Смерть разлучает

Россия только проснулся, а Америки уже не наблюдалось. Руся протёр гляза и снова осмотрел комнату, в которой являлся единственным живым существом. Он был все в той же белой огромной рубашке и она навевала какое-то двоякое чувство. С одной стороны находится в таком виде даже в одиночестве, а уж тем более перед другими людьми, как вчера, было не привычно. С другой стороны это было похоже на что-то старое доброе, потому что ни Штаты, ни сам Росс никогда не стеснялись друг друга. Им было все равно, как они выглядят, главное, что они друг другу нравятся. Такие детские, но с другой стороны искренные и правильные отношения. Свежие укусы и засосы жутко жгло, только Русик ничего не мог с этим поделать. Один, на чужой территории. Все, что находилось ниже живота тоже болело и пылало, из чего Федерация сделал вывод, что встать будет трудно. Но он пытался, иногда опрокидывая вещи, только потом опрокинулся сам. — Росси... — Ринулся к нему Штаты. Возможно в суете Росс не заметил, как парень вошёл, — Ради бога, прости... Тебе не нужно было вставать, прости... Это я виноват, что не предупредил тебя об уходе, но ты так спал... В голове Ама всплыли приятные воспоминания о спящем возлюбленном, лицо которого было таким умиротворенным, сладким и как же разбудить такую прелесть? США, нависая над Россией провел языком по самым заметным укусам на шее и плечах, якобы извиняясь. И нельзя не сказать, что от прохладной слюны стало легче, пусть и совсем немного. — Я люблю тебя, — на выдохе сказал Россия, прежимаясь к прохладному от улицы парню, —наверное, давно любил. — Я так надеялся... Мне кажется я влюбился в тебя с первого взгляда, и после твоей смерти я долго не мог смотреть на желтоглазых людей, потому что они напоминали тебя, но я-то знаю, что они совсем на тебя не похожи. Штаты поморщился. Как будто они все напоминали ему об утрате таким извращенным образом. Аж противно. — Влюбился? — грустно переспросил Росс, — но ведь влюблённость проходит, значит рано или поздно я буду ненужным, потому что влюблённость прошла, — рассуждал он в слух. — Что? Нееет! — Спохватился американец, — Я люблю тебя, слышишь? Любовь следует именно за влюблённостью и я не знаю, что буду делать без тебя. Их лбы сопрекасаются, а потом носы, а потом губы и они одаривают друг друга коротким поцелуем. Россия тает от прикасновений возлюбленного, как снег ранней весной, медленно, но сладко. Правда снег, наверное, не горит желанием превращаться в лужу, а вот Руся точно не против.