Маска

Идя по улицам города, Вальт понимал, что это не Ронда, но выяснять, куда же их занесло на этот раз, не хотелось. Радует, что они никого не потеряли по пути в неизвестность. Желая спросить путь к ближайшему кафе, Аой подошёл к группе подростков. — Извините, не подскажете, как пройти до ближайшего кафе? — Он не знал, где они на данный момент находятся, поэтому решил перестраховаться и заговорил на английском. — Конечно, спуститесь вниз по улице и поверните направо, там недалеко есть прекрасная пиццерия, — ответил парень, стоящий ближе всех к Вальту. В глазах стоящих рядом мелькнуло узнавание. — Вы же Вальт Аой? — Да, это я. Что-то не так? — Он чуть приподнял бровь, чтобы придать весомости вопросу. — Нет-нет, просто я ваш фанат! Я могу взять у вас автограф? — парень продолжал что-то восторженно лепетать, не замечая подошедших Фри и Луи. Видимо, это к лучшему, потому что ещё немного и несчастный подросток впадёт в счастливую кому. — Без проблем, где расписаться? — Вальт не особо понимал такой уровень восхищение, но против ничего не имел. — А можно задать вопрос? — Это было адресовано всем троим. — Да, что тебя интересует? — На этот раз ответил Фри, потому что видел, как Вальту хотелось побыстрее отсюда свалить. Но грубить нельзя, потому что могут поползти слухи о их высокомерии и грубости. Клубу не нужны подобные проблемы, поэтому они должны терпеть. — Как вы проводите свободное от турниров время? — Записывай, — Де Ла Хойя достал из кармана сложенную в четыре раза бумажку. — Шато Петрюс 1989 года, производство Франция, Бордо, — он резко развернул голову в сторону своих сокомандников. — Ребят, а мы где? — Кажется, это Италия. Но тогда почему у Фри этикетка от французского вина? — Из тех обрывков, что я помню, всё было примерно так: когда мы ещё были в Ронде, Фри откуда-то притащил вино, потом нам стало мало и мы попёрлись во Францию, где наклюкались ещё больше. И да, я понятия не имею, почему именно во Францию, а не в ближайший алкомаркет. После мы вспомнили о том, что у Крис скоро день рождения и решили по-быстрому скинуться в Милан, чтобы она нас потом не отпинала, — Луи, как, кажется самый адекватный человек в этой троице, решил обсудить их путешествие на испанском, чтобы рядом стоящая компания не осветила это приключение на весь интернет. — Кстати, не подскажете, в каком городе мы сейчас находимся? — он вновь перешёл на английский, обращаясь к подросткам. — Мы в Риме. — Ну это пиздец, товарищи! Мы в стельку напились вином. Теряем хватку, друзья мои, — в очередной раз переводя язык на испанский, Вальт печально покачал головой. — Ага, то есть тебя только это смущает?! Мы бухие долетели из Ронды в Рим. Через Францию! Ты хоть понимаешь, что нам будет, если в сети появиться хоть одна новость и Крис узнает об этом? — Всё трое тяжело сглотнули, представив эту картину и полезли в интернет узнавать, насколько печальной будет их судьба. И либо они такие молодцы, либо их просто не заметили, но ничего подобного в новостях не было. — Видимо, пронесло. А не, ребят, нихера. Нам всё же кабзда. Вы только посмотрите список пропущенных и смс, — и правда, у каждого вилась длинная лента из непринятых звонков. Одно единственное ответное сообщение в адрес Крис: "С ражднем дненья!" Они всё-таки решили пройтись до пиццерии, которую им посоветовали прохожие. Спустя пару минут, у Луи зазвонил телефон. Это Крис, сомнений не было, поэтому, обменявшись обречёнными взглядами в друзьями, он снял трубку и включил громкую связь. Сначала слышался только громкий ор владелицы клуба и где-то через четверть часа уже послышалась вразумительная речь. — "Вы куда пропали на две недели, сволочи? Я вас отпустила на пять чёртовых дней. Вас не было четырнадцать! Ещё и на звонки не отвечали. Скажите честно, вы там бухали, что-ли?" — Не, ну если честно... Да, мы бухали. — "Ладно, где вы сейчас?" — В Риме, — парни отошли от Луи подальше и прикрыли уши руками, готовясь к очередной волне криков. Но, кажется, Кристина немного зависла. — "Как вас, в стельку бухих подростков, пропустили на паспортном контроле?" — Ну знаешь, у бомжуров свои секреты. Так, стоп, — пара секунд ушла на осознание только что сказанного. Дикий ржач послышался от всех троих. — Мажоров, Фри, Ма-жо-ров, — сквозь накатывающие волны смеха пытался поправить друга Луи.