exile.

The night sky once ruled my imagination Now I turn the dials with careful calculation After a while, I thought I’d never find you I convinced myself that I would never find you When suddenly I saw you Sleeping At Last – Venus

      Настал тот день, которого ждут многие студенты, начиная с третьего курса школы волшебства. Да и более юные маги начинают с нескрываемой завистью поглядывать на них, когда узнают о таком событий, как поход в Хогсмид. Возможно, последних будоражит мысль о походе в «Сладкое королевство», и их вряд ли заботит вероятность появления кариеса. Ведь зубные феи имеют место быть в фантазиях даже у самих волшебников? Но вот первых туда тянет по совершенно другим причинам. Кого-то – желание выбраться, хоть и на несколько часов, за пределы старинного замка, дабы просто подышать свежим воздухом. Других привлекает даже малейшее воспоминание о сливочном пиве из местной таверны. Зои, скорее всего, относилась к любителям развеяться. Как бы сильно она не любила Хогвартс, глаза замыливаются от каменных стен коридоров, кабинетов, а также шума десятков детский и подростковых голосов, который лишь по ночам переставал одолевать школу.       С Драко они не пропускали ни один поход в деревушку. Коэн это напоминало её зимние и летние каникулы в городе, когда она могла свободна гулять, ходить по магазинам и заведениям. Конечно, выбор в Хогсмиде, куда пойти, был не так велик, как в Лондоне, но всё куда лучше, чем пробежки до Северной башни и обратно, в гостиную факультета змей.       Когда студенты выбирались за пределы школы, Драко и Зои часто сбегали от толпы, и девушка подстрекала друга покурить с ней хоты бы одну сигарету, ведь «здесь-то их точно никто не заметит». И трудно сказать, что парень часто отказывался. Затем они забегали в то самое «Королевство», набирали кучу мармелада и драже, и, если получалось найти место, выпивали уже в компании Блейза Забини и Пэнси Паркинсон по кружке небезызвестного сладкого напитка.       Как только объявили эту достаточно радостную новость, Коэн мгновенно вспомнила о их с Малфоем «традиции». Слизеринка, надеясь на лучшее, но готовясь к худшему, уверенно зашагала после пары по защите от тёмных искусств в сторону Большого зала. И какими же огоньками засияли её глаза, когда она увидела блондинистую голову друга среди обедающих. Она ринулась к нему и, приземлившись прямо напротив, что заставило его немного вздрогнуть, практически воскликнула: – Ты пойдёшь в Хогсмид завтра? – Зои, извини, но не в этот раз, – после нескольких секунд тишины ответил Малфой, и все светлячки надежды, порхающие в глазах Коэн, потухли. Её чувства были сравнимы с электроприбором, отключённым из сети питания. Ровным счетом, она ничего не ощущала. Пустота. А затем, в дверь сознания постучался гнев. – И почему же? – руки её сжались в кулаки, а тон сменился на даже не серьезный, а суровый. – Мне надо учебой заниматься, – Драко опустил взгляд в сторону уже практически пустой тарелки. – Какой учебой, Драко? То ты мне говоришь, что через год даже не явишься в Хогвартсе, а теперь ты заявляешь, что решил в отличники податься?!       Малфой молчал. – Мы не разговариваем третью неделю, и ты даже не пытаешься объяснить почему! Ты намеренно избегаешь ме-, – в этот момент слизеринец встал из-за стола, – Стой! – в ту же секунду Зои схватила парня за запястье, и их взгляды вновь встретились, от чего её тон значительно снизился, – Это, как минимум, невоспитанно с твоей стороны, Драко.       Все сидящие за столом Слизерина замолкли и уставились на этих двоих, в ожидании ответа Малфоя. Вперемешку со злостью, щёки девушки вспыхнули краснотой смущения от того, что их разговор стал достоянием общественности. – Отпусти, – сухо ответил Драко и взглядом указал на свою руку.       Секунда. Хватка Зои слабеет, а через считанные мгновения слизеринец скрывается за дверями зала.       Пошёл к черту, – раздалось в голове девушки, и она вновь села на скамью. Немногочисленные присутствующие с её факультета начали перешептываться, периодически поглядывая на Коэн. – Да прекратите вы, в конце концов! – крикнула Зои и пулей вылетела из помещения.       В коридоре волшебница резко задела кого-то плечом, не замечая людей на своём пути. Этим кем-то оказался Гарри. – Зои! – достаточно радостно воскликнул он. – Не сейчас, – бросила в ответ девушка и ускорила шаг, увидев ближайший поворот.       Её взгляду предстали дети в мантиях, разбегающиеся по кабинетам, и вскоре коридор полностью опустел. Она швырнула тканевую сумку с ветхими учебниками на пол и сползла вниз по стене рядом. Поджав колени к груди и запустив руки в тёмные волосы, Зои уставилась в одну точку. Она была очень зла и рассержена. Она ругалась на своего друга, который теперь словно забыл о её существовании и, уж тем более, о существовании их дружбы. Коэн злилась на «шептунов» со своего факультета, которым их разговор подкинул массу тем для обсуждения. И больше всего, она осуждала саму себя, за очередной неконтролируемый выплеск эмоций.       И снова мысль о Поттере, на которого она снова вспылила. Последнюю неделю они приветливо друг другу улыбались в коридорах, и периодически хихикали и переглядывалась, если оба находились в одном помещении, и кто-то при них упоминал Филча или нарушения дисциплины по ночам. Им даже как-то удалось полноценно поболтать после занятия по зельеварению.       И вот, гриффиндорец вновь увидел Зои в обличии негодующей истерички, какой он увидел её в ту ночь в башне. Стыдоба!       Но как бы Зои не любила выплеснуть свои эмоции, плакать в общественных местах она не умела. Когда в её голове представляется хоть одна миллионная процентная вероятность того, что её могут застать плачущей, Коэн не могла проронить и слезинки. Плакать она могла лишь при двух людях. При маме и при Малфое.       К счастью, и в этот раз её пронесло от пролития слёз, ведь через пару минут из-за угла вышла Гермиона. – Зои! – тихо, но все же воскликнула Грейнджер, стараясь не нарушать тишину в замке во время занятий, – Гарри сказал мне, что видел тебя, и что ты была чем-то очень раздосадована. Что-то случилось? – Да так, пустяки, ничего серьёзного, – попыталась выдавить из себя неловкую улыбку слизеринка, вставая с пола, – Что-то случилось? – Да на самом деле, нет, просто мы с Гарри хотели позвать тебя пойти с нами в Хогсмид. Пойдём мы, Рон, Невилл и Джинни. Возможно, к нам присоединится Полумна. Как ты на это смотришь?       Несколько минут назад Зои ненавидела всё, что связано с Хогсмидом. Все мысли в её голове сводились к тому, что она не сунется туда в эту субботу ни при каких условиях. В её сердце ещё даже не собиралась угасать обида и разочарование, которые наполнили волшебницу после выходки друга. Здравый смысл к тому же напоминал о том, что девушка планировала скрывать своё общение с гриффиндорцем, опять же, в пользу своей дружбы.       Но, видимо, Поттер не особо держит язык за зубами, – параллельно пронеслось в голове Коэн, – В любом случае, я смогу отказаться в любой момент. Придумаю, что заболела или про уроки что-то. – Я согласна, – на выдохе пролепетала Зои, теперь её улыбка выглядела более уверенной. – Отлично! – Гермиона засияла от радостной новости, – Тогда завтра в двенадцать встречаемся в Большом Зале! Я побежала!       Староста Гриффиндора приобняла слизеринку и побежала вдаль по коридору, оставив последнюю вновь наедине с самой собой. Она вновь разместилась на полу, и, запрокинув голову назад, словно обращаясь к потолку, к пустому коридору и закрытым дверям, прошептала: – Ни минуты покоя.

***

      Почти всю ночь Зои ворочалась, сверлила глазами потолок подземелья, перекладывала подушку с места на место и очень много думала. Первая половина её размышлений была потрачена на Драко, на его грубость и игнорирование обеспокоенности Коэн. Пару раз волшебница еле сдерживала себя, чтобы не сорваться в мальчишечью комнату и не выяснить всё в ту же минуту. Но, она понимала, что это абсурд. Если бы он хотел объясниться, то давным давно объяснился бы, – думала девушка. Сделав вывод, что старому другу стало на неё резко наплевать, Зои неизвестным образом пыталась себя этим успокоить. Точнее, успокоить свою совесть, ведь весь следующий день слизеринка проведёт в компании не самых приятных для Малфоя людей.       Как только у неё более менее получилось это сделать, началась вторая волна переживаний. Странный трепет переполнял девушку. Трудно было бы не отметить, что она была в предвкушении. Непонятное чувство, прежде ей мало знакомое, не давало Зои сомкнуть глаза. Она много размышляла, что наденет, о чем будет говорить, и как будет обходить тему о Драко. И где-то далеко-далеко, в своей голове, она возможно понимала, что именно с ней происходит, но просто неосознанно отказывалась это принимать.       Ближе к рассвету Зои всё-таки уснула, хоть и просыпалась потом каждый час, боясь проспать. Не имея более сил это терпеть, она встала где-то в девять утра. Умывшись и накинув что-то более менее напоминавшее не пижаму, девушка отправилась позавтракать. На обратном пути, спускаясь в гостиную Слизерина, Зои увидела Малфоя, такого же молчаливого и серьезного, и в очередной раз куда-то сбегавшего. Он увидел Коэн и вместо приветствия получил лишь безразличный взгляд в свою сторону. Что-то внутри волшебницы тогда восторжествовало. И это что-то заглушило едва остывшую обиду.       Около часа Зои вертелась перед зеркалом, подбирая "наряд" для прогулки. Всё ей казалось неудобным, некрасивым, не достаточно красным, жёлтым, не достаточно хорошо сидящим. И в одно мгновение, когда Коэн красовалась в одном из малочисленных в своем гардеробе платье, резкое осознание всего происходящего дошло до слизеринки.       Нет, нет, только не это.       Детали пазла сложились в единую картину. Объяснение её беспокойного сна, волнения и всех этих долгих прихорашиваний одним предложением встало перед глазами Зои, если и не было написано у неё на лбу, настолько всё было очевидно. Ей понравился Гарри Поттер.       И вряд ли Коэн была этим довольна. Как же она подтрунивала над всеми этими девчонками, которые с замиранием сердца смотрели на мальчика, который выжил. И что теперь? Она стала одной из них. Насупившись, девушка стянула с себя платье и надела свой тот же чёрный свитер и расклешенные штаны цвета охры. Она захватила маленькую сумочку и то же пальто, которое определенно было волшебнице велико, и с тем же хмурым выражением лица покинула комнату.       Весь путь до Большого зала Зои усердно придумывала возможные пути отступления. Перед самым входом в зал, её желудок сжался до размера изюма, и едва заметная дрожь прошлась по рукам. Ещё издалека её заметила Гермиона, которая быстро растормошила за плечо Гарри, стоявшего спиной к двери. Он обернулся и широко улыбнулся Коэн, а ей захотелось сейчас же выбежать из зала. Поразившись собственной силе воли, Зои мягко улыбнулась в ответ и наконец подошла к группе гриффиндорцев. – Ну, доброе утро всем, – первая заговорила слизеринка, поправляя тёмные волосы, завязанные в низкий короткий хвост. – Вот это, конечно, неожиданную компанию ты нам подобрала, Гермиона, – могло показаться, что Джинни съязвила, но потом она добродушно улыбнулась и протянула руку Зои, – В силу разности курсов и факультетов, а еще твоей дружбы с Малфоем, нам не удалось нормально познакомиться. Я Джинни Уизли. – Будем знакомы, Зои, – девушка пожала рук и напрягла память, пытаясь вспомнить, действительно ли они ни разу не общались с младшей из Уизли. И таких случаев, как оказалось, в правду не было. – Скоро должна подойти Полумна, за завтраком она сказала, что может задержаться из-за того, что кто-то спрятал её любимые ботинки, – тут же вставила Гермиона. – Ты не говорила, что Полумна пойдёт с нами! – встрепенулся Невилл. – Кстати, отлично выглядишь, – тихо обратился к Зои Гарри, который стоял слева от неё, пока Невилл и Гермиона обсуждали приход волшебницы с Когтеврана. Один Рон молча дожевывал свой сэндвич. – О, спасибо, приятно слышать, – слегка смутившись, и мысленно отругав себя за это, ответила Зои и краем глаза заметила, как Джинни быстро отвела от Поттера с Коэн взгляд. – В любом случае, мы пока что ждём всех, так как нас одних никто никуда не отпустит, – донесся голос Гермионы сквозь мысли Коэн. Невилл смолк, но по его лицу явно читалась встревоженность. Зои это умилило. – Я прошу прощения за опоздание, – все шестеро резко повернулись на тоненький голос за их спинами, – Ботинки мне так и не удалось найти, но зато один второкурсник угостил меня конфетами, чтобы я не расстраивалась.       Полумна поправила свои спектрально-астральные очки, которые сползли к кончику носа и достала из кармана ярко-зелёной куртки горстку сладостей. – Конечно, давай, – Рон подорвался со своего места, аккуратно взял пару штучек (всю горсть без одной конфеты) из ладони когтевранки, и ощутил, как Грейнджер ткнула его локтем, напомнив о кое-чем, – Спасибо, Полумна.       Вскоре в Большом Зале появилась профессор Макгонагалл, зазывая всех студентов, собравшихся в деревушку. Желающих было не так уж много. Со своего факультета Зои увидела лишь пару третьекурсников и группу ребят годом старше. Но, что больше всего тревожило Коэн, так это лишь её нахождение в компании людей, с которыми она никогда толком не общалась. Лишь одна Гермиона, которая сегодня решила выступить в роли некой заводилы, уделявшая внимание всем. И какой же приятной неожиданностью стало то, что ребята приняли слизеринку за свою.