Люби себя, как я тебя

It's just another downpour, don't let it get the best of you It's only up from the floor, light everything inside of you.

      На часах доходит три. В комнате безумно душно и дело вовсе не в температуре. Парень расстегивает верхние пуговицы рубашки, снимая с себя пиджак, ловя хищные взгляды женщин-коллег. Через четыре часа ему нужно быть совсем в другом месте, а чтобы успеть, он должен был выехать час назад, а сейчас Чонгук думает, как бы скорее избавится от этих бумаг и улизнуть. Голова чугунная, а это чертово совещание никак не хочет кончаться. Он мечется глазами по скучной презентации одного из работников, а после кто-то вошел в кабинет.       — Простите, но у нас образовалась проблема.       — Я помогу. — тут же засуетился Чон, вставая. — Вы не против? Мой проект все знают, думаю, Хиён сможет представить его без меня.       Получив одобрение, программист поспешил скорее покинуть душное помещение, уходя с девушкой.       — Что за проблема?       — У нас там программа дала сбой. А без нее ничего не будет работать.       — У нее вечно нолики теряются. Сейчас исправим. — руки уже чесались побыстрее исправить эту проблему, с которой он не раз расправлялся и бежать к своему авто.       Пальцы быстро клацают по клавишам, уже машинально, а в голове лишь биолюминесценция обожаемых глаз и прекрасный изгиб лица, в ушах — звонкий дающий жизнь смех. Когда думаешь о своем человеке, внутри все загорается, и улыбка расползается на лице. Когда думаешь, что с ним что-то произошло, внутри все пропадает, все сгорает тут же, и сердце бьется в вакууме.

***flashback***

      «Ты мне можешь подробно рассказать? Я сейчас позвоню тебе», — нажимает отправить Чонгук, уже нависая пальцем над иконкой трубки.       «Нет, я не могу подробнее. Приедешь и узнаешь сам. Ему тоже ничего не говори», — приходит ответ, и Чон понимает, что трубку не возьмут.       «Опять ты какие-то интриги плетешь, Чимин. Мне стоит переживать? С ним что-то случилось?», — программист кусает губы, сдирая сухую кожу до крови. Ему страшно думать, что его возлюбленный вновь попал в какую-то передрягу. Снова душа наполняется лавой, окутывая и заволакивая, показывая испуганное и зашуганное выражение лица Тэ.       «Случилось. Не знаю, переживать ли… Кароче, приедешь и увидишь. Ты же приедешь?»       Программист трет переносицу, делая глоток кофе. У него еще много работы, особенно если он хочет завтра уйти пораньше. Он не может бросить Тэхена, хоть Чимин может написать и просто так, раздувая из мухи слона. Как-то Ким просто стукнулся локтем, а Пак уже сделал из этого такое, что Чон несся сломя голову, думая, что Тэ сломал руку. Чонгук тяжело вздохнул, открывая чат со своим солнцем. Он тут же видит значок «печатает…» и уже что-то теплое начинает копошиться в груди.       — Привет, Гук~и. Как ты себя чувствуешь?       — Привет, все хорошо, Тэ. Ты сам как? Созвонимся?       — Всё отлично. Я сейчас делаю уроки, сроки немного поджимают.       «Он уже третий день отказывает в видеозвонке. Чертов Чимин…»       — Хорошо, я просто соскучился…       — Ты скоро приедешь ведь. Наглядишься)       «У него по-любому сейчас розовые щечки. Печатал дольше, чем остальные сообщения… Мой смущающийся мальчик» — программист улыбается и не хочет думать, что Тэхен ему врет. Еще один тяжелый вздох.       «Чимин, я приеду, но могу опоздать. Это страшно?»       «Не сильно опаздывай, а то самое интересное пропустишь»

***end flashback***

      — Да! — вскликивает парень и тут же оборачивается, надеясь, что никого не напугал, но на него направлены две пары глаз. — Я закончил. Керри, можно мне смыться по тихой? — девушка тяжело вздохнула, закатывая глаза, а после улыбнулась, разрешая.       Чон несется, что есть сил, тут же запрыгивая в автомобиль. В макушке начинают зарождаться самые странные мысли, которые трудно выгнать. Парень поражается своей способности бросать все, ради одного единственного человека, хотя поклялся себе никогда так больше не делать, по крайней мере без острой необходимости. Но Тэхен… Он сам как острая необходимость.

*** (несколькими днями раннее)

      — Почему ты не хочешь говорить об этом Чонгуку? Разве у вас есть тайны друг от друга? — не понимал Чимин, хмурясь.       — Если я ему скажу, то он тут же примчится, а у него работа. Я не хочу доставлять ему хлопоты. Скажу после. — отвечает со вздохом Ким, спеша к выходу. — Подкинешь меня на автовокзал?       — Чонгук, конечно, не из обидчивых, но тебе не кажется, что ты немного перегибаешь? — не унимался Пак, но в ответ получил лишь закатывание глаз и тяжелый выдох. Ким не только не хочет тревожить программиста, но и боится того, что тот скажет, боится сглазить, хоть и понимает, что Чонгук его поддержит в любом случае. — А зачем тебе на автовокзал?       — Я хочу подготовится к этому событию.       — Так до магазина ближе. — возмущается Чимин, но идет вместе с Тэхеном к своей машине. — А, я понял. Ты ж теперь модель. У тебя, наверное, свой стилист имеется. — заулыбался Пак, делая глазки лисьими.       Буквально пару дней назад вышел выпуск журнала, где были представлены образы Кима. После этого его популярность взлетела еще выше, а завистники увеличились вдвое, как и желающих быть у Тэхена в друзьях в соцсети. Чимин устал спасать друга от нападок тех, кто хочет просто подлизаться к Тэ, потому что тот один уже не справляется.       Тэхен всё видит, Тэхен всё понимает. Он больше не тот наивный дурачок, которым его все считают. Да, он странный, безумно странный. Но теперь это его гордость и изюминка. Спасибо Ким Намджуну, Пак Чимину и, конечно, Чон Чонгуку.       В голове Кима начинается война внутренних голосов и личностей, которые должны представать перед тем или иным человеком. Даже Чимин бьется в догадках, что же происходит с его лучшим другом? То он улыбчивый и смеется без причины, то угрюмый и задумчивый, то настолько философский, что даже Намджун его понимает с трудом.       Автобус едет долго, но это даже к лучшему. В ушах наушники, а в наушниках любимые песни из всех жанров музыки. Тэхен смотрит в окно, прислоняя большой палец к губе и кусая ее тихонько. Появляются образы темноглазого брюнета, которого сейчас так не хватает рядом. Этих теплых и больших рук, с ярко выраженными венами, которые сводят с ума. По этой улыбке кролика, что при ее появлении, Чон начинает выглядеть младше Тэхена. Родинка под нижней губой, которую отдельно целовал Ким. Чонгук тогда почти потерялся, не сразу придя в себя. Кима это забавляет. Ким боится представить, как же тогда он выглядит со стороны, когда утопает в таких естественных и до умопомрачения ласковых жестах. Они настолько нежные, что самый тонкий шелк в мире не сравнится с ним, а самый чувственный лепесток смотрит с завистью на этих двоих.       Виднеется уже знакомая табличка при въезде в город. Ким выпрямляется, набирая сообщение на телефон Суен, ведь он скоро будет на месте. Наушники сворачивает и смотрит в экран телефона. Осторожно, будто делая что-то запретное. Открывает соцсеть и просматривает в какой раз профиль своего возлюбленного, задерживаясь на каждой фотографии на пару минут, увеличивая и проводя в воздухе пальцем, будто пытаясь ощутить его тепло. Он знает каждое фото наизусть, от и до, но все равно зависает на них как в первый раз. Дальше идет диалог в разных мессенджерах, где Чон тоже скидывал свои фото. Ритуал тот же самый. Тэхен расплывается в улыбке, которая с каждым движением пальца все шире, все ярче, что уже пассажиры начали на него косится, ухмыляясь. Чонгук делает тоже самое. Всегда. Каждый вечер. Перечитывая смс-ки. Знали бы они оба, как похожи в своей любви к друг другу, но они лишь надеются на это, думая, что это проявляется, всё-таки, по-разному.

***

      Серебристый автомобиль мчится на всех парах. На часах 20:14. Чонгук опаздывает почти на полтора часа. Материться себе под нос и посылает смс Чимину, что скоро будет, и, если случилось что-то криминальное, пусть говорит сейчас же. Но юноша лишь отмахивается, говоря, что не хочет аварии, чем подливает масла в огонь. Чон уже готов волосы себе повырывать от переполняющего его давления, тревоги и представлений. 20:52. Он наконец-то паркует машину у известного адреса и забегает внутрь какого-то большого…клуба (?). Программист сам не знает, куда зашел, да это и неважно. Он уже гневно строчит Паку, вытирая испарину со лба, оглядываясь. Музыка играет где-то отдаленно, видимо, в том зале. Здесь ходят люди навеселе, работники. А вот и розоволосая макушка.       — Блять, Чимин, не томи. — тут же подбегает к нему Чонгук, готовый сожрать того заживо.       Пак молча берет его за руку и ведет в помещение, откуда доносятся басы, гитарные взрывы с барабанами и нотками синтезатора. Чонгук что-то вновь кидает озлобленное и некультурное под нос, но гул народа заглушает все. Первокурсник выбирает наиболее удобную точку обзора, в данной ситуации, и указывает на сцену. Брюнета бесит эта молчаливость, но он смотрит туда, куда указал парень, сводя брови настолько сильно, что они начали покалывать.       На сцене играет группа из трех человек: русоволосый барабанщик, за синтезатором парень с ирокезом, фиолетоволосый гитарист с банданой, который, видимо, еще и вокалист. Чону плохо видно лица, он пытается понять, что вообще происходит. Мотив песни начинается спокойно, и гитарист подходит к микрофону, начиная в него что-то говорить, но Чонгук не может разобрать, в голове и ушах стоит звон. А дальше все сменяется взрывными аккордами и на сцену выходит парень с бирюзовыми волосами в такой же цвета куртке, с какими-то нашивками, которые Чону плохо видно.       «Это…не может быть». Чонгук роняет челюсть, а Тэхен вместе с гитаристом попеременно начинает петь песню Hospital for Souls. Голоса льются равномерно и завораживающе, что все заслушиваются, а дальше идет второй взрыв, и Тэхен начинает рычать, отдавая себя всему этому моменту, выливая всё. Толпа ликует, подпевая:

«Кинь меня в огонь, И смотри, как я горю! Подожги мой мир, И смотри, как я горю!»

      А Чонгук слышит крик души… Он сглатывает и не моргает. Не смотря на песню, несущую все то, что копил в себе парень, Чонгук влюбился в Тэхена заново. Он такой уверенный сейчас, не заботящийся ни о чем, отрываясь по полной.       «Из котенка в тигра».       Голос дьявола сменяется приятным тембром. Чон ошеломлен этим диапазоном. По телу мурашки. Он сглатывает и просто не верит. Это его мальчик, его милый мальчик, чувствующий, наконец, твердую почву под ногами. Снова гортанный рык и Чон уже далеко от этого мира. Ноги ведут его ближе к сцене, и Тэ его замечает, смотря прямо в глаза.

«Прижми меня к себе, не отпускай, Смотри, как я горю! Прижми меня к себе, скажи «уходи» Смотри, как я горю! Прижми меня к себе, не отпускай, Смотри, как я горю! В этом госпитале для душ.»

      Это алое пламя, горящее в этих небесах, которые теперь заключены и в волосах. Душа Чона чувствует, как окунается в него, как его охватывают полностью, будто студент поет только для него, будто здесь нет никого, кроме них. В Киме не осталось ничего от прошлого «его», возможно, это только сегодня, но чертовски радует и возбуждает эмоционально. Чонгук поднимает руку в форме «рок», а после оттопыривает большой палец, что означает «я люблю тебя». Тэхен продолжает свою партию, закрывая глаза, а в душе он уже расцвел. Он никак внешне не отреагировал на появление Чона и этот жест, но боже, загляните ему в душу. Благодаря старшекурснику там расцветает сад с самыми редкими и прекрасными бабочками и птицами, поющими абсолютно противоположное тому, что вырывается из его гортани.       Глотнув чего-то крепкого, все ребята продолжили свой концерт дальше, перебирая и классику рока. Тэхен вошел в кураж. Он уже вел себя расслабленно, наслаждаясь тем, что делает. Он начал взаимодействовать с гитаристом, кладя тому руку на шею и прикасаясь лбом, рыча в микрофон, смотря на него.       «Ким Тэхен, вы потеряли границы?». Чонгук начинает беситься и ревновать, но почему-то тут же успокаивается, ведь это его мальчик, который просто не сможет его придать, к тому же на его же глазах. Он оказался прав: парни улыбнулись друг другу и на сцене обменялись дружескими жестами, продолжая сие представление. В клубе движение стало активнее, стало жарче, а алкогольные пары пропитывали и трезвый разум Чона, хотя, кажется, он опьянен поющим дьяволом. Он не может назвать его иначе.       Слышится завершение песни, и барабанщик подходит к микрофону. Он создатель и лидер этой группы. Чонгук внимательно всматривается в него и усмехается. Группа прерывается на перерыв. Чон направляется в сторону выхода.       — Уже уходишь? — идет за ним Чимин, хмуря брови.       — За кулисы.       — Не пустят.       — Я знаю лидера.       Оба парня направляются в специальную комнату, где находятся музыкальные инструменты и отдыхают исполнители. Небольшая и не слишком отделанная, но и этого вполне хватает. Проходят парни спокойно, видя, как со сцены спускаются участники.       — Ну привет, Мин Юнги. — Чонгук ухмыляется, смотря на потерянное выражение лица, которое в миг сменилось радостью.       — Твою мать, Чон Чонгук, какими судьбами? Сколько мы не виделись. — Мин идет на программиста с распростертыми объятьями, а тот и не сопротивляется, расплываясь в широкой улыбке.       — Я тут по делу. — его взгляд устремляется за спину блондина, где спускается Тэ вместе с другим вокалистом, который кинул краткую фразу Юнги «я покурить» и вышел прочь, не посмотрев ни на кого.       — Ты его знаешь? — ушел в бок Мин, открывая обзор на парня. Ким выпрямился, смотря на Чонгука. Он стоит как вкопанный, но не сводит взгляда с него.       — Более чем. — программист смотрит на свое счастье, которое не излучает никаких эмоций. Это пугает. — Он мой… — Чон кивает, с намеком для Кима, мол, «можно, я расскажу?» и, получив одобрение, заканчивает. -…парень. — а вот и первая эмоция: Тэ смутился и ушел к гитаре.       Музыкант смотрит на старшекурсника, а после иронично усмехается.       — Всё-таки принял себя, да? — прозвучало как-то грустно, но поддерживающе и понимающе.       — Прости, Юнги, просто я… — Чон начал подбирать слова, чтобы прояснить кое-что давно проскочившее между ними.       — Не надо. — перебил его тут же парень. — Оставим это в прошлом. Сейчас же ты счастлив?       — Кхе-кхе. — показательно прокашлялся Чимин, давая о себе знать. Чон ушел в бок, разворачиваясь, смотря на парня. — Здравствуйте. Я Пак Чимин. — с улыбкой протягивает руку юноша.       — Я тебя умоляю. Какое «те»? Я не намного старше тебя. — принимает рукопожатие Мин.       — Не хочешь выпить? — играет бровями Пак, показывая на засмотревшегося на Кима Чонгука. Юнги понимает намек и соглашается, удаляясь.       Чонгук медленно начинает подходить к парню, который настраивал гитару. С чего начать и что сказать? И почему это так сложно? Каждый раз видясь — теряться, каждый раз чувствовать немыслимое волнение, боясь показать себя дураком. Чон подходит со спины и чувствует это рваное дыхание своего возлюбленного. Он кладет руки на плечи и глубоко вздыхает. Тэхен мгновенно поворачивается и притягивает к себе за рубашку Чонгука, яро вцепляясь в его губы. Властно, напористо, с языком. Чон обомлел и захотел растаять тут же, чувствуя себя самым мягким и хрустальным. А Ким лишь углубляется, направляя вторую руку на талию парня, прижимая также уверенно к себе. Программист обезумел, но отвечает на поцелуй с той же силой, оставляя свои руки на плечах юноши. Как же желанно, как же крышесносно, что кажется уже их отправили на небеса. Тэ отстраняется первым, позволяя им обоим глотнуть воздуха. Он смотрит прямо в глаза, наконец-то отпуская ворот его рубашки, притягивая к себе уже двумя руками.       — Я правильно сделал? — полушепотом произносит Тэхен.       Чонгук находится под пеленой, чувствуя, как бархат разлился по его ушам. Он никогда не думал, что ему понравится кто-то, кто будет властвовать над ним. Захотелось повиноваться в миг. Парень потерялся в этом человеке окончательно.       — Слишком. — с придыханием ответил Чон, сглатывая.       Тэхен лишь дьявольски усмехнулся, возвращаясь к своей работе. Чонгук думал, что сейчас свалится, так как ноги вообще не слушались.       — Я ждал тебя только в среду.       — Почему ты не сказал? — Чон обнимает юношу сзади, утыкаясь носом в его затылок. Вот оно — любимый аромат, вот оно — любимые волосы, вот оно — любимое тело.       — Я не хотел, чтобы ты все бросал ради меня. — выдохнул Ким, заканчивая с инструментом и плавясь в родных руках, покрывая их своими и расслабляясь.       — Дурачок… — трется щекой об голову юноши, улыбаясь уголками губ, программист. — Когда ты мне собирался сказать об этом?       — Завтра. Я бы тебе все объяснил и скинул фото и видео. — сразу начал оправдываться юноша. «Вот он, мой Тэхен. Милый ангел». Эта мысль еще больше заставила программиста улыбаться и сжать парня в своих руках. — Ты не злишься?       — Нет. Я же приехал. — «я не могу на тебя злиться, тигренок». — Твой образ составляла моя сестра, верно?       — Ага. У меня теперь украшений больше, чем у мамы. — усмехается Тэхен, поворачиваясь к программисту и беря его лицо в свои ладони.       Голубые глаза, окаймленные сапфировым кольцом, излучали свет. Тот самый свет, который растопил лед в душе Чона. Он вновь начал первый целовать, но разрешил Чонгуку быть главным, обмякнув в его руках.       — Мне тебя не хватало. — шепчет Чонгук, покусывая губы парня.       — Мне без тебя больно. — отвечает Тэхен.       И, боже, это в миллион раз лучше и искреннее, чем «я скучал по тебе». Программист звереет, но в том плане, что еще крепче начинает обнимать, будто пытается полностью слиться с ним. Скрипнула дверь, но ни Тэхен, ни Чонгук даже не думали прерываться, лишь прошептали в губы:       — Ты что-то слышал?       — Нет…

**тем временем**

      Чимин и Юнги ушли к барной стойке, заказывая по несколько шотов. Они успели познакомиться поближе, обсуждая самые различные темы, в том числе и Чонгука. Теперь Пак знает, что Мин и Чон раньше учились в одной школе, что и Чонгук раньше состоял в его группе, но потом погас, и они потеряли связь. Юнги даже заикнулся про свою увлеченность программистом в старшей школе, но Чимин решил не расспрашивать об этом…пока.       Они решили вернуться за кулисы, ведь нужно спеть еще несколько песен до закрытия. Парни также переговаривались и даже нашли шутки, которые понимают оба. Они шли по коридору к этой комнате, как в них врезался быстро шагавший парень.       — Хосок? Ты что тут делаешь? — поднял бровь Пак.       Красноволосый парень выглядел взбудоражено. Он бегал глазами и вертел головой.       — Я тут… — он все-таки посмотрел на парней. — О, Юнги. Я тебя ищу. Ты оставил у меня браслет. — Хо полез в карман и протянул парню красивый плетеный аксессуар с его инициалами.       — Блин, а я его обыскался. — принял вещь Мин, тут же надевая. — А ты как нашел меня?       — Ты же говорил про The Reborn, что ты создатель этой группы. Не помнишь?       — Как-то не до этого было, знаешь ли. — ухмыльнулся Мин, двусмысленно смотря на Хосока, который самодовольно улыбался.       — Тааак, кажется, я вас пооонял. — замотал головой Чимин, протискиваясь между этими голубками, направляясь к двери.       — Чимин, там это… — начал Хосок и тут же осекся, меняясь в лице. — Неважно. — и направился прочь.       — Скажи, чтобы подождали еще минут десять. — махнул Паку Мин и направился за студентом.       Хосок вышел на крыльцо и сел на ступеньку. В голове стоит картина, как его бывший лучший друг целуется с тем, кого он ненавидит. Он вторит себе, что знал же об этом. Так почему увиденное спровоцировало такую реакцию? В груди тупая боль, сменяющаяся осознанием того, что некая частичка потеряна. Блондин встал сбоку, наблюдая за красной макушкой. Он достал пачку с сигарами, закуривая одну и присаживаясь рядом.       — Дай мне тоже.       Юнги тянет пачку Хо вместе с зажигалкой. Чон делает сразу пару затяжек и кашляет.       — Не спеши. — смотрит на нового курильщика музыкант, заканчивая свою сигарету. — Чонгук или Тэхен?       — Ч-что? — повернул голову на парня студент, не понимая, о чем тот.       — Кто остался осадком в тебе. Я же вижу это… Понимаю… — он тушит и выкидывает окурок в урну.       — Зачем ты вышел за мной вообще? — начал агрессивно Хосок. Вопрос явно его задел.       — Покурить. И сказать, что я закончу через двадцать-тридцать минут. — Юнги начал вставать. — К тебе или ко мне?

***

      Бомбящая музыка, рычащий и бархатистый голос, сводящий с ума. Чимин отрывается по полной, а Чонгук лишь качается под ритм и пропадает без остатка в том, кто стоит на сцене и смотрит в самое сердце. У Чона по душе растекается бальзам от того, насколько Тэхен кайфует от своего занятие.       И вот концерт окончен, а клуб скоро закроется. The Reborn прощается со всеми, но обещает продолжать радовать своей игрой. Чонгук и пьяный Чимин направляются сразу за кулисы, но по дороге встречают Намджуна, которого Пак попросил приехать, чтобы он его отвез домой, ведь оставлять машину здесь опасно. Друзья уже втроем направились за кулисы. Намджун не хотел сначала идти и бурчал всю дорогу, как старый дед. Программист буквально летел к Тэхену, и, увидев свое счастье, тут же заобнимал. Чимин еле стоял на ногах, от чего упал, нечаянно толкнув фиолетоволосого парня, который споткнулся и начал падать. Намджун быстро среагировал, подхватывая его.       — Ты в порядке?       — Да…немного неожиданно. — совсем невозмутимо даже произнес вокалист, собираясь тут же вылезти из рук блондина, но встретился с его взглядом. Ким замер, крепко сжимая парня и смотря в его лицо: большие гиперболические губы алого цвета, ровный носик, насыщенные черные брови, идеальный разрез серых с сиреневым вкраплением глаз, которые были чуть подведены — образ. — Эй, ты отпустишь меня или нам надо снять номер в отеле? — бесцеремонно, с чуть нахмуренными бровями, проговорил парень.       — А? Что? А, да… — ослабил хватку Намджун, начиная наконец-то моргать.       Участник группы выпрямился, поправляясь. Он осмотрел блондина холодным и изучающим взглядом: тонкая кофта с длинным рукавом, аккуратно заправленная в джинсы, начищенные туфли — «типичный брезгливый богач» — пронеслось в фиолетовой макушке. Ему Намджун не понравился. Он фыркнул и вышел из этой комнаты. Ким проводил его взглядом, оставаясь в таком положении до тех пор, пока голос Чимина его не отрезвил.       — Карету мне, карету! — машет рукой Пак, чуть вновь не падая. Юнги уже улизнул к Хосоку, и они благополучно уехали. Чонгук и Тэхен смеются.       — Подана, ваше алкашнечиство. — язвит Намджун, беря юношу под руки и ведя к выходу.       Программист и первокурсник вышли из здания в обнимку, направляясь к авто Чона. Влюбленные вновь переговаривались ни о чем и о важном одновременно. Чонгук вез парня домой, но тот попросил заехать в одно место. Программист без слов повез его туда: место, с которого виден весь город, даже не выходя из машины. Это прекрасно и умиротворенно. Чонгук начинает улыбаться и тянется за рукой Тэхена.       — Тэхен… Я люблю тебя… — парень прислоняет родную руку к своей щеке, трясь о нее с закрытыми глазами. Ким лишь улыбается, поворачиваясь к старшекурснику. Чон поднимает глаза полные любви, горящие этим огнем. — Знаешь, твои глаза напоминают мне ту самую волшебную картинку из книжки: звездное небо с сапфировыми порезями, голубое море с лазурным берегом, где находится мой покой. Смотря в них, я чувствую себя живым…       — Гук~и… — глаза Тэхена заблестели нереально. Он тянется к Чонгуку с жадным поцелуем, который несет в себе собрание всех бушующих внутри чувств. — А…а у тебя отодвигается кресло? — полушепотом спросил Ким, отрываясь на секунду.       — Да, отодвинуть?..       Тэхен чуть отстраняется и смотрит невинно в глаза, закусывая губу и мотая положительно. Программист сильно не задумывается для чего это нужно и выполняет, возвращаясь к губам винного вкуса. Чонгук и сам не понял, как его возлюбленный оказался у него на коленях, целуя так смело и так уверенно, начиная расстегивать рубашку. Дальше тэхеновские губы исследовали шею Чона, который поджал губы, чтобы позорно не замычать — это его слабое место.       — Тэ…мне сейчас будет неудобно… — шепчет хрипло программист с закрытыми глазами. Возбуждение накатывает волной, желая прилить к нижнему мозгу.       — Забудь… Я все пойму… — между поцелуями отвечает парень, стягивая с программиста рубашку. Алкоголь его делает гораздо смелее и раскрепощеннее. Ким лижет и кусает парня, а после оставляет засосы почти на все ключицы. Чонгук дышит часто и открытым ртом, сжимая бедра Тэхена, желая шлепнуть его по заднице за такие проделки. Он перемещает одну руку на плечо парня и стягивает с него куртку. Отодвигает ворот футболки и отвечает ему тем же. Чонгук вновь перехватил инициативу, начиная выцеловывать шею Тэхена, который тихо проскулил, отрываясь от кожи Чона. Программист руками начинает сжимать уже бока юноши, но не сильно, а Тэ ведет… Ему жарко… Очень… Он прилично пьян к тому же.       — Сними… — тихо произносит парень, дергая рукой, где куртка сползла.       Чонгук так и делает, пробираясь руками под футболку возлюбленного. Тело мягкое, приятное и горячее. Программист и так уже возбужден, что думает — Ким точно это чувствует. Однако у них обоих одна проблема. Тэхен вздыхает громко, стоит Чонгуку коснуться его сосков пальцами, да просто его коснуться. Юноша впивается в губы несдержанно, кусая нижнюю от этой взрывоопасной волны, окатившей его внезапно. Несколько секунд и Тэ оголяется, отправляя футболку на соседнее сиденье, возвращаясь к распухшим от поцелуев и укусов устам. Чон ведет ладонями по горячей и бархатной спине парня. Начинает исследовать его грудь и соски языком, слыша тихие стоны. Старшекурсник не оставляет возможности украсить молочно-ореховую кожу ало-фиолетовыми следами, говорящие не о просто желании, а о желании именного этого человека. Чон видит, что у Тэхена такая же проблема, как и у него. Он усмехается и обнимает парня за спину, утыкаясь ему в грудь, вдыхая. Аромат самого Тэхена и его духи сводят с ума еще больше, заставляя голову кружится. Юноша же обхватывает шею Чонгука руками, утыкаясь щекой к нему в висок.       — Я хочу провести с тобой вечность. — выдыхает на ухо первокурсник. — Всю чертову бесконечность, которую вижу в твоих глазах… — Тэхен трется об голову Чона с закрытыми глазами. Ему хорошо, ему понемногу сносит крышу от ощущения тепла такого родного тела. Они впервые соприкоснулись обнаженными, будто обнажили при этом и душу.       У Чонгука сердце начинает биться еще быстрее. Он прижимает к себе парня сильнее, носом водя по солнечному сплетению вверх.       — И я люблю тебя, Тэхен… — для программиста сказанное Кимом значит гораздо больше.       Он чувствует, как Тэхен, невинный и милый мальчик, который сейчас смог окончательно свести с ума Чонгука, стал неотъемлемой его частью. Не станет Тэ — не станет и Гука, уйдет Тэ — пропадет и Гук, навсегда и окончательно.       — Оденься, я приоткрою окно. Не хочу, чтобы ты простыл.       Юноша послушно натягивает на себя футболку и помогает Чону надеть рубашку. Программист пускает в салон свежий воздух и вновь обнимает юношу, кладя голову ему на грудь.       — Надеюсь, ты не будешь жалеть или стыдится того, что мы сейчас сделали? — изрекает программист, боясь, что его возлюбленный сделал это под влиянием алкоголя.       — Ничего такого не случилось. И…честно…я хотел давно… Просто не решался… Гук~и, ты же знаешь, что я просто буду смущаться, но… — его голос стал тише. — Но хотеть тебя…       Чонгук сглатывает и поднимает взгляд на парня. В его глазах сейчас ни капли смущения, лишь азарт. Даже сейчас, в темноте, они сверкают голубым огнем, который обжигает Чона с самого первого дня.       — Я весь твой. Весь в твоем распоряжении.