Семеро в доме, два кота и собака

...

Тэн смывает с себя остатки ароматной пены, выключает воду и, открыв влажную дверцу душевой кабинки, раздраженно вздыхает. Конечно, он забыл, что все полотенца буквально сегодня утром были отправлены в стирку, а чистое перед походом в душ Тэн, естественно, не взял. Он искренне надеется, что Лукас сейчас не сидит в наушниках и сможет его услышать, потому как дома, кроме них, больше никого нет, а шлепать мокрым через всю квартиру Тэну совершенно не хочется. – Лукас! – громко зовет он и нехотя вылезает на ворсистый коврик, который моментально пропитывается стекающей с тела водой. Тэн пробирается к двери, открывает замок и высовывается в коридор. – Лукас, детка! – уже громче окликает он и хмурится, готовясь признать, что ему все-таки придется тащиться за полотенцем самому. – Что-то случилось? – слышится взволнованный голос – и Тэн видит, как к нему, обеспокоенно насупившись, спешит Лукас. Уже начиная постукивать зубами от холодного после распаренной ванной воздуха, он жалобно моргает: – Детка, принеси мне полотенце, пожалуйста. Лукас тормозит на полпути и с облегчением выдыхает: – Сейчас, – хмыкнув, кивает он и уходит обратно. Тэн вздрагивает и, оставив дверь приоткрытой, юрко ныряет под душ. Лукас вернется меньше чем за минуту, но мерзнуть Тэну не хочется даже такое короткое время. Тем более ему нравилось вытираться пушистым полотенцем, когда кожа была горячей и мягкой, а не когда на ощупь он походил на тощую лягушку. Он подставляет лицо струям воды и прочесывает пальцами волосы. Тэн прекрасно знал, что всех, абсолютно всех бесит то, что он любит торчать в душе так долго, но изменять своим привычкам не собирался. – Эй… Он поворачивает голову на низкий голос и улыбается, глядя на Лукаса, который застыл посреди ванной с зажатым в руках полотенцем. – Спасибо, детка, – подмигивает Тэн и снова прикрывает глаза, продолжая нежиться под практически кипятком. Он слышит, что Лукас не уходит, и, проведя ладонями по лицу, поглядывает через стеклянную дверцу: – Что? – смеется он. – Хочешь присоединиться? Лукас быстро облизывает губы, и Тэн замечает, как тот краснеет. Он хихикает и, склонив голову набок, пальцем манит его к себе. – Если я к тебе присоединюсь, – хрипло говорит Лукас и сглатывает, – просто душем все не закончится. Тэн усмехается и очень медленно кивает. – Тогда я попрошу тебя принести еще кое-что, – вкрадчиво произносит он и лукаво закусывает губу. Лукас краснеет сильнее и, повесив полотенце на крючок, выходит из ванной. Тэн мечтательно улыбается и довольно морщит нос. Он обожал то, как легко можно было смутить Лукаса, но в еще больший восторг его приводила скорость, с которой тот заводился. Как в нем одновременно сосуществовали эти две особенности, Тэн до конца не понимал, но его все более чем устраивало. Лукас возвращается и на ходу стягивает с себя футболку. Тэн любуется кубиками пресса и татуировкой, скользит взглядом по сильным рукам и крепким бедрам, когда тот стаскивает с себя домашние штаны и остается полностью обнаженным. Лукас смотрит на него жадными глазами и, зажав в кулаке тюбик смазки и презерватив, открывает дверцу кабинки. Тэн прислоняется спиной к гладкой плитке и наблюдает, как Лукас сначала кладет принесенное на угловую полочку с шампунями, а потом, шагнув ближе, наклоняется и глубоко целует. Тэн отвечает на поцелуй и, дотянувшись до геля для душа, выливает его себе на ладони и широким движением проводит Лукасу по бокам. Тот прерывисто вздыхает и, привлекая Тэна за талию, прикусывает нижнюю губу. Тэн тихонько стонет и с готовностью подается вперед, вжимаясь в тело Лукаса, чувствуя его возбуждение и млея от сильных пальцев, что нетерпеливо впиваются в бедра. – Не сдерживайся, детка, – шелестит Тэн и обнимает его за шею. Лукас рычит и, шумно выдохнув, рывком разворачивает Тэна лицом к стене. По их телам стекает вода, пена пахнет сладкими персиками, и Тэн, вздрогнув, только теперь уже не от холода, поднимает руки вверх и прогибается в спине. Лукас гладит его живот, поднимается выше, прокручивает соски – и с губ Тэна срывается несдержанный всхлип. Лукас абсолютно точно знал, что делает, так же, как и сам Тэн абсолютно точно знал, что тот знает. Удовольствие накатывает волнами, тонкие пальцы настойчиво ласкают, а хриплое дыхание щекочет шею, когда Лукас склоняется, чтобы поцеловать, оттянуть мочку уха и вцепиться зубами в плечо. – Ч-черт, как с тобой вообще можно сдерживаться… – шепчет он и оставляет еще один чувственный поцелуй на его шее. Тэн с придыханием смеется, но тут же давится воздухом, когда Лукас аккуратно проталкивает в него чуть прохладные от смазки пальцы и другой рукой перехватывает за талию, удерживая на месте. Он начинает его растягивать, и Тэн хнычет от желания, нетерпения и удовольствия, что заставляет крепко зажмуриваться от фейерверков перед глазами и пошатываться от пронизывающих вспышек наслаждения по всему телу. Низ живота сладко сводит, и Лукас опять проводит ладонью по всей длине, не переставая двигать пальцами внутри. Тэн стонет в голос и слегка откидывается назад, из-за чего Лукас только теснее прижимает его к себе и, наклонившись, захватывает губы. Тэн всхлипывает ему в рот, заводит руку наверх и зарывается Лукасу в волосы, чтобы хоть как-то удержаться на ногах. Тэн понимает, что еще немного – и он совсем потеряет связь с реальностью, и где-то на той же призрачной грани сейчас балансирует и Лукас, который рывками толкается вперед, но до сих пор продолжает его растягивать. Тэн вдруг фоново вспоминает, как Лукас когда-то довел его до оргазма одними только пальцами, а потом еще долго не мог поверить, что такое вообще возможно. – Лукас… – он задыхается. – Пожалуйста, я н-не могу больше т-терпеть… – С-сейчас… – дыхание Лукаса сбивается точно так же. Тэна ведет от ощущения сильного тела рядом, от капель воды, что падают на спину, от тумана в голове и расплывающихся разноцветных кругов под веками. Он ставит локти на стену, упирается лбом с сцепленные в замок руки и, услышав шорох разрываемой пачки презерватива, призывно выгибает спину. – Хочу тебя… – хрипит Лукас ему на ухо и, сдавив бедра, медленно входит во всю длину. Тэн громко стонет и часто дышит, одновременно подаваясь назад, чтобы принять глубже, раскрыться сильнее и насадиться полностью. Лукас начинает двигаться, размашистыми ритмичными толчками, с каждым разом входя до самого основания, он шумно выдыхает и постанывает сквозь стиснутые зубы. – Да, детка, вот так… – Тэн зажмуривается и еще крепче сжимает руки, оставляя на тыльной стороне собственных ладоней следы от ногтей. – Вот та-ак… – он вскрикивает и содрогается от удовольствия. Лукас держит его за талию и вколачивается сильнее, переходя на неглубокие рывки и ускоряясь. Продолжая одной рукой придерживать Тэна за талию, второй он скользит вниз и начинает вторить своим движениям, заставляя его стонать еще громче. Тэн даже не пытается сдерживаться – он растворяется в наслаждении, всхлипывает и выгибается, бессвязно ругается и как заклинание повторяет имя Лукаса. – Я люблю тебя… – тот захватывает губами краешек уха, и Тэн осознает, что он уже вот-вот, что ему осталось совсем чуть-чуть, что Лукас делает именно то, от чего Тэн моментально теряет всякие остатки самообладания. – Детка… – выстанывает он и, хватая ртом воздух, двигает бедрами навстречу. – Я близко… Лукас с низким рычанием срывается на короткие резкие толчки и зубами тянет Тэна за мочку. Это становится последней каплей – Тэн кричит, кончая Лукасу на пальцы, и на секунду замирает, прежде чем расслабленно выдохнуть с протяжным стоном. Лукас делает еще несколько движений – и догоняет Тэна, вздрагивая всем телом и жарко выдыхая ему в шею. – Тэн… Тэн… – горячий шепот, почти неслышный за шумом воды, опаляет плечи, и Тэн улыбается. – Детка, – он еще раз ведет бедрами, от чего Лукас дергается и исступленно стонет. Наконец Лукас осторожно отстраняется, снимает презерватив и, отбросив его в сторону, разворачивает Тэна к себе и бережно обнимает. Тэн прижимается щекой к его груди и счастливо щурится. – Как же удачно я забыл полотенце, – он хихикает. Лукас фыркает и приподнимает его за подбородок: – Ты что, специально это сделал? – Что? Нет! – заливается смехом Тэн. – Но в следующий раз сделаю специально, – он кладет ладони Лукасу на шею и, притянув ближе, тягуче целует. В конце концов они выбираются из душа и, смеясь и толкаясь, вытираются одним полотенцем, потому как о втором Лукас, по очевидным причинам, не подумал. Целуясь, они вываливаются из ванной, и Тэн с огромным удовольствием разрешает Лукасу прижать себя к стене и впечататься губами в шею. – Вы же правда в курсе, что в ванной очень хорошая акустика? – вдруг раздается с другого конца коридора, и Тэн почти подпрыгивает на месте от неожиданности. Он прикрывает рот ладонью и, сдерживая смех, смотрит на застывшего Лукаса, скулы которого очень быстро покрываются пылающим румянцем. Тэн с умилением проводит пальцами по его лицу и, приподнявшись на цыпочки, успокаивающе целует в щеку. – В курсе, Кун, мы все знаем, как ты любишь там петь, – без капли раскаяния заявляет он. – При чем тут вообще я?! – возмущается Кун. – А что? – Тэн поворачивается к нему и вздергивает бровь. – Ты не в курсе, что в ванной очень хорошая акустика?

...