История одного предложения

      Шэнь Юань был странным. Бинхэ знал его достаточно долго, чтобы научиться различать каждую мелкую эмоцию на его, казалось бы, равнодушном лице. Научился реагировать на каждое сокращение его лицевых мышц, на каждый случайно брошенный взгляд и неуверенный жест.       Ло Бинхэ мог с гордостью заявить: для него его парень стал открытой (и, к тому же, самой любимой) книгой. Он научился реагировать на мельчайшие изменения в настроении возлюбленного, предугадывая его желания заранее. И это приносило парню огромное удовольствие – знание, что так может только он.       Конечно, это было не так уж и тяжело, по сравнению с каменным лицом Шэнь Цзю – тот, видимо, так и останется для него чем-то непостижимым.       К счастью, изучать эту книгу придется Цинъюаню.       Но в этот раз, что-то точно не так. Либо сломалась его обретённая тяжелым трудом способность, либо сломался сам Юань, он не знал.       Большую часть времени всё было в порядке: Шэнь Юань продолжал улыбаться своей ярчайшей улыбкой, предназначенной только ему, продолжал тянуться и касаться Бинхэ как можно больше (временами, обвиваться вокруг, словно плющ), да и в целом вёл себя, как и всегда.       Но остальную часть времени Бинхэ чувствовал напряжение, исходящее от его парня. Стоило Юаню задуматься на пару минут, уйти мыслями далеко-далеко, куда путь для Ло Бинхэ закрыт, и тот становился неестественным. Плечи опускались, словно он старался казаться меньше, лоб хмурился, из-за чего образовывалась забавная морщинка между бровями, а кожа на пальцах постоянно краснела и шелушилась от частых укусов.       Первое время Ло Бинхэ пытался узнать, что же привело к такому состоянию: может он сделал что-то не так?       Но в ответ он получал лишь испуганно поднятый взгляд и проклятое: «Всё в порядке, лучше быть не может».       Честное слово, его стошнит, если он ещё раз услышит эту фразу.       Тогда он решил оставить Юаня в покое. В конце концов, его парень всегда был самостоятельным, и ему никогда не нужна была чужая помощь.       К тому же, Ло Бинхэ уверен, через время тот сам всё скажет.       Но время идет, а странности продолжаются.       Сначала Шэнь Юань позвал его на свидание. Поначалу Бинхэ обрадовался: кто не захочет выйти в свет со своим возлюбленным, да ещё и в любимый ресторан?       И тогда он осознал. Шэнь Юаню не понравится. Его парень был ужасным домоседом, который до их знакомства питался лишь едой из доставки, не желая ходить куда-то дальше университета. А любые смущающие проявления любви и походы в публичные места того и вовсе пугали.       Ло Бинхэ решил не поднимать панику раньше времени. Люди меняются – это нормально. Да и кто он такой, чтобы отказаться от компании своего А-Юаня?       Однако, весь вечер Шэнь Юань был нервным, постоянно вздрагивал от любого обращения к нему, не знал куда деть свои руки, постоянно суетился и время от времени что-то проверял в кармане.       Бинхэ проглотил и это, заполняя неловкую тишину своими бессмысленными рассказами о работе.       Хуже стало потом, когда Юань решил пойти в парк аттракционов. На колесо обозрения, который он ненавидел. Но в тот момент мысли Шэнь Юаня были заняты чем-то совершенно другим: пару раз тот даже не замечал, как Бинхэ обращается к нему. И как бы парень не пытался его отговорить: А-Юань был непреклонен в своем желании.       В этот раз руку из кармана он не вытаскивал весь вечер, до тех пор, пока они не сели в кабинку.       В тот самый момент, кажется, Юань вспомнил о своей боязни высоты. Он побледнел за секунду, стоило им немного подняться, после чего зажмурился и вцепился в Бинхэ, не отпуская того до того момента, пока они не опустились.       Это было, бесспорно, лучшим времяпрепровождением, но от того не переставало быть неправильным.       Каждая его догадка была хуже предыдущей. Это незнание убивало его нервные клетки медленно и болезненно, пока он не пришёл к самому худшему выводу.       Его хотели бросить.       Это объясняло все странности в поведении Щэнь Юаня, его постоянные телефонные звонки неизвестно кому и непрекращающиеся попытки спрятать что-то (найти это Бинхэ тоже не удалось, хоть он и перерыл их квартиру уже трижды).       На стол с громким грохотом падает стопка бумаг, отрывая его от тяжелых мыслей.       – Вот, – Мобэй Цзюнь указывает подбородком на устрашающую кипу на столе Бинхэ, – если не знаешь, чем себя занять: прочитай и подпиши. Я не буду заставлять Цинхуа делать твою работу за тебя.       Лицо Ло Бинхэ мрачнеет, и он отодвигает документы на край стола.       – Я плачу вам не для того, чтобы вы меня отвлекали от важных дел.       Его друг громко фыркает и уваливается на стул напротив самого Бинхэ.       – Цинхуа даже не работает тут официально, – Мобэй передвигает бумаги ближе к боссу, кидая рядом ручку. – И как давно прожигание взглядом стену стало важным делом?       Ло Бинхэ отмахивается от парня, продолжая хмуриться. Он проверяет свой телефон в четвёртый раз за последние несколько минут, но экран насмешливо оповещает его об отсутствии каких-либо сообщений. Парень был в командировке уже три дня и за всё это время они перекинулись лишь парочкой сообщений, а созванивались и того меньше.       – Допусти, допустим, Цинхуа ведёт себя крайне странно, делает вещи крайне несвойственные ему, будто бы он хочет уйти от тебя, – парень берёт ручку и крутит её в пальцах, стараясь отвлечься, – как бы ты поступил?       – Переломаю ноги, чтобы не смог уйти.       Парень тяжело вздыхает. Отношения Шан Цинхуа и Мобэй Цзюня до сих пор остаются для него загадкой.       – Да, и почему я вообще ждал услышать что-то другое.       – Хочешь совета, спроси Цинхуа, ты мне за сеансы психологии не платишь. Впрочем, как и ему, – Мобэй берёт свою половину бумаг из стопки и замолкает, показывая, что разговор на данном этапе окончен.       С очередным тяжёлым вздохом Бинхэ откладывает телефон в сторону и принимается за нудную работу: пожалуй, он и впрямь слишком долго откладывал свои дела. И парень искренне пытается сконцентрироваться на написанном тексте, но вместо этого его мысли вновь и вновь возвращались к его возлюбленному, который так и не ответил на последние несколько сообщений.       Он кидает бумаги в сторону и откидывается на спинку стула.       – Как отговорить Шэнь Юаня от разрыва со мной?       Мобэй Цзюнь с неприсущим ему удивлением вскидывает взгляд на друга и несколько раз моргает, переваривая заданный вопрос. Через секунду он хмурится и смотрит на Бинхэ, словно тот только что сказал самую тупую вещь на свете.       – Судя по его последним многочисленным разговорам с моим мужем, тебя никто не собирается бросать.       После сказанного Мобэй напрягается и отводит взгляд в сторону, кусая свою щёку изнутри. Он совершенно не боялся своего мужа, но Цинхуа его просто уничтожит, если он хоть что-то расскажет.       Бинхэ вскакивает со своего места и наклоняется ближе к Мобэю:       – Ты что-то знаешь!       Парень вскидывает вверх одну бровь:       – Это что-то меняет?       – Ты обязан мне рассказать, у меня больше нет сил думать об этом!       Мобэй возвращает всё своё внимание документам на его коленях и безразлично проговаривает:       – Видимо, думать тебе особо нечем, если ты дошёл до такого вывода.       – И что это означает?       – Что я не собираюсь отвлекаться в рабочее время на твои глупые страдания, – он кидает отброшенную ранее ручку прямо в Бинхэ и отворачивается от него, уделяя всё своё внимание напечатанному тексту.       Через несколько минут напряженного молчания Мобэй продолжает:       – Чем быстрее закончим с работой здесь, тем раньше ты сможешь всё узнать.       Так быстро Бинхэ ещё никогда не работал.       Домой он возвращается на целых два дня раньше. Пришлось пожертвовать сном, пропустить пару приёмов пищи, работать до изнеможения и пообещать Мобэю оплатить сверхурочные, но он не мог иначе. Ему хотелось знать, как можно скорее со всем разобраться и, наконец, успокоить свои расшатанные нервы.       Он успел продумать все возможные исходы и все возможные способы избежать расставания, если это то, чего хочется А-Юаню – даже если Мобэй что-то и знал, и пытался его переубедить, он не собирался верить ему на все 100% –, то он готов цепляться за его бёдра до тех пор, пока он не передумает.       Бинхэ готов тешить себя тупыми надеждами, но он знал, в момент, когда Юань захочет уйти, ему не останется ничего, кроме того, как отпустить его и позволить растоптать своё же сердце на мелкие кусочки.       Их квартира встречает его подозрительной тишиной и полнейшим мраком, казалось, что тут никого и не было вовсе.       Кровь застыла в жилах.       Он нервно взглянул на свои наручные часы вновь: было не так уж и поздно, но вместе с тем и не рано – Юань как раз должен быть дома. Бинхэ включает свет, рассматривая их квартиру.       В ней царил полнейший беспорядок: абсолютно все шкафы на кухне открыты, тут и там стояли грязные кружки с давно остывшим чаем, на диване лежало пару пледов, а на кухонном столе – огромная аптечка.       Его голос дрожит, когда он громко кричит:       – А-Юань?       Еле слышно из их спальни доносится приглушенный хриплый голос:       – Здесь.       Бинхэ в тот же миг бросает своё пальто и сумку на пол, полностью игнорируя беспорядок вокруг него, и спешит в комнату. Его сердце колотится в груди с невероятной скоростью, руки вспотели и мелко дрожат от эмоций, переполняющих его.       С Юанем что-то случилось, он болен и был абсолютно один. Что если бы с ним случилось что-то серьёзное?       Если это что-то уже случилось?       А-Юань лежит на кровати, замотанный в несколько одеял, щёки горят ярко-алым, изнеможённый, смотрит на Бинхэ с легкой, почти виноватой, улыбкой на губах. Ло Бинхэ бросает взгляд на их прикроватную тумбочку: стакан воды, термометр и пару болеутоляющих.       Он облегчённо выдыхает.       Кажется, ничего серьёзного.       Шэнь Юань пытается выбраться из своего кокона одеял и приподнимается в кровати, садится, ложась спиной на подушки. Его глаза болезненно блестят, а улыбка, которая теперь кажется уж слишком счастливой, не сходит с его лица.       Парень подходит к кровати и аккуратно садится на край, тут же касается Юань, проверяя на наличие лихорадки. Липкая от пота и немного теплая.       Что ж, всё было не так критично, как он думал.       А-Юань тем временем тихо хихикает и протягивает руки к Бинхэ.       – Ужасно, мой парень вернулся домой после такого длительного отсутствия, а я его даже поцеловать не могу, – он хмурится и надувает губы, явно недовольный данной ситуацией.       Бинхэ застывает и глупо хлопает глазами, глядя на Шэнь Юаня. Странно.       Он смотрит на тумбочку уже внимательнее, рассматривая каждую коробку таблеток, лежащую на ней. Парень ухмыляется, замечая знакомое жаропонижающее и позволяет сорваться с губ тихому смешку.       Конечно же.       – Кажется, А-Юань забыл, как эти таблетки влияют на него, – Ло Бинхэ протягивает руки к своему возлюбленному и нажимает на его плечи, заставляя лечь в постель.       – Этот старик не виноват, что глупый Цинхуа насыпал на него гору снега, – он тихо бурчит и пытается освободиться из хватки Бинхэ, извиваясь всем телом. – Мне надоело лежать, я хочу обниматься.       В мыслях Бинхэ рыдает от умиления.       Он обожал такого Шэнь Юаня и готов зацеловать его прямо здесь и сейчас. Но тот всё ещё был болен и явно нуждался в отдыхе, а не в лишней физической активности.       – Значит этому придется отомстить Цинхуа позже, когда А-Юань выздоровеет, – он насильно закутывает его в одеяло, пресекая все попытки вырваться, и целует его в лоб, ещё раз проверяя температуру. – Возможно, даже придется вызвать его мужа на дуэль ради защиты твоей чести.       А-Юань очаровательно хихикает и расслабляется в его руках, откидываясь на подушки.       – Обязательно тыкни его лицом в своё кольцо после этого и скажи, что я не слабак, – Шэнь забавно куксится, смотря на руки Бинхэ и погружается в напряженное молчание.       Ло Бинхэ игнорирует поведение своего парня, привыкший к такой странной реакции на препарат и вновь разбирает тумбочку, раздражённо цокая языком. В следующая раз он обязательно напишет подробную инструкцию, что пить нужно, а что нет.       После того как искупает Цинхуа в снеге.       – Ло Бинхэ, – произносит Юань неожиданно серьёзно, – у меня к тебе очень серьёзный разговор.       Парень внутренне напрягается. Сердце вновь понеслось галопом, а по спине пробежал мокрый пот. Неужели, ему никак не избежать разговора? Его бросят прямо сейчас?       Нет, сначала ему нужно вылечить А-Юаня, а уж потом… Вероятно, он попытается поговорить с Юанем, когда тот выздоровеет, попытается всё исправить. А потом ему придётся уйти, чтобы зализать свои душевные раны.       Он сможет. Он готовился к этому не один вечер. Готов к любому исходу.       Его возлюбленный тем временем продолжает, совершенно не замечая душевные терзания Ло Бинхэ:       – Загляни под кровать, там коробка с прочитанными новеллами. Под ними ещё одна коробка, уже с текстами этого ужасного писаки, там ещё одна коробочка, вот её и достань. Сейчас же.       Не совсем понимая, что происходит, Бинхэ слушается, действует почти на автомате. Залазит рукой под кровать, мысленно отмечая, что пора бы там, наконец, прибраться и убрать скопившуюся пыль. Перебирает горы новелл, включая те, что написал Цинхуа, и достаёт нужную вещь.       Он сдвигает брови, настороженно смотря на странную бордовую коробочку, крутит её в руках, но продолжает сохранять молчание, смотрит на своего парня, ожидая дальнейших поручений.       – Садись. Открой её, – дрожащими пальцами Бинхэ открывает её.       Удивленный, он широко распахивает глаза и чуть приоткрывает рот, рассматривая лежащие в ней кольца.       Мысли в его голове полились с новой скоростью.       Каждая из них всё ещё была хуже предыдущей.       Кажется, он мог просто умереть от паники здесь и сейчас.       Шэнь Юань недовольно кряхтит и после нескольких попыток, наконец, вытаскивает свою руку наружу. Он стреляет глазами в сторону кольца, а после смотрит на палец, и Бинхэ безошибочно понимает, что от него хотят.       Дрожащими пальцами он достает кольцо, то, что поменьше, и благоговейно надевает на А-Юаня. Глаза пощипывает от непролитых слёз, но он не позволяет вырваться им наружу, лишь нежно поглаживает руку своего парня, всё ещё не понимая.       Кольцо же село как влитое.       Юань несильно пинает его ногой и надувает щёки, явно чем-то недовольный.       – Ты не спросил.       Бинхэ остолбенело смотрит то на него, то кольцо, откровенно не понимая, что он от него хотят. Он внимательно смотрит на руку, что он держал в своей, на странную бархатную коробку, в которой осталось второе кольцо чуть побольше, и недоумевает.       Ох.       Ох. Срывающимся голосом он произнёс:       – Ты, ты выйдешь за меня?       Лицо Шэнь Юаня расслабляется, светлеет и он улыбается так счастливо, как не улыбался никогда.       – Я же говорил Цинхуа, что смогу сделать это чёртово предложение.       Ло Бинхэ громко давится смехом, икает, после чего громко всхлипывает. Непрошенные слёзы всё-таки срываются с его глаз, и сам он превращается в огромное плачущее и дрожащее нечто. Только его парень, уже жених, мог превратить такую романтичную вещь в невесть что.       И это было идеально.       Утром Шэнь Юань непонимающе смотрит на свой палец, на котором чувствуется доселе незнакомый вес, и на своего сияющего парня, не помня, какого чёрта вчера произошло. После он выслушивает недолгое, но чертовски эмоциональное объяснение от своего жениха. С которым, к слову, он отказывается разговаривать целых тридцать минут, желая провалиться сквозь землю от стыда. Несмотря на это, улыбка не сходила с его лица ни на секунду.       На последующие вопросы друзей они будут лишь загадочно улыбаться, не отпуская руки друг друга.