Прости меня, Вики Уокер.

Я шумно втянул воздух, чувствуя, как сознание постепенно возвращается ко мне. На смену осязанию пришел слух, а после мне удалось открыть глаза, и… Если честно, я не был готов к увиденному. Дерево, к которому я был прикован, горело. Но этот огонь не убивал меня, не ранил, не создавал какой-либо дискомфорт. Казалось, что лишь молнии, ударяющие по кроне, могли доставить вред ангелам и демонам. — Что… — Лишь успел прошептать я, пока глаза, увидели ту, что спасла меня. Ту что высвободила меня из клетки, дала выбраться на волю, ощутить ветер под каждым перышком. Я увидел Вики, что, перебирая ногами, будто бы против воли приближалась сюда. И до меня наконец-то дошло. Эти видения, про которые она говорила, начали сбываться. Подобно Уокер, Люцифер, так же, шаркающими шагами переступил на этот, чертов, летающий остров. Они не могли противиться Судьбе. — Наконец-то… — Прошептал знакомый голос, и на свет вышел Ангел Фенцио. Раньше мне не удавалось с ним контактировать, да и не переговаривать с ним тет-а-тет тоже, но почему-то шестеренки в голове подсказывали, что я его знаю. Разборки и обьяснения наконец-то дали осознание сложившейся ситуации. Вики была лишь маленькой мишенью в плане Фенцио, как и Люцифер, как он сам. Таинственная пелена начинала спадать, а осознание того, что он, школьный учитель, на которого меньше всего подозревали, разжигал огонь между бессмертными, подрывая Равновесие, заставила ужаснуться всех присутствующих на острове. И тут я внезапно почувствовал эмоции Уокер. Опустив голову, я сосредоточился на новых ощущениях, и почувствовал всю ту боль, которую испытывала сейчас она. Предательство, разочарование, как в Фенцио, так и в самой себе, смешались вместе со страхом и осознанием того, что она фактически была его чуть ли не сообщником. Ведь это она меня освободила и отдала в руки кровожадному антагонисту, жаждущему лишь мести, лишь отмщения. Судорожное дыхание срывается с моих уст, а я пытаюсь вытянуть руку настолько, насколько мне удавалось, учитывая то, что при каждом моем движении по телу пробегали болевые ощущения. Я коснулся ее пальцев. Мне так повезло, что она была рядом, настолько рядом, что я сумел дотянуться до нее. Она вздрогнула, краем глаза посмотрев в мою сторону, сквозь пелену слез, что застилали глаза. Запах горящего дерева проникал в лёгкие и уничтожил бы их, если бы смог. — Дело за малым, Уокер. И да, спасибо за помощь, думаю, твоя мама оценит поддержку, которую ты мне оказала. — Фенцио хищно оскалился, будто бы всю жизнь ждал этого момента, репетировал речь и теперь чувствовал себя Богом. Во мне внезапно пробудилась такая ненависть, которую я никогда ещё не испытывал. Мне хотелось сорвать эти кандалы и разорвать его лицо за то, что он посмел сделать, за то, что он пролил кровь тех, кто мог быть жить и жить, за то что за ним тянулся такой кровавый след, что становилось дурно. Бурые капли с запястья Вики упали в Кубок, а за нею последовал и Люцифер, что так отчаянно пытался сопротивляться. У меня было слишком мало времени. Пальцами я заскользил по ладони девушки, отчего она вначале дернулась, а потом обмякла, чувствуя тупую боль, что разнеслась по всему телу, не оставляя ни миллиметра. Пять. Я обхватил ее ладонь, сжав ее настолько сильно, что с ее уст сорвалось лёгкое мычание. Перестарался. Четыре. Пальцы беспорядочно щупали запяться и фаланги, вызывая мурашки по коже. Я почувствовал то, как сильно участилось мое дыхание, и как сильно мне захотелось ее обнять. В первый раз в жизни, и, возможно, последний. Три. Она ответила на мои знаки, так же обхватив мою ладонь, и переплетая наши пальцы так, что они сцепились в замок. До дрожи приятно, если честно. Два. Я наклонил голову в ее сторону. Ее лицо было всего в паре сантиметров от меня, но я чувствовал эту границу между нами, будто она представляла из себя невидимую стену, высотой в десять тысяч метров. В такую высоту, которую я никогда не смогу преодолеть. Один. Я улыбнулся. Да-да, я знал, что я могу погибнуть, я знал, что, возможно, в последний раз вдыхаю воздух полной грудью, в последний раз чувствую прикосновение руки Непризнанной и в последний раз могу ощущать все те эмоции, что ощущала сейчас Уокер. Ноль. — Прости меня, Бонт. — Чувствуя, как ее душат слезы, прошептала Вики, сдерживая рыдания в своей груди. Я тяжко вздохнул. — Не вини себя, прошу. Первая капля крови упала на мою голову, потерявшись в копне волос. Я испытал животный страх, ужас от осознания того, что сейчас будет. — Прости меня, Вики… — Это было последнее, что я успел сказать, прежде чем вся кровь, которая наполнила Кубок, не обрушилась мне на голову. Безумная тупая боль словно стала разрывать мое тело на мелкие кусочки. Я настолько обезумел в этот момент, что даже моя тюрьма у этого дерева казалась всего лишь игрушкой. Я рухнул на колени, чувствуя то, как Мальбонте соединяется со мной. Я знал, всегда знал, что я его часть, но я всю свою жизнь на небесах надеялся на то, что никогда не испытаю слияние с таким существом. Я чувствовал, как чернота полностью заполняет мою душу, разрывая сердце, кишки, печень, желудок. Я закричал. Не слыша собственного крика, я согнулся пополам ещё сильнее, насколько это было возможно. Дыхание сперло, и я понял, что теряю связь с общим миром. Каким бы сильным, каким бы чистым ангелом я не был, я не мог противостоять Мальбонте. — Хах… — срывается с моих уст, но это уже не я говорил, не я дышал, не я смеялся. Я был заточен теперь здесь, уже в третий раз меняя свою клетку. Я проиграл. В первый и последний раз я проиграл, сдал позиции и оказался слабым. Если бы Вики только знала, как сильно я бы хотел ощутить ее поддержку, как сильно мне бы хотелось понять, что именно она сможет вытащить меня из заточения. Но она молчала, все так же не сдерживая слезы. Прости меня, Вики Уокер. Мы проиграли