«Дневник Драконорождённого»

      —Фьйолкинг Плитор Аксель!—закричала моя мать, заметив меня сидящего на столе и грызя морковь с миски.—Кто тебе разрешил на стол садиться и брать с него продукты!? Эта морковь мне для супа нужна была!—проговорила женщина, на что я молча уставился на неё и, проигнорировав её недовольство, продолжил грызть морковь.—...А-ну иди сюда!—прошипела она, ринувшись ко мне и быстро взяв на руки, предварительно вынув из моего рта морковь.—...До сих пор поражаюсь, насколько ты тихий ребёнок.—проговорила она, после чего по верхнему этажу раздался топот, а за тем на лестнице показался отец.       —Что случилось!? Что с Фьйолом!?—растерянно спросил он, уже ища взглядом врагов.—...Зейна?!       —Твой сынок, Плитор, залез на стол и в наглую хомячил продукты, которые я купила на рынке для супа.—сухо проговорила мать, на что Норд шокировано перевёл взгляд на меня.       —...И что он ел?       —Морковь. Сидел и грыз втихаря.—проговорила женщин, на что мужчина ещё несколько секунд смотрел на меня, а после посмотрел на жену.       —Зейна, он-же пополз.—проговорил он, на что мать чуть стушевалась.—Сам пополз, выбрался из кроватки, залез на стол, так ещё и успешно начал твёрдую пищу есть! Ты чего, радость-же! Небось скоро ходить и говорить будет!—проговорил папаня, подойдя к нам и взяв меня из рук матери.—Ууууоооох и каким-же славным воителем у меня сын вырастет! Аж кости на мосту Шора затрещат, когда ты в евоный чертог войдёшь! А как до того Тсун на седалище своё падёт, как испытает тебя! Да как весь Тамриэль содрогнётся от твоих свершений! Ха-ха-ха-ха!—прогоготал отец, кружа меня на руках, в то время как я смотрел на него, как на придурка.—...Да, всё-таки ты больно тиховат для своего возраста...Кабы по Акалирским стопам матери не пошёл.       —(акалир.) ЧТО!?—выкрикнула моя матушка, чуть сверкнув глазами, на что батя быстро поставил меня на стол и огородился от маман столом.—Значит, муж мой, ты считаешь, что Акавирская культура недостойна нашего сына, так?       —Ну разумеется ДА, моя любовь! Эта ваша "холодная голова" годится только для гос.службы! Я знаю, что такое Легион, и я тебе заявляю, что он в Легион НЕ-ПОЙ-ДЁТ! А вот культура Нордов, словно уголь в горниле печи, распаляет дух, создавая истинного воина, не то что Акавир и эти твои Цаэски!       —Минуточку!...Минуточку!...То есть ты хочешь сказать, что Цаэски в принципе хуже Нордов и не способны с ними сравниться?       —Неееет, моя дорогая! Такого я сказать не хочу...Я это уже сказал!       —Ааааа, даже так! Знаешь, что я тебе скажу, ДО-РО-ГОЙ МОЙ!?—прочеканила мать, на что я скучающе уставился в некуда и, втихаря схватив морковь, снова начал её грызть от нечего делать.       И так...На мнение моего настоящего Божественного отца мои законные родители, благополучно, начхали. Таким образом во всех документах, где я числился, меня звали не Сикленрилл, а Фьйолкинг Плитор Аксель. Однако отклонить покровительство Бога, что редко его даровал новорождённым, они не осмелились и меня "святили" его жрицы. Как и обещал Акатош, я креп достаточно быстро и уже, пока мне только 5 месяцев, у меня выросли нормальные волосы и пошли сразу крепкие зубки...Ох, ну какие это были муки не знать, как я выглядел! Я весь извёлся, пока впервые не увидел своё отражение в зеркале. Мои волосы были как солома, а радужка глаз была небесно-голубой. Кожа была бледной, но отец считал, что это более чем хорошо для того, в ком течёт кровь Норда. Мать-же напротив старалась гулять со мной по Имперскому Городу на солнце, чтобы я...подкоптился...К слову о них.       Отец — Плитор Асгельвальд Аксель. Легионер в отставке, был Легатом. Однако на пенсию ушёл рановато. Но, при всём при этом, учитывая тот факт, что от того, чтобы стать генералом, его отделяло банальное его "да", он имеет полит.связи, а если быть конкретным, с династией...Тулиев...Да, это те Тулии, среди которых будущий Генерал Тулий из Скайрима. Так что там с папаней? Слегка глуповат, но при этом умён. Приверженец традиций Скайримских. Его отец, мой дед, Асгельвальд Дубостоп, где-то тридцать лет назад переехал в Сиродил в поисках лучшей жизни. Женился на Имперке, взял её династическую фамилию Аксель, ассимилировался, назвал сына Имперским, а не Нордским, именем, своё имя менять не стал, и стал секретарём при члене Имперского Совета из Акселей. По решению отца, наша семья держалась подальше от политики не то что государства, но и политики знатных семейств, предпочтя крестьянскую жизнь в городе. После отставки подался в кузницы, а по выходным любил рыбалку. Иногда тренируется во дворе для поддержки себя в форме, тот ещё весельчак...Даже спорит с улыбкой...хотя даже больше с ухмылкой. И, наверное, самое главное о нём — он вервольф. Видел его превращение я всего один раз, и то ОН испугался что я испугаюсь...Каюсь, чуть не наделал в допотопный подгузник, но его поведение было капец забавным. Вечерами имел одну привычку, что свойственна Нордам, и одну, что им не свойственна. Первая — он пил...мёд...в Сиродиле. Уж не знаю, где в аналоге Римской Империи он мёд нашёл, когда на прогулках с матерью я видел на прилавках рынков одно только Вино, но где-то откопал...Видать ходил за город и у пчёл и ос тырил. А вторая привычка — сидеть вечерами с этим мёдом за какой нить книженцией. И пока кружек пять не выпьет, да не закончит начатую главу, спать не идёт. Не сказать, что подобное нравится матери, но терпит...К слову о ней.       Зовут Зейна Аксель. Является агентом бесивших меня в игре Клинков, только спящим. Периодически к ней приходят письма с конкретной пометкой, однако она их сжигает, а потом отсутствует пару часиков максимум. Отец у неё один из немногочисленных оставшихся в живых потомков Драконьей Стражи...то есть Цаэск. Мать у неё Имперка, по этому моя маман лишь немногим может походить на Цаэсков, в основном при гневе, как сейчас, когда у неё глаза так и пыхали янтарём. Вот её отец, мой дед, как раз был членом Имперского Совета и является им до сих пор...правда я его не видел ни разу. Готовит маман — так себе. Пробовал...хоть мне, по возрасту, до сих пор положена титя...Кстати, неплохо..я про титю...Маман у меня — женщина-мясорубка! Так владеет катаной, что ушатаешься и сам самоликвидироваться захочешь. На заднем дворе за тренировками проводит больше времени, чем отец, но всё равно не 24/7. Большую часть свободного времени проводит в медитациях...А, и ещё о катане...носит её ПОСТОЯННО, даже на улице...просто прячет её очешуительно. По характеру она легко вспыльчивая и пылкая натура. Строгая требовательная, критическая, дисциплинированная и жёсткая...но при всём при этом — божий одуванчик, которого лишь поцеловать надо...А вон, мой папаня про этот фокус и вспомнил.       Ну...не официальный, конечно, не кровный, но всё-же, практически, член семьи — Тиккус Кайдизир. Тот самый аргонианин, что проверял, после моего второго рождения, мою склонность к определённому пантеону. Бывший Тёмный Ящер, в Тёмное Братство не вступал. Разбирается в алхимии, колдовстве, зачарованиях, иллюзиях и обучен мечу, луку, арбалету и кинжалам. Хоть он и покинул гильдию убийц Чернотопья, другой профессии не обучен, а потому продолжает зарабатывать на хлеб убийствами. Благо Империя Сиродила — место вполне подходящее для убийц, где они работой точно обделены не будут. Близкий друг отца и мой Святитель...Это типа крёстный, если что. В доме вижу его не так часто. Обычно он приходит с отцом поговорить о том и о сём...или спрятаться от стражи. Сам по себе ящер тихий, иногда во тьме выдаёт смешки и изредко вставляет комментарии. К слову, иногда мне спать вообще не хочется, хоть убей. И сколько-б мать с отцом не пели мне колыбельных, они не смогли сравниться с тем, что делал Тиккус и ещё кое-кто. Он мне и сказки сказывал, и иллюзией мелкие постановки ставил, и песни спевал. И его чуть шипящий говор вообще ситуацию не ломал...Как я понял, встретились Тиккус и Плитор очень даже специфически...       Дело было пятнадцать лет тому назад, когда мой дед продал моего отца в рабство, в качестве гладиатора...В воспитательных целях, разумеется. Всего на пять лет и чтобы его не убивали, а, максимум, ОООООЧЕНЬ сильно мутузили. Ну вот в казармах под Ареной они и познакомились. Отец мой конца срока ждать не хотел. Тиккус, поскольку он провалил задание и ему его братья из Тёмных Ящеров ясно дали понять, что вызволять его не намерены и тип это его наказание, тоже гнить в Арене и на ней не желал, а помирать от чьего нибудь клинка тем паче. И они решили сбежать, но их поймали. ОДНАКО!...Моя мать уже тогда была знакома с отцом. Они друг друга полюбили, она забеременела, деду по отцу пришлось освободить сына от наказания, а тот, в свою очередь, поднял связи, чтобы освободили Тиккуса...Правда...первые роды были не айс, мой не состоявшийся братик или сестра не выжили. А вот я — плод второй попытки!       —Ну чё, Сик?—услышал я знакомый, чуть шипящий, голос за спиной. Развернув голову, я увидел ухмыляющегося тёмно-коричневого аргонианина в кожаных доспехах и при оружии. Помимо склянок и книги на поясе позвякивали септимы в кожаном кошеле. А, точно! Тиккус — единственный, кто звал и обращался ко мне как к Сикленриллу, а не Фьйолкингу.—Эти опять грызутся, а потом сосутся, да?—спросил с широкой ухмылкой ящер, показывая острые зубы, после чего он поднял взгляд горящих глаз на родителей.—...Ну вы мальцу ещё братца да сестрицу тут заделайте, полоумные.—проговорил он, на что родители резко оторвались друг от друга и уставились на него.       —Тиккус!? Ты как здесь!?—резко спросил отец.—Ты-же...в Валенвуд отбыл...       —Я отбыл туда три недели тому назад. Только вернулся.—проговорил он, после чего я и родители услышали топот стражников за окнами и их разъярённые крики.—Ать, мать моя Боэтия, во имя Хирса...—прошипел аргонианин, после чего родители скептически уставились на него.       —И не успел ты и шагу вступить через ворота города, за тобой уже вся стража Имперского гонится.—процедила мать.       —...Такова моя натура. Не каюсь, грешен, в жажде наживы безутешен.—развёл ящер руками, после чего в дверь стали стучаться стражники.       —ОТКРОЙТЕ ДВЕРЬ! СТРАЖА ИМПЕРСКОГО ГОРОДА! ИМЕНЕМ ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА ТИТА МИДА II, ОТКРОЙТЕ!—кричал один из них, яростно колотя закованным в броню кулаком в дверь.       —...Во имя восьмерых за что?—спросила со стоном мать, посмотрев в потолок, а после прищурила загоревшимся взглядом ящера.—В погреб, живо. И что-бы всё вино осталось в бочках.       —Зейна, ты-ж меня знаешь.—с улыбкой развёл руками Тиккус.       —По тому и говорю.—сощурилась она сильнее, на что ящер закатил глаза и, открыв люк у стены, запрыгнул в него.       —Ты просто чудо!—медленно проговорил Тиккус, послав матери воздушный поцелуй, а после скрывшись под люком, после чего мать пошла разбираться со стражей.

Четыре года спустя

      —Запомни, Сикленрилл...—проговорил мне Тиккус, натягивая новую тетиву на лук, при этом внимательно следя за лесом, возле которого мы и были.—...Гоблин — всегда...всегда хочет убить. Да, они могут не сделать это сразу, но они это сделают, стоит им проголодаться. А большинство их колоний бедны и эти твари, в своём большем количестве, вечно голодны. Даже готовить не будут, просто так сожрут, кости обладают и не подавятся...Усёк?—спросил меня ящер, на что что я кивнул.—Отлично.—проговорил ящер с улыбкой, после чего до нас донёсся вопль.—...Кажется детёныш...Мать твоя просила меня тебя с собой взять, чтобы ты видел как я убиваю и чтобы ты к смерти начинал привыкать, так как мир жесток, а твой отец всерьёз задумал из тебя воина сделать.       —...Да, папа денно и ночно заставляет меня с мечом упражняться.—пожаловался я, потерев нывшие плечи.       —Ничего, сегодня, считай, что у тебя отпуск.—похлопал меня по голове ящер, после чего он взял меня на руки и побежал в лес.—Быстрее найдём этого зелёного сопляка — быстрее его убьём, а за тем срежем его уши и вернёмся в город, пока его родня на этот вопль не сбежалась!—проговорил ящер, после чего он остановился и принюхался.—...Проклятие, неуж-то он попал в одно из трёх неудачных мест?...Сик, слушай, времени у нас не то, чтобы много, а от гоблина избавится надо быстро. Я побегу туда, а за тем туда.—проговорил Тиккус, указав направление.— А ты туда.—указал он мне за спину, после дав один из своих ножей.— Если увидишь этого Гоблина в капкане — реж, коли и прочее, но не переставай атаковать, пока он дёргаться не перестанет. Потом отрезаешь два уха и бегом туда.—указал он уже туда, откуда он прибежал.—Если услышишь, что крик прекратился, недобегая до капкана, вали из леса. Увидишь взрослых Гоблинов — кричи, что есть мочи, и беги от них. Понял?       —Да, Тиккус.—кивнул я, после чего ящер ответил мне тем-же кивком и рванул дальше в лес. Я-же так-же побежал туда, куда мне указывали.       Прошло 4 года с моего рождения. Родители оказывали мне всяческое внимание в учёбе. Языки, базовые науки и, естественно, бой. Мать пыталась привить Акавирские техники, а отец топил за Нордский дух и силу. Не остался безучастным и мой освятитель, обучая меня менее...легальному искусству. Он учил меня быть незаметным, непримечательным, ловким и прочее-прочее. Языкам он меня так-же научил. В основном языку жестов и звуков, которым пользуются все, кому не лень, из нецивилизованных рас, таких как Великаны, Фалмеры, Гоблины и прочие. На удивление у них этот язык, практически, един. Нет, как мне объяснили, у них есть языки собственные, но они, практически, не поддаются изучению. А вот язык жестов и звуков — весьма.       Изменения, обещанные Акатошем, внешне заметны не были до сих пор. Да, я информацию воспринимал лучше и быстрее сверстников, был выносливее, быстрее...за что меня не звали играть в обычные игры, на подобии салок, прекрасно зная, что я всё равно выиграю...Однако, не смотря на все эти бонусы, внешне это никак не отражалось. Разве что мои глаза начали лёгкой желтизной заводиться, что не заметно, если не всматриваться...Ну и зубки чуть острее стали.       Внезапно мои мысли прервал новый поток визга, который буд-то стал только громче. Ускорившись, я вышел на опушку, где было одинокое дерево, возле которого находился окорок кабана и мелкий Гоблин, чья нога была окровавлена в лодыжке и удерживалась в железном плену ржавого капкана, что цепью держался за землю. Сглотнув, я медленно приблизился к Гоблину. Стоило тому меня заметить, как он сразу вжался в дерево и стал на меня визжать. Он практически сорвал голос от этих криков, потихоньку переходя на крик, а взгляд бегал от меня к ножу, что был в моих руках. Выставив нож вперёд, я стал медленно приближаться к Гоблину, который заёрзал только сильнее, начав уже издавать не вопль, а хрипы. У него даже не осталось сил, чтобы дальше брыкаться, а вскарабкаться на дерево ему не давала цепь капкана. За тем он уставился на меня с большими чёрными глазами, в которых бегло сверкало два жёлтых огонька, и только тогда я заметил того, чего раньше не видел в упор. Он рыдал. По его зелёным щекам с глаз текли ручьи слёз. Вероятнее всего сначала это были слёзы боли, а ныне страха. И тут я задался вопросом...коли зверь, желающий лишь жрать и убивать, может плакать, не является ли это признаком наличия у него эмпатии, души и всего того, что не чуждо обычным людям, мерам и прочим? Сев перед ним и опустив ножик возле себя, я поднял руку, после чего его мина страха сменилась недоверием. Эмоции...       —"Ты...понимаешь...что я...тебе...говорю?"—спросил я у него, всячески пытаясь соблюсти правильную постановку звуков и жестов.       —"...Да".—ответил он коротким жестом руками.       —"Я...тебя...не...обижу...если ты...обещаешь...меня...не обижать...Хорошо?"—спросил я, на что Гоблин ответил тем-же жестом. Немного подумав, я указал на его ногу и жестом попросил подать мне её. Немного колебавшись, Гоблин встал на одну ногу, опираясь руками о дерево, а после вытянул ко мне четырёхпалую конечность. Взявшись за капкан, я стал прикладывать усилия, чтобы его раскрыть. В итоге я его лишь сильно раздвинул, но его пружина упорно сопротивлялась. Гоблин оказался сообразительным и стоило ему почувствовать, что пленённая конечность освободилась, он быстро вынул её, после чего я сразу откинул захлопнувшийся капкан в сторону. Повернувшись назад к Гоблину, я улыбнулся ему, но он стал смотреть на меня с дикостью и чуть приоткрытым ртом, после чего я сразу вспомнил слова ящера о том, что Гоблин всегда хочет убить. Однако я не спешил браться за нож, хоть на него взгляд Гоблина и скользил. Внезапно по лесу раздался рёв других Гоблинов, которые, буд-то, выкрикивали какие-то слова, что отвлекло Гоблина. И всё-же он продолжал смотреть на меня, пока не отвлекся я.       —Сикленрилл, капусту в болото, ты где!?— закричал где-то Тиккус. Когда я повернулся обратно к Гоблину, его уже не было, как и окорока кабана, а был лишь кровавый след на земле и удаляющийся торопливый топот. Схватив нож, я кинулся на голос ящера, однако я быстро столкнулся с ним.—Фух! Вот ты где! Гоблины всполошились! У меня Гоблина не было, где он?—спросил меня ящер.       —Нууу...яяя...—начал я, скосив взгляд в бок, после чего Тиккус увидел окровавленный след, уходящий куда-то дальше в лес, отсутствие голени кабана и поломанный капкан, а так-же красные прямые следы на моих руках.       —Что?—с неверием спросил ящер, а после оскалившись.—Ты его выпустил!?—взревел он.       —О-он плакал и выглядел как обычный ребёнок. Я действовал рефлекторно, как если бы это был обычный...       —Кто!? Человек!? Аргонианин!? Эльф!? Каджит!? Гоблины — дикие существа! Что я тебе перед входом в лес сказал!? А если бы я не успел!? Если бы он уже жрал тебя тут!?—кричал ящер, после чего вновь прогремел рёв Гоблинов.—...Разговор только начался, Сикленрилл.—прошипел ящер, схватив меня и побежав прочь из леса.

Год спустя

      ...Меня начали считать ненормальным. ВЕСЬМА ненормальным. Оказывается люди, которые способны наладить контакт с Гоблинами — считаются явлением не нормальным и даже расцениваются как те, чьей душой завладели Даэдра, то есть демоны. И всё из-за того, что меня несколько раз замечали в том лесу, где я год назад был с Тиккусом, и видели, как я разговаривал с Иго...Да, у Гоблинов и прочих мелких рас, оказывается, тоже есть имена. Правда они гораздо короче и в основном состоят из звуков, к которым эти расы больше предрасположены. К примеру Гоблины больше восприимчивы к высоким пищащим и щёлкающим звукам. Реже к булькающим. Полностью имя того Гоблина звучало как Иголгииекх...Такое у меня выговаривать получалось с трудом, по этому я упростил до Иго, тем более, что сами Гоблины тоже практиковали упрощение имён в общении друг с другом. Первоначально я общался с Иго именно языком жестов и звуков. Постепенно у нас выходило обучать друг-друга нашим языкам...Да, я подружился с Гоблином из ТЭС, претензии? Меня обычные дети шарахались, потому что про меня уже гадости им родители наговорили, называя ненормальным. Так почему ненормальный человек не может общаться с представителем вида, которых тоже считают ненормальными, такими как Гоблины?...Рано или поздно, об этом должны были прознать родители и они прознали. По головке меня, конечно, не погладили, но и молоко с мёдом давать не стали.       Немного о моей жизни, где я не был с Иго. Муштра, уроки, муштра, сон. Муштра, уроки, муштра, сон. Муштра, уроки, муштра, сон. И так изо дня в день. Родители осерчали сильно, а отец так вообще был не шибко рад тому, что его муштра не давала должного эффекта, где я вообще не становился близко похож на ТЭСовского викинга. Мать-же лютовала, что я не был способен перенять традиций Цаэски. Единственный, с кем в городе я мог спокойно говорить...       —То есть мать недовольна, что ты не Цаэск, а отец недоволен, что ты не Норд.—констатировал Тиккус, откусив кусок от украденного кроличьего бедра.       —Примерно так.—проговорил я, болтая ногами, сидя на карнизе чьего-то дома.—Их не устраивает, кто я есть.       —Хех, ну удиви меня, кто-же ты?       —...Я Сикленрилл.—пожал я плечами, не зная толком, что ответить на такой вопрос.—Обычный человек, без амбиций, любящий общения, музыку и просто радоваться жизни.       —...Ха...более честного, простого, но, в то-же время, сложного ответа и придумать нельзя.—усмехнулся ящер, потрепав меня по волосам.—Значит...успехов у тебя в фехтовании нет.—проговорил он в утверждении, на что я кивнул для приличия.—Зато даются науки лучше, чем любому другому ребёнку твоего возраста.       —Кроме языков, да. Они идут сложнее.       —Ну да, ну да...Но за то ты достаточно ловок и цепок! Мало кто в твоём возрасте может вскарабкаться на крышу особняка без лестницы. А ты оно-как, смог. Без моей помощи. Да и в старых двемерских механизмах шаришь.       —Да что я там шарю?...Парочку простых механизмов среди множество сложных изучил и под наши технологии подставил — вот и всё.       —...Ну не знааааююю...По твоим чертежам было сделано это...—проговорил ящер, подняв руку и выдвинув из запястья клинок из Assassin's Creed.— И мне стало много легче делать свою работу. Подошёл, приставил в толпе, выпустил, убрал, посадил человека, которому поплохело, и ушёл по делам, как ни в чём не бывало...Лично я считаю, тебе надо двигаться именно в научное направление, а не в боевые искусства...Только вот этот свой "Прыжок Веры" оставь для полоумных последователей Шеогората. Теория — это хорошо. Расчёты — тоже не плохо. Но вот практика — это только на свой страх и риск. Я таким заниматься не стану, хоть убей. Иди лучше сам с крыш в сено сегай.— со смешком проговорил Тиккус, а я-же над такой идеей задумался всерьёз.       —...Ладно, убедил.—проговорил я с усмешкой, после чего я сорвался с места и побежал к Храму Акатоша, где недавно оставляли большую гору сена для лошадей жрецов.       —А?...Э...Т-ты куда! Стой, полоумныыыыэээааа!—крикнул мне Тиккус, но за тем случайно споткнулся о черепицу крыши, от чего он упал и свалился бы на дорогу, но, к счастью для него, он зацепился хвостом за вывеску. Меня-же заметили горожане и стража.       —Опять этот чёрт мелкий Фьйолкинг!—заворчала какая-то старуха.       —Эй! Тебе нельзя там находиться! Остановись, тебя снимут!—крикнул мне один из стражников, однако я продолжил бежать, перепрыгивая короткие расстояния между домов, а иногда перебегая по канатам для сушки белья. Благо балансировке я был очень хорошо уже натренирован.       —А ну стоять!—внезапно передо мной выросла фигура Имперского Стражника.

***

      —...Плитор, ты не видел Фьйола?—спросила Зейна у супруга, что только поднялся на второй этаж, пока женщина наводила порядок в спальне.       —Ээээ...Нет, дорогая...А! Он-же к Тиккусу собирался идти! Вчера мне об этом сказал перед сном, а я после мёда да за книжкой и запамятовал о том.—со смешком проговорил Норд, в то время как Цаэска скрипнула книжной полкой, оцарапав её.       —...Тиккус...каждый раз, когда наш сын связывается со своим освятителем, нам либо он приносит его на руках и с ссадинами, либо его за шкирку тащит стражник. Ему 5 лет всего!       —...С половиной.—проговорил Плитор, на что жена зло зыркнула на него.—...Молчу.       —Если бы у этой ящерицы не было шила под хвостом и если бы он, наконец, остепенился, я была бы куда спокойнее за сына.       —...Сказала бывшая, но нет, Клинок.—скептически проговорил Норд.       —Да я о семье печусь! Я не хочу каждый вечер переживать, посадили его в темницу или нет, и не хочу, чтобы его брат или сестра каждый вечер дёргали меня за волосы или платья с вопросом "Мама, а где братик? Где братик-Фьйол?"...—внезапно женщина замолчала, осознав, что именно она сказала. Медленно и, впервые за супружество, опасливо развернувшись к мужу, она стала ожидать действий от ошарашенного Норда, что держал топор, что он ещё секунду назад точил.       —...З-зейна...т-ты с-серьёзно?...Хах..ха-ха...ха-ха-ха! Что, правда?! Ещё одного!?—резко он обрадовался, на что у женщины будто камень с души спал и она кивнула.—Ха-ха! Так это-же прекрасно! Ха-ха-ха! Я папкой второй раз буду! Ох-уж Сына обрадуется, едва на порог вступит!—радостный Норд, не задумываясь о ценности инструмента, откинул топор в сторону и, подбежав к жене, обнял её и закружил, а после стал покрывать лицо поцелуями, напрочь забыв о том, каким нравом может обладать жена. Тем не менее сама Зейна была вполне себе спокойна и радостна в том, что муж не гневался, что придётся снова терпеть плачи по ночам...Хотя сам Фьйолкинг плакал-то только три ночи, а остальные спокойно спал. Максимум он требовательно стучал по поверхности, чтобы ему поменяли пелёнки или покормили...Ну или отпустили те, кто ему не понравился, али-же вовсе пытался бить кого либо, если его заставляли делать то, что он явно не хотел...А вот в еде он был капризным. Внезапно воспоминание Зейны о младенчестве сына развеялись, стоило в закрытые ставни окна влететь стражнику, выломав их. Пара сразу посмотрели туда, откуда влетел стражник, который уже был в отключке, и увидели на крыше довольного Фьйолкинга, который, стоило ему увидеть родителей, растерял свою весёлость.       —Помяни Даэдра...—прошептала Зейна, на что её супруг нахмурился.       —Сынаааа...а подь-ка сюды.— потребовал мягко Плитор, но за тем за спиной Фьйолкинга появился ещё один стражник, который уже собирался поймать мальчика, но тот быстро юркнул под его ногами и дал ему пинок, от чего стражник стал балансировать на краю крыши. Мальчик-же, завидев такое зрелище, театрально дунул на стражника, после чего тот всё-таки свалился с крыши, но успел зацепиться за одну черепицу.       —...Фух, пронесло.—проговорил стражник, но за тем черепица начала съезжать, на что стражник быстро подтянулся и закрепился на карнизе, а после увидел ухмыляющегося мальчика, сидящего на картонах.—...Чё лыбимся? Щас как встану...—но договорить стражнику не дал резкий уворот пацана от ещё одного стражника, который не успел остановиться и слетел с крыши, зацепившись за ноги напарника.—Ёлы-палы! Ты чё творишь!?       —Я думал его поймаю и в открытое окно с ним залечу, не вышло! Только не отпускай! Тут метров девять, больно падать!—крикнул стражник снизу, но, не услышав голос напарника, забеспокоился.—...Гай, я, надеюсь, ты там живой?...Гай?       —...У меня тут...проблема...кажись отпущу...—пропищал стражник, увидя как мальчик целился ему в глаза двумя пальцами.       —...ЧТО!?       —Идёт...коза...рога...тая...за ма...лыми...ребя...тами!—проговорил Фьйолкинг, после сильно ткнув пальцами в глаза стражника, от чего он одной рукой схватился за них и заорал, а второй остался держаться за карниз. Но черепица не выдержала вес двух мужчин закованных в броню, после чего она съехала и оба стражника, с криками, полетели к земле. Через несколько секунд послышался шум, буд-то несколько котлов упало, а после пошёл тихий и протяжный стон.       —Конец...моему...бедру...—простонал тот, что оказался сверху.       —Молчи уж...ты мне на на колокольчики таз приземлил...—пропищал тот, что снизу, после чего оба увидели ухмыляющегося сверху пацанёнка.—...Щёб...ты сдоооох!—простонал нижний, после чего он откинул голову назад.       —...Фьйолкинг Плитор Аксель...—процедила мать мальчика.—Быстро зашёл в дом и сел в своей комнате.—процедила она, на что мальчик молча прыгнул на крышу родительского дома.—Что-за!?       —СТОЯЯЯЯЯЯЯТЬ!—услышали оба родителя вопль Тиккуса, после чего они увидели его бежащим по крышам домов с противоположной стороны улицы, а за тем сзади послышался свистящий шум. Развернувшись, родители причины переполоха увидели сына скатывающегося на канате для сушки белья.       —...Мне...надеюсь...мерещиться.—прошептала Зейна.

***

      Рано или поздно это бы произошло. И разница от того, как именно бы родители узнали о моём баловстве, не влияла бы на конечный результат, а именно...подзатыльник, розги, нравоучения и нотации. Поэтому лучше уж я докажу свою правоту, рискнув своим седалищем, чем просто рискну своим седалищем, ничего не получив взамен.       —Мастер Фьйолкинг...—услышал я нежный женский голос из-за одного окна с чердака дома, после чего окно открылось и из тёмного помещения вышла тёмная эльфийка с длинными смолянистыми волосами, сизой кожей и рубиновыми горящими глазами.—...Я настоятельно рекомендую вам прислушаться к голосу разума и спуститься со мной вниз. Ваше поведение вызывает проблемы для вашей матушки и отца. Пожалуйста, не усугубляйте положение дел хуже, чем оно есть.—проговорила данмерка, на что я закатил глаза.       —Ничто не истина — всё дозволено, Драрэйн!—развёл я руками, после вновь побежав к Храму Акатоша, что был уже в минуте бега по крышам. К слову...забыл упомянуть ещё одного негласного члена семьи...если её таковой назвать можно.       Драрэйн. В прошлом Драрэйн Анара Телванни Райнель Азарик или просто Драрэйн Азарик. Член дома Тельванни, которая опозорила семью и была изгнана, сохранив только имя. Путешествовала по Тамриэлю как наёмник, а после была схвачена и продавалась рабыней. Дед по матери её выкупил и она стала служанкой матери...от отца была не в восторге, как и от идеи моих родителей остепениться от дворянства. Но делать было нечего, по этому она переехала к ним и стала служанкой нашей семьи...и моей нянькой, по совместительству. Хоть маман и старалась быть домохозяйкой, давалось ей это не всегда, чего нельзя было сказать о Драрэйн...К слову, вот её блюда были весьма и весьма!...Вот только иллюзий, что я смогу от неё убежать, в отличии от тех-же иллюзий про Тиккуса, я не испытывал, ибо навыки наёмницы она не растеряла за годы службы...А, ещё эти двое друг к другу чувства явные испытывали...И она моя вторая освятительница, то есть крёстная. По характеру она весьма тихая, исполнительная, из эмоций либо покер фейс, либо тёплая материнская улыбка...А, и большая часть забот обо мне, как о младенце, возлагались на неё. Тут как с домохозяйством, мать пыталась, у Драрэйн получалось. И это вторая личность, чьи песни работали.       Так о чём мы? Ах да! Храм Акатоша. Находился он на центральной площади и вокруг него было достаточно большое пустое пространство, от чего допрыгнуть до его крыши было невозможно...если бы только не канаты с флажками, что были проведены от главной башни храма до других соседних зданий, так как скоро должна была быть очередная годовщина закрытие врат Обливиона. Подбежав к такому канату, я перерезал его и, спрыгнув вниз, полетел прям на храм. Ногами я врезался сильно, однако способность передвигаться не потерял, от чего я быстро пополз вверх. Стоило мне заметить, как снизу к Храму бежали родители, на одних крышах прыгал Тиккус, а сзади Драрэйн собиралась перелетать к храму тем-же способом, что и я, я ускорился. Взойдя на первый карниз, я стал быстро приближаться к переду Храма.       —СТОЙ!—услышал я крик за спиной. Развернувшись. я не увидел никого. Но подняв голову, увидел на вершине башни Храма данмерку в одеждах служанки.—...Довольно. Шутки кончились, Фьйолкинг. Стой на месте и я тебя спущу.—проговорила она, начиная спускаться. Кинув взгляд вниз, я увидел стоящую недалеко тележку с сеном, после чего я посмотрел на застывшую Драрэйн, в глазах которых стал просыпаться страх.—...Не вздумай...прошу...       —...Прости...миру нужен прогресс, а прогресс жалует только смелых.—пожал я плечами, после просто развернулся на 180 и постарался прыгнуть, как нужно. В принципе всё вышло так, как надо, но за тем случилось то, чего я никак не ожидал. Меня сзади обняли тёплые руки с сизыми ладонями, а после меня развернули лицом к небу. Драрэйн прыгнула за мной. Из-за ветра я слабо различал охи зевак, а после всё просто остановилось, стоило падению остановиться. Падение прошло очень быстро и я ошалело глядел в небо. Вокруг шуршало что-то сухое. Сено, по запаху было понять легко.—...Драрэйн?...Ты как?       —...Помолчи...—сдавленно проговорила она сзади, после чего я легко выбрался из её объятий и развернулся. Данмерка просто молча таращилась на небо. Прощупав её затылок и спину, я понял, что повреждений нет, так ещё под нами было приличное количество сена и пробили мы не так много от общего. Обрадовавшись результату, я поспешил выйти и сена и, едва я вступил на каменную клаку, я увидел стоящего передо мной Тиккуса.       —Тиккус! Вот! Я-же говорил! Это работает! Ты можешь...—но не успел я договорить, как ящер отвесил мне звонкую пощёчину, от которой даже моя голова повернулась.—...В принципе заслужил. Но я бы...—продолжил я, но получил вторую пощёчину с другой стороны.—...А вот это уже лишнее!—крикнул я, но меня снова сокрушила пощёчина. Щёки стали нещадно гореть.—Да хорош! Отбивные сделаешь!—крикнул я, закрыв щёки, после чего ящер схватил меня за волосы на затылке и задёрнул голову. Таким злым я его видел впервые.       —...Это...был...твой самый...безрассудный...поступок...из всех.        —Я...       —МОЛЧАТЬ!—заткнул он меня.—...Даже твоё якшание с Гоблином и близко не подбирается к тому, что случилось сейчас...Моя-б воля — выпорол бы тебя за такое, как Аргониан Данмеры пороли в шахтах, чтобы просто лежать было больно, дабы более не страдал такой...       —Тиккус!—крикнул ящеру знакомый мне голос.—Не волнуйся, сына уму разуму я научу, но не в твоих правах его наказывать.—проговорил отец, который был очень суровым свиду, от чего его добродушна внешность стала...не такой добродушной. Про мать, что стояла рядом, я вообще молчу. И только она собиралась мне что-то высказать, на площади раздался мужской голос.       —Что здесь за столпотворение!?— с некой весёлостью, но при этом и строгостью, спросил мужской голос. Когда толпа разошлась, все увидели мужчину в богатых одеждах, выходящего из Храма, перед которым все массово стали склоняться. Тиккус-же, продолжая держать меня за волосы, насильно заставил поклониться.—Спрошу ещё раз. Что за шум?—спросил мужчина, после чего к нему вышел один из стражников. Встав по стойке смирно, он ударил себя в грудь.       —Ваше Императорское Величество! Докладываю! Отпрыск дома Аксель находился в неположенных местах в виде крыш жилых и служебных домов, умышленно нанёс вред нескольким стражникам при попытке пресечь его противоправные действия, и совершил вульгарное святотатство, спрыгнув с Храма Акатоша в стог сена! При падении его перехватила данмерка-служанка его родителей!—отчеканил солдат, на что мужчина вскинул брови.       —Ииии где-же этот отпрыск Акселей?—спросил мужчина, на что стражник указал на меня.—...Ага...Что-что?—обратился мужчина к подходящим за его спину двум чиновникам, один из которых выглядел как ухоженный Норд, а второй, как старый и повидавший жизнь Цаэск.—...Вот как?...Назовись, Аргонианин.       —Тиккус Кайдизир, Ваше Величество.       —По что дитя тиранишь?       —Совершил он глупость большую. Опасную и страшную. Погибнуть мог. Уму разуму надобно было научить.       —Ты ему отец?       —Нет.       —Так какое право ты имел его бить?...Отпусти мальчика.— потребовал мужчина, на что Тиккус отпустил мои волосы и я стразу пригладил их.—...Где родители ребёнка?       —М-мы здесь, Ваше Величество!—вытянулся отец, после чего с матерью подошли ко мне и встали за моей спиной.       —А где данмерка, что поймала дитя? Цела-ли?       —Ц-цела...В-ваше Величество...—сдавленным голосом отозвалась Драрэйн, вылезая из сена и отряхиваясь, после чего она покорно склонила голову перед мужчиной, который уже шёл ко мне.       —Ну-с, молодой человек...объяснись, что-ли? По что столько нервов всем делал?—спросил меня мужчина, после чего я поднял на него глаза.—...Ты-же знаешь, кто я? Верно?       —Да. Вы — Тит Мид II, Император Третьей Империи Сиродила.       —О как! Верно. Так что?       —Я хотел доказать, что "Прыжок Веры" возможен и безопасен при соблюдении всех условий и техники выполнения.       —...Что, прости?—стушевался Император.       —Ну..."Прыжок Веры". Прыжок с большой высоты в стога сена или нечно подобное без последствия для тела.       —И зачем такой прыжок нужен?       —...Ну...к примеру для наёмных убийц?—проговорил я, на что Император слегка нахмурился.—Ну...то есть в военном деле не всё-же решают битвы стенка на стенку? А так убийца, после дела, может и быстро от преследования уйти и спрятаться. Или лазутчик. Да и просто при отступлении малого отряда от большой группы войск.       —...Хммм...—выдал Император, пригладив уже седеющую блондинистую бороду.—...И какие условия нужны, для данного..."прыжка"?       —Ну...высота в пределах 13-15 метров...       —А выше нельзя? Скажем...20-30?       —Исключено. Это должен смягчаться сам прыгун дополнительно. К тому-же при такой высоте значительно увеличивается риск сбоя в прицеливании на пункт падения. Я уж молчу про увеличение скорости падения и последующим за ней увеличением силы, действующее на падающее тело. По этому только от 13 до 15. Про ниже я не заикаюсь. Так-же обязательно, чтобы расстояние от места прыжка не превышало 3-5 метра. Приземляться только спиной к низу. Высота стога сена обязательно не менее 2,5 метра. Это если просто вывалено, не в телеге. А коли в телеге...да, собственно, условия те-же. Если высота прыжка менее девяти, то можно и до метра сена.       —Ага..и что, Храм Акатоша подходящее место для такого прыжка?       —Кроме верха колокольни и башен. Самая оптимальная — карниз над парадным входом.—проговорил я, указав на место, откуда я прыгал. Посмотрев туда-же, Император оценивающе осмотрел место прыжка и приземления.       —Повторить можешь?—спросил он, на что родители хотели возразить, но Император смерил их взглядом. Я лишь утвердительно кивнул.—Вперёд...Лестница нужна?       —Не-а, так справлюсь!—ответил я, после чего я подбежал к стене Храма и стал карабкаться по неровностям. Взобравшись за несколько минут на тот карниз, откуда я прыгал, я жестом приказал зевакам разойтись, от чего они посмотрели на Императора. Стоило ему кивнуть, народ разошёлся в стороны и я, взяв стог сена в прицел, приготовился прыгать, но кое-что вспомнил.—ПЕРЕТОРМОШИТЕ ЕГО! ВЗБЕЙТЕ, КАК ПОДУШКУ!—крикнул я вниз, на что Император махнул рукой и два стражника сразу выполнили сказанное. Как только они закончили, я вновь нацелился на стог, а за тем прыгнул к нему, перевернувшись через низ на спину, от чего ею и приземлился в душистое сено. Решив подержать интригу, я стал слышать перешёптывания, и только после этого я вылез наружу, отряхиваясь от сена. Внезапно до моих ушей дошёл звук аплодисментов.       —Блаво, Юный...?       —Сикленрилл. Но родители меня назвали Фьйолкинг.       —...Ага...и как предпочитаешь?       —Мне без разницы.—пожал я плечами.—Мне сказали, что когда я только родился, меня проверяли на доминантного восприимчивого Бога, коим вышел Акатош, а за тем в комнате кто-то зашептал СИК-ЛЕН-РИЛЛ. Ну а родители просто хотели по-нордски.       —...Хм...ну раз уж сам Бог тебя так велел величать, то будешь Сикленриллом...Кхм-кхм, Матьен, грамоту.       —Д-да, Ваше Величество.—проговорил молодой Бретонец в дворянских одеждах и с Амулетом Старейшин на груди, подойдя к Императору и вручив ему из кармана пергамент, сложенный в два раза и закрепленный восковой красной печатью с изображением Имперского Дракона, после чего Император забрал письмо и подозвал меня.       —Ты меня приятно и сильно удивил, Сикленрилл Аксель. Буду надеяться, что будешь удивлять и дальше...Сколько тебе сейчас?       —Пять, Ваше Величество!       —Ха-ха-ха-ха...святая простота...Волшебно...Что-ж! Надеюсь вновь тебя увидеть через два года, Сикленрилл.—проговорил Император, дав мне письмо, а после махнув своей свите, став уходить с площади в их окружении. Не долго думая, я сломал печать и стал читать написанное на пергаменте красными чернилами. Уважаемый получатель!

Предъявитель сей грамоты, по достижению 7-летнего возраста, имеет право явиться ко двору Его Императорского Величества Тита Мида II, для прохождения отборных испытаний для бюджетного поступления в Имперскую Академию имени Уриэля Септима VII. Предъявитель сей грамоты имеет право пронести на территорию Императорского Дворца до трёх предметов или вместилищь разной направленности и цели сохранения, не считая собственной одежды. Предъявителю грамоты разрешено взять с собой до двух взрослых сопровождающих, не считая родственников. Предъявитель сей грамоты может иметь до 5 ассистентов во время испытания. Срок сей грамоты ограничен пятью летами.

Составитель сей грамоты Император Третьей Империи Сиродила Сеньор всех королей и королев всех Имперских Провинций Тит Мид II