Чёртова мелкая!

— Снимай! — повторил Фрау уже недовольно, повысив голос. Тейто его начал раздражать своим упрямством. Он видел, как вспыхнуло юное лицо и загорелись глаза. Ну до чего же упрямый и несносный мальчишка! — Ты совсем спятил?! Извращенец! — прокричала Тейто. Когда мужчина приблизился к кровати, девушка тут же отодвинулась. Лишь бы подальше держаться от него. Тейто отчаянно краснела, сама не понимая из-за чего: от гнева или от девичьего стыда. Но она точно не хотела, чтобы Фрау увидел её настоящую. — Чёртов малец, мне нужно снять с тебя печать Кора, иначе потом хуже будет! — повысил голос Фрау.       Тейто поджала губы. Она упрямо не желала раздеваться, особенно перед этим тупископом-извращенцем, чтобы он там не напридумывал!       Но Фрау надоело упрямство девушки. Поэтому он без колебаний резко повалил Тейто на постель, крепко прижав одной рукой, и отдернул вниз ворот. На белой коже ключицы чётко выделялась чёрная метка Кора. Хмыкнув, мужчина прикоснулся к ней пальцами и сосредоточился, Тейто же затаила дыхание. Она заметила вспышку зайфона и ощутила покалывание на ключице. — Теперь всё в порядке, — с такими словами Фрау отпустил девушку и надел перчатки. Теперь он мог быть спокоен за мальца (пока опять что-нибудь не произойдёт). Вдруг мужчина кое-что вспомнил. Под ключицей Тейто Фрау заметил бинты. Интересно, зачем пацан замотал грудь бинтами? Какая-нибудь серьёзная рана? Нечто подобного он не заметил.       «Да уж, пацан, какие секреты ещё ты хранишь?» — хмыкнул мысленно Фрау, косо поглядывая на Тейто. Та не обращала внимания на мужчину и поправляла одежду. А её скулы продолжали пылать.       После того ночного происшествия прошло пара дней. О нападении Кора в церкви никто больше не знал. Зато так удавалось сохранять прежнее спокойствие.       Однако за те дни Тейто ходила как в воду опущенная. Три ночи подряд ей снились кошмары, в которых она видела Микаге и детские воспоминания. Из-за них девушка не высыпалась, была нервной и подавленной. И днём, и ночью ей не давали покоя мысли о прошлом. Голова болит…       Внезапно Тейто в кого-то врезалась. Девушка подняла глаза кверху и встретилась с пронзительными синими глазами. — Эй, чёртов мелкий, ты хоть знаешь, где находишься? Не видишь, куда идёшь? — ухмыльнулся Фрау, несмотря на недовольный тон. — Да ты вообще похож на мертвеца!       Тейто хотела чем-нибудь возразить, но в итоге даже рта не раскрыла. Ни сил, ни желания не было отвечать. Хотелось только уйти. Убежать. Скрыться ото всех. Тейто желала только одного: чтобы все оставили её в покое. Желательно, чтобы забыли об её существовании. Особенно ей меньше всего хотелось видеть Фрау. Этот тупископ приносил ей сплошную головную боль и настоящие смятения.       Не дождавшись от Тейто никакой реакции, Фрау удивлённо поднял брови. Мелкий и так выглядел не очень, так ещё не реагирует ни как обычно. Нет, так просто он это не оставит! Фрау видел настоящие мучения Тейто и понимал, что оставлять всё так нельзя. Мужчина помнил, каким сам был в пятнадцать лет. У него когда-то тоже был такой же усталый и безразличный взгляд. Он не верил в Бога. Никому не верил. Но Фрау всё-таки смог преодолеть тот период жизни, не без помощи других, конечно. Поэтому, видя сейчас ребёнка с таким же безразличным и полным отчаяния взглядом, Фрау про себя решил во что бы то ни стало спасти его.       Тейто решила сбежать и уже развернулась, но Фрау положил руку ей на плечо. — Стоять, малец. Я не отпущу тебя, пока ты всё не расскажешь! — Отпусти, — Тейто дёрнулась в жалкой попытке убежать. — Отпусти меня, тупископ! — Да что с тобой творится?! Я, значит, о тебе забочусь, а ты обзываешься! — рассердился Фрау, удерживая девчонку. — Не распускай руки, чёртов извращенец! — завопила Тейто. — О, пришёл в себя! Так-то лучше, — усмехнулся епископ и развернул Тейто лицом к себе. — А теперь рассказывай, что тебя тревожит. И не увиливай.       Тейто обречённо вздохнула. Она сдалась, осознав, что от Фрау ей не сбежать. Чёрт, почему именно сейчас нет Кастора, Лабрадора или ещё кого-нибудь, кто мог отвлечь Фрау?! — По твоему лицу вижу, что ты меня проклинаешь, — улыбнулся Фрау. Он заставил Тейто сесть на скамью и уселся рядом, после чего достал сигарету с зажигалкой, зажёг и закурил. Тейто одарила его недовольным взглядом. Между ними воцарилась напряжённая тишина. Фрау спокойно курил, всё ожидая. — Так что ты хочешь от меня? — спросила она наконец. — Мне нужно, чтобы ты объяснил и высказал свои переживания, — спокойно ответил епископ, выдыхая сизое облачко дыма. — Я думаю о Микаге, — Тейто всё-таки решила всё рассказать. Фрау вопросительно вздёрнул бровь. — Это был очень важным для меня человек. После того, как Кор показал мне «Микаге», я места себе не нахожу. Мне каждую ночь снятся кошмары с ним. Я потерял его совсем недавно. Микаге… отдал свою жизнь, чтобы спасти меня. Он был единственным моим другом и тем, кого я… любил… Порой я думаю, что если бы не оплошал тогда, то Микаге был бы сейчас жив. Если бы я только мог спасти его! Если бы только… — дальше Тейто говорить не могла. Её душили слёзы. Только присутствие Фрау не позволяло заплакать.       Но до слуха Фрау долетели тихие сдержанные всхлипывания. — Ну и что ты нюни распустил, мелкий? Так ты друга не вернёшь.       Тейто резко подняла на него глаза, заполненные слезами. В них вспыхнула злость. — Да что ты понимаешь?! Ты хоть о ком-нибудь заботился? Ты когда-нибудь кого-нибудь любил? Да какой ты священник?! — Всё сказал? — ледяной голос Фрау тут же остудил вспышку злости. Тейто испуганно захлопнула рот и внутри сжалась под холодным взглядом синих глаз. Только тогда она осознала, что наговорила и сильно задела Фрау. Может это произошло из-за нервного срыва, но сказанного назад не вернёшь.       Фрау потушил сигарету и встал. А Тейто всё сидела на месте, окаменев. — Вот что, чёртов малец, усвой мои слова. Если ты не будешь кому-либо доверять, то так и останешься один. Подумай, именно ли это хотел твой друг, когда спасал твою жизнь?       С такими словами Фрау удалился.       Тейто ещё долго сидела в раздумьях. Она выложила Фрау свои терзания и сорвалась на нём. Он имел право злиться на неё. Только сейчас девушка поняла, что действительно обидела епископа. Ещё его слова об Микаге… В сердце Тейто совсем стало паршиво. Да что же с ней такое происходит?!