Идеальная совместимость

      Когда вечер опустился на старый, давно забытый людьми причал, Норт покинула корабль и юркнула в полуразрушенный дом, располагавшийся неподалёку, снова прокручивая в голове ту мысль, которая беспокоила её. Тот разговор с Хлоей, если их всхлипывания друг у друга на плече вообще можно было назвать разговором, на некоторое время подарил девушке ощущение мнимого спокойствия. Но вот, на улице стемнело, и Норт снова окутали мрачные мысли.       Сейчас, когда андроид смотрела на их с Маркусом отношения, ей всё казалось неправильным. Нет-нет, речь, конечно, шла не об их чувствах друг к другу. Сомневаться в них было бы глупо, поэтому она упрямо гнала эти мысли прочь. Скорее девушка сомневалась в себе. Насколько процентов она действительно она? Что осталось от той Норт, которая должна была стать соулмейтом их лидера? Была бы она лучше, добрее, светлее что ли, сложись её жизнь иначе?       Теперь, когда Норт со стороны видела отношения между добродушной, открытой всему миру блондинкой и её возлюбленным, относившимся к ней с такой осторожностью и нежностью, словно Хлоя была хрупким цветком, девушке казалось, что и ей самой стоит быть такой же. В конце концов, тогда она бы больше соответствовала миролюбивому спокойному Маркусу.       Терзаемая чувством вины, которое у неё вызывали мысли о своём буйном нраве, Норт поднялась на этаж, на котором они с лидером часто проводили время, когда хотели побыть просто вдвоём, или когда у кого-то из них было плохое настроение. Впрочем, эти два состояния частенько совпадали.       Лидер сидел за фортепиано, но не играл, а задумчиво сверлил взглядом Иерихон. Кажется, он настолько был погружён в свои мысли, что не заметил появления девушки. И только когда Норт мягко коснулась его плеча, вздрогнул и запрокинул голову, разглядывая её снизу вверх.       — С этого ракурса ты тоже красивая, — с улыбкой заметил Маркус.       — Не уверена, можно ли доверять тебе в таких вопросах, — хмыкнула Норт, проводя ладонью по ёжику тёмных волос возлюбленного. — Ни разу ты ещё не сказал, что я некрасивая.       — Не сомневайся. Ты самая красивая из всех девушек в мире, — парень, наконец, повернулся к ней всем телом.       — А если я скажу, что половина моего тела, если не больше, не принадлежит мне? — наконец, решилась спросить девушка. — Вся левая рука, правая от локтя и до кончиков пальцев, бёдра, колени, живот. Всё это не мои детали.       — Разве это должно меня волновать? — удивлённо приподнял одну бровь Маркус. — Знаешь, я тоже не в изначальной комплектации. Ноги вон пришлось заменить, глаз. На Иерихон мало кто попадает целым.       — Я… не думала об этом. То есть от этого ты не любишь меня меньше? — неуверенно поинтересовалась Норт.       — Ты прямо как маленькая. Конечно, нет, — лидер переплёл их пальцы, и девушка с облегчением вздохнула. — Неужели действительно переживала?       — В последнее время я слишком себя накручиваю. Эти влюблённые парочки плохо на меня влияют, — Норт тряхнула головой, избавляясь от сомнений. — Ладно, со мной-то всё понятно, а что насчёт тебя?       — А разве со мной что-то не так? — притворно удивился Маркус, но тут же стушевался под насмешливым взглядом возлюбленной. — Хорошо-хорошо. Признаюсь, ты меня подловила. Я волнуюсь. Просто сидеть здесь и ничего не предпринимать мы не можем, но я не хочу снова подвергать всех риску. Не хочу, чтобы кто-то умирал.       — Ты действительно думал, что можно начать революцию и обойтись без жертв с обеих сторон? — ласково поинтересовалась Норт, усаживаясь к нему на колени. — Все здесь понимают, на какой риск идут. Понимают, за что сражаются.       — И всё же… — Маркус уткнулся лбом ей в плечо. — Я так устал от всего. От этой ответственности, от постоянной борьбы, невозможности отступить…       — Никто не заставляет тебя предпринимать что-то прямо сейчас. Можешь взять передышку, — предложила девушка, гладя его по голове.       — Не могу. Нас всё ещё хотят уничтожить, и моё промедление только усугубляет ситуацию. Нужно поскорее убедить людей, что мы не опасны, — устало выдохнул парень. — И энергия, кажется, кончается.       — В прямом смысле или в переносном? — скользнув пальчиком вниз по его груди, хитро улыбнулась Норт.       — Смотря какой способ её восполнения ты собираешься предложить, — Маркус поднял на неё заинтересованный взгляд.       Девушка не ответила, лишь наклонилась к его губам, нежно целуя. Уж о слабостях лидера она знала всё.

***

      Старшая из сестёр никогда не думала, что девианты могут жить такой спокойной, размеренной жизнью. В доме Камски Хлое всегда приходилось следить за каждым своим действием, параллельно присматривая за младшими сёстрами и занимаясь хозяйством. Здесь же, впервые за долгие годы, она чувствовала себя в безопасности, и выходить лишний раз на улицу категорически не хотелось. Наверное, поэтому Хлоя не соглашалась на вечерние прогулки по причалу, на которые её приглашала средняя сестра. Поэтому, и потому что не хотела мешать им с Коннором, быть третьей лишней в этой романтической обстановке.       Да, за младшими сестренками Хлои теперь приглядывали их кавалеры. Младшенькая большую часть времени проводила рядом с возлюбленным: он таскает коробки — она таскает коробки, он помогает раненым — она помогает раненым. Кто-то из главной четверки назвал их неразлучниками, да так это прозвище и закрепилось за ними.       «Старший» Коннор, которого окрестили так по аналогии со «старшей» Хлоей, очень помогал ей тем, что взял на себя заботу о младшем собрате, оказавшемся на удивление беспомощным и, между тем, настолько же упрямым. Похоже, несмотря на девиацию, убеждения, внушенные программой, были всё ещё сильны. В вопросах быта, взаимодействия с другими и прочих, казалось бы, совершенно естественных мелочах, он был совершенно непросвещенным. Младший Коннор часто отвечал односложно, холодно, иногда даже грубо, но не потому, что хотел, а потому, что просто не умел иначе.       Параллельно с этим, вполне разумный, серьёзный андроид превращался в сущее дитя, когда дело доходило до любого повода что-нибудь порасследовать. Он мог уцепиться за любое «дело»: начиная от поисков того, кто вечно оставляет грязные следы, заканчивая пропажей биокомпонентов. В прочем, стоит сказать, что разгадку он всегда находил и достаточно быстро — всё-таки усовершенствования модели давали о себе знать. Но ведь Коннор бросал абсолютно все дела, как только речь заходила о том, чтобы что-нибудь найти! И, что, по мнению старшей Хлои, было гораздо хуже, так это то, что он втягивал во всё это своего соулмейта.       Младшая Хлоя слушалась его беспрекословно, видимо по старой привычке (или, может, она просто оказалась авантюристкой?), поэтому во все импровизированные «расследования» эти двое влипали вместе, в результате чего несколько раз чуть не навернулись с палубы, промокли под дождём и извозились в земле.       Старшая Хлоя стоически терпела все их выходки, уговаривая себя не вмешиваться в их жизнь. Но когда младшему Коннору пришлось заменить несколько деталей, из-за неудачного падения, девушка была уже на грани.       Тогда, к её величайшему облегчению, воспитанием мальчишки занялся его старший собрат. Восьмисотый всегда на первое место ставил не работу, и не заложенную программой цель, а благополучие близких. Именно этому Коннору предстояло научить девятисотого.       Какое-то время младшенького приходилось буквально хватать за шкирку, останавливая от очередного необдуманного поступка. Но постепенно младший, кажется, начал понимать, что подвергает опасности не только себя, но и возлюбленную и это поумерило его пыл.       Жизнь здесь постепенно становилась привычной (хотя младшенькие всё ещё периодически выкидывали что-нибудь необычное, а средняя Хлоя умудрилась оказать психологическую помощь половине Иерихона) и всё было замечательно… до одного рокового дня.