Гравитация

      У Ястреба всё было под контролем.       Сражение шло в его пользу. Враги, пусть среди них и был один с огненной причудой, дрались посредственно, и Кейго искренне не понимал, как они могли пропустить теракт от таких дилетантов. Где-то у них был умный мозг, решения которого они исполняли. Но сейчас он молчал, и это напрягало. Не значит ли это, что всё идёт по злодейскому плану? Что же не так?       Взрывы разносились по склону, забивая своими вибрациями чувствительность крыльев. Приходилось полагаться на зрение. Противотуманные очки от отдела поддержки были как никогда кстати.       Полезные всё-таки ребята.       Ястреб вылетел из облака дыма, уворачиваясь от запущенных в него атак, пытаясь восстановить ощущения. Свежий воздух на такой скорости чуть опьянил. Это помогло расслабиться, и он не сразу почувствовал, как звуки боя стали тише, а потом затихли окончательно. Он завис, ожидая новых атак, но их почему-то не было.       Крылатый начал связываться по рации с остальной группой, но только шум каналов был ответом.       А вот и долгожданный ответный удар. Что же там происходит?       Герой номер два не торопился спускаться, оценивая обстановку, пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь рассеивающийся дым.       Через минуту крики боя снова возобновились, затрагивая крылья. А новых воздушных атак от противника так и не было, будто Ястреб и не парил коршуном над их головами. Кейго вообще уже ничего не понимал. Как можно обезвредить весь отряд, но забыть про главную боевую единицу врага, которая по совместительству является ещё и командиром? Что там такое случилось, что стало важнее Ястреба? Раздутое эго героя даже немного зашевелилось.       Он начал спускаться. И уже совсем на подлёте ощутил приторно-сладкий и стелющийся по земле запах. Буквально усилием воли он смог набрать высоту и отдышаться. Крылья стали тяжелее, а мир немного закачался, как если бы герой не владел сноровкой космонавта.       Химия, значит. Вот тебе и отдел поддержки.       Ястреб примерно проследил, откуда может лететь та дрянь, которой он чуть не надышался, и устремился в направлении возвышения горы. Из-за смога и взрывов он не знал, кто из его напарников ещё продолжает битву, и смог избежать губительного влияния газа, но искренне благодарил его за отвлечение врага.       Внимание краснокрылого привлек маленький огонёк в ста метрах выше по склону, он аккуратно подлетел к нему. То, что увидел Кейго, показалось ему самым страшным вариантом смерти из возможных: на горе лежало маленькое обугленное тело, медленно тлеющее, уже догорающее. Удушающий сонный запах ленивыми клубами растекался вниз от него.       Ястреб боялся огня. Да, его в детстве заставили изучить поведение пламени вдоль и поперёк, да, он миллион раз вступал в бой с огненными причудами, рискуя собой, да, он всегда выживал благодаря тому, что действовал быстрее врага. Но в глубине души испытывал иррациональный страх перед пламенем. Оно всегда несло в себе вибрации смерти.       Крылатый тихо приземлился рядом, задержав дыхание и зажав нос. Тело не обладало никакими признаками жизни. Даже не было понятно, кто это был. Ястреб снял куртку и накрыл огонь, перекрывая ему доступ к кислороду. «Эх, прощай любимая накидка, – почесал затылок Кейго. – И ты, кем бы не был, тоже покойся с миром. Пожертвовать собой ради успеха операции… Впечатляет. Но лучше бы ты был героем». Таками взлетел, продышался на высоте, убедился, что ядовитые потоки прекратили своё движение, ещё на минуту вернулся к телу, чтобы накрыть его от посторонних взглядов пушистыми ветками лапника, и полетел вниз на подмогу.

***

      Взрывов стало меньше, смог на поле боя наконец-то рассеялся. Где-то лежали усыплённые наркотиком напарники и даже враги, но Ястреб не сразу понял, что происходит, пока не сфокусировался на чёрной, незнакомой, скачущей между противниками, фигуре в доспехах с двумя мечами. Она двигалась рвано, неестественно, как раненое животное, но оружием владела как человек.       И где-то он уже видел подобное.       Стоп! Это же…       — Эй! Что за хрень?! Это моя техника фехтования! – «Только очень плохо исполняемая!» Удивился герой номер два и рванул вниз на поле боя. – Кто?..       Фигура повернулась на голос и прыгнула к Ястребу, навострив клинки, раньше, чем тот успел коснуться земли. Кейго подумал, что от этой атаки он не увернётся и успел лишь выхватить маховые перья, чтобы заблокировать удар, но его не последовало. Доспехи остановились в сантиметре от столкновения, развернулись на сто восемьдесят градусов и бросились обратно к врагу. Ястреб увидел лишь огнём блеснувшие сквозь забрало каре-красные глаза. – Святой Фаэтон, – онемел герой, – Фумикаге!       Но Цукуёми, а точнее Тень, никак не отреагировала, набрасываясь на стремительно сокращающееся количество врагов. Ястреб быстро сообразил, что здесь что-то не так. Аккуратная техника контроля причуды никогда не превращалась в дикую расчленёнку, которую сейчас устраивал бушующий герой. Он буквально крушил собой стены, деревья, камни, тела, воздух, время. И маска. Этот стабильный элемент никогда не превращался в шлем. Кейго ринулся на помощь, краем глаза заприметив чьи-то отрезанные кисти рук и лужи крови. Как героя бывалого его такие вещи не удивляли, удивляло, что их источником был Токоями Фумикаге. Его спокойный, хладнокровный, вечно сдержанный Токоями Фумикаге.       Крылатый поймал себя на мысли, что любуется этим сумасшедшим боевым танцем Цукуёми. Он снова вспомнил своё сравнение с богом войны, но то, что происходило в данную минуту, абсолютно не совпадало с тем, что он застал на стадионе UA. Сейчас герой абсолютной тьмы был похож на что-то иное.       На саму... Смерть?       Да, Кейго подумал, что Фумикаге буквально стал воплощением всадника Апокалипсиса. Сплошная жажда убивать и больше ничего. Ни тактики, ни стратегии, ни целей, ни потребностей — только бездушная программа нести смерть, несмотря ни на что.       Невероятно страшно.       И поразительно красиво.       К тому же, биться с ним рядом было на удивление комфортно.       Враг совершил последнее усилие, зажав героев в кольцо. Точнее, герои сделали вид, что позволили этому случиться, но на что можно рассчитывать, в попытках ограничить движения бешеной мясорубки и юркой птицы? Наоборот, теперь можно атаковать в любом направлении!       Их спины на секунду соприкоснулись, и Ястреб почувствовал, как экс-стажёра буквально било в крупной дрожи. Он шумно дышал, почти рычал или даже хрипло кричал. И тут до крылатого дошло.       Это не Фумикаге.       — Тень, ты исчерпала силы своего хозяина. Отпусти его.       — Нет... Ещё... Не спасён... Спасти всех... Приказ... Просьба... – сквозь рык услышал крылатый, и причуда тут же сорвалась на неосторожно двинувшегося врага.       — Жаль здесь нет Мизу, которая напомнит прибить тебя, если ты сдохнешь, – обречённо сказал Ястреб, тоже ускоряясь и запуская перья.       Он пытался закончить битву как можно раньше. Да и для злодеев подобный дуэт был максимально губителен. Где мелькало красное перо, там же было и чёрное лезвие. Где не хватало гибкости и точности одного, там была сила и острый глаз второго. Холодный отточенный в боях ум и животная ярость, не удивительно, что от и без того порушенной базы камня на камне не осталось.

***

      Спустя ещё пару минут желающих сопротивляться поубавилось, да и снизу подоспела подмога. Когда Тень это поняла, она сняла доспех, вернула измученному телу хозяина его обычную маску ворона и вышла из сознания. Парень так бездушным мешком и упал, где стоял, причуда даже не позаботилась о том, чтобы он не пропахал клювом землю, а Ястреб, забыв обо всём, бросился к телу, ожидая увидеть хоть какую-то реакцию, но... Герой тьмы лежал, не приходя в себя, мерно подрагивая. Его руки были синими от внутренних ушибов и лежали в неестественном положении. Под геройской формой разливалась та же самая глубокая синева. Тень не пожалела ни одной мышцы.       — Блядь. Только не это. Фумикаге! – гневно и жалобно одновременно процедил крылатый. Впервые за много лет Кейго стало страшно. Душа заныла в такой боли, что герой, не смотря на изрядно удивлённых и ожидающих распоряжений подоспевших напарников, просто кинул «разберитесь тут», взял горе-стажёра в охапку и на максимальной скорости рванул вниз.

***

      — Где медики?!       — Ястреб, боже... – Мизу выбежала навстречу, бросив координационный пункт, и увидела тяжёлую ношу крылатого. – Медики будут через пару минут, часть едет с места взрыва.       — У нас нет и минуты! – отчаянно рявкнул Кейго. – Он не дышит! Он не дышит! – Ястреб почти сорвался в истерику, но героиня прикрикнула на него, приводя в себя.       — Так сделай ему искусственное дыхание, куриные мозги! Ты герой или кто?! – крылатый застыл на секунду, будто просыпаясь. Не теряя времени, он начал подготовку к манипуляции, но тут же наткнулся на маску.       — Тень, убери это с его лица.       — Нельзя... – было ощущение, будто причуда была чуть прозрачнее обычного и вылезла с неохотой.       — Тень, если он... Умрёт, – тяжело сказал Ястреб, – то и ты тоже.       — Но...       — Тень, пожалуйста, умоляю, прошу... Иначе Фумикаге не станет.       — Он сказал... В этом случае... Тоже...       — Он идиот.       — Он хозяин...       — Слезай, у нас нет времени! – вскипел Кейго.       — Не могу... Договор...       — Не морочь мне голову, я прекрасно знаю, что ты умеешь нарушать правила! – герой номер два никогда так громко ни на кого не орал.       — ...       — Так, давай совершим сделку. Я выполню любое твоё желание, а ты уберёшь маску.       — Какое желание?..       — Любое, блядь! Только скорее!       — Мечи... Как ты умеешь... Научи...       — По рукам! – выпалил краснокрылый, не особо вникая в услышанное. – Снимай! Тень повиновалась, открывая лицо Фумикаге. Мизу с беспокойством заглянула через плечо и ахнула, забыв о критичности ситуации.       — Вау! Да он красавчик!       — Мизу, свали нахуй! – раздался тяжелый голос Ястреба. Девушка обиженно взглянула на него и тут же почувствовала как стыд толстым шилом застрял в горле. По щекам Кейго ровными дорожками стекали слёзы, а в глазах поселилось столько боли и страха, что теперь героине хотелось только обнять горе-начальника.       — Прости. Я... Я рядом. Мне ассистировать?       — Нет, – не слово, почти всхлип.       — Хорошо. Не буду стоять над душой. Позови, если понадоблюсь.

***

      Ястреб проводил все действия быстро, чётко, миллион раз отработанными движениями, но не видел изменений. Сейчас всё было иначе. Сколько бы жизни он не пытался вложить через прикосновение промокшими от слёз губами, сколько бы не просил... Тот, кто был ему дорог, медленно умирал у него на руках.       С каждой секундой.       Боги, заберите у меня что угодно: причуду, работу, смысл жизни — но не забирайте его!       Страшно, страшно, страшно.       Каждое прикосновение могло стать последним. Кейго вдыхал все свои чувства, всю свою надежду.       После он понял, что именно этот момент стал точкой невозврата.       — Я люблю тебя. Бесконечно люблю. Не бросай меня. Останься со мной.       Он отчаянно прошептал эти тяжёлые слова в губы Фумикаге. Ему хотелось верить, что они дойдут до него, приведут в чувства… Но бесконечности никогда не хватало, чтобы обменять её на мимолётное бытие.       Как эгоистично с его стороны было желать подобное.       Он не успевал думать, не успевал складывать мысли в слова, но сама идея, сама возможность потерять так горячо любимого человека была подобна смерти. А время утекало, как песок сквозь пальцы, по крупице забирая жизнь. Вместе с жизнью того, кто пытался вернуть всё вспять.

***

      — Я..тр..б. Ястреб. Ястреб! – крикнула в ухо не соображающему боссу Мизу       — Что?! – рявкнул он.       — Отдай Цукуёми медикам, они тут.       — А? Да... – герой медленно убрал дрожащие руки с грудной клетки парня. Врачи тут же занялись своей работой.       — Мать Гиппократа, он что, бил себя изнутри? У него все мышцы порваны! Миорелаксанты! Подготовить ИВЛ!       Мизу оттащила героя номер два за руку от места, где работали спасатели. Она чувствовала, что начальник проваливается в панику.       Пожалуйста, не отнимайте его у меня, умоляю, прошу, не уходите, я должен быть с ним, он умирает, страшно, больно, что вы с ним делаете, я не должен быть далеко...       Ястреб проснулся от резкого звука у уха, а через секунду ощутил покалывание в щеке. Кажется, это была пощёчина.       — Босс, очнитесь! У вас нет времени страдать! Если вы забыли, то напоминаю — вы тут руководите процессом. Помимо Фумикаге прямо сейчас под завалами пострадавшего района умирают другие, а ещё там, на горе, лежит куча пусть и побитых, но злодеев, которыми тоже надо заняться. Соберитесь! – Кейго сфокусировался на героине ошалелыми глазами, а затем... Улыбнулся. Как обычно, будто ничего не случилось. Он тоже мастер надевать маски. Никто же не заметит, что сама маска тонка как бумага и промокла от слёз?       — Да, спасибо, Мизу. Продолжаем работать.

***

      — Боги... Этот парень мертв...       Ястреб закончил рассказ, а Цукуёми сидел белый, сливаясь с больничной стеной. Он не знал, как реагировать на полученную информацию.       — Ага, я так и думал, что ты с ним пересекался, – с видом детектива кивнул Кейго.       — Я убил его, – смотря на угол одеяла не мигающим взглядом, прошептал парень.       — Успокойся. Что-то не припомню, чтобы Тень могла ещё и огонь продуцировать. А вот генетический материал умершего показал, что он подобным квирком владел. Ах, да, и если ты забыл, он был сожжён. Фумикаге, это определённо са-мо-у-бий-ство. Вопрос только в том, зачем он на это пошёл?       — Это моя вина... Блядь, он был ещё ребёнком.       — Фумикаге, давай, пошевели мозгами. Он что-нибудь говорил?       — Да ничего он не говорил! – психанул герой. – Я его напугал, и из-за меня он облился этими «сонными» химикатами! Он должен был составить летучую «бомбу» со смесью, а в итоге сам стал ею! Святая Бишамонтен, он зарядил в себя своей же причудой... Блядь! – парень уронил голову в ладони, уже наплевав на мышечную боль.       — Он мог и не поджигать себя. Зачем он сделал этот выбор?       — «Ради Ре-Дестро...» – как загипнотизированный прошептал Цукуёми.       — Что ты сказал? – напрягся Кейго, а Фумикаге оторвал голову от рук и посмотрел на него.       — Ре-Дестро.