По разные стороны баррикад

– Как прошло твое выступление на радио? – спросил Роман у Тони, который уже вошел в квартиру, держа перед собой огромный букет цветов. – Отлично. Мы мило пообщались с фанатами в прямом эфире, а потом я спел одну из своих новых песен. Мне кажется, им понравилось. Один из них даже передал мне этот букет и подарок, – ответил парень и показал коробочку с дорогими и красивыми часами. – Сам понимаешь, вернуть их я не могу, так как не знаю, от кого они. Там была карточка с признанием в любви и подпись "Дон". Я, пожалуй, оставлю часы себе, только проверь, нет ли в них какого сюрприза. Фанаты - народ непредсказуемый и неожиданный. – Дон? – Брось! Это уже не первая карточка и цветы от фаната с таким именем. Знаешь, сколько всяких разных подарков и цветов они мне презентовали? Я никогда не запоминаю их имена, а вот теперь, когда ты спросил, начал волноваться. Уж не думаешь ли ты, что это тот самый Доминик? Он, наверное, считает, что я умер тогда на свалке. Да и зачем я ему? Кроме того, я сильно изменился за последних девять лет, и мы даже если встретимся с ним нос к носу, он не узнает меня. Хотел бы я с ним встретиться один на один, но он неуловим. Его дружки проворачивает свои дела, а ему всегда удается выйти сухим из любой грязи и воды. Прямо призрак прошлого какой-то. Такой же загадочный и неуловимый. – Да, ты сильно изменился, возмужал, черты лица, тело и даже голос стали совсем другими. От тебя прежнего мало что осталось, но осторожность не помешает. Я проверю твои часы у нас в лаборатории, туда могли что-нибудь понатыкать. А пока дай мне их сюда, я отправлю водителя прямо сейчас с ними к нам в отдел. Ну а Доминик, ты прав, призрак. Рано или поздно мы поймаем его, и он ответит за все перед законом. Роман позвонил куда-то, и через пару минут в дверь позвонили, и появился один из агентов. Тот выслушал приказ, забрал коробочку с часами и скрылся за дверью. Тони поставил букет в вазу и оставил его на столе в кухне. Фанаты часто дарили ему цветы и другие подарки, и парень теперь не боялся засветить свое лицо ни перед ними, ни перед прессой. Даже давал несколько сольных концертов в год. Наоборот, его знаменитость и узнаваемость помогали ему в его работе. Он мог проникать на любые закрытые вечеринки и пати и работать под прикрытием. Даже в самых опасных семьях мафиози он был желанным гостем. Его песни и голос были своеобразным пропуском туда, куда Роман и другие агенты проникнуть не могли. – А Ларри? Уроки уже давно закончились, а его все нет, – встревоженно спросил Тони у Романа. За девять лет он всей душой прикипел к этому мальчишке и искренне считал его своим сыном, волновался всегда, когда его не было дома. Он никогда не спрашивал у Романа, кем были биологические родители мальчика. Зачем, ведь они все равно погибли при взрыве? – Он звонил. Его пригласил одноклассник на день рождения, и наш водитель отвез его туда. Ты же знаешь, что он не просто водитель, а самый лучший телохранитель в нашей организации. После праздника он привезет парня домой. Не волнуйся, все будет хорошо. Лучше расскажи, как у тебя продвигаются дела с сыном–омегой конкурента Доминика? – За Ларри я всегда буду волноваться, даже когда он вырастет. При нашей работе семья - это всегда уязвимость. Мне бы не хотелось, чтобы он пострадал из-за меня. – Все будет хорошо. Никто кроме нас с тобой и шефа не знает и даже не предполагает о твоей причастности ко всем нашим делам. Ты чист как перед любой мафиозной организацией, так и перед органами по борьбе с организованной преступностью. Расслабься. Так что там с Тимуром? – спросил Роман. – Все на мази. Похоже, тот влюбился в меня и ждет, когда я сделаю ему предложение. Не зря же я два месяца подряд пытался влюбить Тимку в себя. Ты сказал, что это очень важно, и я старался, как мог, чтобы выполнить распоряжение шефа. Вчера я познакомился со своим будущим родственником, то есть отцом–альфой в казино, куда он нас с сыном и пригласил. Мне кажется, я ему понравился, хотя он и недоволен, что его сын хочет связать свою судьбу с шутом, который развлекает публику своими песенками. Сам-то он такой весь из себя крутой–главный, без фиги не подойдешь, а я всего лишь звезда местного пошива. Только ради любимого сыночка омеги готов смириться с его выбором. Ага! На днях у них состоится вечеринка по поводу дня рождения его старшего сына–альфы, где будет весь мафиозный свет и сливки общества, там он и хочет объявить о нашей с Тимуром помолвке. Мне же на празднике отводится роль не только жениха Тимура, я еще должен буду развлекать этих разжиревших свиней частным концертом. Место и время вам передам позже, а остальное и план вторжения я оставляю нашей группе захвата и тебе в частности. Еще мне удалось узнать, что и наш старый знакомый Доминик с кузеном тоже туда приглашены, только приедет он или нет, пока не известно. Они пока не подтвердили свое присутствие на празднике. Постарайтесь меня не засветить, пусть я тоже буду жертвой вашего нападения, а не наводчиком. Иначе в моем лице вы потеряете самого верного и преданного шпиона. Я свои роли за четыре года выучил наизусть: не впервой приходится работать в таких условиях, и ни разу вас не подвел. Всегда соблюдал все инструкции и не делал ошибок. Я уже морально подготовился к вечеринке, собрался и буду там играть роль самого крутого и обаятельного альфы, как и запланировано. От постоянного приема таблеток я уже сам себя считаю альфой. Они меняют меня не только внешне, но и внутренне. Некий такой невиданный до сих пор образец Гаммы. Находка для ученых и лабораторных крыс. Альфа, способный выносить и родить ребенка. Ученые давно пытаются вывести такой универсальный вид человека, только не знают, что гамма уже существует - это я. Временами я начинаю чувствовать запахи течных омег, да и не течных тоже. Это появляется спонтанно, и я не могу это контролировать, а самое главное, теперь я могу быть как снизу, так и сверху. Смешно? Мне иногда становится страшно, когда мой взгляд привлекает какой-нибудь симпатичный омега, а его запах сводит меня с ума. Я урод, а мой папочка–альфа был бы счастлив… Вот интересно, Джони мог предположить, что мой организм в будущем так начнет реагировать на эти таблетки? Что вся моя иммунная система даст сбой, и мой организм станет перестраиваться под них. – Мне кажется, Джони был бы рад, что у него, наконец, есть необычный сын-альфа или гамма, как ты это называешь. И если бы узнал, что процесс необратим, то силой заставил бы тебя их пить, чтобы получить то, о чем он мечтал все шестнадцать лет, – ответил Роман. – Да уж. Ну, теперь поздно отказываться от таблеток, все равно ничего уже не изменить, об этом нужно было думать в детстве. Хотя, как сказал мой врач, они мне уже не нужны, и я могу их вообще не пить. Организм закончил перестройку, и я приобрел стойкий запах альфы и, как бонус, сильное и красивое тело. Но я их пью так, на всякий случай, мало ли что может произойти. Хуже, чем есть, как говорит врач, уже не будет. – Только когда ты возбуждаешься, у тебя запах начинает меняться, и ты пахнешь совсем по-другому. Трудно описать словами твой тонкий и необычный аромат. Сначала кажется, что ты бета, но перед самым пиком запах меняется на омежий. Он сводит с ума и заставляет отключить мозги, а дальше ты лишь безвольная кукла, которая хочет доставить тебе наслаждение, причем много и долго, пока есть силы. – Ром, то, что мы иногда занимаемся сексом, не дает тебе право смущать меня и говорить об этом вслух. Я понимаю, что использую тебя тогда, когда мне это нужно, но ты принял мои условия еще четыре года тому назад и согласился с ними. Мы просто друзья, прости. Ты же знаешь, что в такие игры, именуемые любовью, я больше не играю. Это просто секс и удовольствие, и то, если бы эти дурацкие таблетки еще отменили мою течку, я стал бы самым счастливым необычным альфой на земле. Сам понимаешь, случайные связи и партнеры не приведут ни к чему хорошему, а противостоять своей природе одному довольно таки сложно. Кроме того, это раскрыло бы все мои тайны и выволокло все мои скелеты из шкафа, а я, пока не посадил Доминика в тюрьму, этого себе позволить не могу. – Я помню и стараюсь всегда соблюдать наш с тобой уговор. Просто про твое перевоплощение к слову пришлось. Помни об этом и будь осторожен, – ответил Роман, а сам подумал: «Тебе необязательно знать, что я тебя люблю. Так легче, так проще и тебе, и мне. Разве я мог подумать девять лет назад, когда обещал Рафаэлю заботиться о тебе, что влюблюсь в тебя, как мальчишка? Я дорожу нашей с тобой дружбой, несмотря на разницу в возрасте в десять лет. Ты никогда не узнаешь о моих чувствах к тебе, чтобы я сохранил то, что я имею – тебя». – Позвони, пожалуйста, водителю и попроси привести Ларри домой. Что-то неспокойно у меня на душе. Я очень волнуюсь. Ты меня еще с этим фанатом Доном напугал. Пусть едет домой. Не успел Роман набрать номер водителя, как в дверь позвонили. Рома открыл дверь, и оба хозяина квартиры увидели Ларри с огромным букетом цветов. Это было очень странно. Почти двенадцатилетний синеглазый брюнет вырос и стал красивым мальчишкой. Учился на отлично и был гордостью и Романа, и Тони. Мужчины синхронно облегченно вздохнули и почти одновременно спросили: – Откуда цветочки? – Па, дядя, мне их курьер еще на празднике у одноклассника доставил. Устно передал, что это для моего папы, там карточка есть, – ответил Ларри. Тони взял букет и вынул карточку, прочел: «Любимый, мы все равно будем вместе. Дон». Карточка выпала из дрожащих рук парня, и он увидел, как сын испуганно посмотрел на него. Взял себя в руки и успокоил мальчика. – Ларри, все хорошо. Спасибо за прекрасный букет. Я буду считать, что именно ты его мне подарил, спасибо, сынок. Мой руки, сейчас Рома накормит тебя ужином. – Па, я не хочу, спасибо, я же с праздника приехал. Там все было очень вкусно, особенно торт. Я пойду к себе, буду делать уроки, завтра же в школу, а я потратил целый день и весь вечер на праздник. – Иди, малыш, – ответил Тони, а сам внимательно посмотрел на сына, и в этот момент его внешность показалась ему до боли знакомой. «Где я мог видеть кого-то похожего на тебя? Может, я был знаком с твоими умершими родителями?» – подумал он. Когда мальчик ушел в свою комнату, Роман поднял карточку и прочитал ее содержимое. Ему было интересно знать, что так напугало Тони. Прочитав, сам побледнел и тихо сказал: – Теперь твой поклонник знает, что у тебя есть сын – это плохо. Вот почему это так тебя напугало. Дон? Кто же ты, Дон? Что он знает еще про нас? Твоя личная жизнь, семья, друзья всегда для всех были покрыты туманом и тайной, а тут кто-то очень проворный попался и узнал, что у тебя есть Ларри. Может, тебе не стоит идти на день рождения брата Тимура? Давай, я поговорю с шефом, и мы отменим операцию по зачистке верхушки преступных группировок?! – Ром, мы ничего отменять не будем, я не могу подвести вас всех. Мы так долго и тщательно планировали эту облаву, и все перечеркнуть из-за нелепых догадок, нет. Мы ведь точно не знаем, наш ли это Доминик пишет мне любовные карточки или просто влюбленный омега или бета с таким же именем?! Просто будем еще осторожнее. Кто бы это ни был, он рано или поздно объявится лично, вот тогда и будем думать, что делать дальше. Помолвка состоится, точка! – сказал Тони. – Я должен доказать вам, тебе, себе и моим отцам, что я тоже чего-то стою!

***

Тони пел и развлекал публику, и вечеринка была в самом разгаре. Весь местный бомонд и мафиозная верхушка развлекались. Кто танцевал, кто, разбившись на кучки, что-то обсуждал, кто-то тихо стоял в сторонке и жался к стенке. Это были именно молодые и юные омеги, впервые вышедшие на светскую тусу, терялись и не знали пока, как тут развлекаться. Кузен–омега Тимура поднес Тони букет и тихо пошептал, когда песня парня закончился, и он кланялся пьяной толпе, а та довольно ему аплодировала: – Это Вам от мужчины, пожелавшего остаться для Вас неизвестным. Спасибо Вам за Ваши песни. Я завидую Тимуру, что Вы выбрали его, а не меня. Опять букет и карточка, но на сей раз Дон решил «порадовать парня» откровенностью и сюрпризом. « Я узнал все твои тайны, любимый. Дон». Тони побледнел и внимательно посмотрел на зал, но тот, кто передал букет с карточкой, по-прежнему хотел оставаться неизвестным. Пришлось парню брать себя в руки и продолжать концерт. А что оставалось делать? Взять микрофон и вслух спросить: – Кто ты, мой таинственный поклонник? Покажись! Он поймал влюбленный взгляд Тимура и запел следующую песню для него. «Ну, хоть какая-то поддержка», – подумал Тони и немного успокоился. Ему нравился этот омега, и если бы не задание, и тот бы не был сыном криминального авторитета, то обязательно подружился с ним. А дальше все было как всегда: все блестело, все блистали роскошью и богатством, только внезапно раздался взрыв, и стало тихо-тихо. Потом со стороны холла донеслась стрельба, и началась паника. Кто искал куда спрятаться, сбежать. Крики, визг и суматоха. Затем к этому хаосу добавилась кровь, и уже казалось, она была везде. В танцевальный зал ворвались люди в черных масках. Короткие автоматные очереди остановили музыку, и песня Тони оборвалась… Сейчас со сцены все это выглядело ужасно. Парень поискал глазами Тимура, еще чуть-чуть и его затопчут, сметут, раздавят. И, похоже, он уже ранен, а может, это не его кровь на лице, а брызги других людей, которые хотели уйти от правосудия и отстреливались. Кому это удавалось, а кто-то уже никогда не сможет поднять оружие и вообще ничего не сможет, потому что его жизнь оборвалась, и он сейчас мертвый лежит на полу, а по нему топчутся живые, отчаянно пытающиеся отстоять свою свободу и прежнюю сладкую жизнь. В этой толпе Тони показалось, что он увидел тень прошлого. Она посмотрела на него осуждающим взглядом и растворилась в этой живой и кричащей массе из людских тел. «Мне показалось! Черт! Это не Дон! Померещилось! Его и его кузена не было с самого начала праздника, не было тогда, когда счастливый отец объявлял о нашей с Тимуром помолвке. Откуда он мог появиться? И появиться как всегда неожиданно и так же неожиданно раствориться в толпе. В этом была вся сущность Доминика. Быстро, тихо, ударом в спину нагадить и удрать. Подло и мерзко поступать – в этом он весь. Как я мог его любить? Я был слепцом, глупым, наивным подростком. Теперь я такого не допущу! Будь он трижды моей истинной парой, мы никогда не будем вместе! Как же мне хочется его придушить собственными руками, отомстить за смерть моей семьи и меня самого. Хотел меня сломать? Унизить? Смотри, что бы не сломался сам, Дон. Слишком тяжела твоя ноша, прогнешься. Твое место в тюрьме, и если у меня не получится тебя пристрелить, то я уж позабочусь, чтобы ты гнил в тюрьме до конца дней своих. Мы с тобой еще встретимся, обязательно встретимся, и я буду готов к этой встрече, а будешь ли готов ты? Гнать тебя из моих мыслей, из моей жизни, из моего будущего. Нужно жить настоящим. А в настоящем у нас идет перестрелка, и я, как идиот, стою на сцене и таращусь на то, что происходит в зале. Надо помочь Тимуру и вывести его из этого хаоса. Благо, расположение его дома знаю как свои пять пальцев, недаром два месяца заигрывал с ним и изучал обстановку и нахождение комнат и подземных ходов. Пригибаюсь, чтобы случайная пуля не задела, и вытаскиваю оттуда моего нареченного омегу, тяну его к потайному ходу прочь от этого всего. Мальчишка ни в чем не виноват, он скорее жертва, как и я, семейных обстоятельств. И если бы меня не нашел и не подобрал Роман, я скорее всего плохо бы кончил свою короткую жизнь. У парнишки шок, он упирается и что-то шепчет. Пытаюсь разобраться…» – Там мой котенок, я без него не уйду. Он мой единственный друг, я его не брошу! – шепчет он. – Тим, маленький мой, пожалуйста, выслушай меня. Мы не можем забрать сейчас твоего друга, нас обоих убьют, нам бежать надо, быстро, – шепчет ему на ухо Тони. «Смотрю на Тимура, вижу, что он меня не слышит, хватаю, взваливаю его на плечо и, пригибаясь, маневрируя между живой кричащей и визжащей массой, выхожу в боковую дверь. Никого. Донес до камина в гостиной, нажимаю рычаг, открывается потайная дверь, слышу приближающие шаги, еще чуть-чуть и нас поймают. Успеваем, дверь со скрипом закрывается, и я перевожу дыхание. Чуть не влипли в историю. Мне сейчас меньше всего хочется с кем-то говорить, объяснятся пусть со своими или с чужими. А Тимуру это тоже не нужно. У него на глазах застрелили старшего брата-альфу, тот отстреливался и получил шальную пулю. Отдохнув, продолжаю путь, все так же неся своего жениха на плече. Он и не сопротивляется, лишь что-то бормочет и пыхтит. Хорошо, что и на улице, куда ведет потайной подземный ход из их особняка, никого нет, можно вздохнуть свободнее. Дохожу до дороги, ловлю такси и везу Тимку к младшему брату Романа. Удача, похоже, сегодня на моей стороне, и Альфред дома. Он удивленно смотрит на меня, стараясь вспомнить, кто я такой и откуда? Вроде вспомнил друга своего брата и знаменитого певца. Впустил нас в квартиру и попросил автограф. У Альфреда своя двухкомнатная квартира, он не агент, как его брат, а бизнесмен. Ему двадцать семь лет, голубоглазый брюнет, симпатичный. Владеет небольшим, но стабильным рекламным бизнесом. Был женат, в разводе. Двое детей-близнецов девяти лет, те живут после развода с омегой. Он им всячески помогает и на выходные берет к себе. Мальчишки замечательные, послушные. Видел их пару раз, мне они очень понравились. Звоню Роману. Тот трубку не берет, наверное, операция по зачистке мафиозной верхушки страны еще не закончилась, жаль. Придется ночевать у Альфреда. Оставил ему сообщение на голосовой почте, где меня искать, еще и смску послал, чтобы уж наверняка дошло, а то мой альфа волноваться будет, и стал Тимура спать укладывать. Сначала, правда, чаем напоил, а уж потом спать уложил. После сегодняшнего шока парнишка отключился быстро, устал и заснул. Эта ночь отняла у него все, как у меня когда-то девять лет назад. Сможет ли он приспособиться к новой жизни и не сломаться - теперь зависит только от него. А ему ведь недавно всего шестнадцать лет исполнилось. Прошлое внезапно вернулось и сравнило наши судьбы. У меня тогда была цель и смысл в жизни: найти и отомстить Доминику, а найдет ли свой смысл в новой жизни Тимур, мне неизвестно. В любом случае, я его не брошу одного, хотя бы первое время, но и домой к себе привести тоже не могу. Открывать свои тайны другим не входит в мои планы. Потом вместе с Романом что-нибудь придумаем». Роман объявился под утро. Тони сам заснул лишь под утро, и казалось, проспал всего несколько мгновений, как его аккуратно, чтобы не напугать, разбудил единственный в этом мире друг. – Малыш, с тобой все в порядке? Ты не ранен? Прости, раньше приехать не получилось, – сказал он, когда они тихо, чтобы никого не разбудить, перебрались на кухню хозяина квартиры. – Со мной все в порядке. А вот Тимур… досталось ему. У него такая же судьба, как у меня. Сегодня ночью он потерял все, что имел, и всех, кто ему был дорог. Что мне теперь с ним делать? Вряд ли у него есть какие-то родственники, не связанные с преступными группировками. И к нам домой мы не можем его взять. Все так запуталось, переплелось. – Он может пожить пока у Альфреда, он будет рад помочь бедному мальчику. Я же по нашим каналам пробью всю его родню и недвижимость. Должно же быть хоть что-то, что записано на его имя. Если нет, то обязательно что-нибудь придумаем и поможем Тимуру. Этот мальчишка не виноват в грехах своих родителей и должен жить дальше уже своей собственной жизнью, – ответил Роман. – И еще… ты был прав: Доминик и его кузен были на празднике. Дон как всегда таинственно исчез, испарился, когда стало жарко, а вот его кузена мы взяли живым, но раненым. Так что появился шанс тряхануть его, как следует, и выйти на Доминика, если он заговорит. – А если не заговорит? – поинтересовался Тони. – Заговорит, мы и не таких обламывали. В любом случае, хорошая работа, Тони. Без твоей помощи вряд ли у нас все так быстро и просто получилось. Жаль, что Доминику опять удалось уйти! – Жаль. Мне показалось, что я видел его на празднике среди всех этих расфуфыренных и зажравшихся людей. Он ничуть не изменился за все девять лет, не постарел, даже стал еще красивее… Он так осуждающе посмотрел на меня и скрылся. Как ты думаешь, ему не понравилась моя помолвка с Тимуром или то, что я стал знаменит? Узнал ли он меня? Мне почему-то кажется, что узнал… – Ты все еще любишь его? – Нет! Не знаю. Я уже давно ни в чем не уверен. Я хотел быть сильным, хотел ненавидеть, отомстить, а встретив его девять лет спустя, растерялся, испугался. Нет, не его, а того, что произошло внутри меня, когда он так странно смотрел вчера ночью. Там словно что-то взорвалось, перевернулось, и вот теперь я уже ничего не знаю, ни в чем не уверен, прости. Плохой из меня получился агент, я подвел тебя и шефа. – Тони, все хорошо. Ты справишься. Если не сможешь, то я точно смогу и отомщу за смерть Рафаэля, – ответил Роман, обнял парня и стал, как маленького, гладить по его русой голове, утешая. – Я всегда помогу тебе. Всегда буду рядом, всегда…