Гнилые Пески

      Один мужик сказал мне — "Визг, запомни, мир — хуйня из-под коня".       И в целом я с ним согласен, хотя в душе не ебу что за херня такая — "конь". Оно съедобно?       Впрочем, мне это по самый нейролинк, не хочу сейчас думать о еде. Так, о чем это я? Ах, да, о мире и о хуйне.       Как я уже сказал, мир — хуйня, и у меня есть неопровержимые факты, подтверждающие это.       Вот, например, Металлические Пески.       Можно ли считать их хорошей вещью? Эти пропитанные тленом с многокилометровыми потоками радиоактивных отходов земли, почти полностью состоящие из мелкого абразивного песка и металлической крошки, они всем своим видом дают понять — «тебе здесь не рады».       Тут невозможно передвигаться на своих двоих без риска сточить себе в очередной металлической дюне ноги до мяса и костей, и поэтому все здесь передвигаются исключительно на транспорте — либо на наземном, ходовая которого испытывает в этих землях просто несравненные для своей металлической душ ощущения, либо на гравовом, работающем за счет кучи вбитых в днище сверхпроводников. Название материала из которого сделаны эти полупроводники сейчас знают, наверное, только мозгомои — прозванные так именно из-за своей любви мыть окружающим мозги своей наукой — с их древними архивами, да наиболее старые из скандроидов.       И только все те же мозгомои и скандроиды знают, почему его так много. Нет, серьезно, найти кусок гравовой установки в наше время настолько элементарно, что некоторые психи его себе буквально к ногам присобачивают– или в доску, как я, например — и начинают гонять по всей округе, устраивая дебош и содомию во всех окрестных поселениях.       Другие же психи умудряются достать столько гравов, что поднимают в небо целые килотонны металлолома, гордо называя эти чудовища «вершиной инженерной мысли». Так, например, поступают скандроиды из Меха-Коалиции, создавая для связи со своими вышками в Ржавой Смоле своих неповоротливых «Осликов», прозванных так из-за их бочкообразного вида и большой грузоподъемности.       "Что за Ржавая Смола, Визг?", вдруг спросите вы.       А я вам отвечу.       Ржавая Смола — это остатки древнего водоема — это когда та фигня в бутылках без которой вы сдохнете в гигантской дыре в земле находится — прошлого, в котором некогда построили добывающие вышки, добывающие… да все они добывали — воду, пищу, нефть пока она еще была, потом водоросли и донные металлы.       Спустя годы реки отходов из Мегагорода засрали весь водоем, лишив его пищи в нем, сухой ветер с пустошей нагнал в него мириады металлических песчинок, а очередные поехавшие устроили дикий конфуз — взорвали танкер с последней партией нефти, устроив на месте этого безымянного озера самую большую грязевую ванну для драк девок в купальниках во всей округе.       После этого на добыче чего-либо — кроме ржавой пыли в носу и колонии радиоактивных рук на заднице, конечно — поставили крест, и добывающие вышки опустели, пока их не облюбовали мятежные скандроиды, свалившие в них от всевидящего ока корпов, бюрократического бога государства и деревянных молотов нео-нео-луддитов, а сам водоем, за его ржаво-смолянистый вид, назвали, собственно, Ржавой Смолой.       Впрочем, я её за её радиоактивно-отвратительный запашок называю «Кислотным Дерьмом».       Я много чего называю дерьмом.       Помехи в гравах, воскресные службы, доставщиков пиццы — коим я сам на самом деле и работаю — и многое, многое другое.       Но самое главное, что я называю дерьмом…

***

      —...Так это этих ёбаных каннибалов на этих ёбанных багги! — взвизгнул Визг, пропуская над своей головой еще одну свистящую очередь.       И вправду, каннибалы со своими багги вполне себе шли под описание «эталонного дерьма из палаты мер и весов» — осунувшиеся, с впалыми и красными от употребления всевозможных стимуляторов глазами, одетые в броню из жестяных пластин и человеческой кожи, они с высунутыми изо ртов и ловящими горькую пыль языками верещали вслед Визгу, уже предвкушая обед из его равномерно прожаренных ребрышек.       Сам Визг на их фоне — в своём потертом куске пальто без нижней половины, армейских штанах, металлической каске-котелке, промышленных очках и старом респираторе — выглядел вполне респектабельно, что объясняло, почему перед тем как в него палить местные стволами все же грозят.       Преследовали они его на соответствующих их внешнему виду агрегатах, и багги со спиленными с планетарных разведчиков металлическими колесами были совсем не главным блюдом сегодняшнего меню. Байки, ховеры, спидеры на ракетных двигателях — каннибалы ездили абсолютно на всем, что можно классифицировать как транспортное средство, в одержимом стремлении добраться до недавно перебиравшего ножками и шевелящего извилинами мяска.       Главным гвоздем сегодняшней программы шло небольшое суденышко на гравах, выглядевшее как широкий кусок жестяной пластины с надстройками поверх него, приводимый в движение гигантским винтом с частично спиленными лопастями, явно каким-то чудом взятый с остова скановского «Ослика». Особенной изюминкой этой грав-машине были две присобаченные с боков связки труб пусковых установок, явно придуманных для ведения агрессивных переговоров с особо несговорчивым ужином, и ржавый ствол крупнокалиберной пушки, несущий возмездие всем неугодным во имя Святого Тротила.       Когда-то про этих болезных можно было сказать, что им не повезло — любой начнет жрать себе подобных, когда ничего другого живого на горизонте нет.       «Когда-то», но не сейчас.       Сейчас же они — целая свора поехавших психопатов, убивающих и разводящих как скот людей исключительно ради собственного наслаждения.       И Визг очень не хочет к ним попасть, посему он и оседлал потоки бушующего ветра пылевой бури, стараясь оторваться от каннибальской банды сквозь унылую Стальную Пустыню, огибая торчащие в её песках обломки старых машин и построек, давшие ей такое название.       — Вот что за несправедливость, а? — сокрушенно проговорил Визг, двумя руками удерживаясь за свой зонтик-парус. — Гоняешь такой себе по пустошам, грузики развозишь, денюжку получаешь, а тебя за это пытаются на кебаб пустить. А ты, мой друг, что об этом думаешь? — обернулся он налево, в сторону приближающегося к нему людоеда на грав-спидере, весь вид которого говорил о выигрыше оным восемнадцати карат невезения в генетической лотерее.       Тот совершенно некультурным образом пропустил вопрос мимо свои ушей, с аутистичным агуканьем продолжая пытаться насадить Визга на свой встроенный заместо правой руки серп.       — Вот и я так думаю, что курьерские профсоюзы у нас — дерьмо, — важно кивнул в ответ ему Визг. Он отпустил левой рукой свой зонт, выхватил из поясной кобуры массивный револьвер и, наведя его каннибалу на голову, нажал на спуск.       Громыхнул выстрел, перекрывая своим грохотом даже вечно ревущую бурю.       Брызнула кровь, отправляясь в долгий полет по воздушным волнам в компании кусочков костей и мозгов.       И тельце людоеда, лишенное теперь большей части своей людоедской головы, накренилось в кресле пилота, чтобы следом низвергнутся со спидера и на огромной скорости врезаться в земную твердь.       Ведомая импульсом падения бывшего владельца машина закружилась в воздухе и нырнула следом за хозяином в радиоактивный песок, после чего, поддавшись порывам своей мусорной природы, спидер с громким хлопком взорвался, обдав мчащихся за ним каннибалов градом металлических осколков.       — Уф, ну и мощь, — Визг поморщился и тряхнул рукой, пытаясь сбросить с нее болезненные ощущения отдачи от выстрела, — в следующий раз надо будет пороха поменьше… Твою мать!       Взвизгнув, он с матерной тирадой сделал резкий крен в сторону, уводя свой грав-борд подальше от свистящих в воздухе свинцовых пуль.       — Вам не кажется, что на одного меня вас слишком много?! — проорал Визг в сторону своих преследователей, стараясь перекричать своим голосом вой бури.       — Само то, чтобы пустить твою дайверскую задницу на фарш! — услышал он хриплый и прокуренный женский голос.       Источник сего «ангельского гласа» стояла на корпусе парящего над поверхностью дюн грав-танка, не обращая на крутящийся за своей спиной массивный винт, чьи лопасти уже кто-то измазал в собственной крови, абсолютно никакого внимания.       Сложив свои руки на груди, она впилась отрешенным взглядом своих налитых кровью глаз в виляющую впереди банды фигурку курьера. Еще большей «психованной мрачности», как бы это назвал сам Визг, ей добавляло её одеяние — красная армейская куртка в заплатках и серая футболка с чёрными ремешками разгрузки по верх неё; ноги её были укрыты широкими штанами, сужающиеся внизу из-за обмотков тканью в нижней части. Все выглядело крайне поношенно и дыряво, а сами заплатки на куртке выглядели чуть ли не старше её самой. На её шее болтались прямоугольные защитные очки, почему-то не находящиеся на предназначенном для них в такую погоду месте, а на поясе у нее красовался небольшой и хорошо заточенный топорик на пару с пушкой, в которой некоторые искушенные любители узнали бы древний как самый первый кусок плутония обрез "Винчестера".       — Я барханный сёрфер, а не дайвер, дегенеративная ты долбоёбка!       — Ты им станешь, когда я тебя в эти барханы закопаю, ублюдок! — сказала каннибалка, сплевывая вязкую слюну в сторону, прямо на крутящийся сзади винт, после чего, хищно оскалившись, громко просвистела, указывая своей свите на грав-байках в сторону курьера. Следом она отвела свою правую ногу слегка назад, и, выхватив из-за пояса свой обрез, нацелилась на Визга, пока каннибалы с громким улюлюканьем подбирались на форсаже к нему.       Прозвучал хлопок, намного громче хлопка пушки Визга, и древнее оружие выплюнуло в сторону цели свинцовый шарик, просвистевший прямо у головы сёрфера. — Йоптыж! — матюгнулся парень, рефлекторно пригибаясь к своей доске, — Дура! Так ведь и убить можно!       На данный момент единственное, что удерживало его на ней, так это мощные магниты на ее поверхности.       Безумное решение, на самом деле, риск потерять так обе ноги очень высок.       Но риск свалится с грав-борда и на попутном ветре улететь к Санчо Мегалопринципу в Ебеньград все-же выше.       — Дьявол, опять в сторону ведет... — пробормотала каннибалка, передергивая скобу обреза после чего крикнула сёрферу: — Не беспокойся, я буду нежной!       — Может все же договоримся, а?! — с полумертвой надеждой взвизгнул Визг, избегая выстрела с подобравшегося слишком быстро двухместного байка.       Сидящий на месте пассажира лысый псих с кибер-окулярами вместо глаз на это лишь облизнулся, перезаряжая свое однозарядное ружье из обрезка трубы.       — Давай! — мрачно оскалилась женщина, вновь поднимая оружие, — С меня — твоя быстрая смерть, с тебя — собственные окорока! Она вновь сделала выстрел, с резким движением скобы стреляя следом, и оба выстрела, к сожалению всего каннибальского сообщества, ушли в молоко, максимум успев лишить Визга пары тысяч нервных клеток.       "Блять-блять-блять!" — со страху икнул Визг, — "Древние Пески, придется все же воевать... А я всего-то курьер!"       С этими мыслями он собрал свой зонт, и лишенный более ускорения от бешеного ветра он резко пошел назад, торцом своего грав-борда прямо в голову пилота байка. Стальной котелок на голове оного спас его череп от моментального пролома, но не спас его шею от уже перелома, которая с громким хрустом его и получила, отправляя её владельца быстрым рейсом в Вальхаллу, а его транспорт оставляя без малейшего признака управления.       Оху... Очень удивившийся стрелок на пассажирском кресле инстинктивно попытался взять руль байка под свой контроль, и с трудом ему все же удалось это сделать, правда, насладится результатами своего труда ему удалось недолго — позабытый сзади Визг решил напомнить о себе двумя экспансивными пулями в корпус.       Оставив залитый кровью и внутренностями байк спокойно тормозить о литосферу, Визг вновь было хотел раскрыть зонт, но несколько громких хлопков и последующий за ними громкий звук со стороны оставленного без внимания танка заставили поменять его решение, ибо он с ужасом понял, что это был за рёв.       Это был рёв ракетных движков.       Даже не оборачиваясь на уже приближающуюся к нему смерть, он направил свой грав-борд почти вплотную к пескам, пропуская над собой свистящие взрывоопасные болиды.       Раскрыв зонт уже внизу, он успел подхватить ударную волну из воздуха и поднятого в него песка от взрыва ракет позади него, вылетев в сторону от танка и его свиты.       — Блядская пустынная крыса! — чертыхнулась каннибалка, разрядив в сторону Визга последний патрон, — не дайте ему спуску!       Не оборачиваясь более в сторону сёрфера, она подошла к люку на крыше грав-танка, в раздражении открыла его и заскочила внутрь. На карачках пролезая внутри тесного нутра машины, она отдала свой обрез одному из стрелков, ударом оного по его груди выбив из него весь воздух, и, пинком согнав главного стрелка — по совместительству мехвода — с водительского кресла, сама села за руль.       — Посмотрим, как ты увернешься от этого, — прорычала каннибалка, забрызгивая приборную панель слюнями, дергая рычаг поворота руля управления позади винта.       Машина послушно поддалась на приказ, разворачиваясь носом — а следом и стволом в сторону Визга.       На удивление, именно последняя, выпущенная почти-что не прицельно и на эмоциях пуля все же настигла сёрфера, попав ему бок, наверняка лишив каннибалов чести вкусить часть его нежного — на самом деле нет — мяска. Болезненно вскрикнув, он чуть было не разжал рукой зонт, но вовремя спохватился и прижал тот к своему телу локтем.       — Ч-черт, мы так не договаривались... — нервно хихикнул Визг, оборачиваясь в сторону преследователей и видя смотрящий в его сторону ствол танка и два последних багги ниже, уже подходящие к нему на дистанцию прицельного огня, — Твою мать!       В панике обернувшись обратно по курсу движения, он с облегчением заметил видневшуюся в дали громаду руин одного из небольших городов, некогда существовавших на территории пустынь и ныне пребывающих в виде мертвых памятников самих себя. Конкретно этому не повезло после Войны отхватить по себе экспериментальным снарядом на основе звуковых волн, разнесшего один из его и без того раздолбанных районов в труху, а осколки от него разбросав по окрестной пустыне.       Именно между ними Визг сейчас и вилял, стараясь не попадаться на мушку угрожающего его тельцу ствола.       — Ну давай, давай, виляй своей жирной задницей... — облизнулась каннибалка внутри танка, жадно пожирая курьера взглядом; не глядя она начала искать своей слегка дрожащей рукой что-то среди карманов своей разгрузки, и, найдя нужный предмет, она с торжествующим кликом "Нашла!" вытащила его на свет дьявольский. Это оказался небольшой ингалятор с красной бутылочкой подключенной к нему, с намалеванной на ней синей краской словом "торпеда". С кривой улыбкой женщина поднесла ингалятор к своему лицу, плотно прижала его к нему и впрыснула взвесь жидкости себе в тело, закатывая глаза только от фантомных воспоминаний об уже приближающемся приходе.       Впрыснутое вещество начало моментально впитываться в тело каннабалки, попадая в кровоток, питающий кислородом мозг. Попав в его капилляры, химикат начал активно впитываться в мозговые клетки, оказывая на них эффект, схожий с усиленным адреналином, возбуждая нервную активность и возбудимость, превращая все тело каннибалки в оголенный нерв.       Каннибалка упала головой на приборную панель, содрогаясь в болезненных судорогах и попытках сделать хоть малейший глоток воздуха.       Спустя несколько мгновений она перестала содрогаться, затихнув на месте пилота.       Наблюдавший за всем этим стрелок главного орудия с зашитым красными веревками ртом и пищевым имплантом на шее неврно переглянулся со своим напарником-оператором ракетных установок, вторым Вторым стрелком, вопросительно уставившись в его роботизированные паучьи глаза.       — Ы?       Тот покосился на бездыханное тело своего командира и рассеяно пожал плечами, разведя свои покусанные каким-то животным руки в стороны.       — Хер знает, ты следующий по старшинству.       Поглядев на на свое напарника взглядом со смыслом "да ты издеваешься", Первый стрелок снова посмотрел на каннибалку, нервно сглотнул, и пододвинувшись к женщине поближе ткнул в ее плечо пальцем своей металлической руки.       В следующий момент он ощутил как что-то с силой сжало его шею, перекрывая доступ к кислороду. Следом он увидел как каннибалка с хрустом сухожилий выгнулась вверх, с громким хрипом вбирая в свои легкие жаркий воздух пустыни, после чего, наклонившись вперед, дико заорала.       — Ааааааааааааагрх! — прорычала она, вжимая газ на максимум, от чего вся машина резко дернулась от избыточного ускорения, — почему не на посту, салага?!       Она яростно вопросила это стрелку, резко обернув голову в его сторону и продолжая удерживать его шею в своей руке.       — Эуыгх... — промычал тот, скребя своими выглядевшими как кости робо-руками по женской конечности.       — Что, воды в рот набрал, рядовой?! — воскликнула с брызгом слюны на лицо неудачливого стрелка каннибалка, — на вахту блять, стрелять по целям!       Приблизив к себе удерживаемого за шею мужчину, она метнула его в сторону его изначального места, где он больно стукнулся головой об выступающий сбоку торец боеприпаса орудия.       — Теперь ты! — обернулась она уже к Второму стрелку.       — Д-да сэр, то есть мэм, то есть... — в панике заметался человек-паучьи-глаза, не по наслышке зная норов этой женщины.       — Какой пизды ракеты еще не выпущены, "сир" Дегенеративное Хуйло?!       Вытянувшись по струнке и с размаху врезавшись макушкой в крышу танка, Второй стрелок козырнул.       — Уже б-будут выпущены!       — Отлично блять, щенки ебаные! — широко и криво оскалилась каннибалка, вновь оборачиваясь в сторону танцующего смертельное танго с багги Визга, — посмотрим как ты увернешься от всепожирающей машины войны, сранный коммунист!       — Я не уверен что он коммунист... — тихо проговорил Второй стрелок, пока настраивал захват цели в ракетах, а его напарник заряжал орудие осколочно-фугасным боеприпасом.       — Разговорчики, уроды! — метнула тому в лоб ингалятор Каннибалка, — Орудия готовы?!       — Ыа! — как болванчик кивнул первый.       — Есть орудия готовы! — отчеканил второй, потирая свой лоб.       — Ну тогда залпа-залп-зыыыыыаааааалп! — с возбуждением прокричала женщина в потолок, стуча своей ногой по ржавому днищу.       "Надо было слушать мать — отцовский револьвер хоть и мощный, но перезарядка у него..." — мысленно сокрушался Визг, выпустив в молоко последний патрон в револьвере, пытаясь снять пилота первого багги.       Сейчас это было уже более трудно, ибо сосущая боль в боку не давала хорошо сосредоточится на стрельбе, доставляя Визгу массу неудобств, а преследователям превосходную возможность безнаказанно пострелять в ответ.       "Надо будет купить в следующем магазине другой ство-..."       Его мысли прервал оглушительный грохот, после которого мимо про него пролетело что-то быстрое, обдав его потоком воздуха и врезавшись во впереди стоящий обломок здания, завершив свой путь в конце ревущим взрывом. Последний породил вокруг обломка воздушную взвесь из бетонной крышки и пыли, а верхний кусок обломка совсем потерял опору, начиная заваливаться на бок.       — Сука! — закричал курьер, чуть ли не налетевший из-за воздушных потоков на другой обломок с риском последующих переломов своих костей, — Блять!       Будучи в неудобном положении — а именно в суррогатном коридоре из кучи обломков — Визгу ничего не оставалось, кроме как пролететь это облако пыли насквозь, с риском быть изрешеченным осколками и кусочками арматуры.       Впрочем, как бы сам сказал Визг, "это мой обычный вторник". Главной проблемой была ударная волна, создавшая воздушный поток, противоположный движению курьера, но у него и для этого есть решение.       Чертыхаясь от боли, Визг сложил свой зонт и присобачил его на специальное крепление на грав-борде, уцепился рукой с револьвером за его нос, после чего вдавил красную кнопку на нём.       С "кормы" устройства — а именно из незаметного сопла в посередине него — тут же с диким ревом вышел поток реактивной струи, разгоняя Визга до огромных скоростей.       Мчащимся болидом Визг влетел в облако пыли, успев пролететь мимо падающего куска здания, и весь серый от бетонного крошева на всей его одежды он вылетел с обратной стороны, увеличивая дистанцию между собой и своими преследователями.       Багги позади явно не имели имели таких акселераторов, и поэтому решили банально обогнуть падающие обломки, один — самый последний — вполне преуспел в этом, но второй был не так удачлив — у него было слишком мало места для маневра, и пытаясь свернуть с изначального пути он ушел в занос и перевернулся набок, бочкой покатившись дальше, прямо в упавший гигантский обломок.       Итог столкновения взрывоопасного хлама и железобетона был закономерный.       Уже было расслабившийся Визг готовился отключить реактивный ускоритель, напоследок решив проверить что было позади него кроме одного уцелевшего багги, и с ужасом рассмотрел разгоняющий пыль своим винтом грав-танк и световые вспышки у его ракетных установок с последующими серыми столбами работы ракетных двигателей, что двигали свои взрывные презенты прямо по его душу.       Ну или не по его — эти ракеты явно слишком прицельны для точечного попадания, в отличие от предыдущих, из-за чего они полетели совсем в разные стороны, явно собираясь превратить все это место в пылающий ад.       "Бля-бля-бляяяяяя!" — мысленно матерился Визг, — "да что-ж мне так не везет-то, а?!"       Единственная отдушина в сегодняшнем полным дерьма дне все же была — массивы зданий в городе уже были на расстоянии вытянутой руки, осталось пережить последние несколько сот метров, уже готовящихся принять в себя семена взрывных грибов.       Первый взрыв произошел слишком далеко, чтобы нанести какой-либо вред ему, за исключением легко порыва ветра, но вот второй произошел чуть ли не за его спиной. Раскаленный воздух ускоренный ударной волной хлестнул его по спине, чуть ли не сбрасывая Визга с грав-борда и добавляя ему еще больше ускорения.       Сто метров.       Две ракеты, крутящиеся вокруг друг друга наподобие спирали ДНК последовательно вдарили слева Визга за еще одним куском здания, ударяя ударными волнами по его барабанным перепонкам под шлемом. К счастью, это и еще одно облако пыли со всего того же обломка было всем чем они по нему ударили, но Визгу от этого легче не было.       Восемьдесят.       Вилявшему позади багги удача все же изменила - одна ракета сдетонировала в воздухе, перекрывая обзор черным облаком отходов работы взрывчатки и пряча идущую прямо следом товарку, что попала точно в кабину машины. Прозвучал оглушительны взрыв, разметавший последнего члена свиты грав-танка на мелкие кусочки.       Шестьдесят.       Кстати о последнем.       Видимо устав от бесконечной нулевой видимости от производимого дешевой взрывчаткой "тумана войны", экипаж машины решил начать шмялять в слепую — очередной громкий выстрел, и осколочно-фугасный боеприпас пролетает высокого над головой Визга в здание впереди, делая в нем большущую дыру и очередное облако бетонной взвеси.       Сорок.       На этот раз ракеты взрывается уже над Визгом — и он ощущает как его одежда рвется от мелких осколков, впивающихся в его кожу и плоть. Ему было жаль — он много потратил на эту одежду.       Но за потерю товара в ударопрочном контейнере внутри бронеровонного рюкзака ему придется заплатить намного больше.       Каннибалка не моргая смотрела на уходящую из ее костлявых рук цель своими выпученными красными глазами, до посинения фаланг сжимая рычаги управления. С уголка её растянутого в кривом оскале рта стекала тонкая струйка смешанной с кровью мутной слюны, падая на приборную панель.       — Эй, босс, мы щас въебемся, — неврно проговорил Второй стрелок, и Первый согласно "ыкнул".       — Какого хуя это вообще вас должно ебать?! — не глядя дала она ему, слишком близко подобравшемуся, в лицо, — Стреляйе, суки, как я вам приказала!       Двадцать.       Визг отвел одну ногу на самый задний конец доски и надавил на него, наклоняя ее нос вверх, и на остатках топлива в ускорителе начал набирать высоту, целясь в свежесделанную дыру на четвертом от земли этаже.       Тем самым он в очередной раз спас свою шкуру — прямо под его ногами просвистел еще один пушечный боеприпас, делая еще одну дыру уже на первом этаже.       — Ебаная сука, мы сейчас же сдохнем! — заверещал Второй, дергая за плечо Каннибалку за плечо и разворачивая ее лицо к своему, залитому кровью из разбитого носа.       — Заткнись нахуй! — крикнула она в ответ, хватая того рукой за голову и с силой ударяя того все тем же лицом об корпус танка.       Ноль.       С оглушительным хлопком кончившегося в соплах пламени Визг влетел с дыру, на ходу пробив еще одно облако пылевой завесы. На остатках сил отключив магниты на грав-борде и сбросив с себя рюкзак, он упал на пол длинного коридора и кувыркаясь прокатился по нему, остановившись только после столкновения с дальней стеной.       С громким визгом "Иииииеееехааааа!" и с паническими криками и мычаниями двух стрелков Каннибалка влетела в нижнюю дыру, проламывая собой все бетонные и не очень перегородки здания, теряя набранную скорость и окончательно добивая древний винт.       Ощутив спустя несколько секунд остановившуюся дрожь ниже по этажам, Визг — наконец-то восстановивший после смачного удара дыхания — уже было хотел расслабится, как вдруг внизу прозвучал громогласный взрыв детонации боекомплекта, вызывая дрожь по всему телу и совсем чуть-чуть не доламывая древнюю постройку.       Дождавшись, когда вся первичная дрожь прекратится, Визг откинул свою голову в металлической каске на пол хрипло прошептал:       — Блять.