Приключения Талейрана в Италии.

      — Ну и как тебе госпожа Полина? — обратился Талейран к своей подруге, после того как они уже заметно отъехали от города.       — Она создаёт двоякое впечатление: с одной стороны, в газетах её описывают почти что как богиню, было бы невероятно удивительно, если бы я не разочаровалась, встретив её в живую, — промолвила Аделаида.       — А с другой стороны? — поинтересовался Шарль Морис.       — Понимаешь, что всё остальное, что пишут про неё в газетах, чистая правда, — пояснила девушка.       — Да, уж… Признаться, я и сам был впечатлён, наивная молодая госпожа, с которой я познакомился меньше года назад, и которая в течении последних недель писала мне насколько сильно она меня любит, — проговорил мужчина.       — Да, Вы показывали мне эти письма, — усмехнулась Метивье. — С первого взгляда я бы и не сказала, что писавшая их мадмуазель совершеннолетняя.       — Однако, на самом деле, ей уже больше двадцати, — задумчиво промолвил Талейран. — И здесь она словно Королева.       — Королева, не слишком ли… — попыталась поправить его Аделаида.       — Знаю, знаю, термин слишком ассоциирующийся со старым порядком, однако почему-то он подходит ей лучше всего, — пояснил Шарль Морис. — Но тебе, конечно, не стоит так её называть.        — Разумеется, я не буду так её называть, однако, боюсь, газетчики и без моей помощи скоро назовут её так. У них чутьё на меткие прозвища, — подняв руку, заметила девушка.       — Порой я начинаю бояться наших газетчиков больше, чем аристократов, — бросил Талейран.       — Кстати, я уже давно хотела Вас спросить, Вы так долго не отвечали на её приглашения и не хотели покидать Париж. Почему же… — начала было Метивье.       — Почему я так быстро передумал? — перебил её Шарль.       Аделаида кивнула.       — По тому что с настоятельной просьбой ответить на приглашение ко мне обратился один мой влиятельный друг. Оказывается, Полина умудрилась написать что-то обо мне… правительству, — немного смущённо рассказал мужчина.       Девушка расхохоталась: — Вы не шутите? — вопросила она.       — Я абсолютно серьёзен, — немного раздражённо буркнул Талейран. — Да уж угораздило же меня попасть в столь комичную ситуацию. — Он попытался усмехнуться, но вышло натянуто. — Чувствую себя принцем, которого без его согласия использовали для заключения политически выгодного брака, но проблема в том, что я сам подписался под помолвкой.        — Полно, полно. Не волнуйтесь вы так, — принялась успокаивать его Аделаида. — Так или иначе ситуация в Италии решиться, не важно в чью пользу, и после этого, очень вероятно, в правительстве будут даже рады устроить ваше с Полиной громкое расторжение помолвки.        — Ты как всегда права, — согласился Шарль. — Но…        Метивье его перебила: — Думаю, у Габсбургов найдётся госпожа, у которой хватит опыта, чтобы поставить нашу дорогую выскочку на место, — рассудила Метивье. — Как я знаю, многие талантливые дамы плохо уживаются с высокородными особами вроде Эрцгерцогини Каролины, так что, думаю Полине стоит ждать очень неприятных гостей в ближайшее время, — рассудила она.       Шарль грустно вздохнул: — Знаешь, это прозвучит странно, но мне на самом деле нравится госпожа Полина. Она так молода, наивна и совершенно не опытна в отношениях с мужчинами, мне даже немножечко стыдно, что я так вёл себя с ней, не писал, врал… — Талейран откинулся на своём сидении. — Странно, я бросал многих женщин и лишь расставание с двумя, может, тремя из них вызывало у меня подобные чувства. Ах, если бы мы могли остаться просто друзьями.        — Как удивительно слышать нечто подобное от вас, Шарль, — промолвила Аделаида.       — Сам себе удивляюсь, — попытался сострить мужчина. — Вряд ли она поймёт моё отношение к ней. Она хочет лишь настоящей любви.        — Думаю, я поняла бы, если мой парень предложил мне остаться просто его подругой, — заметила Метивье.       — Да, но она другое дело, ты же видела, какие чувства она питает ко мне. Нет, это не просто отношения, это любовь, настоящая. И да, мне очень жаль, что я не могу ответить ей тем же, — признался Талейран.       — Ну, не унывайте, Вас же не даром зовут Хромым Дьяволом, Вы и не из таких ситуаций выпутывались, — припомнила девушка.       — Да, но ещё ни разу мои личные отношения не стояли настолько близко к государственной политике, — заметил Шарль. — Не удивлюсь, если мой друг решил организовать это свидание по наитию нескольких своих коллег из правительства. В конце концов, я понятия не имею, что писала им Полина и честно признаться, это тот редкий секрет, который я совершенно не хочу узнавать, — рассказал он.