В любви все средства хороши...

      Расцарапав руки веревкой, сорвав себе голос и наконец осознав тщетность всей ситуации, в которую по чужой милости угодила, Александра Мартынова несчастно простонала и уткнулась головой в коленки. Где же я так согрешила, мамочка?       Всю жизнь мы куда-то бежим, спешим и у нас колоссально не хватает времени подумать и разобраться в себе. Теперь, связанной по рукам и ногам она могла заниматься самокопанием бесконечно. Вот уж подарок судьбы!       Саша жила не то чтобы праведно — она вела веселый подвижный образ жизни, но никогда не была замечена за подлостью и злым умыслом. Она была отзывчивой, доброй девушкой. К такому ее жизнь, казалось бы привести не могла. Но, смотрите ка, вот она уже сидит с каким-то куском ткани на голове, настолько плотным, что становилось трудно дышать, а слезы наворачивались на глаза.       От обиды за себя в ней вновь загорелась злость, и Саша из последних сил стала кричать сквозь изоленту, залепленную на нежную кожу. Но она тут же затихла стоило ей услышать появление кого-то в помещении или где она там находилась. — Япона мать! — справа послышался шёпот на повышенных тонах. — Мы серьезно это сделали? — Теперь у тебя два пути: либо в тюрьму… либо в загс. *** — Вот тварь, он опять мои деньги сожрал! — стукнув кулаком по кофейному автомату, грозно прорычал парень. Широкие плечи и шипованные тяжелые берцы придавали его облику еще больше жесткости. Когда он со злости пнул машину уже ногой, щупленький парнишка, проходящий мимо резко сменил направление на противоположное. — Я не переживу этот театр без дозы кофеина. — Артемушка, не пугай людей. — мягко сказал его друг. В противовес ему тот был воплощением уюта: стройная невысокая фигура облаченная в цветастый свитер, а русая шевелюра с отливом рыжинки находилась в романтичном беспорядке. — Сделай физиономию попроще, я тебя прошу. Не порти детям концерт, все когда-то были первокурсниками. — Ути-пути какие мы заботливые стали. Если бы твоя Сашенька — ой простите, я хотел сказать: «не ваша Сашенька» — не занималась бы организацией концерта, то ты бы на него даже не пришел. — кривляясь произнес Артем. — Ну Сеня, ну скажи еще, что я не прав? Сеня — как парня величал его лучший друг — только возвел глаза к потолку, но ничего не возразил, молча оставляя победу за Артемом. Затем он присел на корточки напротив кофейного автомата и просунул запястье в выемку для сдачи. Сделал пару ловких движений кончиками пальцев, после чего со снисходительной улыбкой вернул монеты их хозяину. — Я всегда говорил: тебе светит яркое будущее в амплуа домушника! — шутливо сказал Артем, внимательно пересчитывая копейки. — Пойдем, если не поторопимся, опоздаем к началу. — Арсений пошел в сторону актового зала, не дожидаясь парня. — Любовь портит людей. — сокрушенно подвел итог Артем и, кинув обиженный взгляд на автомат, поспешил следом. Они зашли одновременно с началом представления. Свет таинственно погас, и парни на ощупь дошли до мест своего курса. Бойкая девчонка по имени Настя, бывшая у них старостой, громко шикала и призывала всех ласково заткнуться. Затем она перегнулась назад, через сидения, и сказала двум пришедшим:       — Мальчики, на вас, как на старших ответственность за плакат. — С этими словами она всунула разрисованный кусок обоев с надписью «ФБУ—лучше всех!» скривившемуся Артему.       — Все во благо факультета, друг мой. — наигранно по серьезному сказал Сеня, после чего староста довольно хмыкнув вернулась на место.       — Самому не смешно? — скептически выгнул бровь Артем.       Первый час они сидели с унылыми лицами, благо в темноте этого не было видно. Артем, оперся рукой на подлокотник и дремал, а Сеня, сделав на телефоне минимальную яркость, играл в шахматы с виртуальным противником. Затем на сцене заиграла ритмичная и звонкая музыка, разбавленная дерзким звучанием барабанов. Сеня сразу же отвлекся от экрана и уже не смог отвезти взгляда ни на секунду.       — Кажется, что-то пошло не по плану. Насколько я помню, Саша не должна была танцевать с ними, она только ставила хореографию.       — Именно так. — подтвердил Сеня, абсолютно довольный сложившейся ситуацией.       Артем посмотрел на то как его друг в очередной раз завис при виде одной конкретной особы и, помахав головой, начал в темноте писать что-то на плакате. Выступление закончилось, подали свет. Зрители выкрикивали подбадривающие речевки и нестройно хлопали. Парни подскочили вместе со всеми и Арсений, выхватив плакат, задрал кусок бумаги выше остальных.       Саша, до сего момента радостно принимавшая поздравления вместе с остальными девчонками, остановила взгляд на Сене, а затем, нахмурившись, почему-то быстро покинула сцену. Весь зал превратился в кишащий муравейник, отнюдь не столь дисциплинированный как полагает природа.       — Найди ее и поговори с ней наконец. — наставлял Артем. — Это идеальный момент, Сенечка.       Арсений нервно прикусил губу и, простояв не больше минуты в раздумьях, уверенно кивнул и пошел в каморку, отданную под нужды выступающих. Тихонько постучав, он, как и ожидал, застал девушку в одиночестве — остальные наслаждались овациями.       — Мои поздравления — танец вышел захватывающим.       — Да, спасибо. Все благодаря стараниям девчонок. — холодно ответила Саша, продолжая смотреть в отражение зеркала. — Они большие молодцы.       — Ты тоже довольно круто смотрелась. — Арсений застенчиво улыбнулся, словив ее взгляд в зеркале.       Саша резко встала, громко шаркнув стулом, и подошла к нему.       — Я заметила как тебе понравилось. — голосом полного раздражения произнесла она. — «Саша, я хочу от тебя детей!» Ты серьезно?       — Что? — удивился Сеня. — Саш, я не понимаю, о чем ты гово…       — Да ты наверно издеваешься надо мной! Ты постоянно все портишь и позоришь меня. Все же видели твой тупой плакат!       — Саш, подожди, это наверно Артем, он, то есть… мы не хотели тебя обидеть! — Сеня говорил очень быстро, что никогда не было ему свойственно. — Это ведь безобидная шутка.       — Мне все равно кто из вас это сделал, вы мне оба надоели. — прошипела Саша, распахивая дверь перед парнем. — Оставьте меня в покое! ***       Старый гольф остановился у девятиэтажки в спальном районе. Арсений припарковал машину на последнее оставшееся во дворе место и, заглушив мотор, устало опустил голову на руль.       Артема он знал с детства. Они жили в агрогородке в восьмидесяти километрах от областного центра, где проживают на данный момент. Жили в соседних домах, ходили в один класс и сидели вместе за партой на протяжении одиннадцати лет. В какой-то момент они стали неразделимы ни смотря на все их отличия. Арсений всегда был более тихим и ответственным, прилежно учился и старался во всем помогать родителям, Артем же всегда шел против правил — был вспыльчивым, грубоватым и редко задумывался о планах на жизнь дальше двух недель — он жил моментом. В школе Сеня был щупленьким, маленьким и лишь потом, насмотревшись на друга, стал развивать свое тело. В те времена их дуэт называли — Гоблин и Карлик.       Окончив школу, они рванули в большой — относительно той дыры, в которой они жили — город, покорять студенческую жизнь. В общежитие заселились вместе, чему Сеня был чрезвычайно рад — он с трудом находил общий язык с другими сверстниками. Нет, он был общительным, обаятельным парнем, но он будто наступал себе на горло, если впускал в свою жизнь кого-то нового. Артем в противовес ему, пропадавший по ночам в клубах и возвращавшийся лишь к открытию общаги, дружелюбно называл его консерватором и упорно пытался пристрастить к тусовочной жизни. Когда в очередной раз ему не удалось вытянуть того на тусовку, он придумал гениальное — по его чертовски пьяному мнению — решение проблемы. Привел тусовку к Сене.       В итоге их выгнали за пьяный беспредел, разбитое окно, — за которое, кстати, они потом еще долго выплачивали компенсацию — и вишенка на торте — раскуривание травки! К счастью Сени с универа их не отчислили, а вот с жильем были большие проблемы. Денег на аренду у них не было от слова совсем. Выхода было два: возвращаться домой с позором либо брать академический отпуск и копить на жизнь, что собственно они и сделали. И вот спустя полтора года они вернулись на второй курс, но, к сожалению, так и не закрыв в тот раз первый семестр, им пришлось начать год заново.       Поначалу они чувствовали себя неловко с однокурсниками, что были их на два, а некоторые и на три года младше. Но к ноябрю месяцу они более или менее влились в сплоченный коллектив, если уважительно-опасливое отношение парней и подмигивание девчонок на расстоянии — так и не решившихся пойти в прямое наступление — можно считать за положительный результат интеграции. Если Арсений быстро стал находкой для курса, благодаря своим прекрасным умным мозгам, то у Артема с его хулиганскими замашками возникали трудности до сих пор. Но у его дерзкого имиджа был один большой — по «скромному» мнению парня — плюс: девчонки буквально прожигали того любвеобильными взглядами, чем он активно пользовался.       Арсений ранее не особо увлекавшийся девушками, был в этом плане слегка тугодумом и, впрочем, не чувствовал себя ущербным, пока не втрескался по уши в обворожительную Александру. По мнению Артема — девчонка, как девчонка, не писаная красавица, но и в толпе не затеряется: стройная, рыжая, конопатая, да и в целом напоминала тому ведьму. Сеня же в девушке видел яркое солнышко. Она казалась ему особенной.       С первых дней Саша запомнилась своим отличием от других сокурсниц — от нее сложно было услышать размышления по типу: «видела такую кофточку в новой коллекции, как раз к сапожкам…» или «поглядите какой у нее красивый дизайн ноготочков». Порой та сама цитировала своих знакомых и смешно кривилась, пока их пародировала. Насколько Арсений был осведомлен, Саша была из многодетной семьи с матерью одиночкой во главе. Возможно, именно это и повлияло на ее характер. Будучи старшей сестрой, брату и совсем еще мелкой сестренке, она была в меру строгой, с отточенным командным голосом, но при этом вела довольно разгульный образ жизни. Для нее в порядке вещей было собраться на пьянку, зная, что завтра ей к первой паре на восемь утра, а она совершенно не готова. Или же влезть в джинсы брата и, подкатав штанины и подтянув в талии ремнем, пойти так в универ, а завтра просто так одеться в элегантное коротенькое платьице и напялить каблуки. Этой своей простотой и легким отношением к жизни, Саша напоминала Артема, что наверно и привлекло в итоге Сеню. Намного позже он разглядел в ней очаровательную девушку с самой доброй улыбкой.       Очередной раз, прогнав в голове последнюю их встречу, Сеня несчастно вздохнул и пошел к подъезду. Мотоцикл Артема был под домом, значит, тишины ему сегодня не видать, как своих ушей. Отрыв просевшую дверь на третьем этаже он почувствовал манящий аромат блинчиков. За его кулинарные достоинства, Сеня готов был простить другу что угодно.       — Воу, ты уже тут. — темная голова высунулась из проема небольшой кухоньки. — я не ждал тебя так рано, думал вы погуляете хотя бы как золушка — до двенадцати.       — Артемушка, ты в курсе, что ты кретин, и я тебя ненавижу? — ласково сказал Сеня, падая на угловой диванчик и устало растекаясь по кухонному столу.       — И как же ты, несчастный маленький еврейчик, терпишь меня все эти годы и до сих пор не сбежал? — не отрываясь от плиты, поинтересовался Артем.       — Люблю скотину, ни-че-го с собой поделать не могу. Придушил бы, а рука не поднимается.       Артем самодовольно усмехнулся и поставил перед парнем тарелку с налесниками, затем сходил на балкон и вернулся с банкой варенья.       — Бабушка передала, вишневое. — коротко бросил он. — Приказала кормить тебя, дохлятину, побольше и посытнее.       Сеня поник и серьезно спросил:       — Артемушка, я некрасивый? Совсем-совсем?       Артем подавился воздухом от такого заявления, а затем рассмеялся.       — Ой, Сеня-Сеня, я всегда ожидал таких вопросов от сестры, но уж точно не думал услышать такое от тебя. — он не мог перестать посмеиваться, прикрыв глаза ладонью. — Садись жрать, пожалуйста, и рассказывай, что на сей раз не так. Сеня вяло взял в руку блин и также лениво макнул тот в банку, задумчиво прожевал, и едва не подавившись под пристальным взглядом напротив, наконец, соизволило ответить. — Она сказала оставить ее в покое. И выгнала меня. — Интересная реакция. Сеня пожал плечами и продолжил есть с видом мученика. — Так, сиди здесь, сейчас приду. — твердо сказал Артем и убежал в зал, в котором обитал. Так как Парень частиком приходил поздно и мешал своему соседу, то ему достался проходной зал с диваном, а Сеня обжился в спальне. Через пару минут Артем пришел с тетрадкой по макроэкономике и ручкой. — Ты что, заболел? Зачем ты взял в руки конспект? — недоверчиво покосился Сеня. Артем отмахнулся от того как от мухи, полностью проигнорировав саркастическое замечание и важно сказал: — Завоюем мы твою Сашеньку, никуда она от нас не денется! — И … как мне в этом поможет макроша? — Сеня смотрел на него как на умалишенного. — Да не перебивай ты меня! — возмутился Артем и сел напротив того за стол. — Мы составим ге-ни-аль-ный план по соблазнению твоей марсабель. — После одного такого твоего «ге-ни-аль-ного плана» мы остались людьми без постоянного места жительства, а именно бомжами. — подметил Сеня, спокойно попивая чай. — Передай сахар, пожалуйста. — Короче, для начала нужно понять из-за чего она психанула… — Артем плюхнул сахарницу на стол и начал серьезно что-то писать в середине тетради. Сеня был уверен, что длина его конспекта никогда не зайдет так далеко. — Обиделась. — поправил он. — Да какая разница! Так вот, для начала находим причину и … просим прощения? — Артем сам удивился от того, что предложил. — Начало звучит цивильно. — оживился Сеня. — Давай, изрекай дальнейшие инструкции. ***       «Теоретические основы бухгалтерского учета» или «ТОБУ», как кратко звали предмет студенты бухфака, как всегда проходил в своей особенной атмосфере: море документов, стук клавишей калькулятора и жужжание старых компьютеров, отдающих тупой болью в висках.       Арсений, задумавшись, уставился на панель пуска характерную для Windows Xp и вынырнул из мыслей, только когда Артем не выдержал и помахал рукой перед его лицом.       — Какой у тебя итог в восьмом «б» вышел? — спросил он, наконец обратив на себя внимание.       Арсений молча повернул к нему калькулятор, показывая цифры.       — И где я просрал триста сорок рублей? — недовольно спросил Артем сам у себя и снова уткнулся в пачку документов, грубо пропуская темные пряди сквозь пальцы.       В другой день Сеня принялся бы объяснять Артему, где тот накосячил, но сегодня было не до этого. Извернувшись, он посмотрел назад, где спиной за рабочим столом сидела Саша. Из головы не выходили вчерашние посиделки на кухне. Если опустить некие бредовые детали присущие автору наполеоновского плана, то в целом стратегия была неплоха и стоила того, чтобы хотя бы попытаться. Сеня вырвал листик из тетради и нашел ручку. Пункт первый — извиниться.       Быстро настрочив текст, уже давно сформировавшийся в единое целое в его голове, он сложил бумажку в четыре раза и пустил ту по кругу, так как рабочие места в аудитории стояли буквой «П». На душе сразу полегчало, и Сеня взбодрился, решая помочь уже было отчаявшемуся в чем-то разобраться другу. ***       Сначала ты работаешь на свою репутацию, а затем она работает на тебя. В этом Рома Колесников убедился самолично. Будучи активистом и спортсменом он претендовал на звание лучшего студента года, и в целом привык все получать на блюдечке с голубой каемочкой. Он редко терпел неудачи и также редко возникали сложности в достижении целей, но всегда случается исключение. Его «исключением» оказалась Александра Мартынова. Он не воспылал к ней пылкой любовью, но девушка, не бегущая к нему в руки после первого же подката, определенно цепляла — ее хотелось добиваться. С Сашей они стали тесно сближаться еще на первом курсе, выйдя за рамки простого общения на учебе, когда вместе готовились к тогдашнему концерту первокурсников. На одном мероприятии все не закончилось. Деканат, прозвав парочку — «главные активисты курса», стал совать их в каждую движуху университета на добровольно-принудительных основаниях. Ненавязчиво ухаживая за одногруппницей, Рома негласно приписал ее к своей собственности и его чертовски бесил маячивший на горизонте вернувшийся с академа Арсений. Последней каплей была его выходка на концерте, где Рома принимал участие в качестве одного из ведущих, поэтому ему был прекрасно виден корявый плакатик, задранный выше всех. Узнав от кого ему в руки перепал клочок бумаги, адресованный Саше, он без зазрения совести развернул тетрадный лист и бегло пробежался по строчкам. Нахмурившись, Рома быстро написал на другом клочке бумаги приглашение на поход в кино и пустил дальше по ряду.       Рома скомкал записку Арсения в кармане джинсов и улыбнулся в ответ обернувшейся девушке. Стукнула дверь и в кабинет громко цокая шпильками по старому паркету зашла молоденькая преподавательница. Обладая приятной внешностью и будучи миниатюрной блондинкой, она легко могла затеряться среди толпы студентов, поэтому всегда придерживалась делового стиля в одежде и передвигалась исключительно на высоком каблуке. — Ну как, разобрались с заданием ребят? — спросила она, вихрем проносясь к своему столу и, пошевелив мышкой, разбудила компьютер. — Может что-то не понятно? — Виктория Станиславовна, я в отчаянии! — тут же поднялся со своего места Артем. — без вас мне не справится. — Даже так, — улыбнулась девушка. — тогда берите стул, будем считать вместе. Роман, ожидавший данного развития событий закатил глаза и, воткнув в ухо второй наушник, продолжил лениво сводить дебет с кредитом. *** — На кой черт я распрягался, если в итоге ты все равно поперся к Виктусе? — раздраженно спросил Сеня с подносом в руках. — Ты объясняешь все слишком заумным языком, а мне нужно как маленькому — разжевать по частям. — отмахнулся от него Артем, разглядывая предлагаемые блюда за стеклом, пока они стояли в очереди. — Приятного аппетита, мальчики. — весело бросила Саша, проходящая мимо них вместе со старостой. Как только девушки отошли к столикам, Артем присвистнул и сказал: — Она снова с тобой разговаривает? — Пока ты долбился с расчетами я вроде как извинился. — заметив непонимающий взгляд он пояснил. — через записку. — Похвально. — одобрительно покачал головой Артем, подавая поварихе тарелку, куда тут же ляпнули пюре. — можно переходить ко второму пункту. Пункт второй — ненавязчивый знак внимания.       На следующий день Сеня подгадал момент, когда Саша, оставив вещи, вышла из лекционной и, убедившись, что никому не интересно чем он занят, положил в ее сумку шоколадку с приклеенной запиской.       Вообще всю эту тему с маленькими посланиями Артем продолжил не случайно. Так у Сени было меньше возможности ляпнуть какую-то ерунду и все испортить, когда он в очередной раз разнервничается в присутствии объекта воздыхания. Вернувшись к засыпающему за партой Артему он принялся ждать. В кабинет зашла староста и почему-то полезла в сумку Саши, а затем достала сладкий презент. Настя тут же расплылась в улыбке и громко прочитала вслух:       — Маленькая радость самой очаровательной девушке университета. — довольно улыбаясь она продолжила, когда в лекционный зал зашла Саша. — Сенечка, это так мило с твоей стороны, мне очень приятно.       Сенечка же, мягко говоря, обалдел и, нервно покосившись на Александру, неловко улыбнулся и сказал:       — Для нашей старосты ничего не жалко. — он всплеснул руками, под сдерживаемое хрюканье Артема. — Поэтому Артем захотел сделать тебе приятное, но постеснялся. Да, дорогой?       Смех стих, Артем, злобно глянув на друга и через силу выдавив улыбку, согласно кивнул. Настя подбежала к их парте и легко чмокнула того в щеку.       — Я и не знала, что ты такой стесняшка. — засмеялась она.       — Какой ты у нас заботливый, однако, Арсений. — колко подметила Саша, садясь на место рядом с той самой сумкой.       — Д-да… я такой. — сказал Сеня по-дурацки улыбаясь и хотел было опереться рукой на стол, но промазал.       Саша посмотрев, как парень чуть не упал стоя на ровном месте, только покачала головой и занялась своими делами. — Ну ты конечно, лошара. — прошипел Артем шепотом.       Весь перерыв староста не отлипала от парня и только с началом лекции он смог выразить свое недовольство.       — Ничего получше придумать не мог? — раздраженно спросил Артем. — Что мне теперь прикажешь с этой … милой девушкой делать.       — Прости, это было первое, что пришло мне в голову. — Сеня правда чувствовал себя виноватым. Староста и раньше всячески крутилась около Артема, а теперь и подавно не отлипнет. Настя была через чур энергичной и порой навязчивой.       На парту прилетела записка. Артем развернул ее и тут же застонал от досады. Сеня достал ту с его кулака:       — Пошли сегодня в кафешку. — прочитал Сеня. — Вот же…       — Дерьмо. — закончил за него Артем и стукнул лбом об парту. ***       — Артемушка, ну ради меня. — повторил в сотый раз Сеня, ходя по пятам за лучшим другом.       К их общему удивлению, после игнорирования приглашения в кафе, Настя ни только не расстроилась, но и не поняла, что ее продинамили. Тем же вечером Артем получил Смс-ку с уточнением о месте и времени. И сейчас в очередной раз собирался послать Сеню куда подальше.       — Если ты не пойдешь, она поймет, что мое имя в записке не случайно и скажет, что я… — тараторил Сеня, но Артем его грубо перебил.       — Напиздел. Почему за твои косяки расплачиваться мне? Да еще чем? Натурой!       — А кто косякнул с плакатом? — прищурился Сеня, прибегая к шантажу.       Артем стал крыть матом как сапожник и одновременно доставать вещи из шкафа.       — Одно свидание. И все. Баста карапузики.       — Договорились. — Сеня довольно хлопнул того по плечу и поспешил ретироваться пока тот не передумал. Настрой до жути был боевым. Сене казалось, что сегодня он готов горы свернуть. Маневр с шоколадкой не удался, ну и пусть. Он решил действовать открыто. Сегодня он отлично выкрутился, значит не так уж он и безнадежен. Полшестого. Через полчаса у Саши закончится репетиция в хоре. Только оказавшись у черного входа с белой розой в руках, он осознал, что собирается делать. Он не помнил ни как вышел из дома, ни как цветы покупал, он даже не помнил, как сюда ехал. Все это он проделал на автомате, поглощенный эмоциями. Сеня поежился на ноябрьском ветру и стал нервно переминаться с ноги на ногу, постоянно поглядывая на часы. Он боялся, что мог, что-то перепутать с расписанием хора или что Саша вовсе сегодня не пришла, но все его опасения исчезли, стоило девушке появиться на крыльце, наскоро наматывая шарф до самого носа. — Привет. Мы правда сегодня уже виделись, но я еще раз поздороваюсь да… вдруг в первый раз забыл. А я ведь забыл… — говорил без остановки Сеня, чувствуя, как начинают краснеть уши и надеялся, что Саша спишет это на холод. — Арсений, чего ты хочешь? — вежливо спросила девушка, хоть и выглядела крайне уставшей. — Да я просто рядом был, вспомнил, что у тебя репетиция, дай думаю подвезу. — Рядом с универом в шесть вечера? — скептически выгнула бровь она и посмотрела куда-то за его спину. — Слушай, я как-нибудь сама, спасибо. Она хотела была уже идти, но Сеня мягко остановил ее взяв за предплечье и вручил цветок, который до этого прятал за спиной. — Это тебе. — С этими словами он всунул ей розу в ладонь и сам же скрепил ее пальцы поверх шипов, отчего Саша зашипела, но продолжила нервно смотреть поверх его плеча. — Прости! — Господи, да отпусти ты меня! — не выдержав, гаркнула она. Сеня наконец то заметил в каком поникшем состоянии была Саша и обернулся туда, куда все это время был направлено внимание девушки. — Дерьмо. — тихо сказал он, чувствуя состояние дежавю. Позади них в десяти метрах стоял Рома и держал в руках огромный букет белых роз. Крайне недовольный и злой Рома. Сжав зубы, он выкинул цветы в грязь и, быстро запрыгнув в машину, уехал со свистом шин по асфальту. — Ты кретин, Сеня! — со слезами на глазах крикнула Саша, стуча кулачками ему по груди. — Снова ты все портишь! Ну я же просила тебя… Арсений растерялся, видя, как умудрился довести ее за каких-то пару минут и просто стоял как столб, не зная, что следует делать в таких случаях. Спустя почти час, сидя на холодной лавочке в сквере, он сделал совсем не радужный вывод. Саше нравится Рома, и он только что сорвал их свидание, чему к слову ни капельки не рад. Лучше бы она пошла с этим выскочкой, чем плакала рядом с ним. Мученически простонав он с силой растер лицо руками. Его самобичевания прервал звонок телефона. — «Забери меня отсюда или ты мне больше не друг» — без вступления сказал Артем. — Где ты? — устало спросил Сеня. Уговаривать того продолжить свидание с Настей уже не было смысла — «Бар Лотос». *** К слову домой они так и не поехали. Вместо этого они перебрались в бар через дорогу, где алкогольное меню было разнообразнее и собственно дешевле. Самое то чтобы нажраться, как выразился Артем. — Да ты даже представить такого не сможешь. — изливал он душу одновременно и Сене, и бармену за стойкой. — вот скажи, к тебе когда-нибудь домогались девушки? Сеня отрицательно покачал головой, а бармен усмехнувшись ответил:       — Я был бы не против, произойди это.       — Ты идиот? — прямо спросил Артем, на что парень рассмеялся. — Ты не понимаешь, это страшно!       — Хорошо-хорошо, мы тебе верим. — подавленно сказал Сеня, тыкая трубочкой в кубики льда, убеждаясь, что коктейли здесь дешевле именно благодаря большому количеству блестящих кубиков.       — Это не староста, а маньячка. Да она прям там, в баре, полезла на мне рубашку расстегивать.       — Может, она хотела, как лучше. Вдруг тебе жарко. — хмыкнул Сеня.       — Какое жарко, на дворе ноябрь! — возмутился он. Хотя прямо сейчас сидел в распахнутой на половину рубашке, а пиджак висел на спинке барного стула. — да я в ее присутствии теперь пуховика не сниму…       Дальнейшие причитания Сеня уже не слушал и заказал бутылку коньяка, решая дойти до одной волны с Артемом.       Нахер бабские коктейли.       Они просидели до самого закрытия и выползи на улицу в пять утра, но на этом они не остановились и решили продолжить в круглосуточной забегаловке, которая славилась своей шаурмой и пивом.       — Говорят градус понижать ни-зяяя. — подметил Сеня, грея в руках огромный бокал с пивом.       — А срать. — емко выразил общую мысль Артем.       — Твой очередной ге-ни-аль-ный план развалился за сутки. — злорадно сказал Сеня. — Ты бесполезен.       — Бесполезен не я, а ты. Я тебе не говорил переться к ней с цветами.       — Мне так захотелось ее увидеть, что я ничего не смог с собой поделать. — пьяно протянул, растекаясь по столешнице.       — Хотя знаешь, забудь. — бодро сказал Артем с горящими в предвкушении глазами. — Перейдем к плану «Б». Тебе понравится. ***       Разрываясь между желанием вывернуть желудок на ковер или сдохнуть от головной боли, Сеня проморгавшись снова посмотрел на связанную Сашу у батареи. Затем плавным движением — не дай бог потревожить мозги еще сильнее — повернув голову в сторону Артема и, вложив в голос весь сарказм на который был способен, спросил:       — План «Б», да?