Паутина судьбы

Состояние была странным. Я вроде и спала, но абсолютно четко слышала все, что происходило вокруг. Но казалось, что и видела. Как будто со стороны. Видела, как Питер несет меня на руках по улицам, как меня принимают врачи в местной больнице. Лежа на кушетке, я слышала папины крики: - Чем ты ее накормил?! Что произошло?! Накормил? Ах, да, я же рвала, прежде чем отключиться. - Мы даже сесть за стол толком не успели. - Тогда в чем дело?! Я снова ощутила все пространство вокруг. И даже больше. В конце коридора, в маленькой комнатке, кто-то целовался. Чувствовала даже дрожь в их телах. К вечеру все стихло. В палате осталась только я и мужчина. Не папа. Наверное, Питер. Я, наконец, смогла открыть глаза. Свет врезался с похвальной настойчивостью, будто мы много лет не виделись. Я оглядела комнату. Все было именно так, как я видела во сне. До мельчайших деталей: три стула вдоль правой стены, створчатое окно, столик в углу. Питер сидел спиной ко мне и читал бумаги. - Опять в работе? Он вздрогнул от неожиданности и повернулся ко мне. Лицо его было бледным, а глаза красными-красными. - Кто-то умер? Или я уже зомби? Лучше сразу снеси мне голову -- не хочу есть мозги. - Шутишь, да? Ты представляешь, как я испугался? - У меня богатая фантазия. Представляю. - Черт,-- Питер выругался, но я подозревала, что это не из-за моей дерзкой фразы. - Сколько я спала? - Пять часов. Сказали, когда очнешься, можешь ехать домой. - Чудно. Я одеваться,-- на радостях я вскочила с кровати. Завязки больничного халата предательски развязались, и накидка листочком на ветру понеслась вниз. Питер, как истинный джентльмен с отменными рефлексами, развернулся к стенке. Хотя, что он там не видел? Я даже стесняться не стала. Проковыляла до стула с одеждой и принялась за дело. В дверь постучали. Тут-то я взялась за дело быстрее. - Входите,-- сказал Питер. - Эй, я же... - Врач -- женщина. В палату вошла девушка, чуть старше Питера на вид. Она мельком взглянула на полуголую меня, но не увидев ничего интересного, подошла к Питеру. - Похоже мисс Стейси проснулась. Вы уже уезжаете? - Да, ее родители просили привезти ее как можно скорее. - Родители? А вы не родственники? Если нет, я... - Родственники. Близкие родственники,-- вскрикнула я. - И насколько близкие? - Почти близнецы. Девушка нахмурилась. Она прекрасно понимала все. Но приставать не стала. По крайней мере ко мне. Питер, твоя смазливая мордашка когда-нибудь тебя погубит. - Что ж, вы можете уезжать. Вот результаты Ваших анализов. Завтра, во второй половине дня, зайдите к доктору Грину. Он знает о Вас. И доктор скрылась за дверью. - На чем едем? - На машину я еще не накопил. Ваша светлость сможет простить меня, жалкого смертного? В моем распоряжении только железный конь. - Поехали. Домой хочу. - Зря ты так. Мери Джейн очень нравится мой мотоцикл. - Врешь!-- выпалила я. Чем сильно удивила Питера. Я сказала это неосознанно, но совершенно серьезно. И я была уверена в своих словах. Как будто поняла, что Питер врет. Его слова вибрировали как-то особенно. - Понял, настроение у тебя не очень. Идем. Он взял меня за руку, и мы вышли из палаты. Проходя по коридору, мы заглянули на стойку регистрации: сказали, что уезжаем. Полная медсестра помахала нам рукой и снова уткнулась в документы. Уже в дверях нас окликнул голос: - Мистер Паркер. Не забудьте и про Ваш прием. Не опаздывайте, как в прошлый раз. Питер широко раскрыл глаза и покосился на меня. Да-да, дорогой мой, теперь не отвертишься от объяснений. Я оперлась на одну ногу, сложила руки на груди: всем своим видом пыталась показать, что жду его слов. - Я запомню. До свидания. И Питер потащил меня к своему мотоциклу. Питер привез меня домой почти в полночь. Он с заносом припарковался у подъездной двери и пару раз дал газу на месте. Позер. - Не забудь завтра о походе к врачу. - Ты тоже. Я старалась говорить как можно более вызывающе, показывая, что его здоровье меня интересует так же, как и свое собственное. - Гвен, я вполне здоров. У меня... - Мери Джейн рассказывала о твоих приступах. Ты пугаешь ее, Питер. Если не заботишься о своем здоровье, то подумай о ней. Питер опустил голову. О чем он думал? Боялся сказать мне о чем-то? Или все-таки подбирал слова? - Гвен. Я умираю.