Я могу тебя долго ждать...

Я — мотылёк ночной. Послушно Кружусь над яркостью свечи. Сияет пламя равнодушно, Но так ласкательны лучи. Я этой лаской не обманут, Я знаю гибель наизусть, — Но крылья биться не устанут, С усладой повторяю: пусть! * Кафе «Мотылёк» пользовалось поистине дурной славой: алкоголики, картёжники, городские бродяги. И ни одного мотылька, разве что редкие ночные бабочки с изувеченными крыльями и выжженным дешёвыми сигаретами нутром. Позов был здесь пару раз с друзьями. Давно, в студенческие годы. К счастью, крепкий алкоголь избавил его от грязных воспоминаний и мук совести. Дима забыл почти всё. Но есть вещи, забыть которые просто невозможно. Из памяти Позова всё ещё не выходила маленькая голубоглазая девочка лет восьми, которая со слезами на глазах умоляла отца перестать пить и пойти домой. Её отец — угрюмый и опухший мужчина лет пятидесяти, недавно потерявший жену, не обращал на мольбу дочери ни малейшего внимания. В какой-то момент ребёнок закричал так пронзительно и громко, что все взоры устремились на источник дикого, отчаянного вопля: — Помогиите! Помогите кто-нибудь! Это мой папа! Папочка! Папа девочки потерял сознание, повалился на пол, смахнув со стола бутылку с недопитым пивом, тарелку с ещё тёплым мясным пирогом и солонку, тут же разбившуюся на несколько частей. Дима, Серёжа и их знакомый Андрей тут же подбежали к мужчине. Но было слишком поздно. Он уже не дышал. — Серёг, проверь пульс! Матвиенко попытался исполнить просьбу друга и тут же изменился в лице, прошептав: — Дим, он умер. Как сообщить ребёнку, что его единственный родной человек никогда не откроет глаза? Позов никогда не забудет эту маленькую девочку, мир которой рухнул в один миг. Ведь именно он стал для неё чёрным вестником. — Вы поможете моему папе? — Малышка, прости. Ему уже никто не сможет помочь. — Что это значит? — Он умер… Крепко-крепко уснул и больше не проснётся. Такое случается с людьми. (возможно, прозвучало глупо, но это всё, что Дима смог из себя выдавить в ту минуту) — Как мама. — с внешним спокойствием произнесла девочка. Всю её боль выдавала лишь мелкая дрожь, которую малышка была не в силах сдержать. А дальше… Полиция, скорая, женщина из соцзащиты.

***

Так странно, что место, разрушающее жизни, теперь дарит Диме надежду на счастье. Чтобы с уверенностью смотреть в будущее, надо убить монстров прошлого. На часах 19:57. «Просканировав» взглядом хлипкую деревянную дверь, Позов уже собирался войти внутрь, но его окликнули. Обернувшись, мужчина увидел высокого парня в чёрной толстовке и старых потрёпанных джинсах. Этот странный объект стоял вдали от фонаря, поэтому лицо неизвестного было невозможно разглядеть. Он курил и слегка покачивался. Наркоман? Да нет, откуда наркоману знать его имя? Ну, а после хриплого «Дмитрий Темуурыч» всё стало ясно. — Антон? Чего пугаете? — Да кто ж пугает? Наоборот, местечко жутковатое, вот Арсений Сергеевич и велел вас встретить. Мало ли чего. — А почему, кстати, в «Мотыльке»? — Эх, всё вам надо знать… Если что, я ничего не говорил. Арсений однажды помог в одном дельце хозяину этого заведения и тот перед ним в долгу. А большего я не скажу.

***

Сегодня в кафе было удивительно мало народу: три мужика в форме «Строй Дом» и женщина лет пятидесяти — городская сумасшедшая, постоянно рисующая кого-то в стиле ню. В самом далёком от входа уголке сидел человек, возраст которого варьировался от двадцати до сорока в зависимости от его настроения, погоды, времени года и фазы луны. Тёмно-синий костюм с галстуком выгодно выделял своего обладателя среди постояльцев «Мотылька» и подчёркивал голубизну его глаз. Да, это был определённо он — Арсений Сергеевич Попов — частный детектив, начинающий дизайнер, любитель путешествий и нелюбитель рыбы. Поговаривают, что он возглавляет клуб хейтеров имени Сеня. Но Арсений Сергеевич отнекивается как может, хоть и признаёт, что это имя ему не по душе. — Здравствуйте, Арсений… — Обойдёмся без формальностей. Здравствуйте, Дмитрий. Расскажите, в чём заключается дело, которое вы хотите нам доверить. — Пару дней назад на мою близкую подругу кто-то напал. Возможно, её ударили по голове или она ударилась при падении. Странно, что все её вещи оказались на месте, хоть и заметно, что кто-то копался в сумочке. Значит, нападающий искал что-то конкретное. — Да вы прям Шерлок! — с усмешкой сказал Антон, тут же получив возмущённый взгляд от Арсения. — Извините моего коллегу. Продолжайте. — У Кати сотрясение, амнезия. Сегодня утром под видом брата к ней в палату пришёл какой-то непонятный тип, кричал, говорил про кольцо. Наверное, это хорошая зацепка. Я хочу, чтобы Вы выяснили кто и с какой целью напал на мою подругу. — Хм, дело интересное. Я за него берусь. Все необходимые данные пришлите Антону на почту. Адрес он вам даст. — Скажите, сколько это всё будет стоить? — Зависит от того, сколько удовольствия мне принесёт это дело. Уже два года я слежу за супругами-изменщиками, ловлю мелких воришек и жду настоящего дела! — у детектива загорелись глаза— Интуиция подсказывает мне, что мой час настал. Это будет весьма захватывающее дельце!