать, если хочешь. Если честно, мне бы хотелось знать, как все было, - гладит его по голове старший. - Начну с того, что раньше меня и правда часто гнобили, я был очень слабым, хотя особо ничего не изменилось. Всю среднюю школу я жил как типичный ботаник, у которого крали обеды. Но потом в старшей школе хены помогли мне заиметь уважение крутых друзей, научили, как развлекаться, так скажем. Брат всегда говорил, да и говорит, что я скучный и зануда, возможно, это и правда так. Ребята видели нас с тобой вместе несколько раз. Я не знал, как объяснить это. Не мог же я сказать: "Это мой парень-друг-репетитор, прошу любить и жаловать. И да, я готов проводить с ним 24/7 в отличии от вас, придурки". В общем, я просто сказал, что ты мой знакомый. Они начали шутить про это, в четверг их шутки перешли за грань... Это было очень неприятно. Если мне нравится кто-то, зачем такое говорить? Я испугался, сдался, - закрывает лицо руками Чонин, - Думай, как хочешь, хен. Я не оттолкнул ее, потому что был пьян и попытался доказать им что-то, но в итоге доказал только себе, что я полный идиот. Хенджин гладит его руки, по голове и целует в макушку. - Я тебе верю, с самого начала верю, все хорошо, Нини, все хорошо. Чонин старается успокоиться и продолжает: - Я тогда и правда немного выпил, ладно, много выпил, поэтому почти не помню то, что произошло. Не помню, у кого был мой телефон. Я все это время боялся. Мне так стыдно за это. А вчера... Мне было так плохо после слов Джисони-хена. Он прав, ты очень хороший. Я не должен был так с тобой поступать, я сделал тебе больно, заставил хена волноваться, Джисона тратить на меня нервы и энергию. От Нини так и шла атмосфера сожаления. Хенджин обнимает его, гладит по спине и вплетается пальцами в его волосы. Он сам чуть не хлюпает носом, но держится. - Я был уверен, что тут не все так просто. Меня, на самом деле, тоже это все выбило. Меня, наверное, и в правду расстроило немного то, что... Возможно, я не достоин твоей борьбы. Только я забыл, какие последствия она имеет. И... Я чувствовал, что виноват, что мы не определились с нашими отношениями раньше. Любишь целоваться, люби и с чужими-теперь-своими проблемами разбираться. Джисон тебя не знает, как я. Но он знает, что иногда я так эмоционален, что могу закрываться или делать что-то необдуманное. Но не в этот раз... Я правда верил тебе, я знал, что проблема в тех парнях, я ждал, когда ты будешь готов от них отказаться. Но я не хотел, чтобы ты платил своей безопасностью! Они мерзкие люди! Мерзкие и ничего не стоящие. Я ненавижу это в нашем обществе, а особенно в школе. Выживают сильнейшие и не всегда достойнейшие. Ты же знаешь, что ты замечательный?! Мы все иногда косячим, но смелее или решительнее... Для меня никого нет, Нини. Что тебе сказал Минхо-хен? - Я просто... - сжимает плед Нини и начинает всхлипывать. Он не плакал, даже когда его выгнали жить к бабушке или когда его били, а сейчас нервы наконец-то полетели. - Он п-почти ничего не сказал... - продолжает Чонин и несколько раз глубоко дышит, пытаясь успокоиться, но вообще не выходит, у него просто начинается самая настоящая истерика. Хенджин прижимает его к себе и сам начинает плакать, но более менее держится, пытаясь успокоить Чонина прикосновениями. - Все будет хорошо, скоро все закончится. Ты большой молодец, Нини. Я очень люблю тебя, спасибо, - шепчет Хван в его макушку. Старшего не отпускали мысли: "Он всегда молчит. Всегда сдерживается. Пусть поплачет. Это будет наш секрет." Нини прижимается к нему из-за всех сил, которые остались, и закрывает рот рукой. Он плакал и не мог успокоиться, как будто слез накопилось за все 17 лет. Ему было очень плохо, но постепенно и правда становилось немного легче. В его голове было пусто, все мысли уже закончилось, а слезы не прекращались. Чонину просто было уже не успокоиться. Для него подобное было абсолютно непривычно, больно и страшно, потому что он никак не ожидал, что так все закончится. Постепенно у него просто заканчиваются силы, поэтому Ян успокаивается, но для этого потребовалось очень много времени. Младший немного отдаляется, чтобы спокойно подышать и не вызвать новый приступ, после которого он бы не смог уже ничего сказать. - Прости, хен. Хенджин только мягко улыбается: - За ожидание? Знаешь, что лучше вместо "прости" говорить "спасибо"? Вы прибыли на станцию "Хенджин". Здесь вам всегда рады. Чувствуйте себя как дома. - Это единственная станция, на которой я готов быть, - выдыхает Чонин и кладет голову на его плечо. Его дыхание было все еще прерывисто и доказывающее, что ему тяжело успокоиться. - У меня есть просьба. Последняя на сегодня, - облизывает губы Нини, - Свидание, мороженое... Сказал бы я в другой ситуации. Но сейчас я просто хочу, чтобы можно было уснуть. Он действительно был эмоционально и физически истощен до края возможного. - И заранее скажи Минхо-хену об... - говорит младший, показывая на свое лицо, - ...этом. - Хорошо... Хочешь, я сейчас выключу свет и полежу с тобой, пока не уснешь? - Да, спасибо. Хенджин быстро намазывает какую-то мазь на лицо, "чтобы быстрее зажило", выключает свет и ложится, обнимая его и накрывая их пледом. Нини очень быстро засыпает меньше, чем за 5 минут. К 8 вернулся Минхо. Он был достаточно радостный для человека, который ненавидел дождливую погоду. Хенджин аккуратно выпутывается из объятий младшего и идет к Ли, чтобы поговорить с ним уже на кухне. - В общем, он сделал шаг против этой... - сдерживает острые слова Хван, когда они уже расселись на кухне, -...банды и... Они побили его за это. - Что? - было видно сколько эмоций меняется на лице Минхо, - Чего блять?! Какого черта?! Джисон в это время заплывает на кухню: - Я не ослышался? Чонина избили? Что он сделал им такого? - Он просто записал видео обращение, говоря, что собирается жить своей головой... Он даже никого не обвинял, он был храбрый и стойкий! Минхо уже открывает телефон, находя этих ребят чуть ли не по айпи адресу: - Кого-то придется вырезать из древа общества. - Ой, Минхо-хен, а как же мир во всем мире? У всех свои проблемы и мои 9 страниц мирных решений конфликтов? - Да какое, блять, мирное разрешение?! Чего вы такие спокойные? - Ли кивает на Джисона, - Ладно, хорошо, ты бесчувственный, а с тобой что не так? - Я нашел Чонина 3 часа назад и, как только его увидел, уже проработал 4 акта убийства и знаю минимум 5 точек, где тела никогда не найдут. Резиновые перчатки есть у Джисона, а маски можно нарезать за 10 минут, - проговаривает Хван. - Вот и первый из этих актов - нужно позвонить в школу и добиться отчисления этих придурков. - Я бы на вашем месте сделал бы это третьим этапом, - кивает Джисон. Хенджин щелкает пальцами, будто просек линию мысли Джисона. - Чтобы их устранить, но для начала нужно хорошенько поиграть с ними? Узнать их слабости и всякое такое? - Ты знаешь меня, моя репа, - глаза Хана аж загораются, - Сначала мы должны заставить их нырнуть в самую грязь, в которой они топтали всех вокруг себя. Пусть пройдут через нижайшие унижения и в агонии осознают, что не были людьми и вели себя бесчеловечно. Пусть пройдут путь Данте и испытают все прелести 9-ти кру- - Тише-тише, переигрываешь, - шипит Хван. Минхо скептично смотрит на них и вновь открывает телефон. Он набирает номер и улыбается: - Здравствуйте, администрация школы номер 168? Это явно не то, чего хотел бы Чонин, но Минхо сейчас совсем об этом не думал. Хенджин тут же забирает телефон, сбрасывая звонок. - Помни, что ты Минхо, мать Марсика, представитель капитана Марсика-Лунастика фон Лихана, а так же самый милый кот на свете... - бубнит Джисон и заваривает кофе, - Так, хен, что бы ты не задумал, не надо, не советую - Давай дождемся Чонина, Минхо-хен, я хочу им въебать не меньше тебя, но нужно все обсудить с Нини, - вздыхает Хенджин. Минхо опускается вновь на стул, недовольно смотря на них обоих. - Вы мне не нравитесь. И да, он действительно думал, что это оскорбление. - Здесь все дети в безопасности. Завтра пусть у нас посидит, пока те пи... - закусывает губу Джисон, - Пистолетики угомонятся. - Да, здесь все в безопасности, - уже кушает мороженку Минхо и медленно успокаивается, вспоминая, что он любит эту жизнь. Хенджин страдальчески ложится на стол: - Свидания, мороженое.. поцелуи.. - Молчи, они у тебя хотя бы есть. Нечего здесь тяжело вздыхать. - Ты хочешь свиданий и поцелуев, хен? - тут же улыбается Джисон. - Нет, я хочу завести 100 кошек и скупить для них весь корм в мире, - кивает Ли, смотря на свое мороженое. Последнее время он стал его есть раз в пять чаще. - Хен, - смотрит в сторону Джисон, - Не вовремя, но... не мог бы ты помочь мне выбрать духи в подарок моей маме? - Хорошо, но при условии, что ты не будешь задавать бесконечные потоки вопросов. - Вот и хорошо, - встаёт Хенджин, - Я сейчас прогоню кое-что к завтрашнему и лягу спать. Разбудите Чонина - думать не буду, закрою в шкафу вместе. - Мы с Марсиком-лунастиком фон Лиханом ночуем у тебя, - неожиданно выдал Минхо. Джисон смотрит на него удивленно, часто моргая. - Л-ладно... - Хан тут же вспоминает, какой у него срач, и на кровати лежит заготовка к следующему подарку, - Пойду приберусь. А Феликс? - А ты предупреди Чертенка-поросенка, что веснушчатому существу негде сегодня положить свое маленькое тельце, - улыбается Минхо и гладит Марсика. Хан тут же бежит в комнату с криком: - Чанбин-хен, сегодня... Чанбин сидел абсолютно спокойно. Он перезаправлял сейчас постель и заканчивает за него: - Придет Минхо ночевать. Знаю.  Ликси сегодня у меня. И это тоже знаю. Я поэтому и меняю белье. - Откуда ты- - Информация стоит очень дорого, Джисон, ты уверен, что хот- - Иди нафиг... - тут же хмыкает Джисон, залезает в нору и начинает убираться. Через два часа все уже сидели по кроватям. В комнате была вся компашка, кроме Хенджина и Чонина. Феликс смеялся, сидя между Чаном и Чанбином. - У вас всегда очень весело. Последние дни наша комната сплошная депрессия, - вздыхает Ликси. - Потому что погода плохая! Во всем виноват тот парень, который перед универом выдает флаеры, - шипит Минхо. Он уже в пятый раз за вечер об этом говорил. Джисон смотрит на него и спокойно спрашивает: - Почему тебе не нравится тот парень? Минхо достает флаер и показывает Хану. Это был листок, рассказывающий о голосовании за перестройку местного парка в парковку. - Это его рук дело? Или ему просто дали? - хмурится Джисон. - Я не знаю, но он меня раздражает. Вернее, я с ним говорил, но он меня послал... далеко. - Думаю, когда получит свои деньги, он свалит, - Хан начинает сворачивать флаер как оригами и через минуту дает Минхо журавлика. - Красивый, - Ли берет журавлика, рассматривая его. - Хочешь, возьмем у него все флаеры и сделаем журавликов? - Нет... - смотрит на Джисона Минхо и неожиданно вопит, - Белка-креветка! Младший пугается и хватает его за плечи. - Ты чего?! Хенджин нас в шкафу закроет, хен!!! - Ничего страшного. Я придумал! - радостно улыбается Минхо, - Нарисуй мне журавлика. Ли забирается поудобнее на кровать, а Марсик недовольно смотрит на них обоих, потому что ему мешают спать. - Ну Белочка, ну Креветочка, ну нарисуй, - надувает губки Минхо. - Да хорошо-хорошо. Просто интересно, зачем? Джисон берет планшет и стилус, начиная рисовать бумажного журавлика. Ли за это гладит его по голове. - Умничка, умная Белочка-креветочка. - Я думал, у нас принято по-другому благодарность выражать, - улыбается Хан, а Минхо закатывает глаза. - Марсик-лунастик фон Лихан, поцелуй Белку-креветку. Марсик недовольно фырчит и тянется носиком к Джисону. Хан сразу же прикасается носом к носику котенка, а потом - к носу Минхо. - Все, давай уже рисуй быстрее, - фырчит Ли. Джисон довольно улыбается, рисуя. Минут через 10 он показывает журавлика. - Отлично! Можешь нарисовать над ним звездочки? И... чтобы все так красиво было, но нижнюю часть оставь пустой. На свободном месте Минхо пишет сначала правой рукой, потом дописывает что-то левой и отдает Джисону. Под журавликом была надпись: "Журавлику грустно, потому что ты голосовал за парковку, а не за парк, в котором он живет." - Ты хочешь это распечатать? - сохраняет картинку Джисон. - Какой формат нужен? Я знаю одну типографию, в которой это можно сделать относительно недорого, - тут же подхватывает тему разговора Чан. - Маленький, - улыбается Минхо, - Как флаеры. - Сколько штук? И могу помочь расклеить. Минхо поднимается с кровати, ярко улыбаясь. Джисон уже прислал Чану файл для печати. - Мы будем клеить в универе, на улице, на том парне я оставлю половину для петиции! - активно кивает Минхо. - Хен! Нельзя клеить флаеры на людях! - тут же смотрит на него Хан. - Я просто знаю, где можно, так что сделаем это вместе. И я согласен с Джисоном, не советую на людях клеить, - спокойно и уверенно говорит Чан. - Почему бы просто не позвонить  руководителю этого проекта перестройки? На флаере должно быть написано, кто в ответе за это, - задумчиво произносит Джисон. - Ты собираешься мэру города звонить? - смотрит на Хана Минхо и кивает, - Хотя да. Собирайся, Белка-креветка. - Куда?! - в шоке смотрит на него Джисон. - К мэру пойдем, ты же сам предложил. Сынмин начинает смеяться, а Феликс испуганно смотрит на них. - Ночь на дворе, какой мэр?! - шипит Джисон, поднимаясь. - Так мы сразу к нему домой поедем. Я же такой милашка, как мне можно не открыть? - мурчит Ли. - Милашка ты моя... А это вообще законно? - А я право не изучаю, - смеется Минхо. - А юристам будет плевать... - Пошли-пошли, собирайся быстрее и Марсика не забудь. - Ладно, но Марсик останется с Дядей Бинни и тетей Ликси. Минхо опускает Марсика на кровать и бежит за своей джинсовкой в комнату. - Джисони, ты уверен, что это хорошая идея? - осторожно спрашивает Феликс. - Я уверен только в том, что если он пойдет один, а он пойдет, то хрен знает, где мы его найдем, и причем если найдем, то после этого сразу можно за лотерейным идти. Нас чуть не поймал маньяк, но вы бы его видели? Нам пистолетом угрожали - ему похуй было! Марсик и тот опаснее, чем Минхо! Ли будто его услышал и прибежал назад в толстовке и поверх нее джинсовке. - Идем покорять несправедливость!