Молчи

      Они ехали вниз по улице от торгового центра и фасады зданий, напоминавшие огромные могильные плиты, постепенно сменились частными домами, окруженными покосившимися заборами. Ее всегда удивляло то, насколько легко город сочетал в себе натуральную деревню и некое подобие мегаполиса, этой разницы словно совсем не существовало. Девушка чуть наклонилась вперед и посмотрела в окно. Ночь обещала быть неспокойной. Праздник, как-никак…       Тая мечтала уехать отсюда уже очень давно. Пустой город за много лет, что она наблюдала за ним, так и не изменился. Не было в нем ничего цепляющего, и ничего здесь не держало. Семья не была в восторге от того, что девушка закончила медицинский колледж и теперь работала на скорой помощи, и сильно от нее отдалилась, друзей и парня не было — как-то все не срасталось, то времени не хватало, то людей, с которыми смогла бы наладить хоть какой-то контакт, не было. Ничто и никто не могло остановить ее, и Таисия трепетно ждала момента, когда наконец накопит достаточно денег для переезда.       Ее жизнь была похожа на день сурка. Чтобы поскорее заработать нужную сумму, девушка работала столько, сколько выдерживал ее организм, то есть чуть ли не сутками без выходных. Тая давно сбила режим, чем сильно подорвала здоровье, но со временем просто приспособилась к тому, чтобы спать днем и бодрствовать ночью, пропуская мимо ушей многочисленные рекомендации о смене рабочего графика. Когда ей говорили о том, что в идеале надо найти менее нервную и проблемную работу, она одаривала собеседника таким взглядом, что тот больше никогда не общался с ней по поводу работы.       Она писала стихи в перерывах между вызовами и во время поездок до нужных адресов, стараясь из последних сил найти во всем происходящем хоть какую-нибудь романтику, ведь именно это так влекло ее, еще тогда девочку-подростка в розовых очках-сердечках, широкой кофте и джинсах с подворотами. Она мечтала спасать людей, рассекая по городу на карете скорой помощи, быть нужной обществу, представляла себя скорее какой-то супер-героиней, чем просто рядовой мед.сестрой.       Конечно, на деле все куда менее прозаично. Банальный недосып и периодическая задержка зарплаты, в которой еще и можно было недосчитаться своих кровнозароботанных, и зачастую полное отсуствие хоть какой-то мало-мальской благодарности, да что там, порой от пациентов и элементарной вежливости дождаться было сложно: все это навалилось в первые же месяцы работы, в очередной раз напомнив, что жизнь — не сериал по телику.       Машина затормозила. Девушка вынырнула из автомобиля и тяжело вздохнула.       Тридцать второй дом по Комсомольской славился своими сырыми подъездами, необитаемыми верхними двумя этажами и чаще всего неработающим лифтом. В этой части улицы он стоял один такой, в десять этажей, возвышался над маленькими серыми трехэтажками и частными игрушечными домиками в цветном сайдинге, и стал одним из тех городских объектов, которые все обходят за километр. Только жильцы, местами вполне адекватные и приличные, а местами не очень, люди, посмеивались над всей сложившейся ситуацией.       Около подъезда была припаркована полицейская машина. Полночь еще не пробила, а кто-то уже очень хорошо отпраздновал.       Звонить в домофон не пришлось, и дверь бригаде открыл молодой парень в форме полицейского, явно уже давно их ожидавший. Тая изучила взглядом молодого человека, про себя отметив, что раньше его здесь не видела. Криминал редкостью не был в этой части города, поэтому практически всех местных полицейских девушка знала в лицо. Новенький значит…       Все трое вошли в лифт. Полицейский ткнул кнопку с уже стертой цифрой «8» и кабина тронулась. — И почему в новогоднюю ночь дежурит такая красавица? Разве у таких нет кучи друзей, из-за которых вы слезно упрашиваете кого-нибудь вас подменить, чтобы отпраздновать с ними? — парень улыбнулся Таисии, но та в ответ бросила лишь максимально недоуменный взгляд, от чего он смутился. — Не рекомендую вам общаться с данной особой, она одичалая и вообще постарше любит, — врач Олег тут же получил локтем в ребра, от чего вжался в угол лифта. — Я же шучу, господи, Тая, чо с тобой сегодня сделалось-то?.. — Дежурство в Новогоднюю ночь со мной сделалось. Ты же понял уже, к кому мы поднимаемся в квартиру. А тут еще этот, — девушка обернулась и снова глянула на полицейского, стоявшего позади них, и тяжело вздохнула. — То, что он ее прибил, было лишь вопросом времени… — А вы уже знаете?.. — Да не трудно догадаться, — фыркнул врач. — Если вы здесь, значит проблемы, а на восьмом этаже одно проблемное семейство, значит у нас, вероятно, убийство, два и два сложить, так сказать… А ты новичок, да? Поди сын Михаила Сергеевича? — Ну, вообще, когда мы приехали, она еще живая была… Они меня выпроводили из квартиры вас ждать, мне… — парень отвел глаза, словно ему вдруг стало ужасно стыдно за что-то. -…дурно стало. Я первый раз с подобным делом сталкиваюсь…       Таисия относила себя к скептикам и старалась не думать о том, что определенная доля мистицизма в этом доме присутствовала, как бы того всем не хотелось. Череда пожаров в квартирах на девятом этаже, приведшая к тому, что все живущие были вынуждены просто сбежать оттуда, а этаж официально опечатан, как и опустевший еще в лихие 90-е десятый, едва ли имела простое логичное объяснение.       Если зацикливаться на этой мысли, то, конечно, каждый шорох сверху будет казаться шагами, а завывания ветра в старых окнах человеческой речью.       Они вышли из лифта и направились к двери, которую Тая за три года работы на скорой видела уже добрый десяток раз, не меньше.       Дверь открыла девушка. Они уже были знакомы: каждый раз, когда отсюда поступал вызов, именно эта особа была той, кто сделал звонок. Она жила в соседней квартире и приходилась родственницей этой многострадальной молодой семьи. Ее большие карие глаза растерянно смотрели куда-то сквозь медицинских работников, она словно была совсем в другом месте и не понимала, что происходит. — Здравствуйте. Проходите, — двигаясь как-то механически, девушка отошла в сторону, пропуская их в квартиру, однако, зашли только Олег и Тая.       Таисия повернулась к полицейскому и изогнула в вопросе бровь. Тот, поколебавшись еще несколько мгновений, все же вошел в прихожую.       Они прошли в гостиную. Первое, что бросилось в глаза — накрытый стол и наряженная елка, стоявшие прямо напротив дверного проема. Уже потом был замечен не менее растерянный, чем встретившая их девушка, мужчина, сидевший на диване и глядящий совершенно пустым, неосмысленным взглядом в пол, двое полицейских, склонившихся над телом и нож, очевидно, являвшийся орудием убийства, но почему-то еще не упакованный.       На стенах висели фотографии. На них двое совершенно счастливых молодых людей. Невеста на свадебном снимке так и сияет. Наверное, стоя в белоснежном платье рядом с возлюбленным под раскидистым деревом в парке, пока фотограф выбирал хороший ракурс, она даже не предполагала, чем это все в итоге обернется. И не уходила, не обращалась в полицию, даже никогда сама не вызывала скорую, только могла попросить соседку посидеть с дочерью, и изредка сама оставалась ночевать у нее после очередного скандала, закончившегося побоями. — А девочка где?.. — Тая обратилась к девушке, что продолжала пялить куда-то в одну точку, оперевшись на дверной косяк. — Дочка их. — У бабушки на праздники осталась, — безучастно отвечала ей та. — Как же она теперь… — она ушла на кухню. — Тебе плохо? — Таисия обратила внимания, что молодой полицейский весь побледнел. — Может выйдешь? — Да нет, я… все в норме, — тяжело сглотнув, парень глубоко вздохнул. — Ты к этому привыкнешь. Какой Новый Год, такие и новогодние истории… — девушка тяжело вздохнула. — Я же говорила, это был только вопрос времени…       В жизни все намного менее прозаично.