Пойдём со мной

Три дня, проведённые в Рассказовке, пролетели так быстро, что они даже не успели осознать. Остаться на подольше им, конечно, очень хотелось, но Полин материнский инстинкт не позволил ей разлучаться с ребёнком так надолго. За эти три дня они, кажется, успели обсудить всё, что можно, и наговориться на целую жизнь вперёд. Или как минимум на целые пять лет. Между ними больше не было ни секретов, ни недосказанности, во что, наверно, верилось с трудом, потому как у всех были свои скелеты в шкафу, но им хотелось думать иначе. По возвращении в Москву дел у обоих накопилось предостаточно, отчего времени и возможности встретиться первые два дня не находилось совсем. А дальше судьба начала подкидывать свои поводы для встреч, от которых становилось немножко не по себе. Диму, например, по приезду ждал грандиозный скандал от Алёны, которая совершенно случайно узнала, что со следующей недели меняет место работы. И в тот момент, когда она об этом узнала, он явно был не подготовлен, не успев запастись парочкой аргументов и объяснениями о том, что же всё это значит. Сказать ей об этом сам он просто-напросто не успел: тур резко отменился, а Поля резко согласилась поехать с ним в Рассказовку. И Алёны в списке этих решающих пунктов, к огромному сожалению, не оказалось. В целом её эмоции были понятны и объяснимы, и злиться на него она имела полное право, но Диму это уже совсем не волновало. Куда больше его взволновал звонок Пелагеи в четверг утром, когда та дребезжащим голосом попросила его срочно приехать на их съёмную квартиру, ничего при этом не объяснив. В тот момент он едва не потерял сознание вместе с даром речи, не зная, что и думать, а его водитель заметно поседел, когда тот попросил ехать максимально быстро. Голос очень точно передал её эмоциональное состояние, если не считать того, что на ней не было лица. В тот момент, когда она ему позвонила, сил хватило лишь на то, чтобы кое-как сесть в такси и самой добраться до нужного адреса. Её трясло так, словно хорошенько долбануло током, а внутри всё переворачивалось с каждой новой секундой. Как так вышло, что он приехал первым, оставалось загадкой и сердечным приступом у его водителя. Когда ключ в замке, наконец, повернулся, и Поля показалась на пороге, он готов был её придушить, убедившись, что она цела и относительно здорова. - Поль, у меня щас сердце остановится, - сказал он, испуганно глядя на неё в ожидании уже хоть каких-нибудь слов. Спешно, насколько это было возможно сделать трясущимися руками, выудив из своей сумки тест на беременность, она молча протянула ему его. - Это что? - не понял Дима, прокрутив в руках пластиковую полоску, - Тест? - Это пиздец, - только и смогла выдать она, громко всхлипнув, после чего её затрясло ещё сильнее, а истерика началась сама собой. - Тихо-тихо-тихо, - проговорил он, усадив её на кровать и стараясь сохранять спокойствие, потому что кому-то из них двоих явно нужно было контролировать ситуацию, - Подожди, успокойся... Объясни всё нормально... - Два положительных, один отрицательный, - шмыгнув носом, ответила блондинка, сама очень пытаясь перестать плакать, но будучи абсолютно бессильна в этой борьбе с эмоциями, - Я вообще от балды их сделала... Ну, просто, знаешь, чтобы перестраховаться... Просто меня тошнит который день и задержка... и я... я не знаю, что делать. - Для начала перестать реветь, - быстро наливая в стакан воды, сказал он и протянул ей. - Надо сдать кровь, - сделав пару глотков, начала рассуждать она. - Давай по порядку, - тоже начал размышлять мужчина, обнимая её за плечи, - Мы всегда предохранялись... - Всегда, - согласно кивнула Поля, неожиданно снова начав плакать, - Кроме Катиного дня рождения... - Блять... - едва слышно прокомментировал он, медленно выдохнув, - Погоди, а таблетки ты какие-нибудь пьёшь? - Если ты про противозачаточные, то нет, - тихо отозвалась она, допив всю воду из стакана, - С тех пор, как мы разошлись с Телегиным, в этом не было необходимости. - Ладно, всё, успокойся, - быстро проморгавшись и заставив себя взбодриться, проговорил Билан, - От нас уже ничего не зависит, правильно? Мы сейчас можем просто поехать и сдать кровь, а дальше уже думать. - Ты поедешь со мной? - уточнила Пелагея, впервые за несколько минут посмотрев ему в глаза. - Конечно, - кивнул он, ни секунды не раздумывая, - Я так испугался, когда ты позвонила, Поля... Никогда так больше не делай. - В следующий раз обязательно отправлю почтового голубя, - всхлипнула она, невольно усмехнувшись. Всю дорогу до клиники он держал её за руку, периодически отпаивая водой и не давая ей возможности снова начать плакать. Водитель, успевший поучаствовать в гонках Формулы-1 прошедшим утром, не задавал вопросов касаемо того, почему у них такие мрачные лица, следуя по указанному в навигаторе пути. Поля же, в свою очередь, молча смотрела в окно, стараясь отгонять дурные мысли прочь и совсем не жалея о том, что первым делом позвонила ему. С первой беременностью всё было иначе: она ничего не говорила Ване до тех пор, пока на 200% не убедилась, что беременна, а перед этим, помимо кучи сделанных тестов, сдала не только кровь, но и сделала УЗИ. Тогда было страшно как-то по-другому, совсем не так, как сейчас. Тогда ей было страшно всю беременность: от первого теста и до того момента, пока Тасю впервые не приложили к её груди, а сейчас страшно было в принципе. Их отношения не подразумевали ребёнка даже в теории. Даже в перспективе. Даже в далёком, сука, будущем. И глупо было полагать, что Дима, как дурак, начнёт прыгать до потолка и кружить её на руках от столь радостной новости. Его реакция была абсолютно логична, и он повёл себя, как любой нормальный мужчина, который не был готов сейчас к детям, несмотря на то, что готов к ним уже лет пять. Это сложно объяснимая конструкция, в которой они прекрасно понимали чувства и эмоции друг друга, и потому она позвонила ему ещё до того, как сдать анализы и узнать точный результат. Она просто хотела, чтобы он приехал и внёс капельку здравого смысла, которого так не хватало в её полуистерическом состоянии. Это была их общая проблема, если проблема, конечно, была. И ей впервые не хотелось разгребать всё самостоятельно и перекладывать ответственность целиком и полностью на свои плечи, потому что, в случае чего, это его ребёнок. Такой же его, как и её. Общий, получается. - Хочешь, я пойду с тобой? - предложил Дима, не зная, как отпустить её туда одну. - Это центр планирования семьи, - ответила она, неохотно высвобождая свою руку из его, - Сказать, что ты дверью ошибся, не получится, а лишнее внимание нам сейчас ни к чему, тем более, если я всё-таки... того... - Окей, - согласился он, спешно пробегаясь глазами по её лицу, - Я жду тебя тут! Все двадцать минут, что её не было, он не находил себе места, выкурив сигареты три и так и не вернувшись обратно в машину, остался дожидаться её недалеко от входа. Каждый раз, когда дверь клиники открывалась, сердце уходило в пятки, а оттуда выходили всевозможные парочки, девушки, женщины, иногда мужчины, но только не Поля. Эта неопределённость пугала его куда больше, чем сама беременность, к которой они оба не были готовы. Но, по-моему, рождение и смерть — это две вещи, к которым ты никогда не будешь готов до конца, даже планируя или заранее зная, что так произойдёт. Перспектива стать отцом уже не казалась такой страшной, и, возможно, он бы даже изначально отреагировал как-то иначе, если бы не её истерика. Конечно, она боялась этого больше, чем он, ещё не успев толком развестись, чтобы строить настолько серьёзные отношения. А ребёнок – это сама по себе огромная ответственность, и множить эту ответственность ей сейчас совсем не хотелось. - Ну, чего? - растерянно глядя на неё, спросил он, пытаясь понять всё по её лицу, выражение которого не изменилось за прошедшие полчаса. - Результаты через два часа, - развела руками она, никак не прояснив ситуацию. - Хочешь, где-нибудь посидим, перекусим? - обеспокоенно предложил Дима, - Ты ж наверняка ничего не ела ещё сегодня. - Хочу просто полежать в тишине, - отрицательно мотнула головой блондинка, находясь не в том состоянии, чтобы что-то перекусить и где-нибудь посидеть, - Но дома Тася с няней, к маме тоже не вариант, поэтому поеду обратно на нашу квартиру... - Можно с тобой полежать в тишине? - уточнил он, не собираясь мешать, если она этого не хочет. - А ты можешь? Ты не занят? - удивлённо переспросила она, с надеждой посмотрев на него. - Я очень сильно занят, но я не могу уехать и оставить тебя одну, - ответил Билан, удерживая её за руку, - Давай ждать вместе... - Спасибо тебе, - сказала Пелагея, с трудом сдержав очередную порцию слёз, - Мне кажется, я сейчас просто сойду с ума от этого ожидания. - Только не плачь, пожалуйста, - вовремя остановил её он, двинувшись в сторону машины, - Иначе я сойду с ума следом за тобой...