Enemy

Майкл проснулся в холодном поту. Даже во сне его не покидали мысли о Саре. Страх растекся по всему телу, пока он смотрел на то, как огромный взрослый мужик поджимает под себя хрупкую девчонку, стаскивая с неё одежду. Конечно, он сам сделал также, но совсем с другой целью — не желая причинить ей вреда и только с её согласия. Сара вызвала в Тёрнере гамму противоречивых чувств. От желания прибить до внезапного порыва обнять и никуда не отпускать. Для себя он уже решил, что не стоит привязываться к девчонке, ведь у них значительная разница в возрасте: разрыв в целых десять лет. К тому же от неё одни неприятности. У О’Нил в голове подростковые проблемы, а он уже взрослый мужчина со своими принципами и устоями в жизни. — Что с тобой? — раздался сонный девичий голос. — Кошмары мучают, — Майкл удивлённо посмотрел на Сару, что свернувшись калачиком, лежала рядом. — Что ты здесь делаешь? Помнится, когда я засыпал, тебя здесь не было. — Если честно, мне стало страшно одной, поэтому я решила, что с тобой будет спокойней. — Сара, — парень тяжело вздохнул, обдумывая как бы ей помягче объяснить, однако, понимая, что лучше сразу всё обрубить, продолжил, — не знаю, что тебе показалось, но я не тот человек, к которому стоит приходить. То, что между нами было, для меня ничего не значит. Я заступился за тебя, преследуя свои интересы. И по-прежнему считаю, что малолеткам здесь не место, а сегодняшнее представление тому доказательство. — Я твоя дочь, Аарон, — голос сорвался, а из глаз нескончаемым потоком текли слезы. Все замерли в ожидании реакции босса и, кажется, даже забыли, как дышать. Растерянный Бурый выпустил Сару из хватки, но на лице Аарона не дрогнул ни один мускул. — Очень смешно. Ты думаешь, я куплюсь на это? — Хилл подошёл ближе, наклонившись к самому лицу, стиснул зубы и зло зашипел. — Даже если бы это было правдой, неужели ты считаешь, что мне есть до этого дело? Глупая девчонка, ты не в детском лагере, а в пасти демона. Бурый, можешь продолжать. — Аарон, подожди, — Майкл подошёл к Саре, отталкивая Бурого, — ты только представь, если она и в правду твоя дочь, что будут о тебе говорить? Что тебя опустила своя же банда, пустив по кругу дочь. Может, стоит сначала разобраться? — А может это потому, что ты её трахаешь? А, Майкл? Влюбился? Может ты с ней заодно? — Аарон, ты меня давно знаешь. Я бы ни за что не предал тебя. Просто призываю к голосу разума. Выслушай девчонку, а после делай с ней, что захочешь. — Майкл, ты, пожалуй, прав. Наверное, стоило сделать тебя правой рукой, — усмехнулся глава Драконов. — Ладно, завтра разберёмся, сейчас есть дела, — Аарон жестом приказал Бурому отойти и, приподняв Сару за подбородок, произнес, — считай, что ты выиграла себе немного времени. Даже не думай бежать, иначе я найду тебя, и тогда ты пожалеешь, что вообще родилась. Завтра мы поговорим. — Ничего не значит? Малолеткам? — А кто ты? Едва исполнилось девятнадцать и уже считаешь себя взрослой? Иди к себе, а я хочу позвать сюда Еву, — Майкл старался не смотреть в огромные голубые глаза напротив. Он понимал, что если привязаться к девчонке, то возникнет куча проблем — как у него, так и у неё. Пусть лучше ненавидит его и сбежит отсюда, чем увязнет в этом болоте из-за любви. — Ну, что стоишь? Я хочу расслабиться. Или ты снова хочешь мне в этом помочь? Надо отдать должное, в постели ты хороша. — Да пошёл ты! Тварь! Я думала, что ты нормальный, что… Ненавижу тебя! — А не надо думать о том, какой я. Повторяю. Глупым малолеткам здесь не место. И заметь, ты сама на меня залезла, а не я обманом затащил. Сара развернулась и, сжав кулаки, направилась в свой трейлер, по пути проклиная всех. Глупое предположение, что поселилось в её голове о любви этого большого и красивого мужчины к ней, выставило девушку дурой. Конечно, она не может ему нравится. Хотя, пока она ухаживала за ним, ей казалось, что сердце парня оттаяло. Всё их страстные ночи… Показалось. Он просто использовал её.

***

С утра Сара встала с разбитым настроением. Бессонная ночь слишком сильно сказалась на девушке: опухшие красные глаза и такой же нос, больная голова, и гложущее чувство страха. Всю ночь О’Нил задавалась одним вопросом: какого хрена она никого не послушала и поперлась к Драконам. Мало того, что сердце разбили вдребезги, так ещё и шею могут свернуть. За ней зашёл Стив, выполняющий мелкие поручения своего босса, так как на большее попросту был не способен, и пригласил девушку к Аарону. Главарь банды вальяжно сидел в своём кресле, а напротив него стоял стул. Едва заметив этот стул, Сару осенила страшная догадка, что он предназначался для пыток. На него усаживали тех, над кем вёлся допрос. Об этом говорило не то, что он жутко неудобный и потрепанный, а красные и багровые цвета, которые впитало в себя дерево. Вид на эти пятна крови окончательно выбил почву из-под ног и заставил до конца осознать свою глупость. — Присаживайся, Сара, — Аарон указал на стул. — Не бойся… Пока не бойся. Сглотнув вставший в горле ком, девушка тихонько присела на край, борясь с подступающей тошнотой и отвращением. Что, конечно же, не скрылось от глаз мужчины. — Начинай, Сара, а то я теряю терпение. — Моей мамы не стало, едва мне исполнилось восемнадцать, — О’Нил старалась держать себя в руках и не плакать от нахлынувших воспоминаний о родном человеке, поэтому делала паузы, собираясь с духом. — Рак. Диагноз прозвучал как приговор, когда мне не было и пятнадцати. Всё это время она боролась, но не смогла победить. Когда её не стало, я стала перебирать старые вещи мамы и нашла письма и дневник. В них она писала, что узнала о беременности и ей было страшно. — Всё это конечно интересно, но может перейдем к сути, — Аарон начал терять терпение и выходить из себя. Об этом говорила напряжённая челюсть, ходячие желваки. — Причём тут я? — При том, что всё письма, которые она так и не отправила, были адресованы Аарону. — Если ты считаешь, что у меня одного такое имя, то боюсь тебя разочаровать. Я не знаю с кем таскалась твоя мать, но… — Её имя Джоанна О’Нил или Адамс до замужества. Казалось, что тишина в помещении стала осязаемой. Сара не сводила взгляда со своего собеседника, подмечая, как у того меняются эмоции на лице. — Чтобы не быть голословной, я решила поискать доказательства того, что ты и есть тот самый Аарон и нашла фотографию, — девушка протянула мужчине старое фото, которое нашла в его трейлере. — Я твоя дочь, Аарон Хилл. Тут не может быть ошибки. Хилл молча смотрел на фотографию, с которой на него смотрела молоденькая девушка в чёрной одежде, её приобнимал такой же молодой парень. Воспоминания захлестнули Аарона и он, не отрывая взгляд от счастливого лица девушки с фото, процедил сквозь стиснутые зубы:  — Боюсь, я тебя разочарую, но твоя мать была шлюхой. Она спала со всеми. Так что можешь убираться отсюда. Это будет твоим первым предупреждением. И, Сара, — он посмотрел на девушку, которая уже соскочила со стула и сжала кулаки, — не вздумай пудрить мозги моим парням сопливыми чувствами. — Я не собираюсь выслушивать всю грязь, что ты хочешь вылить, — девушка достала из маленькой сумки, что весела на её плече, стопку пожелтевших листов. — Прочти. Мама хотела их сжечь, но не успела. Сара вышла из трейлера с гордо поднятой головой и отправилась к себе, не обращая внимания на Вишню и Майкла, расположившихся напротив двери. Парни усиленно делали беззаботный вид, но было понятно, что они старались услышать разговор между главарем и девчонкой. 29.10.1986 «Любимый, я не понимаю, чем заслужила такое отношение к себе, что ты выкинул меня как ненужную вещь. Я не смогу жить без тебя, прощай…» 04.12.1986 «…после того, как я попыталась покончить с собой, прошло чуть больше месяца. Я всё ещё лежу в больнице под присмотром… Сегодня я узнала самую лучшую новость. Как бы хотелось сказать: «Аарон, ты станешь папой.» 17.04.1987 «… я встретила мужчину и выйду за него замуж. Ради счастья дочери, пусть у неё будет полноценная семья…» 03.11.1987 «Прошёл уже целый год, а я так и не узнала за что ты так со мной. Я думала, что ты меня любишь… Встретила сегодня Марго и она сказала, что вы вместе. Что ж, надеюсь, что хотя бы ты счастлив…» 15.06.1990 «Наша дочь растёт красавицей. Сегодня у неё день рождения. И Томас в ней души не чает, но я настолько несчастна, что порой ненавижу всех вокруг…» 08.10.1995 «Сегодня я видела тебя… и мое сердце остановилось. Столько лет прошло, а я тебя так и не забыла…» 07.08.1999 «Так получилось, что сегодня я встретила одного мужчину, незнакомца, и оказалось, что он знает больше, чем я. Когда у Марго не получилось тебя завоевать, она придумала хитрый план. Она подставила меня, опоив какой-то дрянью, и наняла мужика на роль любовника. Его-то мне и посчастливилось сегодня встретить… Вот же сука! Как бы мне хотелось рассказать это тебе…» Аарон читал заметки, пока внутри всё сжималось. Он уже давно не тот человек, что был раньше, но воспоминания больно бередили рану.

***

Когда Аарон вернулся в трейлер, который разделял с любимой женщиной, его ждал неприятный сюрприз. Джоанна лежала обнажённая на их кровати в обнимку с каким-то парнем. Разгневанный Аарон за шкирку вышвырнул на улицу любовника и, налетев сверху, начал наносить удар за ударом. От первого же точного хука в челюсть, тот потерял сознание и не оказывал сопротивление. Когда на место злости пришла усталость, Хилл поднялся с избитого парня, от чьего лица осталось сплошное кровавое месиво, и направился обратно в трейлер. Джоанна уже сидела, обхватив голову руками. — Что, голова заболела? — холодным голосом произнес Аарон, чувствуя, как внутри просыпаться отвращение к любимой женщине. — Да, словно я пила целую неделю, — улыбнулась девушка и протянула руки к мужчине, намереваясь обнять. — Ты, наверное, издеваешься? — он отшатнулся от неё, словно от прокаженной. — Собирай свои вещи и проваливай! Чтобы больше я тебя не видел, шлюха! — Что случилось? — девушка встала и, покачиваясь от слабости, подошла к Аарону. — Любимый? — Повторять не буду. К вечеру, чтобы тебя здесь не было, а иначе тебя мама родная не узнает. Аарон вышел из трейлера с желанием напиться до такой степени, чтобы забыть эту женщину раз и навсегда…