Дрейфующее вчера

            Дэйв и Майк вновь вернулись к развилке, где Майкл выбрал не ту дверь.       – Ну, получается, что сюда? – Швидт подошёл к толстой двери, что на этот раз разъезжалась в стороны при открытии.       – Погоди.       – Что?       – Замолчи, прислушайся. Майкл замер, задержав дыхание. За дверью был слышен неразборчивый человеческий голос. Но только один. Будто собеседник разговаривал сам с собой.       – И кто там?       – Думаешь, я знаю? Заходим и сразу стреляем или медлим?       – Я вообще не понимаю что происходит, Дэйв. Я хочу свалить отсюда, а для этого нужно знать, где и есть ли здесь вообще челноки со спасательными капсулами. Немного постояв в раздумьях, Дэвид подошёл к двери, держа пистолет наготове. Он провёл по голограмме и открыл толстую массивную дверь. Дмитрий прекратил разговор с невидимым собеседником и навёл пистолет на вошедшего. Бенрих сделал то же самое и выстрелил. Дима, выстрелив в ответ, так же промохнулся.       – Ох. Вы так быстро пришли? Я капитан этого судна. – Дима опустил ствол оружия в пол.       – В смысле? – Недоумевая спросил Дэйв, не сводя глаз со.странного человека и не убирая пистолет.       – Я послал сигнал "СОС" в космос. Вы ведь пришли из-за обелиска, так? – Не без интереса расарашивал Дмитрий.       – Что ещё за обелиск? – Вступил в разговор Майк.       – Вы не знаете? Кто же вы тогда? – Капитан полностью развернулся к полицейским, встав спиной к консоли.       – Мы из патрульной полиции.       – А.. ясно.. – Дима опустил голову и, не моргая, размышлял с минуту.       – Эй. Ты, я смотрю, больше нашего понимаешь, что тут происходит, так?       – Слушайте сюда! – Дмитрий поднял голову и закричал так, будто его собеседники в километре от него. – Слушайте внимательно и вникайте!       – Нахера ты орёшь, идиот?! – Навёл на капитана пистолет Дэвид.       – Наши создатели послали нам этот священный обелиск, чтобы мы почитали его и служили братским лунам!       – Ты можешь объяснить, что тут происходит, мразь? – Дэйв подошёл к Дмитрию и взял его за воротник.       – Обелиск передал мне информацию и спас мне жизнь, дабы я стал вашим пророком! Пророком всего человечества! Бенрих взял пистолет поудобнее и ударил им Дмитрия, тот упал на пол у угла мостика.       – Почему трупы превращаются в мутантов, что расхаживают по кораблю? Что происходит? Говори! – Дэвид прижал Дмитрия к стене надавив коленом на его грудь.       – Происходит то, ради чего мы и были созданы. – Выплёвывая кровь сказал капитан. – Они создали нас, чтобы пополнить свои ряды. Мы не имеем право противиться своей природе. На Марсе была жизнь, там появилась первая луна.       – Что ты несёшь? Какие к чёрту луны? Какая нахер природа?       – Дэйв.. – Майкл подошёл к центральной панели управления и взглянул на вдавленную и подпаленую кнопку с надписью "Глуш."– Это он нас глушил.       – Четыреста шестьдесят шесть лет назад.. – Влез капитан. – люди подобрали с Марса великий благословлённый грунт, что хранит в себе обелиск, превратившийся в пыль. А теперь и мы, в греховном порыве взяли на борт станцию с маяком. С обелиском. С величественным артефактом!       – Какого чёрта нас пытаются убить эти твари? – Сбавляя обороты вновь спросил Дэйв.       – Вы не поймёте. Вам не дано понять истинную суть перерождения! Наши создатели заставляют таких невежд как вы подчиняться. Лишь я осознаю их замысел!       – Перерождение? – Бенрих приставил пистолет ко лбу Дмитрия и сильно надавил. – Ты их вообще видел? Какое, блядь, перерождение? – У Дэвида сдали нервы. Всё, что он хотел, это пристрелить капитана и взорвать этот корабль.       – Дэйв, стой! Это может быть наш единственный шанс свалить отсюда.       – Говори! Зачем ты глушил весь корабль? И где здесь запасной челнок? Покажи, как уйти отсюда! Или я сейчас же прострелю твою голову, капитан!       – Я не дам вам пойти против моих хозяев. – Тихо произнёс Дима.       – Что? – Удивлённо, злостно и как-то грустно спросил Дэйв.       – Я не предам своих создателей! Дэвид нажал на спусковой крючок. И ещё раз, и ещё. Семь раз он выстрелил в голову капитана экспансионными пулями, прежде чем остановился. Что-то странное, будто магнитная волна ударила по всему вокруг, свет на капитанском мостике резко погас, начал мерцать, а после стабилизировался. Голова у Дэйва и Майка заболела, в глазах потемнело, а уши наполнил звоном. Ноги подкосились и Бенрих, забрызганный кровью, упал на спину рядом с трупом Дмитрия, голова которого теперь напоминала взорванный арбуз.             Группа зачистки на небольшом челноке подлетает к кораблю мародёров. На глазах команды он ушёл в тень планеты Адигэ-7. Энергии, запасённой солнечными батареями за время пребывания на звёздных лучах, хватит максимум на час. Для бойцов секретного подразделения это плохая новость, ведь если на объекте есть закрытые двери, они закроются до подачи энергии. Придётся действовать быстро. Один из лучших и самый перспективный военный - Асмодей. Второй не менее хороший боец отряда - Чевтер. Коренной Американец. Он - весёлый человек и часто даёт волю эмоциям, так что сейчас он стоял в хвосте челнока со своим знакомым и, шутя, о чём-то разговаривал. Асмо же - молодой парень индийской внешности, с инновационным протезом левой руки с локтя, стоит прямо у двери, ожидая схождения на борт мёртвого судна. В отличии от многих других бойцов, что испытывали небольшой страх и волнение, Асмо чувствовал лишь прилив сил и интерес к странному кораблю, что застыл без маячковых огней.

Стыковка.

Странная, похожая на магнитную волна неизвестного происхождения ударила по челноку. Электроника отключилась, свет исчез, даже аварийных ламп не осталось: они все полопались. Стыковачная дверь, ведущая на судно мародёров, резко открылась. На орбите Адигэ два безжизненных корабля. Асмодей включил налобный фонарь, взял винтовку покрепче, и прошёл внутрь.       – Асмодей. Куда ты прёшь? – Остановил военного командир миссии.       – Вы всё объяснили, командир Дюк.       – Сопроводи нас до гермодвери.       – Что? – Асмо удивился, ведь в плане такого пункта прописано не было. Раньше они действовали исключительно по инструкциям.       – Что слышал. За мной. – С этими словами, Дюк зашёл на судно, обойдя Асмодея, и открыл первую дверь. Асмо, Чевтер и Дюк с ещё тремя военными дошли до первой двери в грузовой отсек без проблем. Вопросы вызывали лишь окровавленные стены, непонятные надписи и растерзанные трупы. Одно тело привлекло внимание Чевтера больше, чем другие. Труп беременной женщины в медицинской одежде сидел на полу, выпрямив ноги и прислонившись спиной к стене. У неё отсутствовала нижная челюсть и часть шеи. Всё тело в порезах, но живот не тронут. Кисти рук исполосованы и раздроблены, лежат чуть ниже живота.       "Она защищала своего ребёнка.. Ни один человек не стал бы так кромсать тело. Сейчас хватает одного выстрела.." – думал Чев, проходя мёртвого врача.       – Пришли. – Глядя на карту, сухо сказал командир. – Асмодей и Чевтер. Возвращайтесь к своей группе. Назначаю Асмодея командором до моего возвращения. Воодущевлённый Асмо отдал честь, Чевтер же первый пошёл в глубь корабля. Асмодей поспешил за ним.       – Слушай.. – Начал Чев, как только двери за командиром закрылись. – тебе не кажется, что здесь всё как-то неправильно?       – В плане, что трупы разорваны в клочья, кровь и надписи повсюду?       – Да. Я вот думаю: зачем метежникам или захватчикам корабля так терзать своих жертв? Достаточно же одной-две пули.       – У меня были похожие мысли. Минуту или полторы, солдаты шли в тишине, завести разговор в такой гнетущей обстановке было достаточно непросто.       – Слушай.. я всё время думал о нас с тобой. – Начал Чевтер, подняв взгляд на командора.       – В каком плане?       – Ну, в том плане, что мы с тобой лучшие в группе.       – Так? – Протянул Асмо, не сводя глаз с пути.       – И, анализируя свою историю и свой путь до сегодняшнего дня, я понял, что мне просто повезло и я просто достаточно упорный и не ленивый. Но я совершенно не знаю твою историю.       – Я.. – Военный помедлил и замедлил движение. – я ничего не помню.. Бойцы, проходя то место, где лежало тело беременной женщины, не увидели его. Трупа не было. Также, как и никакого кровавого следа или других признаков того, что его утащили. Асмодей приподнял винтовку. Чевтер последовал его примеру и насторожился.       – Труп? – Спросил у временного командора Чет.       – Да. – Сухо ответил Асмо, медленно двигаясь дальше по коридору. Обойдя растёкшуюся лужу крови, очерчивающую тело, Асмо и Чевтер услышали утробный бурлящий рык. Военные прицелились на угол, откуда вышло странное существо, что больше напоминало гориллу, чем человека. Тварь передвигалась на четырёх конечностях, живот почти волочился по полу, морда была обезображена и без нижней челюсти, вместо неё лишь две мандибулы. Острые костяные лезвия, что росли из рук складывались и также служили опорой для массивного существа. Асмодей первый открыл огонь по огромному корпусу, затем по голове.       – Что это?! – Сквозь оглушающие звуки выстрелов тут же прокричал он.       – Я не знаю, просто стреляй! Напарники разрядили в существо по магазину, оставив на месте головы лишь взорванную шею и выступающую из мяса гортань. Некроморф ускорил шаг и пошёл на военных. В глазах Асмо помутнело, два магазина разрывных экспансионных пуль не дали никакого результата. Он ясно понял, что единственный шанс выжить - оббежать страшную тварь. Существо занимало почти весь коридор, от чего просто обогнуть его было невозможно. Тварь подошла слишком близко и, встав на задние лапы, хотела схватить военного. В этот момент в его голове что-то щёлкнуло. Асмодей взял за костюм Чевтера и толкнул его к некроморфу.       – Что?! Асмо! Зачем?! Помоги мне! – Истошный, наполненный ужасом и непониманием крик быстро перешёл в наполненный болью и страхом. Воспользовавшись моментом, Асмодей пробежал мимо убившей Чева твари. Но она ли его убила? Асмо пробежал до следующей двери и вручную закрыл её. После щелчка гермозатвора он облокотился спиной на дверь и медленно осел. За дверью ещё были слышны прерывающимся крики, хрипы, выстрелы с ударами чего-то тяжёлого о бронированный костюм. Громкий хруст и мокрый мясной звук пришли на смену крикам, острое костяное лезвие проткнуло голову сверху и вскрыло броне-костюм изнутри.             – Это он.. – Уже не скрывая восхищения и благоговения тихо произнёс командир, светя фонариком на разбитую чашку петри. Желеобразная масса из плоти, в которой копашились странные черви, обвалакивала стекло и песок. Посередине скопились несколько песчинок обелиска. – Это обелиск.. заберите его и возвращайтесь на челнок. Я пойду за Асмо и Чевтером. – Скомандовал Дюк, отводя взгляд на старую космическую станцию. При входе он даже не обратил внимания на будто взорванный труп странного существа. Один из военных, попытался взять песчинку обелиска в пробирку. Желеобразная масса сильно держала его и не отпускала. Солдат решил вытащить его рукой и дотронулся до обелиска. Он отдёрнул руку, резко выпрямился и встал, изогнулся, после чего начал громко истошно кричать. В тот же момент из динамиков где-то над потолком послышался человеческий голос, но слов было неразобрать из-за монотонного нарастающего крика. Солдат до крови исцарапал своё лицо ногтями, опустил руку и взялся за связку осколочных гранат. Дюк не успел среагировать, как его подручный выдернул чеку у одной из них. Разгерметизация.             Где-то недалеко Асмодей услышал сильный, но приглушённый и резко оборвавшийся взрыв и скрежет металла. Корабль немного накренился, а сильная вибрация чуть не сбила с ног.       – Командир Дюк! – Крикнул в рацию Асмо. Нажав кнопку рации трясущемися руками. – Командующий Дюк, это Асмодей! Как слышите, командующий? – В ответ солдату были лишь тишина безкрайнего космоса. Все мысли, что у него были в этот момент это лишь беспомощные вопросы самому себе. Посмотрев на биллинг костюмов своей группы он увидел, что костюм командира и ещё нескольких человек не подаёт признаков жизни. Неприятное липкое чувство страха захватило Асмодея, что всячески противился этому. Наконец, он встал на ноги и двинулся дальше по коридору. Ещё один поворот. Ещё одно тело. Руки были оторваны, грудь проломана, а лицо будто бы срезано. Как только Асмо увидел его, он резко развернулся и зашёл за поворот. Он встал как вкопанный. Собираясь с мыслями он старался держать себя в руках, что уже долгое время не прекращали трястись. Наконец, Асмодей повернулся и зашёл за угол. Чувствуя подвох и для собственного успокоения, военный пару раз выстрелил в тело. Реакции не последовало.       "Этот точно мёртв.." – решил солдат и двинулся вперёд, не сводя взгляда со зверски убитого человека.       – Помо.. – Асмодей замер на месте. Человек не может быть жив с такими увечьями - это он точно знал. Военный подошёл к телу и, не смотря в проход направо, сел напротив него на корточки, разглядывая. Дыхания не было. Неужели ему послышалось? Звук рвущейся плоти в перемешку со стонами и хрипами за спиной прервали его мысли. Воображение рисовало жуткие и непостижимые образы. Асмо медленно обернулся, надеясь, что и это ему показалось. Странное существо треугольной формы, низкое и сплюснутое, с длинным хоботком спереди и цепкими лапами по бокам некроморф шёл, казалось, прямо на солдата. Асмодей вскрикнул и отпрыгнул от тела, наведя винтовку на тварь. Некроморф же, вопреки ожиданиям назначенного командора, подобрался к трупу поближе и, взлетев на метр с помощью кожных перепонок между лапами и началом хоботка, всадил в голову мёртвого острое окончание хоботока. Всего пять секунд и безрукое тело схватывают судороги, а строение начинает меняться. Появляются хрипы и стоны в перемешку со звуками рвущейся и растущей плоти и хрустом костей. На месте левой руки возникает огромная опухоль, что начинает слабо светиться оранжево-жёлтым. Ноги атрофировались, из культи, что осталась от правой руки, выростает полутораметровая тупая кость. Лицо превратилось в мессиво с опухолями, глаза стали мелкими чёрными точками, рот открылся и показал ряды неострых зубов. Где-то внутри тёмного мёртвого судна прозвучали выстрели. Только что появившаяся на свет тварь сказала что-то неясное и неразборчивое и, извернувшись, приняла вертикальное положение. Инфектор уполз в глубь корабля, оставив новоиспечённого некроморфа и Асмодея один на один.             Дэйв пришёл в себя и первое, что он увидел, это Майкла, что бил его по щекам и тряс.       – Да тише-тише.. я в порядке. – Сказал, садясь, Дэвид. Тут же в лицо ему прилетел кулак, что повалил его обратно на спину. ,– Аргх.. чёрт.. ты мне нос сломал!.. – Тут же простонал крикнул он, схватившись за кровоточащий нос.       – Идиот. – Прошипел сквозь зубы Майк, вставая и отходя к панели управления кораблём.       – Аргх.. – Бенрих простонал, поднявшись с забрызганого кровью пола на ноги. Швидт взглянул на мониторы, показывающие картинку с разных точек корабля. Одна из камер находилась в грузовом отсеке. Из любопытства он решил включить режим ночного видения. Он узнал этот несуразный корабль посередине отсека. Майкл не мог поверить своим глазам. Он видел то, о чём в далёком детстве твердил ему отец. Всю его юность, с пяти лет, он слышал об этой станции каждый день. Его отец буквально заставлял слушать и вникать, осознавать ложь и лицемерие вокруг. Но при этом, заставлял молчать. Молчать и делать вид, что веришь, носить маску счастья, понимая, что произошло далеко в прошлом. Майк понял: именно тогда он начал забывать снимать маску. Именно тогда он потерял себя и осознание, кто есть кто. Мысли Швидта прервал его напарник:       – Там люди с оружием..       – Что? – Придя в себя от воспоминаний вопросил Майкл.       – Посмотри. – Дэвид указал пальцем на мониторе на правый нижний угол. Там действительно было три человека с оружием и освещающими всё вокруг фонариками.       – Как здесь включить рупор? Где сраная кнопка?! – Взбесился Майк в попытках найти кнопку говорилки на панели. Плохой микрофон смог передать речь командира группы:       "Э̶т̷о̵ ̵о̷н̵.̵.̶ ̷ m̵̵̵̷̧̧̑ͦ́̓̌͝͞҉̷̵̸̵̵̧̧̛ͤ̊ͭ̍ͣ̈͘̚̚̕̕̕͜͝͞͠͠͝͞҉̀҉̷̴̶̷̧͘͟͢҉̶̴̷̴̷̵́́́͢͝͡͡҉̷̵̵̶̸̶̶̴̸̡̧̢̨̨̛͈͔͍͔̫͉̹̬͍̻̜̖́́́̕̕͟͜͟͟͢͟͝͝͝͠͠a҉̸̶̴̶̷̴̨̢̡̧̡̧̡̢̨̢̛̛̛̛̛͐ͪ́ͯ͋͂́̑͊͑͊ͩ̀́̚̕͘̚͘̕̕͟͟͜͟͜͟͢͟͞͝͡͝͡͠͡҉̸͜͝͏̶̵̸̸̢̨̧̛̛̳̯͓̟̲̱̰̀̀͟͟͜͢͢͟͜͞͞͞͝͞͞҉̸̶̴̨̨̢̛̯͍̱͔͍́͝͡k̷̶̢̨̄̀ͤ̓͝҉̢ͣ҉̢̡̡̆̐́̎͛ͭ͘͟͢͜͠͏̵̵̶̶̴̵̷̷̵̶̧̧̢̧̡̡̧̛ͦͣ̀ͤ́̀́̀́̕͘̕̕͜͟͟͟͞͠͝͝͝͝҉҉̶̸̸̧̨̧̯͈̳͘͜҉̶̵̵̶̛̬̜͔̠̞͟͢͡҉̵̵̢̡̛̠̦͚͙́́͟͠e̛͊̕͞͏̶̡̢̧̀͒́͛̆́ͫ͘͡͏̶̴̸̡̢̌͆̀͋ͦ̌ͨ͘͘͢͡͝҉̶̷̷̶̢̡̨̧̡̀̀͢͟͢͜͜͞͡͝҉҉̵̶̸̶̵̢̧̧̧̨̨̡̛͉̼̪͖̜̟́́͘̕͜͜͟͠͡͞͝͝͠͏̷̴̨̢̢̨̢̛̛̛̥͚̩̬̥̞̕͞͡ Э̸т̷о̷ ̵о̷б̴е̴л̵и̸с̸к̵.̶ u̢͎̣̯̭͕̗̿͑ͥͪ̆͗͛ͦͮͪ̅̿̕̚͢͢͡͝͏̣̮͕̌͋́̐́́̉̓͏̵̧̡̘͈̪̖ͬͣͮͬͬ͂̍͠҉̵̸̵̵̶̡̡̢̧̛͓͇̤̪̥͍̟̘̘̙̔̏͒̉̂͛̐ͮ͂̚̕͟͟͜͜͡͝͝͠͝ͅ͏̵̧̢̛̠̝͚̫͕̯̝͕̜̟̠̫̟͖̣͚̩͈͒̒͒ͦ́̉̊̾͊̊ͪ͢͠͞͝͏͕̳͙͈͍̦̇̂ͫ͠͠͏͎s̫͓͔̽͗́̋͋͑ͤ͡͡͡҉̸̴̵̷̡̛̝̗͍̪̘͓̮̣͇̙̦̦͕͈̗̋̽͆͋̅̐̂̀̔̓́̋ͭͣ͗ͤ̈́̀̂͑́̒ͯ̄ͦ͑̚̕͢͜͜͞͝͠͞͝҉̴̨̲̦̌͐̕͏̡̢̨̖̹̬ͯ̋́̾̅͡͡҉̶̵̡̢̢̧̥̟̰̩͙̦̱̪̤̘͍̝͈̙̼̳̱̰̠̼̭̯͙̟͇͕ͫ͐̽̅͌ͧ̋̍̅ͪ̂ͬ̇̕̕͢͜͠͞͠͠ ̴З̶а̴б̸е̷р̴и̴т̵е̴ ̵е̸г̷о̴ ̶и̸ ̶в̶о̶з̸в̵р̷а̷щ̵а̴й̵т̴е̴с̵ь̴ ̵н̷а̵ ̶ч̴е̶л̴н̵о̴к̷.̵ ̷̨͘͠Я̴ ̶п̵о̶й̶д̶у̸ ̶з̴а̸ ̸А̵с̷м̷о̷ ̶и̷ ̴Ч̸е̷в̶т̵е̷р̴о̷м̶.̴ w̴ͯ̔̉̍̏̕͜͞͡҉̵̸̢̡̢̡̡̢̌͗͆̿ͬ̈́͛́͘͘͘͘͜͢͜͞͠͡͞͞h̷̉ͩ̐͡͞҉̶ͥͮ̏̑ͨ̑̕͢͜͜҉̸̵̢̄̀ͯͤ́̀͘͟͢͜͡͞͞͡͞҉̷̴̵̸̸̡̧̹̝̮̳̭̗̻͓̟̰͕̖́͘̕͢͜͜͢͜͢͠͠͡͞͡͡͝ơ̴̧ͦ̈́ͨ̾̕҉̡́̿̍͠҉̵̵̵̡̃̀͒ͦ̀͌҉͞҉̶̴̴̴̵̷̨̢̢̨̛̘̭̩͕̭̳͎̭̀́̀̀͘͜͟͟͟͢͢͟͜͠͠͝͠͝ͅ҉̶̭̞͔̕͜l̷̨̛̓̂̇̀̎̈̈̽ͧ̏̕͘͜͢͟͞͡҉̸̢̢̛̑̾̀́̀͘͢͢͟͡͝͠͡͏̡̢̢̛̛̀̕͢͠҉̩̜͘҉̵̢̦̞͉͖̞͔͈̗̀͜͟͞͝҉̧̬̪͝e̶̴̵̶̵̡̧̨̛̛̛ͯ̓ͫ̋͑̈́ͤͯ̔ͫ̈̚͢͜͡҉҉̵̵̵̸̸̴̴̴̸̢̨̡̢̡̡̛̪̜͙̖̻̳͎̮͓͉̫͇̀́̀̀͘͘͜͟͢͟͜͠͡͞͡͝͡ " Барахлящий микрофон и странный белый шум, появляющийся на фоне, не сильно мешали разобрать слова. Один из военных подошёл к странному красно-блевотному бугорку на полу, сел на корточки и, что-то достав, сгорбился на центром бугра. Через секунду из скрипучих динамиков донёсся ужасающий крик. Военный резко встал на ноги и начал царапать ногтями своё лицо. Что-то круглое и мягкое на вид с тонкой, будто нитка, трубкой, отлетело в сторону. Крик стал громче. Майк, наконец-таки, нашёл кнопку рупора и начал говорить что-то в микрофон на панели. Казалось, что из-за крика он и сам себя не слышал. Вдруг, сильный взрыв. Корабль накренился, вибрация неприятно ударила по ногам, а камера грузового отсека вовсе вышла из строя.       – Твою мать!       – Посмотри по другим камерам. Один из них говорил, что пойдёт за кем-то. Это была только их часть, я надеюсь.       – Да, ты прав. – Обрадовал напарника Швидт, полминуты поискав признаки жизни на камерах. Одинокий солдат, с импульсной винтовкой наперевес, шёл по тому коридору, по которому несколько часов назад прошлись напарники. Дойдя до трупа Альфреда, военный остановился, присел и посмотрел на него. Помехи на камерах помешали рассмотреть лучше, но через пару секунд вояка отпрыгнул, а тело Фреда забилось в канвульсиях.             Асмодей решил не испытывать судьбу и, уже на нервах, укрылся за шкафчиком. Тварь подбиралась всё ближе, и военный, стараясь не медлить, бросил гранату за шкаф, прямо в чудовище. Взрыв, раза в три сильнее, чем должен быть от такой осколочной. Языки пламени вместе с дымом пошли в обе стороны по коридору. По мозгам солдата что-то ударило, с его глаз это выглядело так, будто красная линия вертикально разрезала действительность и погрузила военного в страшные воспоминания, заглушенные "необходимыми" таблетками армейцев. Ему было 13 и он нёс воду в дом, когда всё случилось. Раскрывающаяся ядерная ракета ударила по столице одной из беднейших планет Индии, что со времён далёкого двадцать первого века, так и осталась нищим государством третьего мира. Планета была довольно большой, так что волна удара не дошла до места, где тогда жил Асмо. Сильная вибрация сбила его с ног, он упал на спину, пролив воду. Метрах в ста от него. Ещё была мысль убежать, но Асмодей слишком долго собирался с мыслями. Солдаты объединившихся Китая и Соединённых Штатов, уже были довольно близко. Он видел бегущих людей, видел, как тяжёлые шагоходы, что только что сбросили с неба, давили их, расстреливали и сжигали напалмом дома. Всё происходило слишком быстро. Асмо спрятался за угол одного из нескольких песчаных домов, спиной к высадке солдат. Улица опустела, лишь десятки трупов, кровь, гул машин объединения и крики вдалеке свидетельствовали о войне. Внезапно, из дома, что ещё был цел, выбежал дядя Асмодея Лефте́рис. Он учил мальчика кататься на гироцикле, учил стрелять из ружья, играл с ним и учил его наукам. Асмо был одним из немногих в деревне, кто умел читать. Лефте́рис заменил молодому бойцу отца. Дядя вскинул ружьё и почти выстрелил. Асмодей хотел было что-то сказать дяде, но с места высадки солдат в грудь Лефтерису прилетело несколько экспансионных пуль. Мальчик закрыл рот руками, по щекам покатились слёзы. К телу Лефтериса подошёл один молодой солдат. Он присел на колено перед трупом дяди Асмодея и, взяв из его рук ружьё, осмотрел его.       – Дюк! – Послышалось где-то сзади. – Чё ты там копаешься? Уходим отсюда, тут чисто.       – Нашёл ружьё. Как думаешь, брать? – Повернувшись лицом к другу и затылком к Асмо, спросил совета солдат.       – Не бери! Ты же знаешь, начальство всё равно заберёт. Пошли! Военный небрежно бросает раритет на Лефтериса и, разворачиваясь, уходит к другу, что ждёт его. Асмодей выглядывает из-за угла. Оба солдата идут спиной к мальчику и о чём-то разговаривают, смеясь. Асмо бросается к дяде со слезами, но, понимая, что ничем не поможет отцу, берёт ружьё в руки. Плача он вскидывает дуло раритетного ружья и, наведя на одного из военных, стреляет. Друг Дюка падает замертво, а сам Дюк вскидывает пистолет и наотмашь стреляет в Асмодея. Экспансионная пуля прилетает парню чуть ниже локтя, почти отрывая руку. Дюк подходит к кричащиму и плачющиму от боли и горя мальчику. Почему-то именно сейчас мир военного начал рушаться. Солдат хватает Асмо за волосы и тащит его на военный челнок.             Асмодей стоял на коленях, схватившись за голову, и кричал. Кричал и рыдал как тогда, десять лет назад, над трупом своего дяди. Он закрыл рот руками, стараясь сохранить мужественность, и прижался спиной к стене. у Асмо случился нервный срыв, новая волна апатии и страха в перемешку с гневом на уже мёртвого командира накрыли с головой. Он вновь не смог сдержаться и зарыдал с новой силой.             Дэвид и Майкл уже не смотрели на камеру, они лишь краем уха слышали пронзительный крик, полный отчаяния, скорби и гнева. Да и не очень то и хотелось наблюдать за моральными мучениями военного. Звук топота десяток железных сапог где-то неподалёку, напрягал. Что если это пришла группа спасения? А если.. их убить? Ни Швидт ни Бенрих не знали ответов на свои вопросы. Дэйв стоял у консоли и видел по камерам, как пятеро экипированных и вооружённых военных шли по коридорам в их направлении. Внутри всё сжалось и стало не по себе.       – Сколько сейчас времени?       – Что? – Решив, что ему послышалось, переспросил Майкл.       – Какой час?       – Мы не.. – Майк вздохнул. – остался час.             Асмо шёл назад. К военному челноку, на котором он сюда прибыл. Зайдя с включённым фонариком на борт челнока он не увидел ничего нового: электричества также не было. Он подошёл к консоли и подсоединил к ней маленький переносной диктофон. Настроил время сброса на рупор через час после подачи энергии и начал свой монолог.       – Я - Старший ворнет-Офицер второго класса, Асмодей, с индексовым номером 5147944, отправлен на миссию по зачистке корабля мародёров от свидетелей неизвестного мне происшествия. Миссия провалена. Ни вам ни нам не справиться с теми тварями, что заполонили корабль. Уничтожьте судно дистанционно и не подвергайте бессмысленной опасности больше бойцов. Конец связи. Асмо отключил запись голоса и подключил портативный диктофон к торпедо челнока и нажал на ней кнопку. Так что сразу при подаче энергии сообщение отправиться в штаб командования, стоит только Асмодею нажать голограммную кнопку на своём костюме. Солдат отошёл от консоли к дверному проёму военного челнока. Он собирался уйти, как вдруг что-то ударило по его голове изнутри. По бокам под потолком находились два рычага, прикрытых металлическими задвижками. Асмодей отодвинул задвижки и опустил красные рычаги. Челнок слегка завибрировал и немного провис. Военный перешёл на корабль и, опустив рычаг над гермодверью, вручную закрыл её. Он проделал с красными рычагами по бокам от проёма то же, что и в военном челноке. Корабль завибрировал, неприятный звук ударил по ушам.

Отстыковка.

Асмо, вскинув винтовку, направился на капитанский мостик. Проходя очередную открытую дверь, он подскользнулся на лужи крови. Дверь сзади закрылась и зажала его ногу. Военный прокричал от боли и опёрся руками об пол, уронив винтовку и случайно выставив на ней режим одиночной стрельбы. Нога была зажата чуть ниже колена. Железная дверь продолжала медленно сдавливать ногу солдата. Пока что он терпел боль. В таком положении было трудно смотреть назад, не то что целиться. По ту сторону двери послышались мокрые босые шаги, вперемешку с хрипами и стонами.       Дверь задвинулась наверх, показав пятерых военных с оружием.       – Вы наконец пришли.. – Майку не дали договорить. Очередь с автомата в грудь оттолкнула его назад и он упал на спину. Дэвид успел разве что подумать, как тут же аварийно закрыл все двери корабля через центральную консоль.       – Майк! – Бросившись к другу крикнул Дэйв.       – Эй! Идиоты! Откройте дверь! – Крикнул один из военных, ударяя прикладом по двери ведущей на мостик.       – Майк, ты как? Живой? – Присев на одно колено возле товарища расспрашивал полицейский.       – Да.. но всё ноет и болит.. сука.. – Медленно садясь на задницу отвечал Швидт. Бронекостюм вновь спас ему жизнь.       – Ублюдки! Откройте дверь! – Не унимался вояка и долбил по железной двери прикладом. Удары прекратились и через перегородку было едва слышно, как другой боец отговаривал от криков первого. Всё затихло. Дэвид подошёл к двери и, взявшись за две красные ручки по бокам от прохода, с силой потянул вниз. Эти были либо не заменены, либо дешёвые и сделанные из старого ржавеющего металла. Как только Дэйв с трудом опустил ржавые ручки вниз, дверь издала громкий звук закрывшегося герметичного затвора, похожий сжавший камень пресс. Пыль и песок с кусками каррозии разлетелись в разные стороны. Видимо, этим механизмом давно никто не пользовался.       – На всякий. Да и когда электричество отрубит мы сможем её открыть. – Сказал Бенрих и обернулся. Майка не было. Поискав товарища взглядом он увидел, как его друг сидит поджав ноги к себе, скрестив руки и опустив голову.       – Не сможем. – Тихо произнёс Швидт. – Мы и те военные в западне, из которой нам с тобой живым не выбраться.       – Что? С чего ты так решил? – Пытаясь не соскользнуть в пучину страха и апатии продолжал разговарить Дэйв.       – Мы заперты, если откроем - нас убьют. Но рано или поздно, они смогут вскрыть дверь позади, тогда они отойдут и бросят пару грен нам под дверь. У нас нет шансов. – Майкл поднял голову и обречённо посмотрел в глаза своему другу.       – Эй?.. – спросил в темноту дверного проёма Асмодей, уже не пытаясь вытащить ногу и с трудом выдерживая боль. В попытках выбраться он разцарапал её до крови и лишь усложнил своё положение. – Есть кто? Помогите открыть дверь, я застрял! – Уже чуть громче просил Асмо. Из темноты прохода, на свет аварийной лампы, покачиваясь, вышло странное существо. Лицо его было сильно изувечено, но той части, которая осталась не тронутой и слабого света из щели в двери хватило, чтобы застрявшему военному стало ясно: это лицо Чевтера. Тварь подошла в плотную и остановилась, повисла гробовая тишина. Один глаз некроморфа смотрел в лицо Асмодею. Одним резким движением лезвия, что росло из лопаток, существо грубо и криво срезало ногу солдата. Тот завопил от боли и попытался навести на некроморфа винтовку, но из-за её тяжести и неудобной позы у него ничего не вышло. Чудовище просунуло два костяных лезвия в щель между дверьми и раздвинуло их. Асмо упал на холодный пол и, в крови, дрожа от страха и боли, начал отползать от бывшего товарища. Он пытался навести дуло винтовки на него. Некроморф прошёл дверной проём и отпустил двери, что моментально сомкнулись. После этого, тварь рванула вперёд и вниз к своей жертве, размахнувшись костяными лезвиями и прокричав что-то хриплое и невнятное. Асмодей, наконец, вскинул винтовку на лицо летящего в него чудища и нажал на крючок. Случайно выставленный одиночный режим не дал ему произвести очередь по твари, лишь одна пуля попала в голову и разорвала мёртвые ткани с лобной частью черепа. Некроморф без лица наискосок всадил лезвия в грудь Асмо. Военный, выгибаясь и крича от боли, из последних сил, нажал на кнопку и отправил сообщение с предупреждением в штаб командования. Прохрипев и проклокотав что-то военному, существо резко развело конечности, растущие из лопаток, в разные стороны и разрезало солдата на две части.       Двое полицейских сидели по разные стороны от дверного проёма. Майк, всё также, скрестив руки и опустив голову, находился в раздумьях. Казалось, его вера в спасение растворилась. Только найдя, он будто вновь потерял себя. Дэвид резко подорвался со своего места и подбежал к консоли, начав нажимать разные кнопки и смотреть на камеры. – Что ты делаешь? – Подняв голову, без всякой надежды в голосе спросил друга Майк. – Открываю двери. – Что? Зачем? – Майкл встал и медленно подошёл к Дэйву. – Чтобы эти монстры добрались до военных, а у нас появился шанс на спасение. – Ты.. остановись. Остановись! – Дэвид замер и повернулся к Швидту. – Последние несколько часов ты только и делаешь, что убиваешь людей. Прекрати.. – Я должен вернуться домой.. к своей семье. Они ждут меня. Маргарет и Элизабет ждут меня! – Он повернулся к консоли и продолжил открытие дверей. – Дэйв.. они мертвы. Ты их придумал. – На глазах Майкла навернулись слёзы, он взглянул на растерянное лицо своего напарника. – Как ты смеешь.. как ты смеешь это говорить?! – Бенрих развернулся к другу. На его лице смешались злость, обида и непонимание. – Ты никогда не думал, почему ты говоришь "годовщина" ? – У Майка постепенно ехала крыша. Он тихо хихикал и продолжал рушить хрупкий мир друга, что в недоумении стоял у консоли корабля. – Как у тебя только язык поворачивается говорить мне это? – Дэвид подошёл к товарищу и, размахнувшись, ударил его в лицо, затем толкнул в стену рядом с дверью. Он вернулся к консоли и продолжил открытие дверей, вскоре дойдя до двери, за которой прятались военные. – А ты никогда не думал, что за таблетки прописал тебе твой психиатр? – Майкл держался за окровавленные губы и смеялся, сидя на полу. – Что ты несёшь?! – Прокричал Дэйв, открыв дверь военных. Военные сильно удивились, когда их дверь открылась. За открывшейся дверью зияла чёрная комната с безжизненным телом застреленного человека, придавленным некроморфом и наполовину съеденным, и обезглавленным трупом. Больше всего солдаты удивились, когда поняли, что и следующая дверь была открыта. За ней же моргающий свет на доли секунд показывал обугленный коридор, уходящий за поворот. Ошмётки мяса, ласкуты кожи и кости с кровью на полу, стенах и на потолке дополняли страшную картину. Те, кто остались из группы зачистки встали и всмотрелись в мерцающий коридор где-то вдалеке. На мигающий яркий свет вышли несколько тварей. Они шли покачиваясь, пригнувшись, будто экономя свои силы. Один из страшных монстров увидел военных и, что-то прокричав, бросился к ним. Вскоре из-за поворота показалось ещё шесть тварей разных форм и размеров. Кто-то бежал, кто полз, а кто-то неспешно опирался на руки, волоча свою огромную тушу по полу. Крики, выстрелы, рёв, стоны и звуки рвущейся плоти в перемешку с ломающимися костями и многочисленными шагами и ударами доносились из-за бронированной двери на капитанский мостик. Некроморфы рвали солдат на куски, грызли, резали и ломали. Вскоре, выстрелы стихли. Лишь крики и стоны ещё нескольких мучавшихся в агонии военных не давали наступить полной тишине. Дэвид слушал и не мог отдышаться. Он только сейчас понял, что сделал. Майк начал смеяться громче. Его смех вскоре перерос в кричащий и истерический. Дэвид сгорбился и побледнел. Голова ужасно заболела. Он видел, как красная линия разрезала пространство и, обернувшись на своего некогда друга, увидел лишь страшное чудовище. Он схватил лазерный резак и направил на страшное существо с рёбрами наружу и костяными лезвиями вместо рук. Дэйв выстрелил ему в ногу, отрубив её. Тварь упала на холодный пол и схватилась за обрубок ноги, затем что-то прохипела и закричала нечеловеческим голосом. Дэвид сел страшному монстру на живот и начал точно и сильно бить его резаком по голове. Тело твари билось в конвульсиях, пока он наносил удары с такой неестественной яростью и злобой, что вскоре на месте головы было лишь каша из мозгов и крови. Существо затихло и, более, не сопротивлялось. Бенрих убрал с размозжённой головы монстра резак и навис над телом, закрыв глаза.       Дэвид очнулся от мигающего красного света и звукового оповещения, что кислорода оставалось на двадцать минут. На двери на капитанский мостик появилась заметная вмятина с обратной её стороны. Снаружи были слышны многочисленный удары и поскрёбывания. Повернувшись, Дэйв увидел окровавленный лазерный резак, а чуть поотдаль, труп своего друга. Он закрыл рот руками, и отполз от тела. Он закричал и зарыдал, смотря на изуродованный труп Майка, который постоянно исчезал в темноте и вновь появлялся с красным светом аварийных ламп. Голова Майкла была будто взорвана. Лицо не различить, верхняя челюсть вбита в мозг. В этой каше из осколков черепа и внутренностей головы было сложно разобрать прежнего друга Дэвида. Бенрих рыдал, кричал и бился в истерике, сидя в углу, не в силах отвести взгляд от своего друга. Дэвид подполз к телу Майкла.       – Майк.. – Произнёс он без всякой надёжды, взяв резак Встав на колени, Бенрих приставил дуло лазерного резака к своему подбородку и хриплым от криков голосом, продолжая истерически плакать, произнёс:       – Маргарет.. Элизабет.. Простите меня. Простите.. Поскрёбывания и удары о металл стали громче. Похоже, между дверьми образовалась большая щель.