Маг

      Сайн проснулся. В комнате было пусто и тихо. Он снова был один. Маг поморщился и простонал, но заставил себя приподняться на локтях. Он слабо понимал, где находится. Окинув взглядом большую комнату, узнал в ней покои Алика. Сайн не почувствовал ни страха, ни паники. Все ему казалось чем-то отдаленным, словно из другой реальности. Все мышцы ныли от перенапряжения. В памяти Сайна стал оживать пылающий дом, а с ним и треть города. Магия Говарда вышла из-под контроля. Его омегу убили – он сорвался. Ледяной маг поморщился от неприятных ощущений. Он не сдержал клятву, поэтому его скрутила боль в кабинете. К счастью, он успел спасти малышей. Успел ли? Маг зашевелился в постели и попытался встать. Руки не слушались, и маг рассеянно уставился на пухлые повязки, полностью скрывшие его ладони. Несколько минут он, не моргая, смотрел на собственные руки. Он сосредоточился и пропустил скрип двери. Алик заметил очнувшегося мага и поспешил к нему.       - Сайн! – с радостью позвал он мужа.       Бета поднял глаза на альфу. Алик склонился совсем близко, прижимаясь своим лбом ко лбу мага, и Сайн не нашел в себе сил противиться, разрешая ему поцеловать себя. Совсем коротко и нежно, но этого достаточно, чтобы в полной мере ощутить, как он рад, что бета очнулся.       - Мы переживали за тебя.       В ответ молчание. Сайн смотрел, будто сквозь него.       - Ты так внезапно пропал, - сказал Алик, ожидая, что бета хоть как-то отреагирует на него. – Что случилось?       - Говард умер.       Альфе было неприятно, что его муж вспоминал другого альфу, но ради Сайна Алик не стал возражать. Он хотел быть честным в первую очередь с собою. Сайн воспринял его молчание за обиду. Маг был уверен, что альфа, пусть и где-то в глубине души, злится и ненавидит его за братские отношения между ним и Говардом. Но так же Сайн понимал, что Алик долгое время считал их любовниками и имеет право злиться. Правду маг никогда ему не рассказывал, а значит, альфа в своем праве. Всегда есть вероятность, что все сложится иначе и не самым лучшим образом.        - Что с мальчиками?       - Они вполне здоровы, Элиан за ними присматривает.       Сайн прикрыл глаза от усталости. Даже такой короткий разговор вымотал его. Сил не было держать глаза открытыми. Алик коснулся холодной щеки беты.       - Ты спишь?       - Устал… - не открывая глаз, ответил Сайн.       Элиан вошел почти бесшумно. Он остановился за спиной Алика, наблюдая за магом. Его беспокоили и пугали расползающиеся возле сердца его любимого черные нити от печати. Он положил руку на плечо альфы. Алик улыбнулся супругу. Тот ответил взволнованным взглядом. Во второй руке омега сжимал только что полученное письмо из столицы.       - Император умер, - сообщил Элиан, со скрытой радостью в голосе.       - Ура? – прошептал альфа.       Элиан сел на постель рядом с магом и коснулся пальцами черного клейма.       - Я могу попробовать его снять. Пока никто не заявил права на трон.       Сайн притворялся спящим, Алик с удивлением посмотрел на омегу. Элиан вздохнул, рано или поздно он обязан был открыть правду альфе.       - Алик, я должен кое-что тебе рассказать о себе.       - Говори, - настороженно попросил альфа.       - Я… внебрачный сын императора. Один из признанных им внебрачных детей.       Алик нахмурился, переваривая услышанные слова. Ему стало тяжело дышать, как выброшенной на берег рыбе.       - Я обманом получил согласие на брак с Сайном и сбежал из столицы, когда император уже был смертельно болен. Сегодня я получил письмо, что он скончался, - продолжал говорить Элиан. – Я могу освободить Сайна.       - Разве он не свободен?       - Все маги – рабы императора. Им ставят печать еще в детстве, чтобы контролировать их силу и жизнь.       Алик перевел взгляд на бету, лежащего с закрытыми глазами. Теперь многие поступки мага обрели смысл. Альфа никогда не подумал бы, что своей холодностью и грубостью маг старался защитить парня в первую очередь от себя, ведь против приказа пойти бы не смог. Алик поцеловал запястье Сайна немного выше бинта. Он с любовью смотрел на супруга. Элиан виновато опустил голову, альфа ничего не сказал о его недомолвках.       - Алик… - слабо позвал его омега.       - Мне пока трудно это принять, - сказал альфа, смотря в сторону.       По указу императора маги убили всю его семью. Ему тяжело было смириться с потерей родителей, а потом еще подкосил навязанный брак с врагом. Кроме этого, он в браке с сыном убийцы его родных.       - Прости, что не сказал правду раньше, - попросил омега.       На глазах Элиана блеснули слёзы. Он не хотел терять любимого альфу. Сайн поморщился от боли в теле, а еще болела душа, что два дорогих ему человека ссорились возле его ложа.       - Я помогу, - положил руку на печать Элиан, заметив, как маг снова морщится от боли.       - Ты знаешь как?       - Нет, но в хрониках сказано, что императорский омега может вытащить своего суженого даже с того света.       Сайн с трудом открыл глаза и положил свою руку поверх ладони омеги.       - Не нужно…       - Ты нам нужен! – твердо сказал альфа, решительно прижав ладонью их соединенные руки прямо к центру печати.       В тот же момент вспышка света заставила всех зажмуриться. В комнате вмиг стало прохладней, бету выгнуло дугой от боли. Элиан вскрикнул. Алик инстинктивно прижал омегу к себе. Через минуту все успокоилось, только холод не исчез.       Алик осторожно открыл глаза. В комнате падал мелкий снег. Элиан с удивлением хлопал пушистыми ресничками, на которые оседали мохнатые белые снежинки.       - Сайн! – оба обернулись к магу.       Бета спокойно спал, а на груди больше не было рабского клейма. Омега рассмеялся, прижимая к себе ладони. Альфа обнял его. Они легли по сторонам от беты, согревая его телами и вслушиваясь в спокойное дыхание любимого.       - Император всегда недооценивал омег. Согласно записям в хрониках, когда случилось первое восстание аристократов, они истребили весь императорский род. Остался в живых один малолетний омега, которого спас стражник-маг. Ради любимого маг погубил много предателей, создал печати для магов. Они прожили долгие годы вместе, сохранив и укрепив нашу империю. С тех времен омеги из императорского рода несли в себе частичку магии, которая указывала на их жизненного спутника, - рассказывал Элиан. – Когда я впервые увидел Сайна, я понял, что с этим человеком хочу провести всю жизнь. Потом появился ты и я словно стал целым.       Алик перехватил ладонь Элиана и поцеловал. Он не мог долго злиться на омегу, ведь сильно любил его. Ему хотелось большего, но они решили подождать утра, когда проснется их маг.

***

      Сайн открыл глаза, ощущая легкость во всем теле. Еще никогда так легко не дышалось. Рядом лежали омега и альфа. Он понял, что любит их, что готов стать для них супругом. Тяжести, что удавкой сжимала грудь, больше не было, а значит, был шанс на счастливую жизнь рядом с дорогими людьми.       - Доброе утро, - выдохнул в шею магу Алик.       - Доброе утро, - с другой стороны прижался к ему Элиан. – Ты теперь только наш.       Сайн понимающе улыбнулся и кивнул. Элиан расплылся в довольной улыбке. Алик потянул бету на себя и поцеловал его в мягкие губы, маг не собирался протестовать. Напротив, он застонал и прильнул ближе, получив, наконец, то, о чем так давно мечтал. Альфа углубил поцелуй, проник языком в рот мага, лишая возможности связно мыслить. Это было восхитительно. Алик был восхитительным, и судьба позволила магу быть с теми, кого он по-настоящему полюбил. Элиан забрался на мага сверху, придавив того к постели.       - Сайн, - томно прошептал ему в шею Элиан, - позволь нам любить тебя.       И Сайн позволил. Маг плавился в руках двух супругов, отчаянно цеплялся за их ласки и внимание, ни за что не хотел отпускать. Под невозмутимой гладью внешнего спокойствия ледяного мага обнаружился бурлящий поток, тянущий за собой, разрывающий эмоции водоворотом невероятных ощущений. Это не пугало, наоборот, хотелось отдаваться и принадлежать. Никогда прежде Сайн не замечал за собой таких желаний. Но именно такого он подсознательно ждал всю жизнь: чтобы кто-то был рядом, несмотря ни на что. И это не было стремлением подчиниться или слабостью характера. Это была простая неконтролируемая жажда его стремительно оттаивающей души и наконец-то освобожденной магии.       Но, конечно, вечно поцелуй длиться не мог. Они слишком жаждали этого единения. Сайн подался навстречу, отвечая и беспорядочно шаря руками по телу Алика, ставшему таким доступным для желанных прикосновений. Не нужно было теперь сдерживать себя, а можно — просто любить. Маг чувствовал во рту язык Элиана, уверенно играющий с его языком, прижимался пахом к уже затвердевшему члену и слышал тихие стоны. В каждом касании Алика и Элиана - любовь, в каждом поцелуе - любовь, в каждом движении - любовь. Сайн упивался этой щедро предложенной любовью, впитывал каждую ее каплю и отдавал взамен свою, не менее горячую.       Их души, притянувшись однажды, навечно соединились в потоке любви, переплетаясь и проникая друг в друга, сплавляясь в единое целое, и им вторили тела на постели. Прекрасное начало новой, свободной и счастливой жизни, одной на всех, и много еще прекрасного будет впереди.

Октябрь 2020