Неверная

      Три дня для Усаги пролетели слишком быстро, и вот ей уже предстояло прощаться с Мартином, который тоже никак не хотел разлучаться с матерью. И именно тогда в голову златовласки закралась интересная мысль — забрать ребёнка с собой. Рей тут же начала Усаги отговаривать от сего безумия, сказав, что этим поступком она только осложнит всю ситуацию, и Мамору вообще может перекрыть ей доступ к общению с сыном. — Это будет потом! — отмахнулась Усаги, — а пока Мартин будет жить со мной… — В отеле! — ехидно подметила Рей, возмущённая таким раскладом дел. — Мальчику нужны родные стены. Усаги, ты как его мать, должна понимать это! — Заткнись, Рей. И не лезь не в своё дело. Я сниму квартиру, если что. В банке у меня есть два лицевых счёта, я их обналичу… И заживём мы с Мартином припеваючи, а Мамору нас не найдёт.       Рей на все возражения Усаги только махнула рукой и сказала подруге, что пусть она делает, что хочет, ведь это её жизнь. И принимать решение, за которое потом последует ответственность, должна именно Усаги. Усаги, конечно же, обиженно надула губы и стала молчать, и а течении получаса вообще игнорировала подругу.       Настало время прощаться с сыном, Усаги пришлось соврать Мартину и сказать, что она уезжает на работу. — Мам, мам! А ты ведь скоро вернёшься домой? Вы помиритесь с папой? — в глазах светловолосого мальчугана мелькала явная Надежда на возможность воссоединения родителей. — Да, мой малыш, Я вернусь. Правда, остального я обещать не могу. Всё слишком сложно.       На прощание женщина крепко обняла своего мальчика, и поцеловав его макушку, вскоре покинула пределы дома, при этом по её щекам катились слёзы горечи. Ведь теперь Усаги не знала, когда она вновь сможет увидеть своего сына — решение зависело от Мамору.       Мамору так ничего и не узнал — подруга Усаги Рей сдержала своё слово, ничего ему не сообщив. И как-то раз однажды вечерком, Мамору вновь обратился к Рей, просто позвонив ей и позвав на ужин. Девушка пришла, но каково же было удивление Мамору, когда к нему домой она пришла не одна, а в сопровождении своего бывшего парня Юичиро, который до сих пор любил её и ревновал ко всем подряд. — Это что за лохматая обезьянка? — сходу спросил Мамору, недовольный тем, что теперь ему не светит поговорить с Рей обо всём наедине. — Это мой молодой человек, — Хино улыбалась во все тридцать два, она уже давно поняла, что Мамору не прочь замутить с ней, а девушке этого совершенно не хотелось. — Понятно. Слушай, у меня есть деловое предложение для тебя, — схожу начал Мамору. — Как ты смотришь на то, чтобы устроиться работать няней моего сына? Одному мне непросто будет справиться с ним, абы кого попало брать няней я тоже не хочу, а… — А как же Усаги? Ведь она мать! — Рей едва сдерживала своё возмущение, ей стало очень обидно за свою лучшую подругу. — Усаги — блядь. Рядом с моим сыном подобные личности не должны находиться. В ближайшее будущее я планирую через суд лишить её родительских прав! — Мамору был весьма категоричен, в его синих глазах виднелся суровый блеск.       Рей ничего ему не стала возражать, и весьма холодно попрощавшись с Мамору, вскоре покинула территорию его дома, однако на прощание обещала тщательно обдумать его деловое предложение. «С одной стороны, если я приму предложение Мамору поработать няней — Усаги может воспринять это как предательство. С другой стороны, уж лучше я буду няней, чем какая-то совершенно незнакомая и чужая женщина, которая может навредить мальчику. Наверное, мне стоит позвонить Усаги и посоветоваться с ней.»       И именно так Рей и сделала, однако, по непонятной для неё причине, Усаги как будто не хотела отвечать на её вызовы, хотя она звонила уже раз шесть как минимум. Рей только недоумевала — её поражало отношение Усаги ко всей этой ситуации. Она считала свою подругу недостаточно ответственной и зрелой личностью.       Рей поняла, что решение она должна принимать сама — своей головой. И на следующий день девушка сообщила Мамору о том, что готова поработать няней.       И Мамору это было только на руку. Он давно присматривался к Рей, правда, будучи в браке с Усаги он никогда ей не изменял, да и не собирался, но теперь, когда его брак всел на ниточке — Мамору был непрочь развлечь с красивой подругой своей жены.       Сама же Усаги уже вышла на работу и принимала очередные заказы, продолжая пока жить в отеле.       Вскоре в Японию вернулся Сейя и конечно же, первым делом он созвонился Усаги, придя к ней на работу, произведя при этом фурор на окружающих, ведь он был очень известным футболистом.       Усаги работала в крупной, хоть и не очень известной строительной компании архитектором, и заказов у неё было немало. В тот день Сейя решил сделать ей сюрприз, когда вошёл в её кабинет без стука, держа в руках большой шоколадный торт.       Поскольку Сейя явился к ней на работу без всякого предупреждения и даже предварительно не позвонил — для Усаги его визит стал неожиданностью, но весьма приятной.       Быстренько приняв из его рук торт. и небольшой подарочный пакет с каким-то очередным сюрпризом, женщина поставила всё это на свой рабочий стол, а сама буквально впечаталась в его губы самым сладким поцелуем, плавно впуская язык в его рот.       Они упивались друг другом, полностью погрузившись в эротическо-любовную атмосферу, наслаждаясь каждой секундой их страстного, почти что обжигающего, поцелуя. Движения языка Сейи были немного резкими, слегка хаотичными и интенсивными, Усаги же это только ещё больше возбуждало и она никак не хотела прерывать их затянувшийся поцелуй.       Кое-как и с огромной неохотой оторвавшись от желанных губ спортсмена, Усаги приветливо улыбнулась ему, ловя в его взгляде безумные искорки, которые всегда так сильно заводили её и которых ей часто не хватало в обыденной жизни. — Я соскучилась, милый! — Усаги вновь повисла на Сейе, закинув ноги ему на талию, а он в ответ сильно закружил златовласку.       И вдруг дверь кабинета Усаги открылась и внутрь вошла её ассистентка Изуко Микарро*, и просто обомлела увидев как Усаги кружится, подхваченная крепкими руками знаменитого футболиста. — А я думала ты замужем, Усаги! — с нажимом и некоторыми нотками осуждения в голосе произнесла ассистентка Усаги, завистливо смотря на начальницу. — Или это просто твой друг? — Изуко, тебе, что платят зарплату за то, чтобы ты разносила сплетни по всему офису?! — ядовито прошептала Усаги. — Зайди ко мне позже, и смотри у меня, держи рот на замке. Ты ничего не видела, поняла?       Высокая женщина с едким взглядом и кислотно-зелеными волосами понимающе кивнула и ушла прочь. Но Изуко и не думала молчать — она давно метила на место своей начальницы и теперь решила воспользоваться ситуацией, чтобы ударить по репутации Цукино, надеясь на то, что её выпнут под жопу из фирмы, а должность Усаги займёт она — Изуко Миккаро.       Когда Изуко ушла, руки Сейи вновь потянулись к телу Усаги, но она ясно дала понять, что на работе она должна заниматься только работой. И влюблённые договорились встретиться после шести вечера.

***

      Когда наступил вечер, Усаги и Сейя встретились в самом элитном ресторане города, владельцем которого был давний школьный приятель Усаги — Мотоки Фурухата. Сегодня его не было в заведении, Усаги это сразу поняла, потому как на парковке отсутствовал его Ламборджини. — Это лучший ресторан во всём Токио, — произнесла Усаги, встречая своего возлюбленного коротким, но чувственным поцелуем в губы. — Тебе понравится, надеюсь. — Мне уже нравится! — вполголоса сказал мужчина, восхищённый внешним видом своей спутницы, которая сегодня была хороша как никогда и сияла, словно ограненный бриллиант. — Ведь со мной ты!       Заняв выбранный заранее столик, парочка принялась изучать меню. Усаги поразилась тому, что Сейя неизменно следовал своему излюбленному спортивному стилю, одевшись в спортивные белые штаны и в сетчатую белую футболку с капюшоном, под которым и скрыл свой легко узнаваемый хвост. — Не хочу, чтобы мои многочисленные фанаты испортили нам вечер, — кратко пояснил брюнет, увидев направление взгляда Усаги. — Ты уже выбрала блюдо? — Да, я буду отбивную с рисом и овощами, и много-много десертов! — произнесла Усаги, подавая официанту листок с заказом.        Внезапно её взгляд упал на входную дверь заведения, и девушка увидела, как в ресторан входят Мамору и Рей, держа за руку малыша Мартина — сына Усаги. Женщина продолжала в упор смотреть на них, совершенно не обращая внимания на то, что Сейя разговаривает с ней, и не слыша всю суть его разговора.       В мыслях у женщины теперь был только её сын, который держал за руку не только Мамору, но и Рей. Усаги тихонько прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. <I>«Надо валить отсюда. Иначе я за себя не отвечаю и устрою этой Рей такое… А ещё подруга называется! Шавка лицемерная она, а не подруга!»</i> — Сейя… — протянув руку через поверхность стола и взяв его ладонь в свою, растерянно произнесла Усаги. — Я…мы…       Мысли женщины путались, а в глубине души появилась лёгкая паника и неприятное волнение, когда неожиданно для самой себя она поймала взгляд мужа, который в скором времени должен будет стать уже бывшим. — Что, моя сладкая? Что тебя так напугало? — Сейя держал обе её руки и с беспокойством смотрел на Усаги, не понимая, чего она так разволновалась.       И в этот момент он увидел истинную причину её нервного, беспокойного поведения — Мамору, их с Усаги сына Мартина, и какую-то незнакомую темноволосую девушку, которая оказалась подругой Усаги.       Усаги же буквально всю трясло от раздражения и гнева — её тело пробрала нервная дрожь, губы сложились в узкую полоску, брови нахмурились. Усаги бесилась из-за того, что Рей обманула её и теперь заняла место Усаги, имея доступ к её сыну. Усаги очень ревновала подругу к сыну, ей хотелось, чтобы Мартин нарочно как-то насолил Рей, нечаянно уронил на неё что-нибудь или наступил на ногу брюнетке. <I>«Ну и стерва Рей. А я-то считала её своей лучшей подругой, своим самым близким человеком! Не прощу ей такого предательства!»</i>       Руки блондинки дрожали и женщина выронила палочки прямо на пол, после чего Сейя, подозвав официанта, попросил его принести им новые столовые приборы.       Усаги очень хотелось как можно быстрее унести отсюда ноги, но с другой стороны, хотелось ей и навалять подруге за её вероломство, как считала сама Усаги. К огромному недовольству Сейи, вечер по итогу оказался окончательно испорченным, так как их уже заметил Мамору и медленно встав изо стола, направился в сторону Сейи и Усаги.