Защитник

На этого мальчишку Райнер сначала даже внимания не обратил, слишком уж незаметным и тихим был Армин. Щупленький, слабенький, как он вообще попал в армию, спрашивал себя Браун. Каждый раз со вздохом наблюдал, как блондин опять и опять попадает в передрягу, а потом получал от инструктора… А потом надоело просто стоять и пялиться. Жалко его было. Поначалу – просто жалко. Неприспособленный к жизни в казарме, высокоморальный идиот, который высокие чувства считает более важными, чем даже еда, он был из Шиганшины, значит, видел тот ад – только вот остался все таким же мечтателем и романтиком, даже в армию пошел, просто чтобы друга поддержать. Глупенький… Таких всегда нужно было защищать. Обычно, правда, слабыми были девушки, только вот в сто четвертом отряде леди многим парням фору могли дать – а Армин… Армин нуждался в заботе. Его всегда поддерживали друзья, Микаса и Эрен, только вот… в самые нужные моменты рядом всегда оказывались вовсе не они. В конце концов, дело дошло до абсурда. Райнер стал официальным защитником Армина Арлерта, против общества которого тот нисколько не возражал – тем более, Микасу и Эрена он стал видеть все реже, так уж получилось. А одному было скучно. Нельзя сказать, что Браун развлекал мальчишку, но поддержать разговор был способен, как и болтать о всяких глупостях. Ему казалось, что это светловолосое существо – единственное из всего сто четвертого, способное мечтать. У остальных были более приземленные интересы: девчонки, сон, еда и шахматы. А Армин просто любил мечтать, чему Райнер упрямо у него учился. Защищал Браун Арлерта от всего буквально. Наезжает кто-то – вечером будет ходить с разбитым носом, сперли что-то – уже на следующий день вещь будет найдена. Дождь – пожалуйста, широкоплечий медведь Райнер со своим огромным плащом всегда поможет; ногу поранил – на руках понесет… Только вот едой не делился, берег фигуру товарища - на отделение должна быть хоть одна красавица, которая не будет есть после девяти. Защищал даже от девчонок. Нельзя сказать, что леди видели в этом задохлике свою защиту и опору, но на романтику и красивые сказки слетались, как мухи на варенье. Приходилось разгонять. Чувство, возникающее в груди Райнера, было сродни вовсе не заботе, нет: это была самая настоящая ревность. Браун об этом как-то не задумывался, но сегодня Армин все прояснил. - Райнер, знаешь… - обратился он к товарищу, когда тот в очередной раз спугнул назойливых девчонок. – Мне ведь четырнадцать. Я ценю твою заботу, но… Мне бы уже и отношения завести хотелось. - С этими у тебя вряд ли что-нибудь серьезное выйдет, тем более - сейчас, - уже предчувствуя что-то нехорошее, пробормотал Райнер. Армин выглядел сегодня особенно подавлено, а Браун любил, когда он улыбался. - Да хоть недолгие, - взмахнул рукой Арлерт, и из раскрывшейся ладони вылетела книга. С довольно быстрым ускорением проплыла по воздуху и врезалась в грудь верного защитника, тут же с печальным скрежетом упав на землю. Блондин вздохнул, прикрывая глаза, и подошел к своему телохранителю, подбирая сборник сказок. – Джин вовсю за Микасой ухлестывает, Бертхольд у тебя за спиной с Энни мутит – и не притворяйся, что не замечаешь. - Я и не притворяюсь, - мрачно пробормотал Райнер, вздыхая. Это было немного… Нечестно, но за своих друзей парень все же был рад. - Может, и у меня хоть что-нибудь бы вышло, понимаешь? – слабо улыбнулся светловолосый, мечтательно прикрывая глаза. – Хоть немного чужой ласки и любви… Не дружеской, понимаешь, Райнер? - Понимаю, - с трудом проталкивая слова через глотку, ответил Браун, отводя глаза. Неудобно-то как. - Знаешь, если бы ты это делал, потому что… Нуждался бы во мне, - осторожно начал Армин, робко отходя на шаг от товарища, и, набрав в грудь побольше воздуха, продолжил. – Я бы это понял и был бы только рад. Ты мне симпатичен, и я это не скрываю. Но… Если ты просто так их отгоняешь, то перестань, пожалуйста. Вот и все. Райнер даже не думал. Он просто подхватил друга под руки, несмотря на все сопротивления, поднял в воздух и прижал к себе, так, что худенькие ножки Армина болтались в сантиметрах двадцати над землей. Хмыкнул, перехватил поудобнее, поддерживая блондина под задницу, и вздрогнул, ощутив, как тот обнял его ногами за талию, а руками вцепился в массивную шею, царапая короткими ноготками загорелую кожу. - Симпатичен? - Симпатичен, - хитро улыбнулся Армин и, поймав момент, когда Райнер был не готов больше всего, мягко поцеловал его в щеку, чуть уколовшись нежной кожей о щетину друга. Отстранился и тихо засмеялся, видя изумленное лицо Брауна. Больше смеяться ему никто не дал. Райнер просто схватил мальчишку за шкирку и притянул к себе, настойчиво раздвигая его губы своими. И ведь не встретил сопротивления же - Армин легко, безропотно поддался, лишь острые коленки сжали бока защитника сильнее. - Значит, ни одну дуру не подпущу, - криво улыбнулся ему в ответ Браун, совершенно не торопясь отпускать парня. И пусть книжка упиралась корешком ему в шею, неприятно давя на позвоночник, а потом, во время очередного поцелуя, выскользнула из тонких пальцев Арлерта, болезненно проскальзывая по лопаткам Райнера и приземляясь ему на пятки, уже было не важно. Потому что больше никакая девчонка не подойдет с амурными намерениями.