Семеро в доме, два кота и собака

...

Тэн заходит в спальню, вытирая волосы пушистым полотенцем, – и у Лукаса невольно перехватывает дыхание. Такой Тэн нравится ему больше всего – мягкий, разнеженный после душа и какой-то совершенно по-особенному красивый. Лукас зачаровано смотрит на капельки воды, стекающие по голым плечам, и не может оторвать взгляда. Тэн улыбается краешком губ и, шагнув к окну, поправляет шторы, чтобы впустить в комнату больше закатного солнца. Лукас подходит к Тэну со спины, обнимает за талию и нежно целует в шею, прикрывая глаза и млея от сладкого запаха. – Не так часто мы остаемся дома одни, правда? – Тэн с легким смешком накрывает его ладони своими и откидывается на плечо. – Я забыл, когда такое было, – зарываясь носом в волосы, тихо отвечает Лукас. – И я все равно оскорблен, что нас в кино даже не позвали, – недовольно ворчит Тэн, разворачиваясь к нему. – Неужели ты хотел бы сейчас быть в кино? – усмехается тот и проводит большим пальцем по щеке. – Нет, – шепчет Тэн. – Не хотел бы… Он приподнимается на цыпочки, мягко касается губ – и у Лукаса все внутри начинает трепетать так, будто кто-то выпустил туда целую стаю разноцветных огромных бабочек. Лукас целовал Тэна уже, наверное, миллион раз, но снова и снова его сердце заходилось бешеным стуком, билось где-то в горле, а грудь разрывалась от необъятной нежности. Он до сих пор не мог до конца поверить, что все это – правда, что все это ему не снится. Лукас вспоминал их самый первый поцелуй – и каждый раз удивлялся, как он вообще тогда не умер прямо на месте, потому что почувствовать губы Тэна на своих казалось чем-то несбыточным и абсолютно безумным, и когда такие откровенно безнадежные мечты вдруг превратились в реальность, Лукас действительно сошел с ума – и это стало лучшим из того, что с ним когда-либо случалось. Он подхватывает Тэна, опускает на постель и нависает сверху, глубоко целуя и вжимаясь всем телом. Тот подается навстречу и обхватывает руками за шею, привлекая ближе и выгибаясь с чуть слышным стоном. Лукас стаскивает с него шорты и раздевается сам, не прекращая покрывать поцелуями вздымающуюся грудь и плоский живот, проводя ногтями по ребрам и заставляя Тэна задыхаться и кусать губы. Лукас начинает медленно его ласкать, с нескрываемым обожанием глядя, как Тэн запрокидывает голову и комкает простыни, подставляясь под прикосновения. Лукас улыбается и, склонившись, тянет зубами мочку уха, зная, как Тэну это нравится. Тот шумно выдыхает и упирается ладонью Лукасу в грудь, легонько отталкивая: – Лукас, – он нервно сглатывает. – Я… Я должен тебе кое-что сказать. – Что такое? – Лукас обеспокоенно смотрит в глаза. – Постой, – Тэн выбирается из-под него и садится на кровати. – Что случилось? – Лукас тщетно пытается сдержать волнение в голосе и несмело тянется, чтобы провести по все еще влажным после душа волосам. – Я… – Тэн подтягивает колени к груди и опускает взгляд. – Я никогда раньше не… Я никогда раньше не был с парнем, ну… По-настоящему… Он крепко зажмуривается и закрывает лицо руками. – Ч-что?.. – у Лукаса из головы разом исчезают все мысли. – Нет, ты не подумай, я много всего читал, смотрел, я… – Тэн начинает быстро говорить. – Я знаю, что надо делать, чтобы тебе понравилось, чтобы т… Лукас не дает ему закончить и резко сгребает в охапку, обнимая так, что Тэн только задушено взвизгивает. На глаза Лукаса предательски наворачиваются слезы – он не был готов к подобному, не мог даже представить, не смел даже вообразить, что Тэн, его Тэн, его Тэн – Лукас сжимает его в объятиях, беспорядочно целуя лоб, виски, скулы, губы – все, к чему получается дотянуться. – Господи, Тэн… – неверяще шепчет он. – Тэн… Малыш… – Не называй меня малышом, – ворочается тот и морщит нос. – Котенок… Тэн… Тэн… Солнышко… – Лукас не в состоянии остановить поток слов, потому что иначе сердце просто разорвется. Тэн берет в ладони его лицо и молча запечатывает рот поцелуем. Лукас отвечает жадно, отчаянно, чувствуя, как Тэн притягивает его к себе, скользит по плечам и откидывается назад, заваливая Лукаса сверху. – Ты точно этого хочешь? – Лукас пристально смотрит в попытке поверить, что все это происходит на самом деле. – Чего я точно не хочу – так это слышать глупых вопросов, – фыркает Тэн и обхватывает ногами его талию. – Тэн, – Лукас становится серьезным и слегка отстраняется. Тот со смешком выдыхает и медленно обводит губы Лукаса кончиками пальцев: – Точно, детка… – шелестит он. – Точно. И Лукас не выдерживает. Он набрасывается на Тэна, подминая под себя, исступленно целует шею, проводит языком по ключицам, снова возвращается к губам и хрипло стонет, ощущая, как тот прогибается под ним, двигая бедрами. – Подожди, я… – он тянется к изголовью кровати, но Лукас перехватывает его руку. – Я сам, – он целует Тэна в лоб и ласково усмехается, забирая прозрачную пластиковую бутылочку. – Я тоже, знаешь ли, кое-что читал и смотрел. И знаю, как сделать так, чтобы тебе понравилось. Лукас садится на постели, выдавливает вязкую жидкость на ладонь и дразняще проводит по груди Тэна, опускаясь ниже и срывая с губ того сбивающиеся вздохи. Лукас склоняется над ним, упираясь одной рукой в подушки, а второй осторожно проскальзывает пальцами внутрь. Тэн широко распахивает глаза – и Лукас начинает его целовать, успокаивающе касаться губами, пристально всматриваться в лицо и шептать всякие глупости, которые сейчас кажутся самыми важными в мире. Он видит, как щеки Тэна заливает румянцем, как он подхватывает ритм неторопливых движений и с силой сжимает его плечи: – Еще… – просит Тэн и давится воздухом, когда Лукас шевелит пальцами. – Еще, детка, пожалуйста, вот так… Лукас слышит мольбу в его голосе и низко стонет, чувствуя, что сил терпеть скоро не останется, потому как смотреть на такого Тэна, на такого его Тэна невыносимо, до звезд под веками, до криков, рвущихся из груди, до самого пронзительного счастья, что разворачивается где-то под ребрами. Тэн мечется по кровати, его стоны становятся практически непрерывными, он всхлипывает и насаживается на пальцы Лукаса, прикусывая губу и до побелевших костяшек стискивая край одеяла. Лукас понимает, что Тэн уже почти на грани, быстро разрывает блестящую упаковку и медленно, настолько мучительно медленно, что становится больно, входит полностью. Тэн запрокидывает голову, впивается ногтями в спину, выгибается и часто дышит. Лукас целует пылающие скулы, прижимается лбом ко лбу и в следующее мгновение приподнимается, внимательно заглядывая в глаза, чтобы не позволить боли исказить это лицо, не дать ни единой слезинке упасть с острых ресниц, чтобы запомнить Тэна именно таким. Лукас начинает двигаться, чувствуя, как тот все сильнее подается навстречу, громко стонет и вскидывает бедра, сжимаясь вокруг него, принимая глубже и вздрагивая так, будто его прошивает разрядами тока. Лукас понимает, что Тэн вот-вот сорвется, и, опустив руку вниз, уверенно двигает ладонью, не сбавляя собственного темпа. Он смотрит на Тэна – и это становится последней каплей, прежде чем его захлестывает волна удовольствия, которая смывает собой все, оставляя только чужой надрывный крик, переходящий в протяжный стон, и его имя, шепотом слетающее с искусанных зацелованных губ. – Тэн… – Лукас хрипло выдыхает и обнимает Тэна изо всех оставшихся сил. – Господи, Тэн, ты… О, Господи… Это было… О, Боже, Тэн... Ничего более связного сказать у него не получается, потому что Тэн все еще дрожит под ним, уткнувшись носом в шею и вцепившись пальцами в плечи. Лукасу кажется, что все счастье этого мира он сейчас держит в своих руках. – Знаешь, – задыхаясь, говорит Тэн. – Если бы я знал, что тебе настолько понравится, я бы сказал, что раньше никогда даже не целовался. Лукас заходится сдавленным фырканьем. И просыпается. Он садится на кровати и проводит ладонью по щеке: – Нет, ну мне всегда снились интересные сны, но не до такой же степени… – он трясет головой и нашаривает телефон, часы на котором показывают начало пятого утра. Лукас тяжело вздыхает, отбрасывает его в сторону и откидывается обратно на подушки. Поворочавшись пару минут, он снова берет мобильный и быстро набирает сообщение: "Мне приснился наш первый раз. Вот настолько у меня без тебя поехала крыша. Скучаю дико". Лукас блокирует экран, но ответ приходит мгновенно: "Когда вернешься, можем повторить. Учитывая то, сколько мы не виделись, я уже снова стал девственником". Лукас прыскает со смеху и накрывается одеялом с головой. Телефон снова загорается оповещением: "Я скучаю сильнее".

...