please
25 сентября 2020 г., 14:12
— Зубами, — Юнги подходит к нему ближе и горячо выдыхает в ухо. — Хочу, чтобы ты порвал их на мне зубами.
Такси подъезжает через считанные секунды. Юнги, с хитрой улыбкой на лице, отстраняется и идет к дверце машины. Чонгук, находящийся в тумане от слов хёна, всё же не заставляет себя ждать и с горящими глазами садится сразу за первым, говорит свой адрес и тут все начинается.
— Такой увереный, что без вопросов назвал свой адрес, — говорит Юнги, склонившись к уху Чонгука и приблизившись так, что их бедра снова касаются. Так тесно.
Чонгук готов на все, лишь бы не упустить момент. Он медленно кладет руку на бедро Юнги и начинает поглаживать, на что старший издает немой стон.
— А что, есть возражения? — отвечает Чон, на выдохе добавляя горячее хён.
— Никак нет, — бормочет Юнги и рукой обвивает шею младшего. Смотрит ему в глаза и всем телом чувствует его горячее тело, приближается губами ближе и останавливается в паре сантиметрах от губ Чонгука. У второго сердце колотиться так, что готово выпрыгнуть, и желание завладеть хёном становится все больше.
— Отлично, — успевает сказать младший и вжимается в губы старшего с силой и Юнги отвечает сразу же, мыча в губы с нотками удовлетворения и закидывая свою ногу на ногу Гука. Поцелуй настолько горяч, что оба не выдерживают и стонут, не думая, что находятся на заднем сидении такси.
Сейчас не время думать. Определенно не подходящее время, когда в твоих руках желанный человек искренне отвечает тебе на поцелуй и хочет большего.
Дорога до дома — мучительный процесс. Особенно, когда ты больше не можешь терпеть и пытаешься не завладеть человеком прямо на месте.
Доехав до нужного дома, Юнги расплачивается с таксистом, не спрашивая сумму и не ожидая получить сдачу, и выбегает из машины сразу за донсэном.
Еще чуть-чуть и они будут напротив квартиры младшего. Осталось только зайти в лифт и найти ключи. Секунда, две и на третьей Юнги не выдерживает, толкает Чонгука к стенке лифта, и оставляет короткий, но такой горячий поцелуй на его губах и движется дальше по щеке, по скуле, шее. Страстные поцелуи сопровождаются с несильными, но сладкими укусами мягкой кожи, на что младший одновременно выпускает смешок и громко стонет, запрокидывая голову назад.
Чонгук, трясущимися руками, открывает дверь квартиры, заходит первым и притягивает старшего к себе, к своим губам. Он быстро и ловко растегивает рубашку Юнги и бросает в сторону, тянется к своей, но руки Юнги его останавливают. У Юнги свой план. Он медленно растегивает пуговицы и проводит ладонями по открытому и горячему телу и также медленно освобождает младшего от рубашки, не замечая его ухмылки. И все еще не разорвав поцелуй, увлеченно тянется к пряжке донсэна, с которой справляется намного быстрее.
Оказавшись в комнате, Чонгук толкает Юнги на кровать и нависает над ним, глазами пожирая каждый участок тела старшего. Юнги не намерен ждать и терпеть взгляд младшего на себе, поэтому увлекает его в жадный и необычайно мокрый поцелуй.
Чонгуку мало, чертовски мало. Ему не хватает Юнги. Ему хочется все больше и больше. Поэтому, отсраняясь от губ старшего, он медленно спускается вниз, целуя все участки открытой и желанной кожи. А Юнги смотрит в эти черные и горящие глаза и чувствует свое нарастающее возбуждение. Он готов кончить лишь от взгляда младшего на себе и его губ, касающихся его тело.
Чонгук медленно расстегивает ширинку джинс старшего, резко стягивает их и швыряет на пол. Его глаза падают на сетчатые колготки старшего, которые целый вечер притягивали его взгляд. Он не может перестать любоваться. Какой же его хён красивый. Не успевает Юнги и пошевельнуться, как младший целует внутреннюю сторону его бедра и зубами медленно срывает сетку, на что старший сладко выстанывает.
— Как же я долго ждал, чтобы разорвать эти колготки, — думает Гук.
— А можно по-быстрее? — не терпит Юнги. На что младший лишь усмехается и кусает то место, которое ранее целовал, и проводит своим горячим языком по укусу. Освобождает старшего от соблазнительных сетчатых колготок и стягивает боксеры. Горячо дышит на возбуждение хёна и целует головку. Он бы дразнил своего хена и дальше, но сам уже не может вытерпеть ноющий член в штанах.
— Первая полка, — говорит Гук и кивает в сторону тумбочки у кровати. А сам быстро освобождается от ненужной одежды. Юнги передает смазку младшему и ждет.
Чонгук набирает достатоное количество содержимого на пальцы,
— Я буду нежным, хён, — сладким голосом говорит Гук и улыбается. Он вводит сразу два пальца и ни капли не удивляется, когда обнаруживает, что старший не такой уж и узкий.
— Ты подготовился заранее? — спрашивает его Чонгук с ухмылкой на лице.
— А что?— вопросом на вопрос отвечает старший и смотрит своей хитрой улыбкой на донсэна.
На что второй резко вводит третий палец и горячо дышит на возбуждение старшего, который в свою очередь издает протяжный стон.
— Готов вечность слушать твои стоны, хён, — отвечает Гук, делая акцент на обращение и целует головку.
Юнги ловит кайф. В чистом виде. Не забудем и об удовольствии, это же его любимый донсэн. Кто знает, сколько он ждал этого момента и не представлял ли это ранее.
Чонгук продолжает его растягивать и кончиком языка проходится по всей длине члена, от чего сам получает удовольствие и мурашки по всему телу. А Юнги не сдерживается и стонет громко, пошло.
— Ох мой , давай же... — выстанывает Юнги.
Чонгук резко останавливается и Юнги чувствует такую пустоту, что начинает хныкать. Но Гук поднимается к уху старшего и шепчет сладко:
— Мой нетерпеливый хён, скажи мне, чего ты хочешь?
А затем целует его. Горячо, грязно и стонет в губы старшего, когда тот якобы случайно задевает рукой возбуждение младшего.
— Трахни меня, милый, — отвечает Юнги, что и получает.
Чонгук размазывает смазку по всей длине ноющего члена и входит до основания, на что у обоих внутри разгорается пламя, будто горячие тела слились воедино.
Младший ведёт медленно, но ровно. Он хочет быть аккуратным и горячим одновременно. Юнги же наслаждается Чонгуком, его заботливым взглядом, которым он смотрит на него, его горячим телом, им в себе.
Этот момент — момент новых ощущений, сладких стонов и поцелуев в губы.
Юнги ногами обвивает талию младшего, намекая на быстрый темп. Чонгук и сам знает, немедленно срываясь. Он больше не ждет, больше не пытается быть нежным. Хотя на нежный поцелуй он еще способен. Он утягивает старшего в мягкий и желанный поцелуй, и будто давно не прикасался к телу хёна, рукой поглаживает его бока и талию.
Юнги срывает голову. От алкоголя в крови, от скорой разрядки, от любви.
Раз толчок. Огонь в глазах. Жар в теле.
Два. Поцелуй.
Три. Чонгук.
Четыре. Юнги.
Крик Юнги и он изливается на свой живот. Следом Чонгук.
Воздух в комнате пропитан их горячим дыханием на двоих. Веет страстью, сексом и любовью.
Старший целует своего донсэна, на ушко сладко шепчет люблю и горячо дышит ему в щеку, востанавливая дыхание после оргазма.
— Взаимно, — отвечает младший. И целует его жадно и мягко одновременно (на что есть силы), и все еще не выходит из него.
