A Bond in the Dark

Райан Он почувствовал волну мучительной боли, а затем… ничего. Он «умирал» много раз в прошлом — это больше не было чем-то, что действительно беспокоило его. Больше всего на свете он ненавидел все эти неудобства. В первый раз это случилось от руки его отца. Воспоминания играли в его голове, как тени на стене пещеры.… Он поднялся из грязи, идеально чистый, как лист бумаги. Воздух, солнце, земля под ним были такими странными и новыми. «Я дал тебе жизнь», — произнёс грохочущий голос в его голове. Перед ним сидел его отец — голем был больше самого Кларка, его коренастая, мощная фигура нависала над ним, загораживая свет. Он заметил странный узор на лбу отца и протянул к нему дрожащую руку. Отец остановил его: — Это знак моего заточения, — с горечью проговорил он. Райан помнил, как нахмурился при этих словах — он мало что понимал, но если это существо создало его, то он не хотел, чтобы оно было несчастно. — Я… я не понимаю. — Его первые слова. — Так и будет, — сказал голос. В последующие месяцы отец проверял его — все тесты, которые он провалил. Как только его отец понял, что ему не удалось создать творение, верное его видению, он швырнул Райана в валун, не заботясь о последствиях. Когда он вскоре воскрес, его отец был приятно удивлён. Возможно, он не унаследовал всех способностей своего отца, и ему не хватало способности продолжать свою генетическую линию, но его бессмертие было чем-то. Это означало, что он будет полезным помощником в миссии своего отца. По крайней мере, он ему так сказал. Какое-то время мужчина даже верил в это. Но времена меняются. Когда он проснулся на этот раз, то обнаружил, что лежит растерянный на лесной подстилке. Его шея и рука были расположены под неудобными углами, поэтому он вернул их на место. Так-то лучше. Он слышал, как рядом борется что-то, похожее на диких зверей. Звуки были свирепыми — то, что находилось поблизости, явно сражалось не на жизнь, а на смерть. Райан открыл глаза и обнаружил, что мир всё ещё размыт. Когда же глаза снова привыкли к темноте, он смог разглядеть двух существ, сцепившихся в жестокой борьбе в нескольких ярдах от него. Его воспоминания нахлынули снова — Унсегила! Гигантская змея в данный момент махала своим массивным хвостом в сторону гораздо меньшего по размеру врага — особенно свирепого на вид белого волка. Волк не отступал и легко уклонялся от попыток монстра раздавить его. Он был проворен, перепрыгивая с камня на камень вдоль берега реки, щёлкая своими мощными челюстями по плоти существа. Он огляделся в поисках Хоуп, отметив, что её одежда всё ещё лежала в куче под деревьями. Он боялся самого худшего — Унсегила не мог пострадать от магии. Возможно, ведьме и удалось заморозить воду вокруг него, но только удар в уязвимое место на шее мог по-настоящему навредить зверю. Ему нужно было найти Майклсон сейчас и уйти, пока монстр отвлёкся. Когда он встал, то почувствовал что-то вокруг своей шеи. Кларк опустил глаза и увидел кулон девушки, тот самый, который она всегда вертела в руках, когда нервничала или думала. Внезапно все части встали на свои места — если она дала ему это, значит… Белый волк — Хоуп. В этот момент жёлтые глаза волчицы встретились с его глазами, её уши прижались, и она предупреждающе зарычала — послание было ясным: держись подальше. Унсегила воспользовался минутным замешательством противницы и хвостом грубо сбросил её в реку. Они оба исчезли в мутной воде. — Хоуп! — закричал он в ужасе, подбегая к берегу реки. У Унсегилы было полное преимущество в воде — он мог утопить её в одно мгновение. Секунды тянулись как часы, мужчина понятия не имел, что происходит под водой, и ничем не мог помочь. Внезапно существо вырвалось на поверхность, посылая в небо потоки воды. Его голова была откинута назад, открывая вид на трибрида, глубоко впившуюся в горло змея челюстями. Чёрная кровь Унсегилы лилась из раны, создавая ужасный контраст с серебристой шерстью волчицы. Хоуп отпустила горло монстра, зацепив кусок его плоти. Унсегила упал обратно в реку, а девушка поплыла к берегу. Вблизи он увидел, что она была намного больше обычного волка — её золотистые глаза, казалось, светились собственным светом. Вода стекала с её шерсти, а изо рта капала кровь. Он попятился, опасаясь её кровожадности. Райан провёл достаточно времени в сверхъестественном сообществе, чтобы знать: оборотни часто теряют свою человечность, когда находятся в волчьей форме — они не всегда могли отличить друга от врага, особенно когда были на охоте. — Хоуп, это я, — осторожно сказал он, поднимая руки в знак капитуляции. Кларк понятия не имел, будет ли это иметь какое-то значение — он не был другом Хоуп; они были в лучшем случае временными союзниками. Сможет ли её волчий разум признать перемирие с врагом? Или следующей прольется его кровь? — Агент Кларк… Райан, если хочешь, — закончил он с нервным смешком. Она зарычала, прижав уши к голове. Он боролся с желанием убежать, погоня сделала бы всё намного хуже. — Хоуп, я не знаю, понимаешь ли ты меня… — её глаза сузились, безмолвно выражая своё возмущение. — Подожди, — начал он. — Я просто хотел напомнить, что спас тебе жизнь, ты ведь не хочешь убить меня после этого, верно? Мы найдем Маливора… вместе. Кларк почувствовал, как кровь застыла у него в жилах; Майклсон была действительно пугающей в своей волчьей форме. Она сделала шаг вперёд, и под её мощными лапами захрустели камни. Райан стоял на своём и неуверенно поднял руку. Может быть, если бы он смог дотянуться до неё через их странную связь, она бы узнала его. — Сейчас я до тебя дотронусь, — сказал он. Волчица зарычала, и этот звук прогремел у него в груди. Боже, он был тупым сукиным сыном. Кларк сделал ещё один шаг вперёд. Она тихо заскулила, но не сделала ни малейшего движения, чтобы остановить его, когда он протянул руку. Он глубоко вздохнул и преодолел последние несколько дюймов между ними, положив руку на её большую морду. — Хоуп? — спросил Райан, чувствуя, как тепло расцветает под его ладонью. — Кларк… — Её голос эхом отдавался в его голове, так же ясно, как если бы она произнесла вслух. Невозможно. Внезапно девушка начала неуверенно раскачиваться, её глаза закрылись. Через мгновение она упала вперёд, придавив его своим весом. — Хоуп! — вскрикнул он приглушённо, выглядывая из-под её меха. «Что случилось, в чём дело?» Он чувствовал её дыхание, медленное и глубокое — она была без сознания. «Она горит…» — непроизвольно пришла ему в голову мысль. Каким-то образом Хоуп общалась с ним через свою волчью форму, даже находясь в бессознательном состоянии. Он вдруг почувствовал жжение в уголке глаза — он горел. Кларк изо всех сил пытался высвободить руку, чтобы вытереть лицо. Его рука покрылась той же тёмной жидкостью, что и морда волчицы. Эта кровь — она была кислой. Эта кровь ядовита. Осознание этого заставило адреналин пробежать по его венам. Он должен был убрать кровь из её пасти. Райан надавил на тело Майклсон, скатив со своей груди. Он с трудом поднялся на ноги и попытался разбудить её. — Хоуп! Ты должна проснуться, ты должна выплюнуть кровь изо рта! — закричал он. Это было бесполезно, она не отвечала. Чёрт возьми. Только не сейчас. Кларк схватил её за шерсть на шее и потянул, таща к краю реки. Он использовал свои руки, чтобы открыть её челюсти, стараясь избегать острых клыков. — Кто-нибудь…помогите… — Снова раздался голос, заставив его сердце сжаться в груди. Он не мог потерять её сейчас. Одной рукой Райан удерживал её пасть открытой, а другой плескал воду, смывая отравленную кровь. — Знаешь, всё было бы намного проще, если бы ты просто обратилась обратно, — сказал он, обращаясь главным образом к самому себе. — Не могу… — Ответил её голос. — Ты меня слышишь? Ты меня понимаешь? — спросил Кларк, на мгновение прервав свои усилия, но она не ответила ему. — Хоуп? — снова спросил он, поймав себя на том, что гладит её мех, рисуя большим пальцем круги. — Лэндон? — произнесла она с явным отчаянием в голосе. Серьёзно? — Нет. Не Лэндон, — ответил он, даже не пытаясь скрыть горечь в своём голосе. Райан продолжил смывать воду с её морды, очищая остатки ядовитой крови с меха, прежде чем откатить назад от края воды. Он спас ей жизнь, сколько, уже три раза? И она думает, что он Лэндон? Кларк раздражённо щёлкнул кулоном, висевшим у него на шее. Он знал, что ведёт себя неразумно. Хоуп была едва в сознании — конечно, для неё имело смысл позвать Лэндона. Но по какой-то причине, это действительно вывело его из себя.