Усталые поцелуи

      Данилов скинул Тихонова на кровать и затряс руками. Ваня в это время растянулся на диване, зевая и щурясь, смотрел на капитана.       — Ну, Ваня! До десятого этажа тебя тащил. А я, между прочим, тоже устал, — негромко, но укоризненно сказал Степан, качая головой. Ваня не ответил, лишь перекатившись чуть ближе к стене и похлопав рядом с собой. Данилов все понял без слов, прилёг рядом. Мышцы, окаменевшие за день, наконец расслабились и он вдруг ощутил неимоверную усталость. Хотя даже на лестнице мужчина не был так вымотан. Он прикрыл глаза, наслаждаясь мучительной изможденностью. К нему прижался Иван, положив голову на широкую грудь капитана.       Так они и лежали, может минуту, может десять, а может в несколько раз больше. За окном уже давно сиял месяц, рассыпались по небу звёзды. На улицах зажглись фонари и машины стали проезжать реже. Сегодняшний день был долгим и неприятным. Они уже несколько дней ловили очередного маньяка, старались найти его и спасти жертву. Ваня все расследование ночевал в офисе, Стёпа бегал по заброшкам, гаражам и прочим не самым приятным местам. Предполагали, что маньяк скрывается там. У команды уже не хватало сил, дело собирались забрать и перевести в другой отдел.       Но маньяк нашелся. И не один, а с жертвами-пленниками. Рогозина взбесилась, когда узнала что жертв несколько, ведь тогда дело давно уже стоило передать. Ещё больше она разозлилась, когда из всех пятерых пленников в живых остались только двое. Ей нужно было отчитаться перед генералом не только за умерших пленников, но и за смерть самого маньяка, умершего при задержании. В этом не было вины ФЭС-овцев, но умер и сын какой-то шишки, думавший, что его чадо вновь отрывалось у друзей или шлялось по клубам. ФЭС и раньше имел дела с важными персонами, но раньше они не умирали во время задержания.       Ваня на груди вдруг задрожал. Степан приподнялся и посмотрел на парня. Перепутанные волосы, бледная кожа и темные синяки под глазами. Он трясся то ли в беззвучном хохоте, то ли в истерике и слезах. Данилов мигом забыл про усталость и взволнованно спросил:       — Ваня? Вань! Тебе плохо, эй? — он схватил хакера за плечи и легко потряс. Вечером, уже после задержания, Рогозина сорвалась на Амелину и Ваню. Обвинила, что не рассмотрели в пропажах людей почерка маньяка. А несколько суток без сна и сильный шок могут помочь крышей двинуться. Это Степан знал отлично. Бывали у них и такие клиенты. Но Тихонов не плакал и даже не смеялся. Он просто трясся не то от холода, не то от переполняющих его чувств.       — Нормально все, нормально. Просто знаешь… Это же нечестно! — вдруг воскликнул гневно Ваня. Данилов опешил.       — Что нечестно?       — То, что нас винят в том что другой человек выкрал больше, чем мы думали! У него же совершенно хаотичные похищения! …были. Те, кого он убил, вообще пропали ночью, жили далеко от его района, никак не были с ним связаны. Как мы могли об этом догадаться?! — затараторил Ваня. Данилов вздохнул, он надеялся, что Тихонов не заострит внимания на словах Рогозины. Его надежды с самого начала были обречены на провал.       — Я согласен с тобой, Ваня. Ты не виноват, — все так же тихо и устало произнес Степан, откидываясь назад и подтягивая к себе подушку. Пока Степан устраивался на кровати, Ваня все никак не мог угомониться. Он все говорил и говорил, пока ярость не стала полностью переполнять его. Тогда он вскочил с постели и понесся на кухню, уже полностью позабыв про усталость. Оттуда послышались звон посуды и непрекращающаяся ругань. Данилов глубоко вздохнул, мысленно считая до десяти. На кухне за это время затихли. Мужчина прикрыл глаза и слабо улыбнулся. С кухни донёсся приятный запах чая. Улыбка мужчины стала шире. Тело практически расслабилось. Ругань утихла, Степан услышал осторожные шаги к спальне. Ваня зашёл в комнату и пощелкал пальцами перед лицом мужчины. Данилов с неохотой открыл глаза и принял чашку из рук парня.       Горячий крепкий чай взбодрил, хотя это и не то чего Данилову бы сейчас хотелось. Но он не мог просто заснуть, Ване действительно следовало выговориться для начала. Хакер присел рядом и потёр лицо руками. Он вдруг стал на несколько лет старше, серьезнее. Пропали огоньки хитрости из его глаз. Он помрачнел и затих. Будто что-то хотел сказать, но передумал.       — Вань? Ты же не винишь себя в этом? — Степан взглянул на Тихонова. — Рогозина сорвалась, ты же знаешь, что она не считает нас виновными. — Молчание не понравилось ему. Он все же встал, придвинулся к парню и приобнял его.       — Может мне стоило тщательней работать? Галина Николаевна вытащила меня из тюрьмы и мне не стоило подвергать ее угрозе увольнения. — Ваня замотал головой.       — Ты работал хорошо. Ты не спал несколько дней, вымотался, тебе стоит отдохнуть. Нам обоим стоит, — парень открыл рот чтобы возразить, но Данилов перебил его, продолжив. — Ничего страшного не случится, Рогозина все разрулит.       Ваня недоверчиво прищурил глаза и что-то щелкнуло у него в голове. Степан выключил свет и вернулся к кровати, когда Тихонов повалил его, не без труда, и поцеловал. Под приглушённый смех они устало целовали друг друга, даже не стараясь попасть в губы. Влажные следы от поцелуев оставались на любых открытых участках кожи, пока Ваня не задремал прямо лёжа на груди капитана. Тот с нежностью взъерошил волосы хакера и сам поверил, что завтра проблем никаких не будет.       На рассвете, на полу засветился ярким светом экран Тихоновского мобильника. На нем высветилось новое непрочитанные сообщение от Галины Николаевны:

«Связи чиновника, выдвинувшего нам обвинения, оказались непрочными. Он перестал грозиться судом, все уладилось. Завтра у вас с Даниловым выходной, отдыхайте»

      И следом ещё одно, короткое:

«Прости за скандал, Ваня» Данное сообщение удалено.