Колледж в Миннесоте

Снейп был прав: таким, как он, нигде не было житья, и Гарри было страшно. Он боялся клейма, которое на него поставят, если узнают о связи между ними. Но и мысль о том, что Снейпу - его Северусу! - хотят причинить вред, была невыносима. Наплевав на предосторожности, Гарри отправился к нему в тот же день. В свой выходной Снейп встретил его в спортивных штанах и домашней футболке. - Я вас не сильно отвлекаю? - Не очень. Заходи. В спальне он плюхнулся на разобранную кровать, взял с тумбочки чью-то работу и принялся излишне сосредоточенно ее проверять. - Я вчера долго не мог уснуть, - объяснил он, будто оправдываясь за свой вид. - И вот - встал поздно. Решил поработать. Растянутые трикотажные тряпки, в которые он был одет, делали его непривычно хрупким и женственным, несмотря на его рост и нескладность. Гарри постигло мучительное желание забрать, увезти его отсюда - туда, где до него не добрался бы ни один мерзавец. - Я говорил с Малфоем, - угрюмо признался он, и Снейп нахмурился. - О чем? - он быстро сделал какую-то пометку, не отрываясь от чтения. - О вас. Пытался убедить его вернуть вам дневник. - Тебя кто-то об этом просил? - Нет, я сам... Он не согласился. - Неудивительно. Такие, как Малфой, способны на любую гадость - покуда знают о своей безнаказанности. Душеспасительными беседами его не остановить. Не надо было вообще с ним разговаривать. - Он сказал, что из-за вас лишился стипендии. - Чушь, - категорично отрезал Снейп. - Он лишился стипендии из-за своей лени и посредственности. Способности Малфоя никогда не соответствовали его амбициям. Он не тянул на высший балл, а завышать ему я не собирался. Гарри тоскливо подумал, что с таким подходом неудивительно, что Снейп везде наживал себе врагов. Сказать это вслух он, конечно же, не осмелился: Снейп в последние дни и так был на нервах. Сейчас при упоминании дневника между бровей у него залегла глубокая морщина, придававшая ему печальный вид. Замирая от собственной дерзости, Гарри протянул руку и, обхватив его запястье, произнес: - Северус. Тот вздрогнул и наконец-то оторвался от проверки. - Что бы ни случилось, - продолжил Гарри дрожащим голосом, - я… я буду рядом. Снейп помрачнел; губы у него сжались в тонкую линию. - Не надо меня жалеть, - ледяным тоном сказал он, вырывая руку и поднимаясь с кровати. - Мне не нужны защитники. Я сам в состоянии решить свои проблемы. Он повернулся спиной и принялся быстро застилать кровать. Но Гарри помешал ему. Подойдя вплотную, он обнял его со спины и прижался лицом к голой шее. - Прости, - прошептал он. - Я не хотел тебя обидеть. Я просто… Просто… Он не знал, как объяснить свои мотивы. Не знал, почему приходит сюда, ревнует и волнуется. Он давно уже не понимал, что с ним происходит. Вряд ли это имело теперь большое значение. Снейп вздохнул. - Я сделал большую глупость, посвятив тебя... во все это. Ты не должен был вникать. - Я просто хочу, чтобы тебе не было плохо... - Ты воспринимаешь нашу связь слишком серьезно. Но на самом деле наши отношения никогда не продвинутся дальше постели, потому что… потому что мы слишком разные. Я тебе даже не друг. Так что избавь меня от своей опеки. - Но ты мне - и не чужой. Я… мы… В глазах отчего-то защипало. Гарри казалось ужасно несправедливым и болезненным вычеркнуть Снейпа из жизни. - Какая глупость, - еле слышно пробормотал тот, и оба замолчали. Они завтракали по-семейному тихо. Точнее, Гарри наблюдал, как Снейп без аппетита выгребает из плошки размякшие в молоке хлопья и запивает их горьким кофе. Чашка Гарри стояла перед ним на столе, но он к ней даже не притронулся. Впервые за долгое время на него накатили хандра и ступор: он чувствовал непреодолимую потребность поговорить о чем-то важном, но не находил слов. Снейп не желал ни коим образом связывать с ним жизнь, даже в качестве друга. Это был тупик. Гарри хотел спросить о том, что произошло между ними несколькими неделями ранее, но говорить о сексе в такой ситуации казалось ему кощунственным и бестактным. Снейп, в отличие от него, секс подобным таинством не считал. Покончив с завтраком, он бесцеремонно пододвинул свой стул и, проведя ладонью по бедру Гарри прямо к паху, недвусмысленно спросил: - Хочешь? *** Гарри лежал на спине, согнув ноги в коленях, и разъяренно вбивался в сидящего сверху Снейпа, который громко стонал. На этот раз тот даже не дрочил себе - просто мял головку члена, и эгоистично кончил через пару минут после начала. Теплое семя выплеснулось Гарри на живот, а еще через несколько минут на него упал и сам Снейп. Гарри почувствовал, что не может дышать под весом взрослого мужчины, но не сделал ни малейшей попытки высвободиться. Он лишь сильнее прижал его к себе, обвив руками горячее потное тело. - Я... тебя люблю, - прохрипел он еле слышно и ощутил, как от недостатка кислорода закружилась голова. Снейп тут же приподнялся и с тревогой заглянул ему в лицо. - Гарри, - прошептал он горько, - не нужно, прошу тебя. Не усложняй то, что уже есть между нами. - Ты не хочешь быть со мной? - Я... не хочу тех проблем, которые неминуемо настигнут нас, если ты ошибся. Настороженность Снейпа была непонятна и обидна. Будто стараясь отсрочить разлуку, Гарри обернул себя вместе с ним одеялом. - Хочешь, я убью Малфоя? - вдруг сказал он дрогнувшим голосом. - Я сделаю для тебя, что угодно - только прикажи. - Знаю, - Снейп растянулся рядом и уткнулся лицом Гарри в шею. - Именно это меня и пугает. *** Гарри честно пытался исправить ситуацию с химией, но его попытки плохо сказывались на отношениях со Снейпом. Косноязычные рассуждения об электронных плотностях и углеводородных структурах нередко приводили Снейпа в бешенство, и он, трясясь от негодования, вновь и вновь прогонял Гарри, посылая ему язвительные реплики вслед. Он не прощал никому и ничего, не делал скидок и не шел на компромисс. Уважать студентов, в отличие от начальства, было необязательно, и Снейп, покорясь своим чувствам безоговорочно, - искренне их ненавидел. Как ни странно, преподавать ему нравилось. Правда весьма своеобразно. Снейп любил свои коэффициенты, формулы и моли; любил свои аналитические расчеты, уравнения и превращение связей. В его диалоге с наукой было только два равных участника: он и химия. Студенты в этих отношениях были абсолютно лишним и ненужным звеном, которое лишь нарушало баланс и душевное равновесие Снейпа. Они не владели предметом на том же уровне, что и он, и потому не заслуживали ни малейшего снисхождения. После Рождества с курса Гарри стараниями Снейпа были исключены пять человек, не сумевших защитить реферат. Летом нескольких ребят из группы ожидала та же участь. Среди них был и Гарри. Снейп не уставал повторять ему, что ни для кого в жизни не делал исключений - не сделает и в этот раз. Сначала Гарри был в отчаянии, но вскоре на него накатила апатия. Внезапно ему стало совершенно безразлично, отправят его на комиссию или нет. Простыни в спальне Снейпа пропитались его потом, и Гарри осознал, что впервые в жизни у него появилось что-то по-настоящему важное. Теперь существовали только он и Снейп. И химия в этих отношениях была лишней. *** В начале мая какой-то шутник подкинул Снейпу на стул пакет с раздавленными бананами. Пакость была совершенно детская и безобидная - тем более, раскрытый пакет было сложно не заметить. Но взглянув на оставленный подарок, Снейп побелел, как полотно. - Что за фигня, - нахмурился Гарри, разглядывая изувеченные фрукты. - Они и правда думали, что ты на это попадешься? Идиоты. Брезгливо приподняв пакет за ручки, он бросил его в мусорное ведро. - У кого-то с юмором хуже, чем у меня с химией. - Это не шутка, - Снейп обхватил себя руками, словно ему было холодно, - Малфой дал мне время на раздумья, и оно подходит к концу. Это предупреждение. - Какое еще предупреждение? Лицо Снейпа исказила знакомая насмешливо-глумливая гримаса. - Отправитель был несомненно вдохновлен моими мемуарами. Это напоминание о моих сексуальных геройствах. - Что за геройства? - Ты просил не посвящать тебя в подробности. - Расскажи. Я… тебя не осуждаю. Снейп фыркнул. - Можно подумать, от твоего осуждения что-то изменится. Он затащил Гарри в преподавательскую каморку и захлопнул дверь. Внутри сразу стало тускло. Гарри отчетливо видел, как у окна в луче света кружатся пылинки. - У меня был клиент, - обыденно начал Снейп, включая электрический чайник, - который любил фрукты. Вот только ел он их весьма странным способом… Ему нравилось доставать их из прямой кишки партнера и кормить таким же образом своих любовников. Гарри едва удержался, чтобы не ахнуть. Мысль о том, что Снейп когда-то засовывал банановую мякоть себе в задницу, а потом выталкивал ее другому мужчине в рот, казалась запредельной. Это было уже на грани отвращения и... изощренного восторга. От услышанного живот скрутило чувствительным спазмом, сгибы на локтях и коленях вспотели. - Он мог развлекаться так часами. Иногда приходилось обслуживать его друзей, и тогда я полдня ползал на коленях, весь липкий от сока и засохшей спермы… Что такое? Тебе плохо? Снейп быстро подошел к Гарри и схватил его за плечи, очевидно боясь, что тот упадет в обморок. - Тебе не хватает воздуха? Ты весь красный! Гарри сглотнул и… беззастенчиво просунул руку ему под жилетку. - Ах, вот оно в чем дело, - Снейп хмыкнул, грубо сжимая пальцами выпуклость у Гарри на джинсах. - Нравятся фантазии старых извращенцев? Не отвечая, Гарри жестко впился ему в рот, принуждая разомкнуть губы. Снейп сопротивлялся секунды две - не больше. Затем смял губы Гарри в ответном поцелуе, властно придерживая его голову. Некоторое время они яростно обжимались у стола, пока в один момент Снейп решительно не отстранился. - Не здесь. Гарри не желал повиноваться. Он заполошно дышал и упрямо притягивал его к себе, не давая высвободиться. Тогда Снейп наклонился к его лицу и язвительно прошептал: - В результате каких реакций образуются функциональные производные карбоновых кислот? - Э-э… Нуклеофильного присоединения? Снейп закатил глаза. - Пошел вон. Гарри широко ухмыльнулся, признавая свое поражение, и выполнил приказ.