Одинокие души

Остаток дня прошёл не менее волшебно. Вместо торта были непередаваемо вкусные блинчики Азирафаэля с клубничным джемом и мёдом. Гавриил всё ещё пытался доказать своё звание главного спортсмена, вытаскивая то Ньюта, то Анафему, то Ази на мини-марафоны на великах. Вельзевул с Кроули вежливо отказались от импровизированных совервнваний, посчитав, что приключений на сегодня им уже хватило. Рыжеволосый ещё долго отшучивался, что в жизни в воду не полезет и ни за что на свете не будет соревноваться с Вельзевул. Уже вечером, когда она сидела у большого дерева прямо не берегу, Кроули привалился к девушке боком, откинув голову на её плечо и просто сказал «спасибо», Вельзевул и этого было достаточно, она закинула руку на плечо Энтони и бросила в воду удачно попавшийся под руку камешек. Камешек проскакал три раза, пропав в воде, а Кроули восхищённо спросил: – Научишь? – О, это целое мастерство! – весело улыбаясь, ответила Вельз. Анафема непонятно откуда достала достаточно профессиональный фотоаппарат и до темноты носилась с ним, запечатляя самые забавные и интересные кадры. На плёнку попал зевающий Ньют, который моментально покраснел, увидев фото, Вельзевул с угрожающе сведёнными к переносице бровями, потому что Кроули куда-то запрятал её кепку и широко улыбающийся Гавриил в окружении своих друзей, на этой фотографии Энтони подло поставил ему рожки, но Вельз не растерялась и повторила этот же жест над головой рыжеволосого. Все смеялись, обсуждали какие-то обыденные спокойные темы и купались в реке. Атмосфера была действительно сказочной, и Вельзевул гордо отметила, что организацией всего этого чуда заведовали они с Кроули. Пожалуй, этот день был действительно одним из самых лучших за последее время, пусть и с некоторыми проблемами, но Вельзевул чувствовала себя живой. Правда под конец дня усталость и стресс всё-таки дали о себе знать, и Вельзевул задремала на пледе, подставляясь последним тёплым лучам заходящего солнца. Разбудило её нежное касание чьей-то ладони, и, открыв глаза, девушка поняла, что над ней кто-то нависает. Она резко села, но тут же расслабилась, осознавая, что всё в порядке, это был Гавриил, и волноваться тут действительно не за чем. Мужчина немного нахмурился, тут же прекращая касания. – Мы уже собираемся, – Вельзевул кивнула и быстро поднялась на ноги, немного разминая конечности: всё-таки спать на твёрдой земле было не лучшим решением. Гавриил взглянул на неё и улыбнулся в тёмноте, мысленно радуясь, что этот день рождения прошёл так, как он даже мечтать не мог. *** Ехали по узкой тёмной тропинке, наслаждаясь ночной тишиной леса и лунным светом. Даже Кроули не трещал, как обычно, а спокойно ехал впереди, так что атмосфера становилась просто сказочной. Вельзевул сонно крутила педали в самом конце процессии, и Гавриил то и дело оборачивался на неё, следя, чтобы девушка не заснула по дороге. Наконец они выехали из леса и остановились, невнимательная Вельз чуть не врезалась в Гавриила, но тот лишь рассмеялся, вовремя увернувшись. – У нас машины там, – указал Азирафаэль в противоположную от дома Гавриила сторону. – Вас подвезти? – а вот об этом Вельзевул как раз и не подумала, потому что надеялась вернуться домой до заката, но как-то сама не заметила течения времени, наверное, потому что рядом с этими людьми следить за временем просто невозможно. – Нет, спасибо, – отозвался Гавриил, – я думаю, что мы пешком пройдёмся, а, Вельз? Вельзевул растерянно кивнула, всё ещё находясь в состоянии лёгкого подурёма, Кроули хихикнул где-то в стороне. – Ну мы тогда пошли, – улыбнулся Анафема. – Пока Гавриил, пока Вельзевул! – Пока, мелкая, – Кроули потрепал девушку по голове, та только фыркнула, не в состоянии предъявить ему заслуженные претензии. Вельзевул сама не заметила, когда успела устать до такого состояния, что тупо пялилась в пустоту, пока ребята удалялись в сторону шумного города. – Вельз? – почти шёпотом позвал Гавриил. Слова и так доходили, будто через глухую стену, но девушка заставила себя разлепить глаза и посмотреть на Гавриила расплывчатым взглядом. – Идём? Она кивнула и поплелась по тёмной дорожке вслед за Гавриилом, постоянно спотыкаясь обо что-то и шаркая ногами по земле. – Может тебе помочь? – озадаченно поинтересовался Гавриил. – Рюкзак понести или ещё что... – Нет, спасибо. Они продолжили медленно идти в сторону дома, и когда Вельзевул в очередной раз чуть не разбила себе нос из-за корня какого-то дерева, подвернувшегося под ноги, Гавриил настойчиво и уверенно взял её за руку. Вельз дрогнула, ощущение чужой ладони можно было отнести в разряд приятного, хотя и непривычного контакта. В её голове старательно боролись мысли, на задворках памяти звучал голос Дагон, но сердце заглушало всё вокруг. У Вельзевул даже закружилась голова от всех этих ощущений. – Спасибо, – послышался голос Гавриила, и девушка постаралась сконцентрироваться на нём, – для меня это был незабываемый день, – мужчина глянул на Вельзевул и ослепительно ярко улыбнулся. – Лыбишься как идиот, – совершенно беззлобно сказала она, на что Гавриил лишь усилил свои попытки лишить её зрения своим фантомным свечением. Такие обычно бывали над головами святых на иконах, подумала Вельзевул. – Святоша... – Я просто действительно счастлив. Они ещё несколько минут шли молча. Вельзевул вдруг поняла, что для неё этот день был не менее важным, пожалуй, самым лучшим за последнее время. Не считая дня знакомства с Гавриилом. Страшно ли ей было сейчас? Да. Это ощущение слишком сильно засело на подкорке и неприятно горчило сладкое счастье. Жалела ли она о чём-либо? Нет. – А ты... – Вельзевул неуверенно подняла взгляд на мужчину, намереваясь задать мучивший её сегодня вопрос, – ты не расстроился, что Мишель не было? – Оу, ну, жаль конечно, но я и так замечательно провёл этот день, – теперь Гавриил улыбался только краешками губ, но глаза его светились искренностью. – Я рада, – это Вельзевул тоже сказала абсолютно искренне. Оказалось, что делать что-то хорошее для близкого человека – это гораздо приятнее, чем самому получать заботу, внимание или подарки. Вельзевул подняла поплывший взгляд к небу, наслаждаясь неярким сиянием миллион звёзд в бескрайней темноте. Красиво. Так бывало только вдалеке он городских небоскрёбов, где небо казалось ближе, будто здесь ему не на чём было держаться, и звёзды падали на землю, украшая собой всё вокруг. Гавриил рассматривал умиротворённое лицо девушки в темноте и тоже поднял взгляд к тёмному небу, незаметно улыбаясь, а потом притянул Вельзевул ближе к себе, обнимая за плечи. Как ни странно, этот близкий, даже личный для девушки контакт ощущался донельзя нужным, будто этого не хватало для полного счастья – ощущение кого-то рядом. – Небо сегодня красивое, – шёпотом сказала Вельзевул. – Ага, – также шёпотом ответил Гавриил. *** Следующая неделя прошла обычно. Воспоминания о дне рождения Гавриила отдавались теплом в сердце, хотя и немного стыдно было за их последний разговор, девушка чувствовала, что их дружеские отношения дали трещину, которая уже никогда не исчезнет. Было немного страшно, совсем чуть-чуть, но это чувство мешало дышать, будто наступая на горло. И Вельзевул всё-таки решилась сходить к человеку, который поймёт всё без слов и поддержит. Это была пятница, Вельз заглянула в кабинет учительницы после уроков и сразу же угодила в приятные материнские объятия. Мадам Трейси захлопотала на импровизированной «кухне», заваривая чай. – Милая, ну как ты? – поинтересовалась она, поставив для Вельзевул стул напротив неё самой. Чаепития они как всегда устроили за учительским столом, и там неожиданно появилось несколько блюдец с разными сладостями. – Хорошо, – честно ответила Вельзевул и улыбнулась, – я занимаюсь с репетиторами, готовлюсь к экзаменам... – Ты что? – недоумённо переспросила мадам Трейси и просмотрела на девушку своим пристальным взглядом, от которого Вельзевул никогда не удавалось скрыться. – Элизабет, – ещё лучше! Мадам Трейси всегда обращалась к ней по имени, если начинала злиться или была чем-то недовольна, – что с тобой произошло? Я же вижу, что-то не так. Вельзевул мысленно перекрестилась, хотя верующей никогда не была (имя не в счёт, это вообще не она придумала), и не поднимая взгляда на мадам Трейси, начала говорить: – В общем... Такое дело... Я сейчас живу у одного мужчины, он помогает мне и... Мадам Трейси округлила глаза так, что казалось, они сейчас выпадут и орбит, вскочила, подвинула свой стул к Вельзевул и уставилась на неё своим невыносииым взглядом. Действие это, скажем прямо, было крайне пугающим, и Вельзевул начала нервно жевать своё нелюбимое печенье, которое схватила чисто случайно, чтобы чем-то себя занять. Женщина успокаивающе улыбнулась и склонила голову набок. – Ох, мадам Трейси, не смотрите на меня так! – они обе рассмеялись. – Мне и рассказывать нечего. Ну, встретила его на улице, ну живу у него, ну нашёл он мне репетиторов и всё! – женщина недоверчиво поджала губы. – А как зовут? Кем работает? Сколько лет? А квартира большая? Или дом? О! Дом это здорово! – мадам Трейси мечтательно перечисляла всякие сказочные богатства, которые по её мнению Гавриил должен был положить к ногам Вельзевул. Девушка уже вовсю смеялась, расслабившись, получая удовольствие от этого разговора. – Мадам Трейси, мне кажется, что вы уже нашу свадьбу продумываете! – наигранно недовольным голосом пожаловалась Вельз, на что женщина лишь всплеснула руками. – Милая моя, я не могу оставить тебя на попечительство какого-то незнакомого мужчины, ты обязана о нём рассказать, – потребовала мадам Трейси и добавила: – это не обсуждается! Вельзевул вздохнула, понимая, что она уже не отвертится. Рассказ получился немного сумбурным и долгим, она несколько раз повторила, что Гавриил не её будущий муж, когда мадам Трейси слишком уж явно вздыхала, представляя себе этот «эталон красоты». – ...и он даже не просит ничего взамен, – закончила историю Вельзевул, и женщина ещё раз мечтательно улыбнулась. – Дорогая, это просто замечательно, что ты нашла такого мужчину... – Мадам Трейси! Услышьте меня наконец, я не влюблена в него! Женщина лишь загадочно покачала головой и взяла руку Вельзевул в свою, наклонившись чуть-чуть вперёд. Она всегда делала так, когда собиралась сказать что-то важно, почти что заставляя девушку прислушаться к ней. – Я прекрасно слышу тебя, солнце, – мадам Трейси сделала долгую паузу, глядя на Вельзевул с родным и привычным блеском с глазах, – но ты говоришь то, что думаешь, а не то, что чувствуешь. Женщина склонила голову на бок, приятно улыбаясь и поглаживая ладонь Вельзевул. Понять мадам Трейси было сложно, почти нереально, но она всегда говорила мудрые вещи, и её стоило послушать. Вельзевул так же улыбнулась, сжимая чужую руку в ответ. – Спасибо, мадам Трейси, вы для меня очень много значите, – совершенно искренне призналась Вельз и притянула женщину в свои объятия. – Ты для меня тоже, милая. Это был один из самых любимых моментов Вельзевул – чаепития с мадам Трейси, которая заменяла и мать, и отца, и друга. Это всегда было чем-то волшебным и тайным, будто только они имеют право знать, что происходит на таких вечерах. Вельзевул действительно была благодарна и всегда знала, к кому идти, если что-то случиться. Чувство защищённости рядом с мадам Трейси всегда успокаивало, и теперь она снова чувствовала себя гораздо-гораздо лучше, будто сделала глоток свежего воздуха после недели жизни в душном мегаполисе. Невероятное ощущение. Кажется, жизнь начинала налаживаться.