Трикстер и Падшая

My Darkest Days - Casual Sex Том впился пальцами в мои волосы. Мы целовались страстно, жестко, закусывая губы до крови. Едва добравшись до его квартиры. Том на ощупь запустил руку в карман и достал ключи. Почти впечатав меня в дверь, он запустил руку под мою блузку, провел рукой по спине, затем сильно обняв меня, за талию прижал к себе. Наконец-то замок поддался, Хиддлстон, зажав меня между собой и дверью, подхватил под бедра. Я обвила ногами его талию, чувствуя его возбужденную плоть через ткань . Том слегка толкнул дверь ногой, она открылась и мы вошли. Он прижимал меня к себе, а я все в той же позе принялась его раздевать. В один миг на полу оказался пиджак, за ним последовал и галстук, который в порыве, развязывала уже зубами. Мужчина уложил меня на кровать, хищно нависая сверху. С ума сводило все: мягкая шелковая постель, что приятно терлась о кожу, теплые руки, ощущение его дыхания на теле, а особенно – его легкий, приятный запах, который напрочь выбивал мысли из головы. Я срывала с него рубашку, утопая в этом блаженстве, а он довольно улыбался и продолжал срывать с губ поцелуи. Его теплые руки уже скользили по бедру, проникая под юбку и сжимая мои ягодицы. От таких прикосновений я недовольно застонала, подалась бедрами чуть вверх, давая Хиддлстону возможность с легкостью стащить с меня узкую, неудобную юбку. Один щелчок пальцами и мои босоножки уже лежали на полу, от своей обуви мужчина избавился еще в прихожей. Том этого не заметил, слишком был занят моей блузкой, судорожно расстегивая мелкие, противные пуговки на ней. Притянув его к себе, со всей страстью впивалась в губы, поглаживала его сильные руки, плечи, тонкими пальчиками скользила по напряженному животу. Целовать его было до дрожи приятно. Чувствовать тепло его тела на своем, вздрагивать от того, как его губы почти невесомо покрывают поцелуями мое тело, заставляя извиваться и стонать от сладкого удовольствия. Поцелуи становились жарче, он прикусывал мои губы почти до крови, языком проводя по нёбу. Руки сильнее, почти до синяков, сжали мои ягодицы. Добравшись до кромки брюк, я ловким движением расстегнула ремень, затем и молнию на них. Немного приспустив его брюк, я про себя отметила, что мистер Хиддлстон, видимо, нижнее белье не любит. Том в свою очередь, стал покрывать мою шею поцелуями, потом нежно обвел языком ключицы, заставив меня в очередной раз приглушенно застонать. Видимо для него это послужило сигналом к действию и он, проведя одной ладонью по внутренней стороне бедра, медленно развел мои ноги, после чего резко, почти грубо на фоне предыдущих ласк, вошел в меня. Трудно описать это ощущение, это было так сильно, необычно и волнующе. Он начал двигаться быстрее и быстрее, наращивая темп. Вскоре тишину комнаты разрывали два приглушенных стона, тяжелое и прерывистое дыхание. От наслаждения, сладкой, пьянящей боли и страстных прикосновений. Грубая ткань брюк, которая до боли терлась о мои бедра, создавала невероятный контраст с ощущением шелковой постели на коже, по телу пробегала дрожь. Каждое его движение, каждый толчок, заставлял двигаться ему навстречу, извиваться в его теплых руках, до боли сжимать его сильные плечи. С моих губ срывалось его имя. Громко, отчаянно мы сливались в одно. Внутри меня рокотал клубок самых ярких ощущений. Я гладила его спину, впивалась в светлую кожу длинными когтями. Том сжимал одной рукой мои волосы. Иногда оттягивал их, заставляя меня откидывать голову назад, и накрывал мои губы крепким, властным поцелуем. Толкнувшись в меня последний раз, он сквозь зубы простонал, прижимая меня к себе, задержался так на несколько секунд, давая возможность растянуть такой приятный для обоих момент. Медленно, неспешно он вышел из меня, по телу пробежалась легкая дрожь. Мой пылкий любовник притянул меня поближе. Он гладил мою шею чуткими, тонкими, длинными пальцами, я только сильнее прижалась к нему, упиваясь его запахом. Целуя его шею, плечи, я испытывала безумное наслаждение. Мне нравилось зарываться своими пальцами в его мягкие кудри, перебирать их, играться, думая о своем. Мне нравилась эта близость. Я провела рукой по его спине. Вся кожа была покрыта тонкими, глубокими царапинами. Я нежно, стараясь не особо тревожить ранки, гладила его спину. Подпитывая свои прикосновения магией, залечила каждую ранку, оставив лишь подживающие следы. На память, так сказать. Том оторвал меня от моего занятия, и подмяв под себя снова принялся покрывать мое лицо поцелуями. Я обвила его руками и мы перекатилась так, что теперь я оказалась сверху. Хм, домой я сегодня не попаду. Пусть Локи ночует один.