Деревня Бугагашково 2: Новогодний экшн

Казалось, после приземления Мстителей на русскую землю сибирские леса не утихали. Волком выл песни Тони Старк; как мишка ломал деревья Тор; хитрой лисой Наташа вилась вокруг орла, ну или тетерева, Клинта; зайка Роджерс петлял вокруг деревьев с картой в руках и, кажется, заблудился в трех соснах; Брюс более всего был похож на рысь, но только из-за книжки про кошек. Ассоциации Локса были, скорее всего, взяты из учебника зоологии. А Тор с определенного ракурса похож на лося. За своими размышлениями и записями, Лафейсон не заметил, как отстал от группы шумевших героев. Вокруг стало тихо, и только снег хрустел под ногами Локи. - Тор, а ты похож на Слейпнира! - Локс усмехнулся, показывая карикатуру брата с рогами аки у лосяша, - Тор! Наташа! Вокруг не было никого. А за спиной бога что-то зашуршало в кустах. Медленно Лафейсон обернулся и застыл в оцепенении. Из кустов с шорохом выпрыгнул заяц. И вдруг в чуть не покорившем Землю боге проснулась дикая любовь ко всему живому. Свежий воздух сказывается. - Какой ты хороший! Иди сюда! - достав из рюкзака морковку (за каким фигом он спер её из самолета Старка?), Лафейсон стал приближаться к пушистику. Тот лишь покосил левым глазом и упрыгал дальше в кусты. И тут в других кустах тоже зашуршало. Теша себя надеждой, что здесь проходит Великий заячий путь, Локс подошел поближе к кустам, продолжая держать морковку в руке. Наивный дурачок! Из-за кустов показалась не очень дружелюбная морда бурого мишки, которого разбудил Тор. К такому повороту событий Локс оказался не готов. К тому же его не посвятили в правила поведения с животными. И поэтому, струсивший бог Обмана дал деру. А сонный медведь последовал за божком. Локи бежал, не разбирая дороги и лишь слыша пыхтение позади себя. Орать во все горло гордость не позволяла. А вот размахивать руками можно было. Тормозящим фактором для трикстера в любой момент могла стать ёлочка или сосна. Но тот удачно маневрировал между ними. Впереди был небольшой склон, и Локи прыгнул, в полете подтягивая джинсы. Они были велики ему, как и свитер с оленями. Больно приземлившись на пятую точку, бог обернулся и заметил приближающегося медведя. Совершенно забыв про ушибленный копчик, Локс, натягивая по возможности высоко джинсы, в которых была куча снега, возвращая съехавшую шапку-ушанку на место и не давая рюкзаку улететь в представителя русской фауны, понесся не хуже олимпийского спринтера. Но шапка так и норовила съехать на глаза. Увлекшись поправлянием, Лафейсон не заметил ствол сосны и в следующий момент уже возлежал на снегу, раскинув руки в стороны и сжимая в одной несчастную морковку. Вскоре подошедший медведь обнюхал жертву и с не присущей диким животным аккуратностью забрал морковку. Травмированным божком он побрезговал. А Локи лежал, также как тогда в Башне Старка, и уже проклинал Всеотца за то, что тот не оставил подле себя. Для Лафейсона было позором убегать от медведя, когда ему чуть меньше года назад внимал весь Мидгард. Но опасность-опасностью, а гордость бога Обмана превыше всего. С ненавистью тот смотрел на небо, лежа на снегу. - Хеймдалль, хватит ржать! - Локс потряс кулаком в небо, будто чувствуя улыбку стража. Он был один посреди русского леса, без оружия и знания какого-либо языка, кроме асгардского-повелительного. Но, блин, с полным рюкзаком морковки.