Чёрные ленты

— Хуайсан, твой «сюрприз» опаздывает, — устало говорит Цзян Чэн в трубку телефона. В тесном кафе полно людей, но уже который час он не сводит взгляда с одного человека, сидящего в толпе охранников, которые мастерски слились с толпой. Цзян Чэн пьёт горький кофе, в который раньше с удовольствием бы добавил сахара, но одна из коллег запретила из-за того, что он находился на преддиабетной стадии. Выйти из него удалось, но эту привычку в память о бывшей партнерше он сохранил. Это было почти тоже самое, что носка приметного кольца, которое досталось ему от покойной матери. Или длинные волосы, которые он перестал стричь после смерти отца. Маленькие ритуалы, которые он перенимал у погибших близких людей. Так делали все в их обществе. Память об умерших во время заданий хранилась всегда. За что отдельная благодарность лидеру их подпольной организации — Не Минцзуэ. Этот суровый мужчина чтит и уважает каждого своего подчинённого. — Ну, Чэн-Чэн, не дуйся, она скоро придёт. — Опять «она»?! — Цзян Чэн нахмурился. — Ты работал с Вэнь Цин три года и между вами не произошло ничего. Да, ты привязался к ней, но лишь как к старшей сестре, а не к девушке. А учитывая, какой ты её видел… Мы с братом посовещались и решили, что дать тебе в напарники девушку будет намного лучшей идеей, чем тому же Сюэ Яну, который совратил свою. — Ладно, а как она хоть выглядит? — Она сама к тебе подойдёт. Она тебя знает, да и ты видел её несколько раз. — Ладно… — Удачи с ней… Возможно, по началу она тебе не понравится, но брат чувствует в ней огромный потенциал. — Горе мне с этими новичками… — простонал Цзян Чэн и бросил трубку, так и не договорив. Колокольчик оповестил всё кафе о том, что пришёл новый посетитель, но обернулся на звук только лишь Цзян Чэн. Возле входной двери стояла невысокая и хрупкая девушка, которая оглядывалась по сторонам, явно в поисках кого-то. Почему-то, она казалась ему смутно знакомой… И тут девушка встретилась с ним загнанным, но любопытным взглядом, и пошла навстречу. Вскоре она сидела напротив него. — Й-й… Юй Бинь, — тихо и неловко представилась девушка, присаживаясь напротив Цзян Чэна. — Ван Чжочэн, — кивнул Цзян Чэн ей в ответ. В их обществе не было принято на людях представляться своими настоящими именами. Её тоже явно было фальшивым. — Я тебя больше часа жду. Чем объяснишь свое опоздание? — резко, возможно даже чересчур. — П-простите… Я потерялась… «Загнанный в угол щенок. Минцзуэ совсем из ума выжил?» — Ты должна была прийти в четырнадцать десять, а сейчас пятнадцать восемнадцать. Но когда мы разойдёмся, я не буду скучать. Девушка прищурилась и кивнула, полностью осознав шифр Цзян Чэна. Действовать нужно быстро, очень быстро. Отклонения от графика, который парень сам составил для них, были слишком значительны, тем более он не знал, на что способна его партнёрша. — Сейчас, — прошептал Цзян Чэн, увидев, что «объект» собирается уходить. Они с Юй Бинь поднялись одновременно и разделились, девушка пошла к пятнадцатому и восемнадцатому столику, в то время, как Цзян Чэн взял на себя более близкую охрану и саму цель. Перестрелка сейчас была не лучшим вариантом, но, после того, как Цзян Чэн взмахнул рукой и люди заметили чёрную ленту на его запястье, то тут же достали огнестрельное оружие. Цзян Чэн усмехнулся и, достав нож, побежал на противников. Трое охранников были слишком неповоротливы и… медленные. Он привык убивать. Счёт отнятых им жизней шёл на десятки. Но он не выбирал этот путь. Так было нужно. А чёрная лента на его запястье уже много лет развивалась и пачкалась кровью. Но хорошо, что на чёрном этого не видно. — Ох, Саньду Шэншоу? — усмехнулся «объект». — Неужели мстить пришёл? — Какой же ты догадливый… — Быстрый ручеёк должна была умереть. Так сказал отец. — Поэтому ты убил ту, которая тебя любила? — Я тоже её любил. — Не ври, Павлин, того, кого любишь, не убивают. — Иногда обстоятельства… — Не говори мне про обстоятельства! — сорвался на крик Цзян Чэн. — Выбор есть всегда. Она мать твоего ребёнка, а ты… — Кстати, как поживает Цзинь Лин? — серьёзно спросил «объект». От этих слов гнев Цзян Чэна достиг предельной отметки за секунды, и он прижал парня к стене, приподняв за горло. Вдруг в его руки впились длинные птичьи когти, явно задевая сухожилия. Только это не спасёт. — Его зовут Цзян Лин, уродец. Ты не имеешь никаких прав на этого ребёнка, сволочь. Пальцы Цзян Чэна сжали бледную шею, и по ним пошёл электрический разряд, который тут же перекинулся на тело Павлина. Кожа тут же стала обугливаться и последний вздох сорвался с бледнеющих губ. Птичьи лапы приняли форму человеческих рук и опустились. Мёртвое тело упало из резко ослабевшей хватки Цзян Чэна. — Гори в Аду, Цзинь Цзысюань, — прошипел Саньду Шэншоу и медленно обернулся. Юй Бинь стояла над двумя мужчинами, что были без сознания, но явно живы. Он пренебрежительно цыкнул и грузными шагами подошёл к новой партнёрше. — Почему ты их не убила? — строго спросил Цзян Чэн, на что девушка несмело отвела взгляд. — Они бы тебя не пощадили. Цзян Чэн присел на корточки и взял двоих за руки и через него по телам людей прошёл электрический разряд, что умертвил их. После чего он встал, а руки его невольно опустились и кровь хлынула потоком. «Долбанный Павлин», — в мыслях прорычал парень. — Цз… Чжочэн, постой! — услышал он тихий голос позади и обернулся. Новая партнёрша быстро подбежала к нему и дотронулась до кровоточащих ран. Парень нахмурился, увидев, как стремительно затягиваются его ранения. Слишком знакомое чувство, слишком пробирает на слёзы… — Ты кто такая? — шепчет Цзян Чэн, рассматривая предплечья. — Юй Бинь… — глядя прямо в серо-фиалковые глаза, произнесла девушка. — Нет… По-другому… — почти беззвучно произнёс парень. Она долго смотрела не его руки, а потом подняла голову и одними губами, без единого звука, прошептала: «Вэнь Нин».