Самый дорогой друг

Гон и Киллуа прибыли на Китовый остров, сразу после того, как разобрались со всем на Небесной Арене и освоили Нэн. Их встретил теплый, заполненный красным солнцем и домашним уютом вечер. Их встретила заботой и любовью радостная Мито–сан. И в этом светлом и небольшом, сравнительно поместью Золдиков, доме Киллуа всё казалось таким странным, но в то же время таким родным. Это дом Гона. Идя по коридору, поднимаясь по лестнице, он чувствовал как это место связано с его другом. Наступило время ужина. Восхитительный аромат нагонял аппетит, а разнообразие наготовленных блюд просто поражало. От удивления парни вылупились на Мито–сан, которая явно была довольна своей работой, переглянулись и на их лицах можно было счесть искреннее восхищение и счастье. Новым открытием для Киллуа было то, что перед тем, как приступить к трапезе, Гон, Мито–сан и бабушка Гона сидели закрыв глаза, проговаривая в голове молитву. Это даже вызвало у Киллуа небольшое смущение. –"Хм..как необычно. Я уж было начал есть" – подумал он. Сытно поужинав Гон решил показать своему другу место, где раньше любил проводить время поздними вечерами. Солнце уже давно село. На узкую тропинку, ведущую из дома прямиком в лес, падал бледой свет луны, растекаясь на траву, виднеясь на верхушках деревьев, скользя по, и без того, белым, растрёпанным волосам Киллуа. Они брели по лесной чаще, кроны старинных деревьев скрывали за собой почти весь небосвод. Но Гон с такой уверенностью шёл вперёд, не оставалось ни единого сомнения в том, что он может не знать или не помнить дороги. Гон всегда шёл вперёд, именно такой образ был в голове у юного Золдика. Решительность, искренность и доброта, это все было так созвучно с его именем, будто бы эти термины были синонимами к самой сути Гона. Он так отличался от Киллуа. Деревья немного поредели и вскоре они вышли на небольшую полянку, краем которой был обрыв, уходящий на несколько метров вниз, где был водоём. Бесчисленное количество звёзд, собранные в созвездия или же просто разбрызганные по черному небу, и луна, словно возглавляя эту несметную армию сияла серебром, всё это очаровывало своим отражением на глади воды. Они сидели на краю этого маленького утёса. В глазах Киллуа можно было прочесть подлинное изумление. Налюбовавшись картиной, его синие кошачьи глазки переметнулись на Гона, сидевшего рядом и болтающего ногами, он смотрел как белый свет падает на его острый кончик носа, как сияют от радости его карие глаза, на его лёгкую улыбку, и внутри, словно бутон, расцветало приятное чувство, вселяющее в его душу спокойствие и наделяя взгляд нежностью. – Ты чего это? – с присущей ему невинностью спросил Гон. – Да ничего. – Киллуа отвёл взгляд. – Нет чего! Ты же смотрел на меня.– продолжил Гон уже с подначкой. – Не смотрел! – Смотрел же! – Гон высунул язык. Киллуа сверкнул лукавой ухмылкой и повалил собеседника. Они снова начали дурачиться, гоняясь друг за другом, сталкивая соперника на траву. Киллуа резко присел на корточки, не ожидая этого Гон не уклонился от последующей подсечки и упал на мягкую траву. Серебрянноволосый парень залез на него верхом, словно на пойманную добычу, победно улыбаясь. Принимая горькое поражение, Гон скрестил руки на груди и надулся, отворачивая голову вбок. Взгляд Киллуа упал на его надутые губы, а дальше...события разворачивались так медленно, но в то же время происшедшее промелькнуло будто за секунду. В голове возник туман, нет , беспроглядная пелена затмила собой сдержанность и здравый смысл. И прежде чем ясность ума вернулась к юному Золдику, он склонился над удивлённым другом, его губы нежно накрыли губы Гона, коснулись их, словно лунные лучи касались водной глади. Но сразу же отпрянул, как только понял что случилось, его лицо выражало испуг и потрясение от своих же действий. Резко отпрыгнув назад, он попятился. – Гон..прости. Я вообще...я не понимаю зачем я это сделал! Гон лежал в том же положении. Его лицо было направленно взглядом вверх, к небу и не выражало ни шока, ни смущения, наоборот, он был спокоен. – Киллуа, все хорошо. Но сапфировая пара глаз по прежнему смотрела на него с опаской, с ожиданием последующего разочарования или неприязни. Гон поднялся и сел на траву. На Киллуа устремился спокойный, наполненный лишь добром, взгляд янтарных глаз. – Киллуа, тебе не нужно так пугаться своих чувств. Гон встал и подошёл к застывшему, парализованному непониманием, другу. Он взял слегка дрожащие руки Киллуа в свои, тёплые. –" Гон, ты свет." Взгляд Киллуа снова смягчился, а тело расслабилось. Мальчик в зелёной одежде решительно подался вперёд, мягко повторяя поцелуй. Подняв шум догонялками, мальчики подняли множество светлячков, которые теперь летали, разбуженные и сонные, сотворяя своим танцем ещё более прекрасную картину.