Чёртова мелкая!

      Фрау вошёл в комнату Тейто. По правде, он боялся снова увидеть мальца в депрессивном настроении. Но Тейто сидела на кровати и смотрела в окно. На её коленях лежал Микаге и тихо посапывал, пока девушка гладила его, как котёнка. Её вид выказывал спокойствие и даже какое-то умиротворение. Она совсем не казалась расстроенной и отчаявшиеся. Зелёные глаза выражали лишь глубокую задумчивость. Похоже, он зря переживал. Но всё-таки нужно убедиться, что всё в порядке, на всякий случай. Кастор и Лабрадор тоже переживают за Тейто и скоро должны были подойти. — Малец, ты как? — негромко задал важный вопрос Фрау.       Тейто повернулась к нему лицом и взглянула. Во всём её положении царило одно спокойствие. При виде Фрау она даже не выказывала раздражения, как происходило раньше. Что ж, уже это было хорошо. — Что? — тихо переспросила Тейто. До этого она находилась в глубокой задумчивости и не сразу заметила Фрау. А когда услышала его голос, то осознала, что он чего-то от неё ждёт. Она не слышала его вопроса. — Ты в порядке? — повторил Фрау, он подошёл к кровати и присел рядом. Тейто немного смущала его близость, поэтому она постаралась не глядеть на него, иначе мужчина мог заметить её смущение и что-то не так понять. — Со мной всё хорошо, правда. Я просто задумался, — ответила Тейто.       Фрау вопросительно на неё поглядел. — Я всё думал насчёт Микаге. И решил наконец «отпустить» его. Все эти дни я глупо надеялся вернуть его, хотя понимал, что мёртвые не возвращаются. Я вёл себя как настоящий эгоист! Теперь я понимаю, чего хотел Микаге, когда спас мне жизнь. Он хотел, чтобы я нашёл других людей, которые бы стали мне близкими, чтобы я шёл по своему пути самостоятельно. Не знаю, получится ли у меня это, но я приложу все усилия и постараюсь найти новый путь жизни. Фрау, ты говорил, что душа каждого человека имеет право три желания, верно? Значит, у меня есть ещё два. — Два? А какое первое? — удивился Фрау. — Первым желанием было снова быть с Микаге. И исполнил его ты, а не какой-то Кор, — Тейто опустила взгляд на дракончика. Девушка не улыбалась, но маленькая радость лучилась в её глазах. Невольно Фрау признал, что это очень идёт ей (что за глупости в голову лезут?). — Спасибо, Фрау, — тихо произнесла Тейто и стыдливо опустила глаза. Она поверить не могла, что искренне благодарит несносного блондина. Но иначе нельзя. Ведь именно Фрау больше всех в церкви делал ей добра, даже несмотря на их постоянные споры и разборки.       Фрау изумлённо молчал. Слишком неожиданно он получил благодарность. И ни от кого-то там, а от чёртова мальца! Похоже, в этом мире начало что-то меняться без его ведома, раз Тейто даже не раздражается при его присутствии. Вот только… Что же ему делать? Малец ни в коем случае не должен был знать о том, что Фрау является Зехелем. Уже без разницы как он узнал. С этим следовало немедленно разобраться. Фрау бы сделал это незамедлительно с любым другим человеком, но только не с мелким. Мужчина не понимал почему, но он не желал причинять Тейто боль.       «Что я должен делать? Кастор не одобрит, если я оставлю всё как есть. Но сделать такое с мальцом будет слишком жестоко. Что же делать?»       Фрау вздохнул, пытаясь успокоиться. Он должен держать себя в руках. Должен хотя бы сейчас. — А у тебя всегда был этот ошейник? — чтобы отвлечься, Фрау обратил внимание на странный ободок на шее Тейто. — А, это… — девушка тут же помрачнела и коснулась кончиками пальцев ошейника. Она уже почти забыла о нём. Может следует его снять?       Вдруг Фрау схватил Тейто за шкирку и притянул к себе. А в другой руке он держал огромные, похожие на садовые, ножницы! Увидев их и «сочувственную» улыбочку Фрау, Тейто поняла, что это может кончиться плохо! — Давай сниму! — заявил Фрау, опасно пощёлкивая ножницами.       Но Тейто не понравилось с каким выражением он на неё смотрит и говорит. Он точно опять издевается! Это разозлило девушку, и она принялась всячески вырываться и сопротивляться. — Не трогай меня! Откуда у тебя ножницы?! — Не волнуйся. Предоставь это мне, — улыбка Фрау стала ещё ехиднее. — Хочешь мне голову отрезать? Я в порядке! Не приближайся! — вопила Тейто. — Не будь таким робким, — уже откровенно издевался Фрау. И случайно коснулся глаза на ошейнике.       Вдруг глаз вспыхнул опасным огнём. Внезапно что-то, похожее на маленькие острые зубы, вонзилось в палец Фрау. Мужчина завопил так громко, что Тейто чуть не лишилась слуха. Похоже, этот крик слышала вся церковь! — Что случилось?! — в комнату ворвались Кастор и Лабрадор, очень взволнованные воплем.       Картина епископам предстала ещё та! Разъярённая Тейто держала Фрау за шею, со всей силы трясла и кричала, чтобы он немедленно снял ошейник. Фрау, не отошедший от боли, не мог понять, что такого успел сделать. А Микаге кусал его за штанину, явно пытаясь вгрызться в ногу. Так дракончик пытался защитить свою «хозяйку». Кастор и Лабрадор застыли на пороге, не зная, что делать. Тейто сейчас находилась в таком бешенстве, что могла и их придушить, а Фрау находился на грани жизни и смерти. Девушка явно собиралась его отправить во все круги Ада! — Уберись от меня, мелкий! — из последних сил прокричал Фрау.       Бип! Ошейник тут же ударил Тейто током. Девушка вскрикнула и повалилась на пол. Микаге испуганно пискнул, отпустив штанину. Фрау оказался свободен. Но в следующую секунду Кастор впечатал его в пол ногой. Лабрадор осторожно подхватил Тейто на руки, чтобы, в случае чего, защитить её от Фрау. — Ты ужасен. Придурок, — прохрипела Тейто, потирая шею. — Это «ошейник клятвы», он узнаёт хозяина по крови, — пояснил Кастор, заглядывая в какую-то книжку. — Идиот, о чём ты думал, заключая контракт? — Ошейник клятвы? — переспросил Фрау. Он смог подняться и отряхнуть одежду. — В общем, если вы будете вдали друг от друга более 48 часов, то ошейник взорвётся, — заключил Кастор, поправляя очки. Почему-то Фрау начал чувствовать жуткую жажду убийства. А Микаге принялся снова его кусать, на этот раз больно.       Из того, что сказал Кастор, Тейто только поняла, что из-за нелепой случайности ошейник сделал Фрау её хозяином и что теперь они не должны отделяться друг от друга не более двух суток. Иначе её ждёт смерть. Вот счастье-то привалило!       «Я не хочу, чтобы этот идиот был моим хозяином! Кто-нибудь, спасите меня от него!» — в отчаянии подумала Тейто, чуть не плача. Лабрадор сочувственно погладил её по голове.       «Ненавижу тебя, чёртов тупископ!!!»       Но случившегося уже нельзя изменить.

***

      Лучи дневного солнца освещали церковь, из-за этого белое здание святого места казалось воистину светлым. Таким, что аж глаза слепило. Стайка белых голубей пролетела высоко в небе над башнями. Сегодня царил такой же прекрасный солнечный день, какие были до него. И обитатели церкви с энтузиазмом встретили новый день.       Кастор двигался по коридору, возвращаясь с закончившееся мессы. Епископ остановился, когда увидел впереди приближающуюся Тейто. Девушка была одета в чёрную мужскую одежду, слегка обтягивающую её фигуру, зато удобную. Символ церкви блестел на тёмной ткани. На плече Тейто сидел Микаге. В глазах девушки читалась непоколебимая решимость.       Она остановилась. — Ты куда-то собираешься? — прямо спросил Кастор.       Вдруг Тейто поклонилась. — Я отправляюсь в крепость Гобург. Спасибо вам за помощь. — Ты пойдёшь туда, даже если тебя попытаются остановить? — на лице Кастора ничего не читалось. Было сложно понять, что сейчас он думает или намеревается сделать.       Тейто ничего не ответила. Только развернулась, собираясь быстрее уйти. — Постой, Тейто, — голос епископа заставил её остановиться и обернуться. Кастор улыбался. — Ты… видела жнеца, которого называют Зехелем?       Тейто немного помолчала. После чего негромко произнесла: — Это был Фрау. И, скорее всего… вы такой же, Кастор.       Взглянув на священника, Тейто вдруг заметила, как его взгляд поледенел. Внезапно девушка ощутила сзади холод. Большие костлявые руки сзади потянулись к её лицу. В следующую секунду Тейто потеряла сознание. Тихо пискнув, Микаге тоже повалился на пол. — Всё верно.       Кастор подхватил лишившуюся чувств девушку и понёс в пустой зал. — Всё же в мире существуют вещи, которые не следует знать. Прости меня, хорошо? Тебе нужно забыть о семи Призраках, — тихо проговорил Кастор, словно Тейто могла его слышать. Он вошёл в зал, как раз никого здесь не присутствовало, что было на руку. Епископ осторожно положил девушку на скамью и уже потянул к её голове руку, намереваясь завершить задуманное… — Стой! — внезапно в зал ворвался Фрау. Видимо, он почувствовал, что с Тейто что-то происходит и поспешил к ней.       Кастор одарил друга холодным, укоризненным взглядом. — Почему ты не стёр его воспоминания? Если верховенство узнает об этом, то тебя лишат права быть Призраком.       Фрау даже не вздрогнул. Ему было плевать на себя. Сейчас его больше волновала судьба Тейто. — Если я уничтожу его воспоминания о Зехеле, то он забудет о своей решимости жить дальше, о своём обещании другу. Ты хочешь, чтобы я украл то, что ему дорого?! — Фрау не сдержался и повысил голос. Дело в том, что он уже прикасался к душе Тейто и видел, как она жила до этого момента. Увиденное заставило Фрау сильнее беспокоиться за Тейто. Малец пережил слишком много плохого и тёмного, чего может пережить не каждый человек, тем более в его возрасте. Несмотря на юный возраст и обманчиво хрупкое тело, Тейто выдержала самые тяжёлые испытания и продолжает идти вперёд. Судьба ещё принесёт ей боль, но девушка уже знает свой путь. Фрау желал всеми силами поддержать мальца, чтобы он не повторил его ошибок. И сейчас Кастор собирается лишить Тейто возможности жить дальше! — Согласно совершенно секретной информации, полученной из армии, несколько дней назад сбежал кадет Ока Михаэля, — вдруг заговорил Кастор. — Кадет? — переспросил Фрау, не совсем понимая, к чему он клонит. — Армия всё ещё продолжает поиски «утерянного» Ока Михаэля. Они собирают лучших детей в качестве возможного сосуда для Ока к моменту, когда найдут его. Это и есть кадеты. Боюсь, что Тейто был одним из них. С тех пор как Тейто появился здесь, в священных стенах стало твориться слишком много беспорядков. Он собирался уйти. — Даже если таково его желание, сейчас мы не можем его бросить, — произнёс Фрау. В его голосе звучала несвойственная серьёзность. Но Кастор ощутил от него нечто совсем другое. Не может быть! Неужели Фрау… — Хватит заступаться за него, — резко ответил Кастор. — Предсказания Лабрадора неизбежны. Наша вина в том, что он так страдал. Мы должны выяснить, кто был нарушителем. Но долг семи Призраков не в уничтожении Кора. Если Тейто узнает, каков наш настоящий облик, неизвестно, что он подумает… Сейчас только ты можешь использовать косу Верлорена, Фрау. Лишившись способности Призрака, ты не сможешь управлять ею. Кроме того, этот ребёнок в любом случае понесёт наказание. Если он тебе небезразличен, то сотри его воспоминания, связанные с нами, пока ты не привязался к нему слишком сильно.       Кастор понимал, что дело обстоит намного сложнее. Даже считая Тейто мальчиком, Фрау очень сильно привязался к ней. Может он делал всё из-за собственных побуждений, но всё зашло слишком далеко. Являясь Фестом, Кастор чётко видел невидимые нити судьбы, прочно связывающие души Тейто и Фрау. И поэтому он боялся, что из-за этой привязанности может появится не дружба, а ещё более сильные, глубокие чувства, какие может испытывать человек.       Но Призракам ни в коем случае нельзя влюбляться в смертного. — Мы должны каким-то образом снять ошейник. Если в этом будет необходимость, мы поможем ему стать сильнее. Мы должны наблюдать за ним, оберегать его издалека, — сказал Кастор, пытаясь забыть свои переживания.       Фрау посмотрел на бесчувственную Тейто. Что он думал, что чувствовал в этот момент, Кастор не мог знать. — Делай, что хочешь, — холодно бросил Фрау и развернулся, собираясь уходить.       Но не успел он сделать и пару шагов, как вдруг из его правой руки вырвалось огромное чёрное лезвие. Коса Верлорена появилась без позволения владельца. Как голодный хищник, она устремилась к Тейто. — Фрау! — закричал Кастор. Фрау обернулся. Оба не ожидали такого!       Вдруг Тейто поднялась на ноги и одной рукой поймала косу. Поразительно, но сил девушки хватило, чтобы остановить внезапную атаку. На правой руке девушки блестел круглый красный камень. Но когда Тейто взглянула на епископов, они застыли. Красные глаза с узкими вертикальными зрачками смотрели холодно и враждебно. — Неблагодарные. Не смейте направлять лезвия на мою госпожу! — её голос стал низким, холодным, как и взгляд.       Затем Тейто оттолкнула косу от себя. Фрау немедленно вернул непокорную обратно в печать. — Хм. Ты хозяин этого ошейника? — холодно спросила девушка, глядя прямо на священника. — Кто ты такой? — резко спросил Фрау.       «Это не Тейто. Красный камень… Неужели…» — Кастор сохранял спокойствие, пытаясь держать мысли при себе. — Ну, ну… Изначально я хотел убить вас, но принце… хозяину это не по нраву, — протянул неизвестный в теле Тейто, высокомерно поглядывая на священников. — Гр! Что ты сказал, паршивец?! — прорычал Фрау. Он был очень зол и раздражён. Если бы не ужасающая аура, витающая вокруг Тейто, то епископ бы сейчас же набросился на него и вернул прежнего чёртова пацана!       Кастор понял, что неизвестный тоже знает о секрете Тейто и причину, почему она скрывает свой пол, поэтому подыгрывает при Фрау. — Ты Око Михаэля? — спросил Кастор.       Архангел Михаэль посмотрел на него, как на идиота. — Что за глупый вопрос. Узрите! Мой господин среди всех своих предшественников вне всякой меры наипрекраснейший сосуд! — его лицо (вернее, лицо Тейто) просияло счастьем. Но так он больше походил на влюблённого. — Я слышал о нескольких подделках, весьма схожих с настоящим Оком, — произнёс Кастор.       К Михаэлю подбежал слабый Микаге. Тот взял дракончика на руки и прижал к груди. — Сомневаешься в существовании Господа? Глупец, — Михаэль одарил Кастора ледяным взглядом.       Вдруг здание затряслось. Фрау и Кастор ощутили, как неведомая мощная сила пытается их раздавить, стереть. Вокруг всё стало красным, будто окрасившись кровью. На мгновение появились обличия Зехеля и Феста. Но даже так им не было под силу справиться с ужасающей силой.       Мгновение — и всё исчезло, как ничего и не было. Однако оба епископа не могли справится с мелкой дрожью, что продолжала покрывать их тела. Они всё ещё не могли отойти от шока и ужаса произошедшего.       «Что это было? Иллюзия? Нет… Он в самом деле хочет убить нас!» — подумали оба. — Так значит, вы Призраки. Обычные люди умерли бы от моего присутствия, — улыбнулся Михаэль, но в его голосе прозвучала досада. Словно он был разочарован, что не смог уничтожить неугодных ему. Архангел продолжал гладить Микаге, как котёнка. Дракончик спокойно лежал в его руках, совершенно не чувствуя от него опасности, что являлось совсем несочетаемым. — Должно быть, скучно жить среди глупых людишек. Или вы не можете противостоять колесу судьбы? — ехидно протянул Михаэль. Похоже, он хотел вывести Призраков из себя. — Кстати, ты! — вдруг он подбежал к Кастору и указал на ободок на шее. — Ты что-то говорил об ошейнике! Сними его! Я не могу использовать свои силы, пока он на мне! Я устал от этого ограничителя! — теперь архангел вёл себя, как капризный ребёнок. Епископам оставалось только поражаться его быстрой смене настроения. — Чтобы его снять, я должен буду передать твоего хозяина в армейское ведомство рабов. Тебя это не беспокоит? — спросил Кастор.       На лице Михаэля появились грусть и досада. Было видно, что его волнует судьба Тейто больше, чем собственное положение. — Почему-то я не могу сопротивляться этому ошейнику. И хозяина он тревожит. Что же делать?.. — тихо произнёс он.       Вдруг на лице Фрау появилась коварная улыбка. — Хм-м, не можешь, да? — лукаво протянул епископ. Он понял, что это идеальный шанс как-нибудь отомстить Михаэлю за ехидство и попытку убийства. — У него есть три режима: ограничение, сон и боль. Пусть поспит, — быстро шепнул Кастор другу. На самом деле, он не хотел рассказывать о способностях ошейника подробнее Фрау, потому что блондин мог воспользоваться такой властью. А это для Тейто могло нехорошо кончиться.       Фрау сразу уловил, что ему надо сделать, и улыбнулся ещё шире. Михаэль понял, что он собирается сделать.       — С-стой! — Спать! — немедленно приказал Фрау.       Михаэль пытался сопротивляться приказу. Но не прошло и минуты, как он плюхнулся на пол и заснул. Кукла-монашка положила голову Тейто себе на колени, чтобы девушке было удобнее лежать.       Невольно Фрау и Кастор облегчённо выдохнули. Напряжение исчезло. Повисла пауза. — Что это было? Неужели Око Михаэля и правда всё время было в нём? — негромко нарушил молчание Фрау. — Быть может, в эти святые стены его привела сама судьба, — ответил Кастор.       Священники сели на скамью, в ожидании пробуждения Тейто. — Да ты настоящий нарушитель спокойствия, — резко заявил Кастор. — Это всё чёртов малец, которого на меня повесили, — ответил Фрау таким тоном, словно его оскорбили. Микаге, уже пришедший в себя, взобрался на него и принялся кусать за голову.       «Неудивительно, что армия вмешалась. Возможно, там тоже есть люди, которые знают о происхождении Тейто», — подумал Кастор.       Со стороны Тейто послышалось мычание: девушка наконец проснулась. Она подняла голову с колен куклы и потёрла глаза. Девушка промямлила что-то, явно не понимая как она вырубилась и что вообще происходит. Фрау внезапно подскочил, дико уставившись на Тейто. — Ты же Тейто? — резко спросил он. Девушка вопросительно уставилась на него, совершенно не понимая суть вопроса. Но Фрау уже увидел зелёные лучистые глаза и про себя облегчённо выдохнул. Хвала Господу, он видит прежнего чёртова мальца. — Тейто, я думаю, тебе нужно остаться в церкви, — осторожно сказал Кастор. — По крайне мере, до тех пор, пока мы не найдём способ снять с тебя ограничитель. Даже если ты уйдёшь отсюда, то больше двух дней не проживёшь.       Тейто промолчала. Но по её лицу стало ясно, что она всё осознала и с большим трудом смирилась. Она признала правду слов Кастора.       Не понятно почему, но Фрау ощутил от этого большое облегчение. Однако Кастор одарил его взглядом, по которому блондин всё понял. Кастор больше не собирался лишать Тейто воспоминаний, но теперь обязанность над ней лежит на Фрау. Что ж, так тому и быть.