Гравитация

      Идя в офис во второй день, Фумикаге не мог поверить, что вчера он ржал как больной с самим Ястребом, а затем разговаривал с ним, как с хорошим знакомым, об Академии. Они даже вместе сгоняли в кондитерскую и купили тортики для «фурии-Мизу». Так её называл сам Ястреб.       Да, в конечном итоге, когда они вернулись, Фумикаге представился всему немногочисленному агентству, как и планировал: строго, коротко, по-деловому, дал краткое описание своей причуды и попросил позаботиться о себе — словом, сделал все по учебнику. Но с тех пор каждую секунду, когда босс был в офисе, Цукуёми не переставал чувствовать на себе пронзительный ястребиный взгляд с ухмылкой, словно говорящей: «Ты тут можешь изображать кого угодно, но я-то слышал, как ты хрюкаешь, когда смеёшься, меня не проведёшь».

***

      Во второй день Мизу, которая, на самом деле, была прекрасным организатором и совсем не фурией, быстро пристроила новоиспечённого стажёра в архив, причитая, что, пока в офисе затишье, надо как раз разобраться с бумагами босса, а то он, ленивая задница, совсем их забросил.       — Но я не создан для макулатуры, Мизу! – заныл Ястреб. – Я создан для полётов!       — Да-да, сто раз слышала, – отмахнулась как от мухи героиня. – У вас встреча с правительством и комиссией через тридцать минут, вот и летите на неё.       — Уже стартую! – радостно залезая в окно и напяливая очки-авиаторы, отсалютовал Ястреб.       Вообще, он редко пользовался дверьми, но Мизу запретила ему вываливаться из окон, если надо сходить в кондитерскую внутри того же здания, где находится офис. Просто потому что для нормальных людей мужик, внезапно падающий с неба, а затем входящий обратно в то же здание, откуда упал — это зрелище слишком сильное. Так Ястреб вчера и стоял у лифта, в очередной раз про себя ворча, мол, крылья ему на что, пока не встретился с забавным мальчуганом и его тенью.       — Веди себя хорошо, Фумикаге, вернусь — проверю! – с наигранной строгостью кинул молодому герою номер два, подмигнул и легко выпрыгнул в небо.       — Господи, надеюсь, хоть на встрече он не будет себя так вести, – вздохнула Мизу.       Но все знали, что будет.

***

      Фумикаге проникся симпатией к Ястребу, поэтому куча бумаг, свалившаяся на его птичью голову, была воспринята как вызов и способ помочь хорошему человеку. А спустя шесть часов он уже хотел прибить крылатого за такое отвратительное ведение дел. «Это какой-то сумасшедший пир тьмы, а не архив!» – негодовал герой. Отчеты обрывались, даты не проставлены, систематики никакой. «Великая Аматэрасу, тут невозможно разобраться даже вдвоём!» – мысленно восклицал Фумикаге. Но задача есть задача, поэтому Цукуёми продолжил сидеть в архиве, даже когда на улице стемнело, а Мизу, обычно последняя выходившая из офиса, передала ключи парню.       — Ты только не переусердствуй в первые дни, у тебя стажировка несколько недель будет длиться, распредели силы.       — Чем быстрее я с этим разберусь, тем раньше начну принимать участие в заданиях, – скорее бумагам, чем Мизу пробормотал герой тьмы.       — Окей, парниша, но утром чтобы был как штык. Никаких опозданий! – парень только кивнул и продолжил изучать на пару с Тенью очередной отчёт.

***

      Время летело незаметно, Цукуёми был погружен в работу настолько, что даже не заметил шорохов в главном зале. Отвлекся он, только когда услышал стук чего-то тяжелого об пол и трехэтажные, не очень связные матюки. Аккуратно высунувшись из комнаты архива, Фумикаге узрел Ястреба, пытающегося поднять свалившийся торшер, причем сам Ястреб был не в состоянии держать ровно даже самого себя. Он пошатывался, пьяный в стельку, и даже не заметил, как в темноте чёрная Тень перехватила непослушный предмет мебели и поставила на место.       — Босс, вы чего? – Фумикаге зажёг свет. Ястреб сгорбился и закрылся крыльями, как вампир, боящийся света.       — Великий Гелиос, выключи, выключи, я сейчас ослепну!       — Босс, с вами всё в порядке? Нужна вода?       — Выключи свет, умоляю, ух, моя голова! – парень погрузил офис обратно в темноту и услышал выдох облегчения от номера два, который, в свою очередь, решил, что лечь на пол — лучшая идея его жизни.       — Нет, босс! Не спите тут! О боги, очнитесь! – герой поспешил на помощь Ястребу и стал тащить несопротивляющееся тело к дивану. Пока они на пару с Тенью устраивали начальника поудобнее, тот сфокусировал взгляд на Цукуёми и очень медленно, будто собирая мысли в кучку, выдал.       — А как тебя мама рожала?       — Простите... Что? – опешил от такого внезапного вопроса Фумикаге.       — Ну... У тебя голова птичья, большая такая, а рожали-то тебя, наверно, как обычного человека. В смысле, ум, – крылатый сделал невероятно сосредоточенное выражение, свойственное только людям в состоянии крайней наполненности алкоголем, и продолжил, – человек рождает человека, верно же? Причуда проявляется потом. Значит, у тебя есть человеческое лицо! Да! Точняк! У тебя точно есть нормальное лицо! – Ястреб резко вскочил и схватил парня за плечи, приближаясь к вороньей морде стажёра, то ли желая рассмотреть её, то ли облизать. Фумикаге зажмурился. Слишком близко. – Покажи!       — Босс, вы пьяны! Какое лицо? Я таким родился!       — Врёшь, не уйдёшь! У. Тебя. Есть. Лицо, – по словам произнес краснокрылый и свалился обратно на диван, захрапев.       Ошарашенный герой тьмы сел на пол рядом с диваном и задумчиво почесал перьевой затылок. Мда. Отлично. Вот так, напившийся Ястреб просто взял и раскусил его. Фумикаге не был готов к такому повороту событий. Темнота начинала неприятно давить, а Тень, воспользовавшаяся замешательством хозяина, радостно ползала по всему офису и даже успела полакать воду из опрометчиво оставленной на столе кружки Мизу (потому что из чужой миски вкуснее). Жаль, праздник свободы длился недолго: собрав волю в кулак, Цукуёми всё-таки ужал ненагулявшуюся причуду. «Ястреб не будет об этом помнить утром, – думал парень, – а даже если и будет, то это не важно, это моё личное дело. Уверен, он не будет нарушать субординацию между начальником и подчиненным только ради того, чтобы увидеть моё лицо, правда, Тень?» Но Тень молча посмотрела на хозяина, как на идиота. И Фумикаге тоже решил, что он идиот, потому что Ястреб и субординация — это вещи из разных вселенных. Так что герою тьмы не оставалось ничего, кроме как альтруистично позаботиться о начальнике, накрыв его своим любимым чёрным плащом — единственной тёплой вещью в офисе — и понадеяться, что тот обо всех своих озарениях забудет. И вообще, уже поздно, пора возвращаться в общежитие. С этими мыслями парень выключил свет в архиве, оставил ключи от офиса рядом с невинно спящим Ястребом и подошел к распахнутому окну, откуда дул свежий ветерок.       — Эй, босс, ведите себя хорошо, – серьёзным тоном через плечо шепнул парень, вскочив на оконную раму. – Вернусь — проверю.       И Цукуёми выпрыгнул в ночь.