Это кажется таким важным

— Какой же ты дебил.  — Чего? Эй! Кудряш открывает старенький комод, надеясь найти в нём плед. За окном Ди пробует разнять Хэви и Касси — те яростно спорят: наверняка то ли о футболе, то ли ещё о чём-то подобном. Карина, сидящая на траве неподалеку листает ежедневник подруги. — Чёрт, Хэви, Кудряш издевается? Если он возьмёт много вещей, я засуну ему их в задницу. Нащупав прохладную ткань, кидает её в небольшую сумку. Подхватывает с тумбочки наручные часы и направляется к выходу. Мало ли на что способна пассия Швагенвагенса — вдруг ещё и убьёт. Ди громко свистит, хихикает и, обняв Кас, раскачивается вместе с ней туда-сюда. Карина демонстративно закатывает глаза, понимая, от кого Касси в последнее время понабралась этого поведения. — Ты чего такая злюка? Парень спускается в тёмный коридор и толкает дверь, вываливаясь на улицу. Солнце приятно греет, будто бы обнимая. Посмеявшись ещё раз, Ди оборачивается: и без того широкая улыбка становится ещё шире. Боже, Швагенвагенс, такое вообще возможно? Твой рот скоро треснет. И та-дам — Ди снова залипает, смотря куда-то сквозь Кудряша. Вернулся патлатый на землю, только когда его девушка принялась слабо брыкаться. — Пусти, пусти, я должна выполнить своё обещание. Опасливо сторонюсь её, вспоминая жуткие угрозы. Ну нафиг… Ди успевает обнять её за талию, оттянув назад, и коротко кивает мне. — Вы готовы, дети? — Хэви радостно смеётся, поправляя свои огненно-рыжие волосы, и взбирается на старенький велосипед безызвестной марки.

***

Ступни зарываются в горячий песок, и Кудряш вытаскивает яркий красно-белый плед. Макушку приятно нагревает солнце — тепло разливается по всему телу.       Пляж, на удивление, совершенно безлюден, и Ди искренне рад этому чуду. Устало падая спиной на ещё неразложенный плед, кудрявый приступает перебирать тёплый песок: то загребая добрую горсть, то высыпая её. — А подождать слишком влом, да, Дишка? — Вообще-то я не скорострел. — Блять… Швагенвагенс лежит посередине пледа, напевая незамысловатую песню, что, видимо, слышал недавно по радио. Где-то недалеко шуршит высокая острая трава, растущая здесь, опять же, невообразимым образом. Море спокойно, мирно и тихо разбивается волнами о берег. Песок слишком нагрелся. Идиллию тёплого блаженства нарушили холодные капли, вдруг полетевшие на Хэви и, как видимо, на Ди. Рыжий морщится, нехотя стягивая намокшую футболку, и вешает её на огромную иссохшуюся белую ветку, торчащую из песка. — Что? — Швагенвагенс с ног до головы осматривает Хэви, с которого стекает солёная вода, и приподнимает тёмную бровь. — Пойдём. Ты же, вроде, любил купаться. Дава-а-ай, — Ди молча прикидывает что-то в уме. Всё же он тяжко поднимается с пледа, хватаясь за руку брата, что помогает встать через резкий рывок. Оказавшись на ногах и оттряхнув руки от белых и чёрных крупинок песка, Ди медленно двинулся к морю, а приблизившись, разбегается и ныряет, исчезая под водной гладью вместе со своим светлым гнездом на голове. Касси идет за ними, заостряя внимание на торчащих из песка мёртвых белых палках, на многочисленных крошечных гальках. Но вот горячий песок заканчивается, и на смену ему приходит прохладный, тёмный, противный. Заходит в воду по щиколотки, ощущая обжигающую и одновременно с этим ласкающую ноги прохладу. Вода, на удивление, этим летом кристально прозрачная. Набирает немного прохладной морской воды в ладони, умывая лицо. Думаю, мне пора отвлечься от всех этих мыслей и просто, наконец, нормально отдохнуть. Медленно погружаюсь в воду, а после и вовсе ныряю.       Открываю под ней глаза: слегка солёная морская вода начинает слабо их щипать, но я, словно заворожённая, наблюдаю за своей слабо покачивающейся тенью на песчаном волнистом дне. Лёгкие обжигаются от недостатка воздуха, так что я поднимаюсь на поверхность.       Где-то рядом выныривает Швагенвагенс, мотая головой. Холодные капли срываются с кудряшек, обрызгивая рядом стоящую компанию, что находится по пояс в море и обсуждает что-то ныне незначительное. — Ахуеть, тут даже Карина! — со слабой улыбкой на влажном лице удивляется Ди и приседает, погружаясь в воду по шею. Кудрявый балансирует, разгребая водную гладь руками, и в то же время весело болтает. — Не ожидал. А как же долгая лекция про бактерии и бла, бла, бла? Я, блять, в шоке, — улыбка блондина вновь разрастается. — Ди, отъебись по-доброму, — вежливо улыбается ему, а он начинает плескаться, и её окутывает приступ смеха. Боже, как дитё маленькое. Брызгается в ответ, но Швагенвагенс, быстро сообразив, ныряет в прозрачную воду и пытается как можно скорее доплыть до Карины. Она пугается, дёргается, стараясь убежать, но его цепкие длинные пальцы хватают ее за ногу и надеются опрокинуть. И, похоже, у него это получится…

***

— Хэвс, дай, пожалуйста, ножик. Я зарежу этого придурка, — стройная темноволосая девушка лежит на коленках у Ди. И, честно?.. Это выглядит слишком мило.  -Блять, до сих пор чувствую на языке этот ужасный привкус морской воды. День шёл дальше: плавно, медленно перекатываясь. Ди, наверное, искренне наслаждался этой духотой, что обнимала каждого; свежим, прохладным бризом с моря; ярким солнцем, которое будто бы стремилось выжечь нам глаза.      Такой день можно было ждать несколько мучительных лет. Все наконец могут пообщаться, а не переписываться по каким-то срочным случаям. Кудряшу даже немного приглянулась Карина, то чего Хэви очень долго угарал, но как и все прекрасное этот день должен был подойти к концу.