neo zone

По десятибалльной шкале настроение Сончана сейчас колеблется от трех до четырех. Нет, если быть наиболее точным, то где-то три с половиной. Его губа саднит, а к правому виску он боится даже притрагиваться: его отделали знатно. Школьную форму можно смело отправлять в стирку, но, на самом деле, Чон даже не уверен, что она осталась цела. День с самого утра выдался паршивым и остается таким же и в данный момент. Попсовые песни никак не помогают хоть как-то улучшить положение; он устало выдыхает, полагая, что с этим уже ничего не поделать. Ох, если бы он только не задержался в этой чертовой библиотеке, то не напоминал бы сейчас типичного подростка-хулигана после очередной драки. Но он им не был; всего лишь одиночка, сторонящийся каждого и имеющий проблемы с социализацией. А с этим и проблемы с ровесниками, недовольными его откуда-то взявшейся популярности у девчонок и неприкрытой нелюдимостью. Сончан переключает сопливую песню, как-то затесавщуюся в его плейлист, оглядывается по сторонам, запоздало замечая семя тревожности в себе. Вокруг ни одной живой души, и даже накрапывающий вдруг дождь не объясняет, почему улицы непривычно пустынны и нет ни одной машины. Казалось, куда еще паршивее, но, оказывается, нельзя зарекаться. Волосы противно липнут ко лбу, Чон зачесывает их пятерней назад; пережидать дождь под навесом какой-нибудь кафешки не хочется, и он ускоряет свой шаг, попадая в такт битам песни. Покачивает головой, засунув руки в карманы фирменных брюк, а затем заторможенно останавливается; взгляд упирается в сухой асфальт. Чего? Он резко задирает голову вверх, смотрит на пасмурное небо над собой и хмурится. Сончан ни черта не понимает, протирает глаза, предполагая, что ему хорошенько вдарили, раз уж ему кажется... что? Будто бы он еще минуту назад мок под дождем, а уже сейчас ничего не происходит? - Какого... - выдыхает, краем глаза замечая за поворотом какую-то вспышку. Поначалу Сончан идти туда не хочет, но вдруг проснувшееся в нем любопытство делает свое грязное дело. Ноги сами несут туда, и это не пахнет ничем хорошим. Его инстинкт самосохранения машет ручкой, оставляя его самого на себя; и Сончан, конечно, мог бы развернуться и уйти отсюда, но что-то неизмеримо тянет его туда. Будто это что-то, что могло изменить его жизнь. И ему было жизненно необходимо сунуть туда свой нос, чтобы убедить себя в том, что это какое-то помешательство, сродни паранойи; и, конечно же, ничего не изменится, потому что по-другому быть не может. Сончан ощущает покалывание на кончиках пальцев, когда подбирается к углу улицы, прижимается максимально тесно к шершавой стене и выглядывает из-за угла. Смотрит секунду, две, три, а потом резко ныряет обратно в свое укрытие. Сердце бешено колотится, а в голове ничего не укладывается. Он ударяет себя легонько по щекам, пытаясь привести разум к реальности; будто бы Чон действительно был в бреду и происходящее за углом могло бы быть последствием его разыгравшегося воображения. Но картина не меняется, когда он выглядывает вновь: посреди улицы черным пламенем разгорается настоящий пожар, а вокруг него небольшая кучка людей. Они в темно-синих костюмах совсем не вписываются в обстановку; Сончан чувствует некое волнение, наблюдая за ними и ощущая себя как-то паршивенько, словно он подглядывает за тем, что ему нельзя видеть. - Пять минут до портала, - доносится до него совсем тихо. Статный высокий мужчина со спины кажется очень знакомым, но Чон отгоняет от себя эти мысли. - Кто начнет? У вызвавшегося осветленные в блонд волосы, уверенность в каждом совершенном действии и мрачная аура. Увидь такого парня на улице, Сончан тут же бы сбежал куда подальше; было в нем что-то такое пугающее и отталкивающее. - Ой, ну кто бы сомневался, - выходит ядовито, и Сончан вздрагивает. Он не следит за их короткой перепалкой, во все глаза смотря на одного из препиравшихся. Именно этот тон и усмешку в голосе Сончан никогда в жизни не перепутает. Вглядываясь получше, он видит: расслабленную позу и эти вызывающие темно-красные волосы с фиолетовыми прядями. Ли Донхек. Они учатся в одном классе, и едва ли этот парень когда-нибудь обращает на него внимание; обычно держащийся нахально и неприступно, он отпугивает от себя сверстников и Сончана в том числе. И встретить его здесь слишком невообразимо. - Успокоились, оба. Ренджун, ты первый, - голос, не терпящий возражений. Парень с пастельным розовым цветом (явно уже давно смывшимся) волос устало выдыхает, лезет в грудной карман, извлекая оттуда переливающуюся всеми цветами радуги платинку? Сончан едва ли может разглядеть, что это за штука у него в руках. Но он вздрагивает и тихонько вскрикивает, когда парень выпускает ее из рук, и она спокойно начинает парить в воздухе. Если бы Сончан знал, что увидит нечто, не поддающееся никаким объяснениям, он бы обязательно свалил куда подальше. Но он словно приростает к месту, с ужасом осознавая, что его обнаружили. Они все поголовно оборачиваются в его сторону, смотрят на него не менее удивленно, чем он пялит сейчас на них. И к дополнению ко всему этому великолепию, Сончан узнает в высоком мужчине учителя английского, Джонни Со. Это кажется каким-то бредом; Чон отступает назад шаг за шагом, пока не разворачивается на пятках и не дает деру. Он бежит изо всех сил, совсем не замечая, как легкие горят от продолжительного бега, как дождь стеной обрушивается на него и как внезапно становится многолюдно. Если Сончан сходит с ума, то это совсем не смешно. *** Джонни выругивается себе под нос, смотря вслед убегающему ученику. Ему бы броситься вслед, но он не двигается с места, хмуро оглядывая подростков. - Упс, кажется, у нас проблемы, - хихикает в кулак Донхек. - Заткнись, боже, - шипит на него Марк, закатывая глаза. Джонни на их разгорающуюся перепалку не обращает никакого внимания; ему бы понять, что за сбой произошел сейчас, ведь он ставил барьер. Ставил же? Он слегка ведет ладонью, будто что-то перелистывает: перед ним тут же материализуется его карта. Со вызывает окно статуса, убеждается в том, что барьер стоит, и все равно ни черта не понимает. Мужчина смахивает появившееся синее окно статуса, заставляя пропасть не только его, но и саму карту. - Закругляемся, - вполне серьезно произносит он. Подростки вздрагивают, прекращая свою словесную перепалку, послушно активируя свои карты. На поглощение черного пламении уходит меньше минуты; белый свет идет от переливающихся карт, охватывая черный огонь и поглощая его. Когда они заканчивают с этим, им всем приходит оповещение об устраненной аномалии, а на месте огня образуются маленькие светящиеся разными цветами светлячки, в следующую секунду поглощенные их картами. Джонни убеждается в том, что они все сделали и ничего не пропустили, и лишь затем достает свою карту, подкидывая в воздух. Она едва ли высоко подлетает, в какую-то секунду замирая на месте и начиная ярко светиться. Их всех ослепляет, и когда они открывают глаза, перед ними возникает высокая прямоугольная конструкция с круглым подиумом и крышей. Джонни кивает подросткам, и они понимают его без слов, по одному заходя в нее и исчезая в ярком свете. Он завершает всю эту процессию; у него внутри привычно все замирает и скурчивается, а затем ощущения приходят в норму, и Джонни вышагивает в темноту комнаты, подсвеченную только со стороны приоткрытой двери. Ренджун в углу согнут пополам, весь бледный и болезненный, едва ли сдерживает тошноту; Донхек выглядит куда лучше, но выступивший на висках пот и легкая бледнота кожи выдают его с потрохами; среди них всех только Марк спокойно переносит скачки во времени, и Донхек считает, что это несправедливо. Джонни покидает их, советуя напоследок обратиться к Доену; подростки ожидаемо затихают, не желая попадать под загребущие руки этого мужчины. Он вышагивает по коридору, полностью погружаясь в обдумывание сложившейся ситуации; у него есть всего одно объяснение для отчета, и оно выходит довольно неплохим для их организации. Главное, чтобы его догадки были правильными. *** Сончан растерян, обескуражен и даже в какой-то степени напуган. Он приходит домой спустя три часа, быстро ныряя в свою комнату и огорожаясь от любопытной матери, которой обязательно нужно узнать, где он пропадал так долго. А Сончан и не смог бы ей объяснить; он сам себе не может ничего разжевать. Его пугает завтрашний день, он обдумывает причину, по которой смог бы пропустить школу, но уже заранее знает, что с его родителями ничего не прокатит. Испорченная форма отходит на второй план; его требущие внимания побои - тоже. Сончан покусывает нижнюю губу от нервотрепки, расхаживает кругами по комнате. Его слегка мутит, сердце бешено бьется, а пальцы сами собой заламываются. Все паршиво - начиная с односторонней драки и заканчивая необъяснимым происшествием. Сончана всего потряхивает, он не представляет себе, как на следующий день смотреть в глаза Донхеку и уж тем более учителю английского. В голове одна за другой появляются страшные картинки; будто бы его действительно могли убить за то, что он увидел. Его привычная жизнь летит куда-то к черту на кулички; что-то меняется вокруг него, пока он находится в глубоких раздумьях. Время бежит вперед, пока Сончан застрял в своих страхах, неумолимо сыплется как песок сквозь пальцы и делает очередной виток.