Чёртова мелкая!

      В то утро колокола Барсбургской церкви своим звоном оповестили о кончине помощника архиепископа Бастиена. Служители церкви в траурных чёрных одеяниях собрались на церковном кладбище, где проводили похороны. Птицы под колокольный звон стаей взлетели в небо, что в этот день было чисто-голубым. Проносящийся ветер обдал прохладой. Солнце светило сегодня необычно ярко. — Ещё одно божье дитя отправилось в путь. Прошу, пусть его душа обретёт покой. Да пребудет с ней наши молитвы.       Священники и монашки опустили на новую могилу пышные букеты цветов, заботливо выращенные Лабрадором. У всех на лицах читалась печаль. Кто-то всхлипывал, кто-то сдерживал эмоции за равнодушным выражением.       Трое Призраков отошли ото всех в сторону, чтобы переговорить по поводу случившегося. — Без поддержки Бастиена-сама, Варсфайль не сможет оставаться в церкви, — начал разговор Кастор. — Не думаю, что они отступят так просто, — мрачно ответил Фрау. — В любом случае хорошо, что Тейто-кун не пострадала, — заметил Лабрадор. — Я заходил к ней, и не нашёл никаких следов варса. Как только они пришла сюда, я сразу же хотел крестить её, дабы защитить от сил тьмы. Но это дитя убило слишком многих. И всё равно многие обеспокоены, — сказал Кастор, невольно прислушиваясь к царящим вокруг разговорам. В церкви многие не знали того, что произошло на самом деле. — Потому что Бастиен-сама был любим многими, — тихо ответил Лабрадор.       Фрау отошёл от спутников и достал сигарету. От всех тех размышлений, что настигали и вчера, и сегодня, ему нестерпимо хотелось курить. До этого у него не находилось свободной минутки. Но только Фрау достал сигарету и собрался её зажечь, как к нему подбежали монашки. — Епископ Фрау! Мы хотели попросить прощения, за то, что сомневались в Вас, когда сказали, что Варсфайль захватил вас. Нам, правда, очень жаль! — сказали они.       Фрау натянул на лицо привычную, небрежную улыбку. — Не переживайте! Можете принести мне чаю в следую… — он не успел договорить, так как внезапно получил сзади подзатыльник от Кастора. — Каждый человек, хоть раз бывавший в церкви слышал об этом, — заговорила сестра Афина. — Посланцы Господа по приказу его спустились на землю и приняли облик людской. Никакой тьме не осквернить их существование. Ведя незримый бой с силами тьмы, они постоянно охраняют нас, как войны церкви. Тому, что епископ Фрау дотронулся до клинка варсфайля и не был осквернён, если лишь одно объяснение… То, что вы один из семи Призраков.       Лица Фрау и Кастора вытянулись, а у Лабрадора мелькнуло что-то, похожее на шок. Трое епископов поняли, что если сейчас же что-нибудь не предпринять, то их секрет будет раскрыт! Этого ни в коем случае нельзя допустить!       Кастор действовал незамедлительно. Он врезал Фрау в спину. И на глазах ошарашенных монашек и удивлённого Лабрадора из-под чёрного одеяния выпала стопка порножурналов! Вот такого даже Кастор не ожидал. — Фрау, так нельзя! У тебя не должно быть подобных книг! — сказал за место Кастора Лабрадор. — Я на могилку хотел возложить. Серьёзно. Я как-то обещал, — попытался оправдаться Фрау. — Что?! «Серьёзно»?! Как ты вообще до такого додумался? — по-настоящему разозлился Кастор. — Да ладно тебе! — Фрау, как ни в чём не бывало, всё-таки достал зажигалку в форме креста и зажёг сигарету. Чем вверг монашек к окончательный шок. Воспользовавшись замешательством девушек, епископы поспешили удалиться.

***

      Хакурен вместе с Тейто и Микаге находился в комнате Фрау. Девушка лежала на кровати без сознания, Микаге лежал с ней. Юноша сидел рядом с кроватью и глядел на спокойное лицо шатенки. Однако его напрягало Око Михаэля на правой руке. Михаэль тоже волновался за хозяйку и не покидал её.       «Прости, Тейто. Из-за меня ты рисковала жизнью, а я был абсолютно бессилен. К тому же, я до сих пор не могу поверить, что ты — владелица Ока Михаэля. Какая же тяжёлая ноша лежит на твоих плечах… Если владеющий Оком Михаэля использует силу во много раз превосходящую его, то его дух будет сокрушён. Именно поэтому носитель должен быть осторожен с этим орудием».       Хакурен протянул руку, чтобы коснуться лица Тейто, как вдруг из Ока вырвались костяные отростки, похожие на острейшие копья. Они окружили Хакурена, подставив острия к шее. Одно неверное движение — и юноше конец. — Зачем ты трогаешь мою принцессу? Ты — враг? — прозвучал холодный голос Михаэля.       «Он проверяет меня?» — Хакурен постарался сохранять спокойствие. Если он будет честен, то архангел, может, не тронет его. Злить его или провоцировать юноша не собирался. — Всё хорошо. Я на стороне Тейто. Можешь проверить меня, как угодно, — ответил Хакурен.       Тишина. Через минуту Михаэль отпустил «клинки» и вернул их в Око. — Да, ты дорог моей принцессе. Прими мою благодарность, — ответил Михаэль и покинул тело Тейто.       Вдруг девушка с тихим стоном открыла глаза. Наконец она пришла в сознание. — Тейто! — позвал Хакурен.       Внезапно девушка кинулась на него и крепко обняла. Удивлённый Хакурен чуть не упал. — Вы в порядке? Хакурен? Микаге? — Тейто, как всегда, в первую очередь переживала за других, чем за себя. В глубине души Хакурен был рад, что девушка не изменилась. Но для приличия дал ей щелбана. — Дура. О себе побеспокойся лучше, — сказал юноша, пытаясь скрыть смущение. Микаге согласно пискнул своё «бурупья».       Тейто огляделась по сторонам, чтобы знать, где они находятся. Она сразу узнала помещение. Комната Фрау. — А где все? — Ушли на похороны Бастиена-сама, — ответил Хакурен.       Тейто вспомнила всё то, что произошло до потери сознания. Сердце застучало болью. Девушка опустила глаза на свои руки, которых покрыла мелкая дрожь. — Хакурен… Я… — произнесла она. — Не вини себя, Тейто. Ты всё сделала правильно. Те, кто используют запретную технику, знают о её цене. Знают, что их тела поглотит тьма, — сказал Хакурен, пытаясь успокоить её. — Ошибаешься… — покачала головой девушка.       «Если бы Фрау не пришёл, я бы всерьёз попыталась убить этого человека?»       Тейто схватилась за голову. Слишком больно об этом вспоминать. — Не ошибаюсь, — не согласился Хакурен. — Даже если внутри тебя что-то есть, ты не уступила этому и не предала своих убеждений. Твоё чистое сердце всё так же не запятнано, ведь так?       Тейто изумлённо уставилась на друга. А в следующую секунду покраснела. — Ты такие высокопарные речи толкаешь, чтобы меня в неловкое положение поставить?! — краснея, воскликнула она.       Теперь пришла очередь Хакурена удивляться. — Чё? Не собирался я тебя ни в какое положение ставить! — Но всё равно… Спасибо… — тихо поблагодарила Тейто. Уголки её губ дёрнулись в улыбке.       Внезапно сильно хлопнула дверь, из-за чего подростки вздрогнули. В комнату вошли Фрау, Кастор и Лабрадор. При виде Тейто Фрау широко улыбнулся. — Йо, чёртова мелкая! Наконец-то очнулась, — сказал он. — Хорошо, что Хакурен-кун был здесь, — с улыбкой добавил Лабрадор. Он принёс вазу с свежими цветами. Пройдя в комнату, мужчина поставил вазу на тумбочку. — Я принесу воды, — Хакурен поспешил удалиться. Он понял, что епископы хотят о чём-то поговорить с Тейто. Хотя стакан воды ей всё равно не помешает. С такими мыслями Хакурен убежал из комнаты.       Тейто уставилась на ухмыляющегося Фрау. Он вёл себя как обычно, словно ничего не происходило. Однако, всё равно…       «Я не прочь умереть от твоей руки…»       Фрау заметил, как Тейто на него странно смотрит. Её лицо было бледным. — Что такое, чёртова мелкая? Не проснулась ещё? — спросил он, продолжая улыбаться. — Фрау… Ты…       Вдруг Тейто подскочила и с невероятной силой ударила мужчину по лицу кулаком. Удар был такой силы, что, не ожидавший такого, Фрау свалился на пол, отлетев на пару метров. Тейто, пылая от гнева, моментально оказалась на мужчине сверху, оседлав его торс. Фрау чуть не задохнулся, когда девушка с невероятной силой потянула его за ворот. Кастор и Лабрадор удивлённо на это уставились, тоже ничего не понимая. — Что ещё за «поспеши и пробудись»?! Что значит «умереть от моей руки»?! Я тебя вообще не понимаю!!! — яростно прокричала Тейто. Её зелёные глаза пылали яростью и негодованием. Лицо Фрау вытянулось в изумлении. Потому что он никогда не видел Тейто в такой ярости! — Кто постоянно говорил мне «живи»?! Не слишком ли эгоистично с твоей стороны?! Сам же пытаешься сбежать от боли утраты! Если хочешь умереть… только ради себя… — дальше Тейто не могла говорить. Не только из-за севшего голоса. Её клокотало не только от злости. Девушке хотелось плакать. Ей было больно и обидно. Почему? Почему Фрау хочет умереть? Почему он хочет так бездумно уйти из жизни, когда есть люди, которым он дорог? Тогда почему он всё время поддерживал её, заботился о ней, защищал от любых невзгод? Ради чего он привязал душу девушки к себе? Он что, не понимает, что она больше не может жить без него?! — Тей… — Лабрадор собрался что-то сказать, но Кастор его остановил. Он понимал, что этим двоим нужно наконец всё решить между собой. Слишком долго они держали свои чувства при себе. — Не пойми меня неправильно, чёртова девка. Я и не собирался следовать за Бастиеном, — произнёс Фрау, приподнявшись и потирая больную от удара голову (а у чёртовой мелкой, оказывается, рука тяжёлая). — Просто… я люблю твою душу. Поэтому не против быть убитым тобой. Но если это бремя слишком тяжело, можешь просто отбросить его, не так ли?       Фрау фактически сделал признание. Но сказать просто «я люблю тебя» было не в его духе. Тейто слишком юна, чтобы правильно воспринять его слова. Ведь он не такой, как Микаге. К тому же, девушка не могла испытывать к нему нежные чувства. Ещё Кастор и Лабрадор всё видят и слышат, они могут не так понять.       Однако «признание» Фрау лишь окончательно взбесило Тейто. Разумеется, она не поняла скрытый смысл в его «я люблю твою душу». Девушка побагровела от ярости. — Ты издеваешься, что ли?! — завопила она. И в следующий миг так вмазала блондину по лицу, что впечатала его в пол. После чего вскочила и убежала прочь из комнаты, прокричав: «Я тебя НЕНАВИЖУ!» А Микаге принялся зло кусать мужчину за руку.       Фрау кое-как приподнялся с пола и невесело усмехнулся. — Вот так выглядит отверженный мужчина. И это я, — со смешком сказал он. За показным весельем он пытался скрыть разочарование. — Она разозлилась, потому что ты пропустил объяснения, сразу выдав результат, — в спокойном голосе Лабрадора прозвучал укор.       Вдруг Фрау получил удар сзади. Кастор ударом ноги повалил друга на пол. — То, что сейчас сказала Тейто… Надеюсь, это ей не ты наговорил? — страшным голосом спросил Кастор.       «Чёртов Михаэль, вывернул всё как ему было надо…» — подумал Фрау, проклиная архангела.       Наконец Кастор отпустил Фрау, позволяя ему наконец встать на ноги. — Но, думаю, она тебе открыла своё сердце, — протянул он. — Очаровательна как всегда, — проворчал Фрау, потирая поясницу. Теперь ему оставалось только ждать, когда Тейто остынет. В конце концов, нужно всё объяснить и выведать от неё все чувства.

***

      Тейто неслась по коридорам, сломя голову. Она всё ещё пылала от гнева на Фрау. Она не понимала, что творится с ней. Сердце в груди ненормально колотится. Всё внутри переворачивалось. Так Тейто бежала через коридоры, пока не налетела на Хакурена, который как раз нёс поднос с водой. Столкновение было неожиданным и неизбежным. Юноша чуть не свалился на пол, выронив кувшин с водой. Раздались звон разбившегося сосуда и плеск воды. — Тейто? — Хакурен удивлённо опустил глаза на запыхавшуюся девушку и нахмурился. — Куда это мы несёмся?       Услышав знакомый голос, Тейто наконец пришла в себя и остыла. Ярость прошла. Только тогда девушка осознала, что сильно бежала. Её лицо было красным. Хакурен, увидев подругу такой, потряс её за плечи, чтобы немного привести в чувства. — Что случилось? Что-то не так? — спросил он.       Тейто слабо кивнула. Юноша уловил, как дрожат её плечи. Девушка всхлипнула, и на её глазах наконец выступили слёзы. Нужно было выслушать её и успокоить, но для начала следует убраться за собой.       Когда уборка была закончена, они ушли в сад. Хакурен буквально заставил Тейто рассказать всё, что случилось в комнате в его отсутствие. Тейто, немного успокоившись, рассказала ему всё. — Ну ты и идиотка! — заявил Хакурен сразу, как только Тейто закончила говорить. Девушка изумлённо уставилась на него. — Неужели так сложно понять очевидное? — Ты о чём, Хакурен? — искренне не понимала Тейто.       Хакурен тяжело вздохнул и одарил девушку щелбаном. Тейто ойкнула и сердито потёрла лоб. — Епископ Фрау признался тебе в своих любовных чувствах, а ты только накричала и поколотила его! Такую дурость могла совершить только такая, как ты! — сердито заявил Хакурен. — Фрау… любит меня?.. — теперь Тейто оказалась в настоящем шоке. Её скулы покраснели. Перекрутив быстро в голове диалог с Фрау, она переосмыслила всё. Если это так, то тогда… Но разве такое возможно?! Тейто заскулила и ухватилась за голову. Она уже ничего не соображала. — Признай уже наконец, ты тоже влюблена в Фрау-сана, — закончил Хакурен. Он был абсолютно уверен в своих словах.       «Влюблена? Я люблю Фрау? Этого тупископа-извращенца, который вечно морочит мне голову?!» — запротестовала в мыслях девушка, но после задумалась, почувствовав, как сильно заколотилось её сердце. — Несмотря на его недостатки, которые могут тебя бесить, ты ведь всё равно счастлива быть рядом с ним? Видеть его улыбку? Не будь упрямой и не бойся, просто дай честный ответ самой себе, — с лёгкой улыбкой сказал блондин Кляйн, заставив её всерьёз взглянуть на свои истинные чувства и эмоции.       Ей не хотелось об этом думать, однако, действительно, следовало признать очевидное. Она любит Фрау. Любит его, несмотря на его постоянные ухмылки и подколки в её сторону. Любит, несмотря на его непонятки в словах. Любит, несмотря на его пристрастие к порнографии. Как она могла полюбить его? За что? Но… разве любви нужны причины?       Ведь любят не за что-то, любят вопреки, по зову сердца.       Тейто сдалась. Она наконец осознала, что любит Фрау. Это не детская влюблённость и привязанность, которая была с Микаге. Это была настоящая, искренняя любовь. — И что мне делать?.. — тихо пробормотала Тейто, скорее спрашивая саму себя. — Всё просто. Иди, извинись и поведай о своих чувствах ему, — ответил чётко Хакурен, смотря на решимость в изумрудных глазах.