Поцелуй со вкусом мяты

– Прости, Никки, я не хотела, честно! Само вырвалось… – извинялась Носеда, глядя на ночной город, раскинувшийся у подножия горы. – Ты же понимаешь, что чуть не поставила меня под удар? – усталым голосом спросила женщина лет тридцати, краем глаза поглядывая на спутницу. – О нас никто не должен узнать! Иначе… – она замялась и вдруг схватила девчонку за плечи, пытаясь посмотреть ей в глаза. – Луз, это серьёзно! Меня уволят за отношения со студенткой, и мне придётся уехать отсюда. Ты это понимаешь? А я не хочу терять тебя… – Так давай уедем! Вместе. Прямо сейчас. Что нам мешает? – изо всех сил сдерживая выступившие слёзы, предложила Носеда. – Нельзя. Ты безумно талантлива, и я не могу лишить тебя возможности учиться в лучшем актёрском институте. – Да к чёрту всё! Я люблю тебя, Никки! До безумия! – выпалила девушка, и слёзы ручьями потекли по смуглым щекам. – Не оставляй меня… – Прости, Луз… Так нужно. Эти чувства слишком сильно вскружили тебе голову. Ты теряешь контроль. Мы обе не можем так рисковать. Мне жаль, но… – Но…? – Нам лучше расстаться…

***

Девушка резко села на кровати, жадно хватая ртом воздух. Лёгкие жгло от попытки сделать глубокий вдох, а глаза неприятно щипало. По спине стекал холодный пот, отчего вперемешку с ночным воздухом из открытого окна кожа покрылась мурашками, заставляя поёжиться и укутаться в тёплый плед. Носеда была уверена, что этот кошмар больше не будет её тревожить, но, видимо, сегодняшнее потрясение знатно разбередило старые раны. Как только сердце перестало болезненно биться о ребро, она убрала ладонями влажную чёлку назад и устало задержала взгляд на виде из панорамных окон. Ночной город пестрил тысячами ярких огней, которые в любой другой день заставили бы Луз что-нибудь почувствовать, ощутить лёгкий детский восторг где-то внутри. Однако сейчас она не чувствовала ничего. Будто последние сутки вытянули из неё всё, выжили, как лимон, оставив лишь противно липкую апатию. Все эмоции вылились из неё днём, после звонка Эмити. Тогда она не сразу осознала, что, словно от бессилия, опустилась на пол, выронив телефон. В ушах что-то неприятно гудело, заглушая все посторонние звуки. Она будто начала тонуть, погружалась в воду, которая тянула её от реальности прямо на дно. В тот момент ей действительно этого хотелось. Утонуть. Умереть, Исчезнуть. Что угодно, только бы больше не причинять вреда людям. Не ломать чужие жизни. Когда она уже поймёт, насколько хрупки человеческие судьбы? Гас и Уиллоу с трудом вытащили подругу из небытия, приведя в чувство, и только тогда она поняла, что плачет и не может остановиться. Словила истерику. Давно не чувствовала себя настолько жалкой. От ненависти к себе она с силой заламывала себе руки, задыхаясь и захлёбываясь слезами. Лёгкие не слушались. Она усиленно пыталась дышать, но кислород не проходил, словно что-то преграждало ему путь, выталкивало обратно. Друзья не на шутку перепугались и не нашли ничего лучше, кроме как вколоть ей приличную дозу успокоительного. Благо Парк умела орудовать шприцом, ибо засунуть сейчас таблетки в подругу им казалось просто невыполнимой задачей. А вот откуда, в принципе, в доме актрисы взялись шприцы и просто огромнейшее количество этого самого успокоительного и ещё парочки подозрительных препаратов, им ещё предстояло выяснить. Тогда она отключилась на пару часов. Проснувшись, отправила друзей домой, заверив, что она в порядке и ей нужно побыть одной, и завалилась обратно спать, пока сердце не сбилось с ритма. По итогу, проспала целый день. Часы на тумбочке говорили о том, что уже перевалило за полночь. Почувствовав, как затряслись руки, Носеда встала с кровати, всё также кутаясь в плед, и босыми ногами прошлёпала по холодному полу в сторону гардеробной. Там, у самой дальней стены дотянулась до верхней полки, стянув до боли знакомый платок небесно голубого цвета с незамысловатыми узорами, усмехнулась, вспоминая красивые глаза, которые так чётко подчёркивала эта вещица, и развернула до этого идеально сложенную ткань. Внутри оказалось несколько маленьких пакетиков с белым кристаллическим веществом, которое Луз всей душой ненавидела, но которое помогало держаться ей на плаву. Она взяла один, высыпала половину содержимого на тыльную сторону ладони и, наклонившись, резко втянула носом порошок. Шмыгнув пару раз для точности, девушка завернула остатки обратно в платок и положила на то же самое место. Когда метамфетамин постепенно начал действовать, голова постепенно становилась всё легче, а губы сами собой расплывались в какой-то дикой улыбке, телефон вдруг подал признаки жизни. Мелодия доносилась со стороны кровати, поэтому актриса двинулась туда, по пути сбрасывая плед - холод в теле сменился жаром, и в нём больше не было необходимости. Мобильник одиноко лежал под одной из подушек, упорно продолжая оповещать хозяйку о входящем звонке, и как только та взяла его в руки, сердце, казалось, резко сорвалось куда-то в пропасть. "Эмити" Прежний страх сейчас был притуплен порошком, поэтому она незамедлительно нажала на кнопку "Принять звонок" и прижала телефон к уху. – Да? – всё с той же нездоровой ухмылкой ответила Носеда, но она быстро сползла с лица, а расширенные зрачки сверкнули яростью, стоило ей только услышать до ужаса напуганный голос. – Жди! Я еду… Не в её компетенции было куда-то выходить с наркотой в организме, но было плевать. Она нужна Эмити. Она достаточно уже накосячила, и просто не может подвести её снова. Не может… – Пора немного повеселиться! – оголив в оскале зубы, усмехнулась девушка, хватая ключи от машины и покидая квартиру с красной битой наперевес.

***

POV. Эмити После звонка Носеды мир вокруг будто погрузился в дымку. Я шла, не разбирая дороги и не видя ничего вокруг. А куда шла, и сама не знала. Ноги сами несли. Вели по всяким закоулкам, дворам и площадям, но я не помнила ни названий улиц, ни местности вокруг. Всё было слишком расплывчато. Я наговорила Луз слишком много лишнего. Не должна была винить во всём её. Сама виновата, идиотка. Это ж надо, не удосуживатся даже телефон по вечерам проверять. Как же безответственно. Как вообще до моего осознания само не дошло, что по вечерам я по какой-то неясной причине не посещала работу. Слишком увлеклась. С этой Носедой было слишком комфортно, время пролетало быстро в её компании, вот я и не заметила. По итогу, спустила всех собак на свой единственный шанс не остаться совсем на улице. "Боже, да она же меня никогда больше знать не захочет… Какая же я дура!" Глаза щипало, но плакать было уже нечем. Я проболталась по городу полдня, ноги нещадно ныли, прося о передышке. Можно было, конечно, зайти в какую-нибудь кафешку, но мозг усиленно тянул к станции метро. Отговаривать его сил не было поэтому я просто двинулась по нужному маршруту. Станция, как всегда, пестрила огромным количеством людей, снующих в разных направлениях и ожидающих свои поезда. Я зашла в первый же пришедший, совершенно не обратив внимание, куда он направлялся. Это было неважно. Я разрушила всё, что было можно. Терять уже нечего… Двери поезда закрылись, и он тронулся вдоль по тёмному туннелю.

***

Эмити не знала, сколько поездов уже сменила. Она делала пересадки в самых неожиданных моментах и даже не заметила, как оставила чемодан с вещами в одном из транспортов. Очнулась уже тогда, когда вышла на очередной станции и почувствовала лёгкость. – Прекрасно! Просто потрясающе… – пробубнила она с явным сарказмом и пошла прочь, решив, что хватит на сегодня покатушек. На улице уже стемнело. Холодный воздух окутал девушку со всех сторон, заставив поёжиться и застегнуть пальто. Она не знала, где находится, ни разу не была в этих окрестностях, поэтому просто побрела ко дворам, сунув руки в карманы. Среди многоэтажек, на удивление было тихо. Кроме жилых домов, можно было разглядеть всего пару светящихся вывесок магазинов первой необходимости и, кажется, даже встретилось небольшое кафе, которое явно уже было закрыто. В голову пришла мысль, что неплохо было бы поесть, ведь в её организме сегодня ни крошки не было, однако любая мысль о еде сейчас отзывалась неприятными спазмами и отдавала тошнотой. Блайт свернула в ближайший переулок, не сразу осознав, что в нём было слишком темно. Вероятно, фонарь уже давно перегорел, а менять его никто не собирался, ибо не было особой необходимости или просто жалко денег. В любом случае девушка ужасно ступила, свернув именно сюда. В скором времени к тихому стуку её каблуков прибавились чьи-то размашистые шаркающие шаги, но поняла Эмити это уже слишком поздно, когда за спиной раздался свист. – Эй, красавица! Не хочешь повеселиться с нами? – грубый прокуренный голос разорвал тишину следом за свистом, и девчонка тут же испуганно оглянулась. В её сторону спешно направлялись двое мужчин, сунув руки в карманы штанов. Блайт не нужно было много времени, чтобы сложить два плюс два и понять, что они от неё хотят, поэтому она тут же ускорила шаг. На смену опустошенности внутри пришёл страх. Сердце упало куда-то в пятки и, казалось, замедляло каждый её шаг, но она не останавливалась, не могла позволить себе такой оплошности. – Ну куда же ты, красавица? Мы не сделаем тебе ничего плохого! – крикнул ей вслед второй, по голосу явно был моложе. Эмити быстро завернула за угол дома и оттуда уже побежала настолько быстро, насколько позволяло ей своё истощённое тело и платформа ботинок. Бежала, не разбирая дороги, постоянно спотыкаясь и чуть ли не врезаясь в оставленные во дворах машины. Когда лёгкие уже нещадно жгло, а ноги знатно подкашивались, девушка забежала в следующий поворот и спряталась за мусорным баком. Дыхание было сбивчивым и в полнейшей тишине казалось неприлично громким. Сердце билось о грудную клетку с такой силой, что норовило проломить рёбра. Ей потребовалась лишь пара мгновений, чтобы достать из кармана телефон и дрожащими руками набрать наизусть заученный номер. Послышались протяжные гудки, отдающиеся чуть ли не гулом в ушах, но она терпеливо ждала ответа, молясь всему свету, чтобы трубку действительно взяли. Ещё через пару гудков, которые показались вечностью, всё-таки послышался ответ. – Да? – с каким-то явным весельем ответила девушка на том конце провода, но Блайт это успешно проигнорировала. – Л-луз? Забери меня, прошу тебя! За мной кто-то гонится… – дрожащим голосом взмолилась она, стараясь сохранять спокойствие и тишину, и повертела головой в поисках хоть какого-то намёка на название улицы. – Я на Куайт Стрит, тринадцатый дом. Луз, я прошу тебя… – всё-таки не сдержав всхлип, почти шёпотом произнесла Эмити. – Помоги мне… – Жди! Я еду… – было ей ответом прежде, чем звонок завершился. Судорожно выдохнув и утерев рукавом слёзы со щёк, она убрала телефон обратно в карман и, сдерживая всхлипы, начала прислушиваться. Поначалу было тихо, лишь звуки проезжающих где-то поблизости машин и мяуканье бездомных котов прерывали звенящую тишину. Блайт уже даже было расслабилась, когда вновь послышались шаги и этот противны голос. – Выходи, малышка! Мы знаем, что ты здесь. Звук шагов становился всё громче, но Эмити никак не могла заставить своё тело снова бежать. Страх сковал её по рукам и ногам, а вновь подступающая паника не давала нормально вздохнуть. Всё, что ей оставалось, прикрыть руками рот, дабы не издавать лишних звуков. Она видела стремительно приближающиеся тени, почувствовав жжение на глазах, зажмурилась и задержала дыхание, всё ещё надеясь на удачу. "Луз, пожалуйста, поторопись!" – Ах, вот ты где! Чья-то сильная рука одним рывком заставила девушку подняться с земли, больно схватив за волосы. Она болезненно пискнула, не сумев сдержать выступивших слёз, но глаза открывать не стало. Страшно. – Эх, детка, если бы ты от нас не убежала, я бы был сейчас нежнее, – жалобно протянул старший, продолжая сжимать девичьи волосы в своей мозолистой руке. – Но ты заставила нас побегать, поэтому аккуратничать я не стану… Дальше всё происходило как-то слишком быстро. Сначала второй выкрутил ей руки за спину, а тот, что держал, наконец ослабил хватку на голове и, достав из кармана серебристого цвета скотч, что угрожающе сверкнул в свете тусклого и единственного во дворе фонаря, и наклеил полоску ей на рот, чтобы не смогла поднять шум. Почувствовав грубые руки мудака где-то в районе груди, Блайт пыталась вырываться, но гадёныш сзади надавил на руки сильнее, грозясь вывернуть суставы, и ей пришлось сбавить обороты. Мужчина быстро разделался с пуговицами пальто и, задрав кофту под ним и оголив кружева лифчика, скользнул своими ручищами под нежную ткань. Он мял в ладонях аккуратную грудь, издевательски водил пальцами по затвердевшим от страха и холода соскам и с наслаждением наблюдал, как из-под закрытых век бежали горячие солёные дорожки, стекая по щекам к подбородку и капая на ключицы. Очередной приглушённый всхлип возмущения вырвался из глотки, когда мудила провёл своим мерзким языком по выпирающей продолговатой косточке, пробуя её слёзы на вкус. – А ты вкусная, – противно промурлыкал он ей на ухо, опаляя кожу отвратительным табачным дыханием. Эмити почувствовала, что её начинает нещадно мутить. А когда чужие руки начали спускаться ниже и расстёгивать ремень на джинсах, то ей захотелось просто провалиться сквозь землю. Даже хуже. Впервые в жизни ей хотелось умереть… Штаны уже были стянуты с неё до колен, и он уже было хотел залезть своими грязными ручонками ей в трусы, когда яркий свет фар ослепил их всех. Послышался звук открывания и закрывания двери. Кто-то вышел из машины. Девушке было уже ровным счётом всё равно кто, главное, чтобы это всё скорее прекратилось… – Ай-яй-яй! – порицательно поцокала языком особа, лица которой в ярком свете не было видно. – Двое на одну. Как-то нечестно, не находите? – в голосе отчётливо слышалась издёвка, а его хозяйка вальяжно облокотилась на копот, закиунув биту себе на плечи. – Так присоединяйся к нам, крошка! Нас на всех хватит, – гадко ухмыльнулся мудак, убрав руки с тела Блайт, и, прищуриваясь, повернулся к нежданному гостю. – О-о-о, нет, спасибо, – с насмешкой протянула она, – с таким дерьмом предпочитаю не связываться. – Ты чего там вякнула? А ну иди… – А знаете, – прервала его Носеда, – у меня есть игра получше… Её губы растянулись в хищном оскале, оголяя ряды белых зубов, и уже в следующее мгновение, она резко оттолкнулась от машины, хватая биту поудобнее, за секунды преодолела разделяющее их расстояние и с размаху нанесла пару точных ударов по нужным на теле точкам. Мужчина, потеряв сознание, тут же рухнул наземь, как мешок картошки, прямо под ноги Луз. Та лишь с отвращением отпихнула его от себя ногой и перевела озлобленный взгляд на второго, что всё ещё продолжал держать за руки дрожащую, не то от холода, не то от страха, девчонку. – Убери от неё руки… – ледяным тоном потребовала Носеда, видя как испуганно дёрнулся его кадык, однако сам он не сдвинулся. – Что ж, я хотела по-хорошему… Она со всей силы пнула парня по колену, явно выбив ему коленную чашечку. Он тут же отпустил руки Эмити, вскрикнув от боли, и чуть не упал, схватившись за больную ногу. Луз подхватила одной рукой начинающую падать девушку и ударила битой по очередной точке на теле, вырубая второго мудилу. Она равнодушно оглядела их, недолго думая, сфотала и довольная своей работой, наконец, вернула внимание к повисшей у неё на руке девчонке. Носеда осторожно натянула обратно штаны и медленно опустилась с ней на колени. Поправила ей кофту и застегнула пару пуговиц пальто, чтобы хоть чуть-чуть согреть её продрогшее тело. Подняв взгляд, поняла, что даже не заметила сразу скотч на её лице, и, как можно аккуратнее, сорвала его с кожи. Эмити лишь чуть поморщилась, всё так же не открывая глаз и содрогаясь от пережитого ужаса. Девушка нежно обхватила её лицо ладонями. – Эмити, посмотри на меня, слышишь? – тихо начала она, вглядываясь в бледное лицо. – Открой глаза. Пусть не сразу, но веки всё же приоткрылись. Янтарные глаза потускнели и затянулись мутной пеленой. Губы дрогнули, словно собирались что-то сказать, но вырвался лишь судорожный выдох. Она смотрела на Луз каким-то невидящим взглядом, от которого у той что-то болезненно сжалось в груди. – Они… они успели… что-нибудь тебе сделать? – подбирая слова, неуверенным голосом спросила Носеда, боясь услышать подтверждение своим ужасным предположениям. Блайт лишь слабо мотнула головой, прежде чем осознание произошедшего накрыло её с головой. Слёзы вдруг ручьями покатились из глаз, обжигая холодные щёки, и она с ужасом поняла, что не может сделать вдох. Рвано хватала ртом воздух, но он не поступал в лёгкие, ни в какую. Выругавшись себе под нос, Луз подхватила девушку на руки и потащила в сторону машины. Усадила её на переднее пассажирское сидение и быстро достала из бардачка шприц с прозрачной жидкостью внутри. Постучал по нему пару раз, выпустила лишний воздух и, высвободив одну руку девчонки из одежды, вколола содержимое в плечо. – Тише, Эмити, тише! – шептала Носеда, поглаживая её по голове. – Ты в безопасности. Тебе больше ничего не угрожает. Я рядом, слышишь? Я рядом…