Осколки

      Стоило пересечь порог, как нос щекотал навсегда, казалось, поселившийся в лавке запах анисового масла, он доминировал и заглушал остальные, что пытались о себе заявить — скромно и ненавязчиво ромашка, впитавшая в себя всё летнее солнце цветущих полей, более уверенно — мята и мелисса, смешиваясь воедино, что едва отличишь, пряные ароматы гвоздики и множества видов перца, и где-то, если повезёт, можно уловить роскошную розу и жасмин с лавандой… Всегда чистые половицы сухо поскрипывали под ногами, оповещая о покупателе ещё до того, как приблизится к прилавку, сейчас были засыпаны битым стеклом, перемешанными в немыслимом, хаотичном сочетании травами и остатками маминых снадобий. Все знакомые запахи вытеснила едкая и горькая, царапающая горло гарь. Было непривычно светло из-за заглядывающего через отсутствующие куски стен, солнца. Прилавок уцелел, хоть и был завален обломками. Крыша и часть стен обвалились, перекрыв доступ к второму этажу. Казалось, вот-вот обвалится и всё остальное, похоронив под собой свидетельства погрома.       Светловолосый мальчик, растерянно разглядывающий, во что разгневанные люди превратили его дом, замер, почувствовав пугающий запах горелой плоти. В следующий миг он увидел обугленную руку. По щекам маленького эльфа потекли слёзы, он тихонько всхлипнул, губы задрожали, но Лоран так и не осмелился позвать: «Мама?».       — Что там, Лу? — за спиной нетерпеливо дёргала за рубашку Мелис.       — Здесь ничего не осталось, пойдём отсюда скорей, пока они не вернулись! — поспешно смахнув слёзы, повернулся к ней брат, разворачивая девочку к двери, стараясь закрыть собой то, что лежало за прилавком.       — Лу, зачем они это сделали? Куда нам теперь идти? Куда они забрали папу? — волнение и негодование Мелис вылилось в поток вопросов.       Когда в лавку летели камни и факелы, люди кричали «ведьма» — злое, ядовитое и свирепое до сих пор звучало в голове Лорана. Близнецы прятались на крыше дома на другой стороне площади, Лоран прижимал испуганную сестру к себе, закрывая ей уши, чтобы она не видела ничего, не слышала рёв толпы и проклятия, но сам не мог ни зажмуриться, ни заглушить их голоса. Когда люди совсем разошлись, Лоран начал читать отрывки Песни Света, только чтобы успокоить сестру. Она не должна была увидеть, что случилось с мамой, но если он начнёт плакать, это не поможет успокоить Мелис. Мама всегда просила заботиться о сестре.       — Пойдём пока обратно на чердак, папа должен вернуться, — уверенно посмотрел на девочку, похожую на него, как отражение в зеркале.       Они больше не возвращались, а Эльсамаль Алдурилан увидел руины своего дома только спустя месяцы, проведённые в темнице, дети его так и не дождались.